Грешники

Падая Чон думал что всему будет конец и даже в какой-то момент он начал сожалеть о поступке. Однако пред ним было лицо Кима, такое взволнованное, опечаленное. *** В тот день Тэхен после прогулки вернулся на ферму, пожевал яблок и пристроившись на сене смотрел в звёздное небо, думая о прошлом, усмехаясь над другими стражами и думая "Вы самые лютые лохи... Не можете познать даже вкуса вина, что уж говорить о людской жизни? Она великолепна, без правил, без границ...", мелькало в его голове. Ким и уснул на том сене с соломкой меж губ и слегка улыбаясь, за ним наблюдали стражи, завидовали, все видели как их младший живёт раскошной жизнью, постепенно с неба падали ангелы, но у них не было крыльев и они лишь разбивались, Бог сказал: "Он был первым и последним ангелом, кто пал на землю живым, он там страдает, там его ад, он сам стремился туда, а если вы хотите жить как он, тогда прыгайте, я не держу вас", тихий и спокойный голос творца. Крылья Кима большие, как одеяло, укутывали его тело и согревали ночами, тот спал спокойно, пока его не разбудил тот отчаянный крик, крик родного голоса. Сонные, голубые глаза сразу стали обеспокоенными и Ви кинулся в сторону крика, не сложно было догадаться что Чонгук на обрыве Сокола, Ким туда и рванул, интуиция его не подвела, однако приблизившись он видит падающее обезнадёженное тело. *** – Дурак?– Спросил Ким, на его лице был гнев, ангел держал старшего из всех сил что мог и еле поднял того на обрыв. – Я... Тэхен, прости я... Я не хочу так больше... Отец меня ненавидит, а дядя,– не успел дооговорить он как его перебил низкий голос Тэхена. – Черт его побери,– перед глазами светловолосого были синяки на ногах Чонгука, синяки на животе, укусы на шее, разбитый нос и губы. Светловолосый молча полетел к себе в дом, он не слышал вопросов Чонгука о крыльях, он ничего не слышал, в его голове был костер гнева, он был зол, предполагал кто мог сделать подобное с его зайчонком, да, Тэхен успел влюбиться, он успел узнать многое за те дни что пробыл в людском мире, и ему нравилось, до момента пока его возлюбленного тронули, испачкали молодое тело в синих пятнах, красных следах укусов, Тэхен хотел бороться за того, кто так ему дорог. – Я сделаю все сам...– послышалось из уст Тэхена,– лежи спокойно и выпей воды,– размешивая снотворное тот напоил старшего и усыпил того. На улице уже восходило солнце, Ким обработал все повреждения, в его глазах была боль, он хотел мстить за совего зайчонка, которого он берег для себя, за которого клялся самому себе хранить. Тем утром досталось и дядюшке, Ким спустил на того агрессивных свиней, что заметно покусали итак уже полумертвое тело, вскоре дядюшка был в местной больнице, а Ким лежал рядом со своим любимым и обнимал того, тихо шепча ласковые слова, что совсем не отталкивали Чонгука, Чон тоже любил ангела. – Я... Люблю тебя,– такое тихое признание послышалось из уст Кима, такое тихое, но такое громкое в душе Чонгука, такое нежное, греющее сердце. – Взаимно, Тэхена,– Чонгук слабо улыбнулся и повернулся лицом к Тэхену, после чего они долго любовались друг другом, а затем их губы сплелись в огненном поцелуе, полном страсти и любви. Вечер. Скот начинает засыпать, а жители лишь готовятся ко сну, Чонгук не хотел навещать дядю, он лишь хотел быть рядом с тем, кто его любил в этом мире больше всего – Тэхеном, а Тэхен хотел быть с Чонгуком. Они ужинали вместе, стараясь забыть то ужасное утро, пытались помнить только день, день когда они стали парой. Оставшиеся пару дней они пробыли вместе, в домике Тэхена, наполняли его своей по истине особой атмосферой, однако вскоре во дворе дома появилась машина отца, что предвещала что Чонгуку пора обратно, в город, снова в этот бесконечный хаос, суету, шум.