Amonserino

***

Тэхён зол настолько, что готов выбить к чертям дверь дома этой феи. Выгнал он его. Ага, сейчас! Не лес, а минное поле. Куда не ступишь, тебя либо поцарапают, либо покусают и самое главное, отпинают болтливые зайцы. Когда Тэхён нашёл тропинку, ведущую к дому феи, он был очень нервозен и хотел придушить этого парня. Сказали, вот что: уснёшь возле озера и проснёшься там, откуда пришёл? А вот нет. Когда Тэхён просыпается, он лежит в том же лесу, на том же месте. Размеренными шагами он доходит до калитки дома. На небе уже ярко светят звёзды. Солнце спряталось за горизонтом, а гнев всё сильнее бурлит внутри молодого организма. Надеясь на то, что фея дома, Тэхён перепрыгивает через ворота и яростно движется к двери. Разбитыми костяшками Ким долбится в дверь, не стесняясь. Даже если его сейчас тут в порошок сотрут, Тэхён должен высказаться! Рука неожиданно подрагивает от резкого шумного звука, а кристаллы, которые были нацеплены на цепочку, разбрасываются по столу. Чонгук чертыхается про себя и поднимается из-за стола. Покидая комнату, Чонгук оглядывает дом. Тем временем в дверь ещё раз громко постукивают. — Кого там принесло? Так поздно… Чонгук приближается к двери, касается ручки и открывает её. Перед ним находится чужак, которого Чон мгновенно узнаёт. Чонгук хочет спросить, как он оказался здесь, но тут его толкают назад. Чон отпрыгивает и замечает, как чужак хлопает дверью и приближается к нему со злым выражением лица. Чонгук отступает, надеясь, что сможет попасть в свою комнату и запереться. Но всё идёт не так. Врезается спиной в стену, и теперь ему некуда прятаться. Чон сжимается, когда рука чужака бьёт по стене рядом с его головой, а другая сильно сжимает его плечо. Из-за разницы в росте Чонгук намного ниже, и сейчас он смотрит прямо в грудь чужака. Откуда-то взявшийся страх поднять голову и посмотреть в лицо настиг фею. Он прекрасно знает, что его не смогут убить, но ударить вполне всё ещё может. — Ты!.. да ты знаешь, что со мной сделали обитатели этого леса? Я просто шёл, как ты и велел к озеру! Но по пути меня успели достать все, — удар руки проходится по стене, волной отражаясь по дому. — Зайцы, лисы, белки… все они меня пытались как-то задеть и у них прекрасно это получалось. Посмотри на меня! — Тэхён ждёт, когда фея поднимет взгляд и посмотрит на то, чем обернулся его выгон. Но парень не реагирует. — Я сказал, посмотри. — сквозь зубы проговаривает Тэхён, сжимая щёки феи. Он насильно поднимает его голову. Чонгук впервые дернулся от того, как сильно сжали его плечо, но пальцы на его лице добивают полностью. Его глаза наполнились лазурными крапинками, а внутри ощущалось, как полыхает огнём низ живота. Чонгук сжал бёдра, чувствуя явное возбуждение, стараясь не выдать себя, когда его голова была поднята. На мгновение он посмотрел на чужака, а затем отвёл взгляд. — Почему ты отводишь глаза? Стыдно смотреть на то, что сделали твои «приятели»? Всё: моя спина, мои руки, да даже ноги у меня в синяках и царапинах. Я чуть себе все ноги не сбил, пока убегал от этих четырёхлапых. Они как дикие на меня напали, а ты сидишь дома? — Тэхён сильнее сжимает плечо феи, совсем не подозревая, что с ним может сейчас происходить. Но его глаза почему-то заинтересовали. Он рукой поворачивает его голову к себе, чтобы фея посмотрел в его глаза, но как только это происходит, тот закрывает их, не дав всмотреться. — Ты так сильно стараешься скрыть свой взгляд, почему? Что-то не так? Почему ты молчишь, в конце концов? Слишком много вопросов приводят к замешательству Чонгука, который желает спрятаться и избавиться от сильного возбуждения. Но его всё время заставляют смотреть в глаза. Если он, наконец, согласится, то всё станет ясно. — Открой глаза. Чонгук ненадолго остаётся бездействующим, но когда сжимающая хватка на плече становится невыносимой, он открывает глаза и направляет свой взгляд прямо в чужака. Последний пристально смотрит в его серые глаза с крапинками и не может понять, как это возможно. — Твои глаза…. Почему они сияют и в каких-то точках? Что с тобой? — не понимает Тэхён. Его рука, которая была на лице феи, давно опирается о стену, а вторая продолжает удерживать его на месте. — Я… ты можешь отпустить меня? — тихо проговаривает фея. — Нет, ты не ответил на мои вопросы. Если я тебя отпущу, ты убежишь. Мне остаться здесь навсегда? Потому что вернуться я не могу. — Я не убегу. Просто отпусти меня. Или не сжимай так сильно. Это больно, — фея ждёт, когда чужак послушается, но он не реагирует. — Пожалуйста… — скулит фея и тянет за край кофты чужака. Тэхён смотрит с прищуром и догадывается, что происходит. Но так ли это? Сейчас он и проверит. Подойдя ещё ближе, он тесно прижимает тело к стене, так что нос феи коснулся его груди. Оглядевшись вниз, он заметил, как фея сжался и старается не двигаться. На губах Тэхён появилась ухмылка. Маленькая фея, казалось, был возбуждён. Но с чего вдруг? — Расскажи мне, почему я не могу вернуться обратно, — говорит Тэхён, приближаясь к лицу феи и шепча слова в ухо. Кончик его уха заметно покраснел от горячего дыхания. На лице Тэхёна вновь появилась ухмылка. Чонгук жмурит глаза и сильнее сжимает свои бедра. Плотно сжимает свои губы, чтобы не застонать от одного только шёпота. Чон гулко сглатывает и открывает глаза. — Ты не смог… потому что частица леса… ты, — запинается Чонгук, ругаясь про себя. Сделав вдох, он едва не задохнулся им, когда Тэхён резко посмотрел в его глаза, которые сверкали так ярко, что ослепляли лицо напротив. — Ты частица леса, и он не может тебя сейчас отпустить, так как я не выполнил твою просьбу, — протараторил Чонгук и закрыл глаза, не желая ещё больше унижаться перед чужаком. — Вот оно что. Ты всё знал, но выгнал, верно? — Тэхён говорит почти шёпотом. Он внезапно упирается коленом в пах феи, вследствие чего тот охает и распахивает глаза, хватаясь пальцами за плечо чужака. — Что ты делаешь?! Уб-бери это! — взвинченно кричит Чонгук, пытаясь оттолкнуть чужака, но колено сильнее давит на его пах, вследствие чего он не выдерживает и стонет. — Пожалуйста!.. — Это единственный вариант, чтобы тебя разговорить. Извини, что так настойчиво, но просто посмотри на себя, — он делает паузу и опускает глаза, замечая, как его колено прижимается к паху феи. А тот, кажется, не против. — Ты же бесстыдно и неосознанно трёшься о мою ногу, верно? — Я не… Чёрт возьми, кому он хочет что-то доказать. Ему так неприятно ощущать, как его член с каждым разом дёргается, когда чужак что-то такое да выкинет. Но когда его колено вжалось в пах, Чонгук на мгновение выдохнул, почувствовав облегчение. И даже сам не заметил, как стал бесстыдно тереться об него, когда отвечал на тупые вопросы. — Давай так. Трись, сколько сможешь, но расскажи мне всё детально. — Тэхён вытягивает руки вперед, упираясь в стену, и наблюдает, как Чонгук медленно, но продолжает делать толчки, проезжаясь по его подставленному колену своей промежностью. — Ты частица леса. Тебя не отпускают, потому что… ах! — он запинается и сильнее хватается за плечо чужака из-за того, что последний двинул коленом вперёд прямо в момент, когда Чонгук также двинулся вперёд. — Повторяешься. Я частичка леса. Понятно. Что дальше? Какая именно частица? Если будешь затягивать, я буду вынужден принять другие меры, и тебе не понравится. Будь хорошим мальчиком и продолжай. — Чонгук вздрогнул от этих слов, а его член начал выделять жидкость, оставляя заметное пятно на штанах. — Означает, что ты сын той, кто выпил сыворотку. Существует магическая мазь, которая обычно используется для лечения глаз р-ребёнка. Если беременная женщина использует этот препарат на себе, её будущий ребенок может родиться либо слепым, либо обладающим редким опасным свойством — способностью видеть ф-фей… мн-ах… — Чонгук запинается, второй раз. Стонет, когда колено давит на возбуждённый орган. — Н-но есть одна маленькая загвоздка. Феи могут появляться перед людьми, когда им это нужно. А человек, обладающий этим свойством, может видеть фей без их разрешения. — на последних словах Чонгук сжимается и стискивает кофту на плече чужака, прижимая промежность к колену. Тэхён замечает это и принимает решение помочь, хоть и немного. Хотя колено в какой-то степени тоже помощь. Он внезапно отстраняется от феи и пока тот растерянно смотрит на него, расстегивает его брюки и проникает внутрь рукой. Найдя член, который уже начал истекать, Тэхён начинает водить рукой вверх и вниз, доводя парня до оргазма. Чонгук хватается за плечи чужака обеими руками и сжимает их в кулак. Несколько быстрых движений теплых рук и он кончает в руку чужака, безмолвно сдерживая стон. Когда Тэхён вынимает свою руку из его штанов, лицо застывает в изумлении. — Нихуя себе. — кажется, получилось что-то из ряда вон выходящее. Но как на это отреагировать, когда на руке явно видно, что это сперма. И она светится! — Is adeo fastiditus est ut alia lingua repente locutus sit… — шепчет Чонгук и смотрит на свои штаны, где образовалось небольшое пятно его семени. — Почему она светится?! — проигнорировав слова феи, Тэхён решает выяснить, что произошло. — Какого… Что это? Нормальные таким не кончают! — Как видишь, я ненормальный! Это моя особенность, — отвечает фея. — Если тебе не нравится, можешь не выражать свои непонятные мысли. — Боже, — Тэхён громко вздыхает и трёт пальцами переносицу. Какая ещё особенность? — Ты кончил. Теперь можно мне ответы нор-маль-ны-е? Чонгук отодвигает от себя чужака и тянет его за руку в свою комнату. Чонгуку кажется, что ему будет удобнее общаться сидя. Его так никто не зажмёт, как провинившегося. Опускаясь на кровать, он махнул рукой, приглашая чужака. Тот немного постоял, но затем сел, облокотившись на ноги, подперев подбородок руками. — Рассказывай подробнее, пожалуйста. Я не желаю снова принуждать тебя к ответам. Чонгук собирается с силами и, вздохнув глубоко, начинает говорить правду. Нет смысла скрывать что-то. Ему же нужно как-то объяснить то, о чём попросила его мать или всё же дух? В конце концов, это не так важно. Главное, что Чонгук скажет сейчас, а затем чужак сам решит, что ему делать. Он не вправе решать, что делать этому гостю. Если он согласится на месть, то это будет его решение. Мать будет рада, а Чонгук перенаправит свою энергию в нужное русло. — Как я уже говорил, ты являешься сыном той, что внутренно выпила сыворотку, которая была не для этого. Твоё наличие здесь свидетельствует о том, что ты не отравлен, а обладаешь особыми способностями. — Чонгук делает паузу и встаёт с кровати. Он замечает, как гость напрягается и почти схватил его за руку. Но Чонгук успокаивает его и берёт книгу со стола, которую не убрал с прошлого дня. Вернувшись на место, Чонгук открывает нужные страницы и показывает их гостю, продолжая рассказывать и указывать на иллюстрации в книге. — Вот эта фея-роженица. Она была единственной, у которой родился сын без крыльев, почти как смертный. А вот эта женщина, — он указывает пальцем на изображение женщины, которая не имеет крыльев и отличается размером от остальных нарисованных. — Она выпила сыворотку для малыша, и у неё родился сын. Ты являешься её потомком. А… — хотел продолжить Чонгук, но его перебили. — Подожди, — прерывает Тэхён, останавливая жестом руки. — То есть… я правильно понимаю, что у меня есть дар видеть вас, общаться с животными и понимать другие аспекты вашего мира? — Да. Это вполне логично, не так ли? Ты filius mulieris donatae… — внезапно переключается на шипящий латинский язык. Тэхёну это очень нравится. Его латынь настолько возбуждающая, что хочется слушать постоянно. — Родился не в этом мире, но с нашей частицей. Лес не отпускает тебя, потому что я не выполнил того, что ты попросил. Но и то, что ты просил, не является чем-то простым. Я являюсь лекарством от смерти фей, — фея замолкает и смотрит в лицо чужака. Чонгук ожидает увидеть на нём озадаченность. — То, что ты уже видел, действительно является лекарством. И нет необходимости смеяться, как гиена над тем, что моя сперма, как говорит мой друг, это «ебу»… ох, как же там было, — фея на мгновение задумался, а потом охнул, вспомнив слово. — Ебучие блёстки! — прозвучало даже милее, чем как-то плохо. Его акцент был милым. Всё, что понял Тэхён. — Хорошо. Конечно, это очень необычно, пожалуй, даже странно. Но ты фея, и это говорит само за себя. Могу я задать тебе пару вопросов? — Конечно. — Моя мама умерла давно? Был ли у меня отец? — Твоя родная мать скончалась при твоём рождении. Твой отец был жив, но его убили из-за того, что ты появился на свет за пределами Королевства, на границе леса Амонсерино. Тогда это было нормой. Люди, рождённые на границе, испытывают ненависть и подвергаются попыткам убийства. Ты знаешь об этом. Тебе приходилось сталкиваться с различными смертельными опасностями, но твоя мать всегда тебя защищала. Она смотрит на тебя свысока, несмотря на то, что это может показаться банальным. Твой отец был смертным. Его убийство было проще всего. — отвечает фея. — Как мне нужно взять это лекарство? Оно же… Твоя сперма! — Однажды Чимин сказал, что они с Юнги спят. Я думал, что, мол, они просто спят вместе в кровати, а оказалось, что они имеют более интимные отношения. Значит то, что нам необходимо — переспать. Чтобы ты собрал лекарство, а я выпустил энергию. — Боже, я ещё и должен тебя трахнуть. — Что? Ах, вообщем неважно. У меня есть к тебе просьба и вопрос. Однако, пожалуйста, ответь честно на вопрос. Тебе нужно, чтобы Королева оставалась в живых? — Чонгук откладывает книгу в сторону и полностью поворачивается к чужаку. — Нет. — То есть это не имеет значения для тебя. Хорошо. Просьба заключается в том, чтобы ты, когда будешь лечить, убил её. — выдал это фея после, поджав губы. — Но как я её убью, если ты мне дал лекарство, а не яд? — А кто сказал, что оно не может быть? И тем, и тем? — Ты ничего не сказал. В общем-то, это не важно. Я согласен. Что будем делать? Мне тебя просто взять? — спрашивает совершенно спокойно. И как он только держится. Ведь, глядя на фею, такого крошечного и милого. Хочется рассмотреть его достаточно близко. Вдруг у него кожа тоже сверкает? Сперма же блёстками ой как сияет! Ослепиться можно. — Нет, не люблю, когда это грубо. Может, начнём с чего-то более мягкого? Я не очень опытен в этом, но чаще всего энергию выпускаю с помощью самого себя. — Не буду даже уточнять, как. Давай начнём с прелюдии. Тебе нравится, когда тебя трогают, ласкают? — Тэхён приближается к фее, почти касаясь его тела. Его рука медленно приближается, но не касается кожи. Тэхён ждёт ответа. Чонгук был смущён. Он не ожидал, что кто-то вообще заинтересуется этим. Нравится ли ему, когда его трогают? Если чужак сожмёт его шею, используя свои крепкие руки, натренированные тяжёлыми упражнениями, то да. Он даже готов положить эти руки на свою шею сам. — Да? — Опять ты отвечаешь на вопрос вопросом. Если ты не знаешь, то я начну, но если не понравится, скажи. «Да кому вообще это может не понравится?» про себя фыркает Чонгук и переводит взгляд на руку чужака. Она движется с дивана на его бедро, медленно поднимаясь выше. Чонгук напрягается, потому что такой нежности он не ожидал. Рука пропадает с его тела, но ненадолго. Теперь она лежит на его шее. Пальцы зарываются в волосы на затылке. Чонгук мелко дрожит, а по его телу пробегает табун мурашек. — Мы поняли, что у тебя чувствительная шея. Продолжим? — Тэхён убирает руку с шеи, слыша недовольство рядом. — Почему ты медлишь? — Потому что нужно разогреть тебя. Я заметил, что тебе нравятся мои руки: сильные, тренированные, которые могут сжать тебя и заставить кончить. Я хочу насладиться тобой дольше. — спокойно говорит Тэхён и внезапно двигается к изголовью кровати. — Иди ко мне. Чонгук подчиняется, перебирается на постель и приближается к чужаку. Последний похлопывает по своим бёдрам, предлагая сесть на них, а не куда-то в сторону. Чонгук перекидывает ногу и устраивается на бёдрах. Руки без дела свисают вдоль тела. Ему непонятно, что с ними делать. Когда фея сел к нему, Тэхён приблизительно знает места, на которые нужно надавить, чтобы тот растаял. Ким руками проходит по пухлым бёдрам, которые всё ещё прикрыты штанами. Перемещая их на талию под руками ощущает узость и плоскость живота. — Тебе нравится? — Да-да, — шепчет Чонгук, закрыв глаза. Глаза светятся ярче прежнего. Лазурный цвет как будто скоро покроет всю оболочку и не останется ни единого оттенка серого. Пальцы сжимают плед, а губы поджимаются вновь и вновь, когда он чувствует, как чужие пальцы поднимают края футболки и касаются его кожи. Ощущения настолько сильные, что от простого касания он сжимает свои бёдра, едва не упав с чужого тела. — Эй, чшшш… тебе нравится, когда прикасаются к твоему телу? — рука легко скользит по животу, поднимаясь вверх к соскам. Один палец легко касается ареолы, и фея вздрагивает, издавая тихий стон, вцепившись в кофту Тэхёна на боку. — Твоя грудь и шея очень чувствительны… Я уверен, что ты чувствительный от головы до пят. Тронешь, и ты уже растаял. А ведь я ещё не начал тебя целовать… — Ты будешь целовать? — глаза Чонгука расширяются, когда он смотрит на Тэхёна, который выглядит довольным. — Это часть прелюдии. Если ты не хочешь этого, я не буду… Чонгук перебивает его, навалившись сверху и расставив руки в стороны. Его глаза сияют, а губы притягивают. — Так целуй. — он тяжело дышит и весь покрывается краснотой. Щёки зарумянились, а кончики ушей горят от смущения. Тэхён касается спины феи и приподнимается вместе с ним, в результате чего Чонгук сдвигается прямо на его пах: — Ах! Ким не обращает внимания. Одной рукой, которая покоится на его спине, он поглаживает фею, а вторую кладёт на шею. Большим пальцем Тэхён проводит по его пухлым губам, оттягивая нижнюю губу вниз и обнажая ровный ряд зубов. Тэхён ненадолго задерживает взгляд на его соблазнительных губах, затем переводит его на глаза парня, которые смотрят на него и ярко сверкают, говоря о том, что он возбуждён. Чонгук, кажется, совсем не дышит по ощущениям. Когда Тэхён касается его губ, он делает небольшой вдох, но выдохнуть, кажется, до сих пор не может. Когда чужак смотрит ему в глаза, время останавливается. Чонгук замечает, как он опускает взгляд на его губы и начинает приближаться. Прикрыв глаза, Чон ждёт желанного поцелуя. Тэхён не желает тянуть время и немедленно прижимается губами к пунцовым губам, но не двигается дальше. Когда губы напротив приоткрываются, Тэхён прижимает его тело к своему и начинает целовать. Втягивая в лёгкий поцелуй фею, Тэхён поглаживает его по спине, а пальцами зарывается в волосы на затылке. Не стесняясь, Тэхён углубляет поцелуй каждым движением языка, вызывая вибрации по всему телу, которые ощущаются даже на кончиках пальцев. Чонгук стонет от удовольствия, когда Тэхён берёт его сосок в пальцы и массирует его под футболкой. Ким продолжает сминать пухлые губы, а Чонгук нетерпеливо елозит на бёдрах. Их поцелуй становится страстным и мокрым. Они забывают обо всём вокруг и полностью погружаются в этот момент. Чонгук настолько увлёкся, что чужак и не поспевает за ним. Они, кажется, и не подозревали, что их вот так накроет с одного легкого поцелуя, который превратился в страстную, мокрую неразбериху. — Боже, тише. Ты что, съесть меня пытаешься? — смеётся Тэхён, отстраняя от себя фею. Последний смотрит на него, облизывая губы, которые покраснели от поцелуя. — Я… — Я понимаю, что тебе понравилось, но это только начало. Тебя нужно раздеть. Тэхён переворачивает фею на спину и нависает над ним. Рассматривая тело под собой, он видит, как его щёки становятся красными, волосы разбросаны по постели, а грудь учащённо вздымается. Тэхён приближается к лицу, ожидая, что фея подумает, что он собирается поцеловать его. Но нет. Тэхён опускается ниже и прижимает губы к влажной шее, оставляя на ней лёгкие поцелуи. Руки цепляются за края футболки и тянут её вверх. Чонгук помогает ему, вытягивая руки вверх, выгибаясь. Когда футболка была откинута в сторону, Тэхён поцелуями проводит влажный след от яремной впадины до пупка, руками гладя нуждающееся тело по его ласкам. Когда руки доходят до брюк, Ким расстёгивает застёжку и снимает с него ненужную одежду. Ещё тогда, когда он мастурбировал, заметил, что фея без нижнего белья. После того, как Тэхён снял с него всю одежду, перед ним лежит божье творение. Мягкая кожа, тонкая талия, набухшие соски от возбуждения, а его руки всё ещё подняты над головой. Опуская взгляд вниз, его глаза проходятся по ногам, по этим великолепным пышным бёдрам. Желание их съесть, облизать не отпускает. Их притягательность вызывает желание оставить свои отпечатки, собственнические следы, чтобы все знали, что это… его? «Что за мысли?» спрашивает Ким у себя. Тэхён кладёт руки на бёдра феи и раздвигает его ноги в стороны. Последний сразу же опустил ладони на свой орган, скрывая всю красоту. — Не прячь. Одно слово — и Чонгук слушается. Не хочется, чтобы это прекращалось. Не хочется, чтобы его перестали вот так: трогать, лапать, облизывать. Он и не думал, что это так прекрасно. Убирая свои руки, он сгибает их в локте, оставляя их на груди. Однако очевидно, что они не должны там находиться, поскольку чужак берёт его руки и убирает их оттуда, оставляя лежать вдоль тела. И Чонгук подчиняется этому действию, не меняя положения своих рук. — У меня есть желание. Точнее, я хочу уравнять счёт, — он скользит рукой вдоль внутренней стороны бедра, двигаясь к области паха. Ноги феи дергаются, чтобы сомкнуться, но Тэхён прижимает одной рукой его ногу к постели, а другой — продолжает гладить возле промежности. — Поскольку ты уже кончил, то и я должен получить своё удовлетворение. Не только у тебя был неудобный момент, — Тэхён поднимает одной рукой ногу феи и целует щиколотку. Затем губы следуют мокрыми поцелуями по икрам, выше к внутренней стороне бедра. — Твои бёдра. Хочу их трахнуть. — Что? — Чонгук слишком громко вскрикивает, пугаясь, и прикрывает рот. — Мои б-бёдра? — Да. — Ох, я думал, что ты… войдёшь в меня. — Я ещё успею войти в тебя. Но твои бёдра меня заводят. С ума сойти. Раз на то пошло, то я должен кончить. Сомкнём твои бёдра, и я буду между ними двигаться. Ты понимаешь, о чём я? — Тэхён опускает его ноги и снимает с себя штаны, кидая их на пол. — Понимаю. Раз хочешь то, что мне нужно сделать? — Я всё сделаю сам. Тебе нужно просто держать свои ноги вместе. Чонгук кивает и ожидает, пока Тэхён приступит к действию. Он чувствует некоторую тревогу, но это пока даже не проникновение. Он в любом случае готов. Ему нужно выпустить как можно больше энергии. Тэхён осматривается в поисках подходящей смазки, и Чонгук замечает это, схватывая бутылёк, протягивает ему. — Вот, держи масло. Тэхён берёт бутылёк и смазывает маслом ноги феи, не осознавая, что это за масло. Наносит его также и на свой член. Потом Тэхён кладёт руки на ноги феи и сгибает их в коленях, но понимает, что так будет неудобно и вытягивает их прямо вперед. Пытаясь понять, как он может выполнить свои намерения, говорит: — Прижми свои ножки плотнее друг к другу. Вот так… умница. Тэхён замечает, как на небольшую похвалу член феи дёргается, а сам он кусает губы, чтобы не издать звука. Улыбаясь, Ким берёт в руку свой член и проводит головкой по расщелине сомкнутых ног. Толкаясь, сначала медленно, ощущая тесноту и узость между ног. Возбужденно и плавно скользит туда-сюда, часто задевая мошонку, вызывая тихий стон феи, который пытается сдерживаться. — Почему ты себя сдерживаешь? — спрашивает Тэхён, двигаясь с тяжелыми вздохами между ног. — Не знаю, просто… Член скользит более решительно и быстро, толкаясь с большей интенсивностью. Тэхён вытягивает шею, прикрывая глаза от стимуляции, держа ноги феи одной рукой за лодыжки, а другой под коленями, увеличивая толчки и предчувствуя оргазм. — Сожми сильнее. Чонгук придерживается указаний и старается сжать ноги ещё плотнее. Он оставляет себе только возможность наблюдать, как головка члена выглядывает между ног с каждым толчком. Облизывая губы, он делает неглубокие вдохи, поскольку движения вызывают некоторое трение. Он тоже хочет кончить, но ему велено ждать. — Чёрт! Как же хорошо ты сжимаешь… ммм, меня в этой тесноте. Я кончу на твои бёдра, хочу облизать их. — Тэхён усмехается, глядя на лицо феи, и делает последние движения. Когда струя спермы выстреливает на живот феи, Тэхён мажет бёдра парня ею, раскрывая их. Чонгук наблюдает за этим зрелищем пристальным взглядом. — Ты большой умница. Но… пора бы узнать, как тебя зовут, не так ли? Чонгук наблюдает за чужаком, который без стеснения принимается слизывать собственную сперму с его ног и живота. Живот Чона втягивается, когда язык скользит по нему. Лижет вязкую белую жидкость. — Чонгук. — Очень приятно, Тэхён. — он смотрит на него снизу-вверх, бесстыдно облизывая живот. — Теперь твоя очередь получить удовольствие. — Да, моя очередь. И теперь я диктую условия. Ты слишком много позволяешь себе для чужака. — в конце концов, Чонгук стонет и искривляется, когда палец Тэхёна давит на уретру. — Чего это мы голос повысили. Обрати внимание, в каком мы положении. Ты маленький и извиваешься, а я такой большой и занимаюсь с тобой непристойными делами. — Тэхён берёт Чона за талию и притягивает к себе, заставляя его проехаться спиной по пледу, после чего Чон замолкает, когда Ким полностью нависает над ним. — Я… я… — Да ты. Ты непослушный сладкий мальчик, который сейчас за свои слова получит по очень сладкому и сочному месту. — шепчет Тэхён прямо в губы и целует нос. «Как по-детски» думает Чонгук. В мгновение ока все мысли Чонгука исчезли. Его внезапно перевернули на живот, согнули ноги в коленях, а рука Кима провела по спине, надавливая, чтобы Чонгук прогнулся и выпятил ягодицы. Сильный удар жжёт кожу, оставляя на ней красный след. Чонгук вскрикивает, пытаясь уклониться от шлепка, но его схватывают за ноги и ударяют ещё раз. Мягкая и округлая плоть трясётся от шлепков. Спустя время на ней расцветают розоватые пятна. — Хвати-ит уже. Остановись, пожалуйста… — жалобно произносит Чонгук, удерживаясь на локтях и опустив голову. — Тебе же нравится. Твой член прекрасно истекает на постель, пачкая всё вокруг. — Тэхён усмехается и помещает обе руки на ягодицы. Сжимая каждую из них, он оттягивает одну в сторону, открывая вид на сжимающийся розовый сфинктер. Тэхён внимательно рассматривает Чона и проводит большим пальцем по дырочке. На это Чонгук реагирует мелкой дрожью и поддаётся назад, прогибаясь в пояснице. — Но будь терпелив, пожалуйста. Однако Чонгук не может насытиться этими руками, которые касаются его. Он желает большего и поэтому проявляет вредность характера. Хочет, чтобы его сильнее взяли, грубо прижали. Специально ведь сказал в самом начале, что не хочет грубо. На самом деле грубость подразумевается в том, чтобы его трогали грубо, но не брали. Но ему этого не дают же! Что это за игры то нежность, то шлепки до криков? Не успевает он поймать кайф от грубости, как тут же его целуют в плечо. Что за перепады настроения? — Твоё хныканье меня заводит. Запомни это. Так что будь умницей и присядь, — Тэхён ждёт, когда Чонгук сядет на кровать и развернётся, а затем продолжает: — Ты говоришь, что твоя сперма — это лекарство. Значит, если я её попробую, я могу вылечиться? — Ну да… — Садись мне на лицо. Я попробую тебя, а ты кончишь. — Но… — Боже, да успею я тебя трахнуть. Ты думал, что я только раз или два доведу тебя до оргазма и уйду? — Тэхён, вздернув бровь вверх, спрашивает: — Ты слишком притягательный, чтобы не насладиться тобой больше, чем раз или два. Мне нужно больше времени, чтобы полностью распробовать тебя. — Итак, после того, как ты получишь лекарство, ты отправляешься в Королевство и больше не возвращаешься? — грустно спрашивает Чонгук. Несмотря на это, у него всё ещё была маленькая надежда. Возможно, Тэхён ему понравился. Сам Чонгук не может понять своих чувств. Сначала он хочет убить и прогнать его, боясь за свою жизнь, а теперь хочет, чтобы этот чужак остался с ним в лесу? Никто не поверит ему, кроме его матери. Она всегда всё знает и понимает. — А! Так ты больше не собираешься убивать меня и выгонять из леса? Я сделал тебе приятно, и ты изменил своё отношение ко мне? — Нет, конечно. Я просто боялся тебя и поэтому выгнал. Я действительно знал, что тебе нужно лекарство и что это я должен был помочь, но просто… боялся за свою жизнь. А сейчас, учитывая, с какой трепетностью ты обращался со мной в начале, я изменил своё мнение. И мне нравится то, что ты делаешь со мной. — тихо говорит Чонгук, опустив свои глаза, рассматривая ноги. — Боишься? — ему кивают. — Извини, возможно… — оговорился. — Хотя это невозможно. Я всегда выгляжу, как будто хочу кого-то убить. Но на самом деле я очень добрый человек и понимаю, что к своему партнёру я должен относиться с уважением. С уважением и умением доставлять ему удовольствие на максимум. И сейчас я тебя использую, — снова оговорился. — Нет. Я даже не использую тебя сейчас для своих нужд. Мне нравится твоё тело, и возможно, ты мне нравишься тоже. Но я не знаю тебя как личность, твой характер. Ты на данный момент для меня необычный человек. Чонгук, слушая это, стыдливо краснеет больше, чем сам рак. Ему так важно услышать это от такого человека. Впервые его назвали не феей, а чем-то необычным и человеком. Ведь люди, которых он посещает, знают, что феи существуют, так как их поселение находится рядом с границей. — Если я вдруг попрошу тебя остаться и узнать меня поближе… ты сможешь остаться? Тебя что-то держит в Королевстве? — с надеждой спрашивает Чон. — Ты всё ещё хочешь кончить? — Нет, то есть да… но ответь мне на вопрос? — Я отвечу на него только тогда, когда ты кончишь. Чонгук кивает неопределённо и просто сидит. Он не понимает, что делать. И что это за: «Сядешь мне на лицо»? Тэхён ясно видит, как Чонгук сидит в полном замешательстве. И вновь ему приходится всё делать самому. Тэхён не возражает, берёт Чона, который ничего не понимает, и сажает его на свои колени. Просит его повернуться к нему спиной и также сесть на колени. В то время как Чонгук переворачивается, Тэхён снимает свою футболку, оставаясь, как и Чон, голым. Чонгук садится спиной к Тэхёну и опять же просто сидит. — Двигайся сейчас ко мне на грудь, а потом тебе нужно будет привстать. И сдвинутся так, чтобы твоя сочная дырочка была на уровне моего лица. — Ты выражаешься очень откровенно, нисколько не смущаясь, sicut… — Давай, давай. Двигай своей волшебной задницей. Тэхён смеется, глядя, как Чонгук с приподнятой бровью смотрит на него через плечо. Он кажется таким забавным. Чонгук руками упёрся в бёдра Кима, отодвинувшись. Он елозит своей задницей по телу Кима, размазывая остатки масла. Когда Чонгук полностью оказался на груди парня, перед ним открылся вид на член Кима, который очень большой, он бы сказал. Такой в рот ему явно не влезет. Чон максимум пососать и полизать его может. Тэхён дотрагивается до него, а Чонгук в ответ дёргается. — До него ты можешь тоже дотрагиваться во время процесса. Но будь чуть быстрее. Ты же умница? Чонгук соглашается, кивая много-много раз головой и краснея до кончиков ушей. Но ему это нравится. Оперевшись рукой на грудь Тэхёна, он поднимается и сдвигается назад. Его бёдра останавливают руками, чтобы остановиться там, где нужно. Чонгук вздрагивает, когда чувствует дыхание Кима внизу. — А теперь садись. Сначала медленно, потом можешь сесть полностью. Не бойся. Чонгук боится. Он не знает, куда деть свои руки, потому что если сейчас просто будет их держать на весу, не удержится и сядет, сломав Киму лицо. Но тут к нему на помощь приходят чужие руки. Хватаясь за них крепко, он начинает опускаться. Тэхён перемещает свои ладони на ягодицы, облизывает свои губы и мнёт с нажимом, чувствуя под пальцами, как Чонгук вздрагивает. Тэхён раздвигает ягодицы и нежно целует их в самый центр. Чонгук краснеет, чувствуя его тёплое дыхание в таком интимном месте. Тэхён игнорирует сфинктер, к которому сейчас должно уделяться особое внимание, оставляя на коже влажные следы от размашистых поцелуев. Кожа под руками настолько нежная, что Чонгук кажется нереальным, и Киму всё это привиделось. Но чтобы не доводить Чона до безумия, он массирует подушечками пальцев мелкие складочки вокруг сокращающейся дырочки, оттягивает большими пальцами тонкую собранную кожицу и медленно, но широко облизывает языком, а затем быстро проходится следом, самым кончиком очерчивая каждую складку. Чонгук неожиданно получает удовольствие и вскрикивает, чуть не падая. Он быстро останавливается, упираясь руками в торс Кима. — Ах! Ты… т-там, боже… — вздрагивая, он пытается не слезть с рук, всхлипывает и жмурится от приятных ощущений. — Я знаю. Если для тебя удобнее стоять в такой позе, ты можешь не садиться, — сказал Тэхён, замечая, что Чон теперь находится на четвереньках перед ним. С влажной дырочкой, блестящей от слюны. Тэхён возвращает свои руки на ягодицы и наклоняется к анусу. Чонгук, громко выдыхая, кивает много раз свесив голову. Он видит вверх ногами, как Тэхён, наклонившись, касается своим языком его дырочки. Сердце в груди начинает биться сильнее из-за нового широкого движения языка. Чонгук вздрагивает и стонет, поддаваясь назад к языку. Тэхён прикладывает губы к нежной коже, проходясь по сфинктеру одним широким движением языка. Но когда Чонгук решает уделить внимание его члену, Тэхён отстраняется и стонет. Чонгук задумывается: Почему бы и не попробовать? Приблизившись к возбужденному члену — он выглядел большим и жилистым, с крупной головкой, а в его руках он казался ещё более громоздким — без раздумий Чонгук прикоснулся пальцами к члену и начал медленно двигать рукой вверх и вниз, не задумываясь ни о чём. Но когда из Кима вырвался стон, он почувствовал, что ему захотелось сделать что-то ещё более смелое. Пока Чонгук разбирается с членом Кима, Тэхён пальцами вдавливается в мягкость ягодиц и разводит их ещё больше. Ласкает чувствительные складки губами, нежно засасывая тонкую кожу. Под его ласками бёдра Чонгука дрожат, а он сам замирает в движениях своей руки, остановив её на головке члена. Тэхён, закусывая губу, томно выдыхает от пальцев на своём члене. Но на своё удовольствие лучше не отвлекаться. Одной рукой Тэхён оглаживает ягодицу, дабы успокоить. Его язык следует за движениями губ, оставляя больше слюны и рисуя мокрые штрихи, а затем аккуратно проникает внутрь, раздвигая тугие стенки. Чонгук сжимается, царапая кожу на бёдрах Кима, и закрывает глаза. Его грудь часто вздымается от того, как он дышит, ловя ртом воздух. Тэхён, прижимая язык к дырочке, проводит им длинную мокрую полосу, скользя вверх к копчику. Чонгук, тихо поскуливая, заломив брови, решает испытать себя в чём-то, что казалось ему невозможным. Он лижет языком всю длину члена, и тут же из него вырывается стон, когда по ягодицам неожиданно хлопают. Поняв, что это нравится Киму, Чонгук начинает чаще облизывать член, скользя по нему вверх-вниз, добавляя слюны. Тэхён, отстраняясь на мгновение от своих ласк, разминает шею, наслаждаясь ощущениями, которые ему доставляет Чонгук своими тёплыми руками, ласкающими его член. Тэхён наклоняется обратно, размазывая языком слюну по сфинктеру, припадает снова. Чонгук старается сосредоточиться на члене, но каждое новое прикосновение Тэхёна вызывает у него ощущение электрического разряда, которое пронизывает его до кончиков пальцев. Тэхён изучает каждый уголок, кружа языком вокруг и проходя прямо по контуру складок, изменяя ритм и скорость. Сцеловывая собственную слюну с пульсирующей дырочки. — Т-тэхён! — Мнх… скажи это ещё раз, — с низким стоном произносит Тэхён, отстраняясь от своего дела, вновь разминая шею. Чонгук послушно повторяет его имя много-много раз и отчаянно виляет задницей, прося прикоснуться. — Умница, такой послушный… Тэхён не обращает внимание на то, что весь его подбородок в слюне. Его внимание сосредоточено на влажной дырочке перед глазами и на том, как Чонгук сжимает его член в руках. Различными движениями ладони он доводит Тэхёна до звёздочек. Тэхён, раздвигая края растянутой дырочки, большим пальцем распределяет блеск от слюны по её поверхности. Проникая внутрь, медленно, но глубоко, при этом разбрызгивая слюну, что делает Чона мокрым до крайности. Ким наращивает темп, стараясь удовлетворить Чонгука своим языком, а тот в ответ переключается на головку, обхватывая её губами и опускаясь ниже, чтобы не причинить вреда себе. Ягодицы Чонгука сжимаются под напором сильных пальцев, раздвигающих их. Что натягивает кожу вокруг ануса. Тэхён решает немного изменить их позу. Отдаляясь от пульсирующей дырочки, Тэхён начинает вставать, двигая Чона вперёд. Тот, не понимая, выпускает член изо рта и двигается. Как только Тэхён сел, он выползает из-под растерянного Чона, садится на колени перед ним и наклоняется снова к отверстию, рукой надавливая на спину Чона, чтобы тот полностью, лёжа, опустился на кровать. Чонгук падает на кровать, руками цепляется за плед и громко стонет, когда Тэхён жадно припадает к его анусу, раздвигая ягодицы. Язык скользит внутрь, кружит вокруг растянутого ануса. Пальцами надавливает, оттягивая кожу вокруг сфинктера, и размашисто ласкает языком. Чонгук стонет громче, прогибаясь в спине. Хочет встать на локти, но ему не дают. Рукой надавливают на поясницу, прижимая к постели. Тэхён заводит руку под живот Чона и тянет на себя ближе к лицу. Ким мнёт ягодицы, целуя кожу мягкой округлости. Чонгук повторяет попытку встать на локти, но из-за того, что Тэхён его так жадно ласкает и трогает, из-за ощущений, не может держать себя на руках и падает на кровать, выстанывая. — Такой вкусный… твоя спина так красиво прогибается, когда я надавливаю на неё. — шепчет Тэхён между поцелуями. — Ты уже близко? — Да, мм-мнх, о-очень, — скулит Чонгук, елозя руками по постели. Его ноги дрожат, а внизу живота всё горит пламенем. Тэхён в последний раз целует пульсирующую дырочку и выпрямляется. Заметив масло, он смазывает им пальцы и подносит к растянутой дырочке, начиная доводить Чона до оргазма. Размазывая масло между ягодиц, он быстро вставляет два пальца и ускоряет темп, толкаясь в дырочку. — Ах! — Чонгук вскрикивает, жмуря глаза от скорости пальцев. — Б-быстро, слишком быстро! Тэхён игнорирует крики и продолжает стимулировать Чона пальцами. Он тянет руку к шее и, наклоняясь, надавливает на шею слегка душа. Чонгук хнычет, сжимая постель, изгибаясь в спине, когда два пальца проникают в него. Но только тогда, когда они находят чувствительную точку, которая доводит его до состояния эйфории и пальцы на ногах поджимаются, Чон громко стонет и закатывает глаза. — А вот и простата. — как ни в чём не бывало говорит Тэхён, направляя пальцы только на неё. Продолжая душить Чона, он двигает пальцами на манер ножниц, трахая Чона интенсивнее. Толкаясь пальцами, на кожу ягодиц брызжет масло, издавая хлюпающие звуки. — Кончаю!.. Чонгук сжимается вокруг пальцев и содрогается всем телом. Сперма из члена выходит вязкой белёсой струёй на постель. Чонгук обессиленно падает на кровать, тяжело дыша. Тэхён вынимает пальцы и одной рукой оттягивает ягодицу, глядя на влажный пульсирующий сфинктер, который призывно сокращается. Чонгук пытается отдышаться, но удар по дрожащим ягодицам заставляет его застонать. — Хватит… — Ты умница, но, думаю, всё лекарство мы немного потеряли сейчас. — Тэхён говорит это, смотря на капли жидкости на постели. Этого явно недостаточно, да и уже не лечебно точно. Чонгук изнурительно стонет. Вот чего он ожидал? Что сейчас это всё. Он же сам просил, чтобы ему вставили. Так вот сейчас и придется скакать ещё и на члене. Однако размеры этого члена вызывают у него некоторую тревогу. Сможет ли его маленькое тело принять весь этот орган? — Иди ко мне. — Тэхён осторожно касается дрожащего тела. Чонгук поднимается с помощью Тэхёна и садится на кровать. — Мы ещё? — Тебе нужно выдохнуть. Ты весь дрожишь, ещё успеешь. — Твой язык… нечто. — без стеснения говорит Чонгук. — Спасибо. — Я пытался что-то сделать с твоим членом, но навряд ли тебе хоть как-то стало приятно. — произносит Чонгук и опускает взгляд на колом стоящий член Кима. — Ты делал это очень хорошо. Не беспокойся, не каждый сможет взять это в рот — Ну я же засунул. — Не полностью. — Но взял же! — дуя губы, говорит Чонгук. — Хорошо взял. Подвинься ближе. Чонгук послушно приближается к Тэхёну, который вытягивает руки к нему и кладет одну на шею, чтобы притянуть его для поцелуя. Чонгук отвечает, с удовольствием, высовывая язык по-игровому. Тэхён смеётся над этим, но не прекращает, облизывает в ответ язык Чонгука. Когда Чонгук открывает глаза, удивившись, Ким накрывает его губы и целует их, проникая языком в теплоту рта. Чонгук решительно поднимает руки и кладёт их на плечи Кима, разглаживая их движением, а затем перемещает их на шею, царапая затылок. Погружаясь пальцами в пряди волос Кима, Чонгук встаёт, прижимаясь к Тэхёну. Ким обнимает Чона за талию, лаская его спину ладонями. Отрываясь от поцелуя, Тэхён прижимается губами к шее, скользит языком по солоноватой от пота коже. Чонгук тихонько всхлипывает, запутывает свои пальцы в прядях, трётся об него, задевая и его член. — Тэхён, ах… — стонет, не зная, что сказать. Хочется много и сразу. Чонгук снова возбудился, пачкая предсеменем живот Кима. Он слегка оттягивает волосы на макушке, когда Тэхён сильно прикусывает кожу на шее. И вскрикивает, когда по ягодицам проходится рука, шлепая сначала одну, следом вторую. — Сделай что-нибудь! — Ты дорвался до своего. Сейчас я вставлю в тебя свой член, а ты поскачешь на нём. — Тэхён двигается назад, ближе к изголовью кровати. Чонгук двигается вместе с ним и усаживается чуть выше паха. — Что мне делать? Я же… не сяду сам. — Я помогу. Сейчас наклонись ко мне вперед. Вставлю, потом ты потихоньку сам опустишь на него. Но не торопись. — спокойно говорит Тэхён, гладя бёдра Чонгука. Чонгук кивает и наклоняется вперёд. Тэхён ему советует уткнуться в его плечо и выпятить ягодицы. Сказано — сделано. Уткнувшись в плечо, Чонгук закрывает глаза и ждёт. Тэхён на ощупь находит свой член позади Чона рукой. Взяв его, он оттягивает ягодицу и на пробу вставляет только головку. Чонгук дергается, громко выдыхая на ухо Киму. — Он н-не влезет… — прошептал Чонгук, сжимая ладони в кулак. — Не волнуйся. Я буду осторожен. Тэхён медленно проникал, массируя одной рукой поясницу Чона. Когда он достиг середины, Чонгук нахмурился, произнёс какие-то слова на латыни и сжался. — Расслабься и начинай подниматься. — Не буду. Будет больно. — Не беспокойся, тебе нужно расслабиться. Обрати внимание на меня, — Тэхён одну руку кладёт на щеку Чона, призывая повернуть голову к нему. Чонгук поворачивается, и они сталкиваются носами. — Хочешь, мы будем целоваться, и в таком случае ты спокойно сядешь? Чонгук молча кивает и сам накрывает губы Кима своими. Тэхён отвечает на поцелуй, продолжая ласково гладить тело Чона. Как только Чонгук увлекается поцелуем, Тэхён решает его медленно опустить. Перемещая руки на талию, Тэхён давит на тазовую часть, чтобы Чонгук опустился полностью. Чон мычит в поцелуй, а из его глаз катятся слёзы. Отрываясь от поцелуя и вытягивая шею, он громко стонет от удовольствия. Когда член Тэхёна полностью входит в него, так сильно он распирает его изнутри. Тэхён управляет движениями, держа Чонгука за талию и медленно насаживая его на свой член. — Боже, fine… fine… fine… — Чонгук, постанывая, обнимает Кима за шею. Тэхён прекращает насаживать Чона. Останавливаясь, он прижимает тело ближе к себе и сам начинает двигаться, растягивая стенки ещё больше. Чонгук успевает еле-еле дышать. Постанывая, царапает лопатки Киму. Член входит с перебоями, но глубоко, проезжаясь головкой по простате раз за разом. Чонгук стонет, на каждый глубокий толчок вскрикивая имя Кима. Все стоны, что издаёт Чон, Тэхён впитывает в себя, стараясь лучше трахать, чтобы это не прекращалось. — Очень быстро, о-опять! — хнычет Чонгук, опирается руками за плечи, выгибаясь и вытягивая шею. Тэхён раздвигает пальцами ягодицы и проникает внутрь до конца, так, чтобы были слышны звуки шлепков полных яиц о ягодицы Чона. Он двигает своими бёдрами в полную мощь, увеличивая скорость, чтобы вызвать слёзы от стимуляции у Чона. Чонгук, постанывая, пытается насадиться самостоятельно, остановив Кима, сжимая его плечи. Тэхён замедляется, давая возможность самостоятельно насадиться. Чонгук начинает медленно и плавно двигать тазом, принимая в себя всю длину. Когда Чонгук понимает как правильно двигаться, он начинает смело привставать и опускаться на член. Чонгук всё время, пока выполнял эти действия, смотрел вниз, на то, как опускается полностью на член. Его дырочка принимает в себя всё без остатка: член скользит, доставляя приятные ощущения и наполняя всё внутри. Тэхён наблюдает за Чонгуком, прикусывая губу. Откидывая голову назад, он издаёт глубокий стон, когда Чонгук смело начинает двигаться на его члене, опираясь рукой на его торс. Тэхён протягивает руку к движущемуся телу, проводя ею по груди и касаясь возбужденных сосков. Чонгук сверху мычит, соблазнительно скривив свои пухлые губы. Ким перемещает руку на его член и начинает массировать его ладонью, двигая её вверх и вниз. Чонгук ускоряет темп, изгибаясь в волнующих движениях, полностью погрузившись в удовольствие. Он касается своей ладонью руки Кима, находящейся на его члене, и прижимает её. — Я… сейчас, к-кончу, — слова прерываются вырывающимся стоном, но Чонгук собирается ещё раз с мыслями и продолжает: — Ты должен куда-то собрать моё … ах… мою сперму! В то время как Чонгук старается удержать свой оргазм, Тэхён находит достаточно вместительную баночку. Заметив, что Чонгук находится на грани, он подставляет банку и одной рукой ускоряет свои движения, доводя Чона до оргазма. Чонгук содрогается всем телом, через несколько секунд, сжимая свой член и вцепившись пальцами в плечо Кима, кончает в ладонь Тэхёна. После этого Тэхён собирает всю сперму до последней капли в банку, полностью очищая член. — Вот так молодец. Ты большой молодец, умница, — Тэхён убирает банку в сторону и обнимает дрожащее тело. Он продолжает двигаться в Чонгуке, удерживая его за талию, и доводит себя до оргазма. После некоторых фрикций Тэхён кончает внутрь, поскольку Чонгук, прижимаясь, шепчет ему на ухо, чтобы тот кончил в него. — Не выходи. — Что? Не выходить? — Тэхён сперва поступает, как Чонгук сказал, но всё же осматривает его лицо. — Давай посидим так, пожалуйста… — шепчет Чонгук, обнимая Кима, уткнувшись носом в его предплечье. — Может, я выйду лучше? Всё же кончил в тебя. — Нет, сиди. Тэхёну не остаётся ничего иного, кроме как смириться. Он обнимает Чонгука в ответ, пока они просто сидят. Чонгук держит в себе сперму и член Тэхёна, наслаждаясь наполненностью. Тэхён не понимает, что происходит, но почему-то ему даже приятно, что Чонгук не оттолкнул его и не ушёл, чтобы вымыть себя. Наоборот, он сидит и…? Честно говоря, Тэхён не имеет понятия, что происходит. Для него он просто сидит. — Возможно странный вопрос. Но чем мы занимаемся? — Ты ничего не делаешь, а я… — Чонгук замолчал на мгновение, и только мысль о том, что он делает, заставила его покраснеть. — Г-грею. — прошептал он на ухо, а краснота на его лице стала ещё ярче. — Греешь? Это как? — Твой член. Мне нравится чувствовать, как он находится во мне. — смущённо произнёс Чон. — Хорошо. Сделаю вид, что понял. — Просто ничего не делай. Но вот то, как Чонгук иногда двигается, заставляет Тэхёна поджимать губы и поднимать глаза к потолку. Главное, чтобы не встал опять. Потому что звук сопения в его ухо явно указывает на то, что второй абонент больше не доступен. Через некоторое время Тэхён осторожно выходит из спящего тела и чувствует, как вместе с членом выходит густая жидкость, пачкая обоих. Аккуратно укладывая Чонгука на кровать, он обтирает тело полотенцем, слегка увлажнив его водой. А сам направляется в душ. Ночь почти подходит к концу. Завтра утром ему нужно будет уходить. Ведь лучше как можно быстрее убить или вылечить Королеву. Тэхён пока не определился, что именно он будет делать. Необходимо отдохнуть и обдумать всё на свежую голову. После принятия душа он ложится в постель рядом с Чонгуком и поворачивается в сторону, противоположную ему. Однако он не мог долго оставаться в таком положении. Тэхён ощущает, как его тело обхватывают всеми конечностями и грудью прижимаются к его спине. В общем, это терпимо, ведь вместе всегда теплее.

***

На следующий день Чонгук проснулся от ярких лучей солнца, которые светили ему прямо в глаза. Прикрыв глаза, он ощутил, что рука находится на пустой постели. Открыв глаза, он оглядел комнату, но не увидел никого. Бутылка масла оставалась на своем месте, а его одежда висела на стуле. Лекарство было забрано. Чувствуя грусть от ощущения брошенности, он завернулся в одеяло в положении эмбриона и заснул снова. Чонгук пробуждается через несколько часов. Когда он открывает глаза, замечает, что солнце уже садится за окном. Видимо, Чон проспал довольно долго. Встав с постели, Чонгук направляется в ванную комнату, поскольку он должен промыть себя. После душа Чон выходит из комнаты и направляется на кухню. Там на столе он замечает записку.

« Примите мое прощение, что ухожу без объяснений, но мне нужно разобраться с этим. Я, возможно, использовал тебя для твоего понимания, но относился к тебе, не как к просто тому, кто поможет мне не умереть в петле, а к человеку, который мне правда понравился. Буду ли я убивать Королеву? Я не знаю. Возможно, ты как-то об этом узнаешь. Но мне пора уходить. Надеюсь, мы сможем поговорить и познакомиться поближе в скором времени. Когда ты спросил меня об этом, я знал ответ, но не был уверен. Сейчас я также не уверен. Если я сделаю правильный выбор, то…

Оставлю без ответа. Ким Тэхён. »

Чонгук, вчитавшись в записку, не замечает, как пропускает половину текста. Глаза заливаются слезами, и он вытирает их тыльной стороной руки. Затем направляется к кувшину с водой. Налив стакан воды, Чонгук выпивает его одним глотком. Поместив письмо на деревянный комод в комнате, Чонгук торопливо одевается. Покидая дом, он оглядывается по двору, но никого не видит. Оббегав весь лес, он его не нашёл. И вправду ушёл. Чонгук даже зашёл к Чимину и наревел целое озеро, которое потом убирал Юнги. Ему посоветовали просто подождать. — Вдруг он вернётся? — сказал тогда Юнги. А Чимин его поддержал. После возвращения домой, Чонгук упал на кровать и быстро заснул. Он был слишком вымотан. Как же он мог так быстро привязаться к кому-то за одну ночь, когда никогда раньше этого не делал и не желал никаких отношений вообще? Но теперь он был занежен, ему было сказано много хороших слов, его целовали в нос и даже в задницу! Никто никогда не поступал с ним так раньше.

***

По возвращении домой в Королевство Тэхён не имел ясности по поводу своей цели в Лирине. Когда он встретил лекаря, который удивился, как быстро Тэхён нашёл лекарство, то прошёл его мимо, направляясь к Дверям. Охрана встретила его в замке и немедленно надела на него цепи для безопасности. Тэхён выразил своё недовольство, но не стал противиться. Его провели до комнаты помощника. Каун встретил его с «распростёртыми объятиями» и с ходу задал множество вопросов о лекарстве. — Ты добыл? — Добыл. Но чтобы его дать, нужен только один человек, а именно я. Но у меня есть одно условие.

***

Три дня. Целях три дня прошли, как Чонгук не выходит из своего жилища. Его настроение оставляет желать лучшего, а продуктивность ещё хуже. Когда зайцы стучат в дверь, он не открывает. Когда Ри стучит лапами в окно, он прогоняет его. Когда Чимин приходит, он впускает его внутрь, но затем выгоняет, как только закончит реветь на его плечо. Как ни странно сегодня было желание снова приступить к делу и продолжать жить. Чонгук с утра отправился в душ и уже находится на кухне, готовя растворы для поливки садов. Сегодня в одной из деревень начинается сборка урожая, и Чонгук собирается помочь в этом деле. Ри лежит на подоконнике, наслаждаясь теплом солнца, а зайцы, как обычно, бегают по грядкам в поисках морковки. Всё кажется хорошо, но Чонгук всегда следует своей интуиции, и сегодня он чувствует, что должно произойти что-то важное. И внезапно раздался шум. Ри спрыгнул с подоконника, а зайцы постучали в дверь. Чонгук с веткой в руке подходит к двери и распахивает её. — Там, там. — кричит один из зайцев. — Там чужак! Чонгук не сразу понял, о чём они говорят, подумав, что это просто новый гость. Но это оказался чужак. Когда он взглянул выше на лес, вдали Чон увидел парня, идущего в сторону его дома. Прищурившись, Чонгук узнал в нём того самого чужака. Ветка упала на землю, зайцы отпрыгнули. Выбежав из дома, не закрывая дверь, Чонгук босиком бежал по раскаленному асфальту к Киму без задних мыслей. Тэхён, увидев издалека дом феи, подумал, что возможно, он уже где-то в глуши леса в такое раннее время. Однако это оказалось не так. Тэхён заметил, как зайцы бросились в дом, и вскоре вышел Чонгук. С такого расстояния Тэхён не мог разглядеть, как выглядит его лицо. Но по его последующим действиям пазл начал складываться. Когда Чонгук подбегает к нему в одних носках, без обуви, первое, что хочется сделать — дать по жопе. Но сейчас на это время нет. Тэхён ловит бегущего Чона на руки, поддерживая его под бёдрами. Тот прижимается сильнее, обнимая за шею. Ощущение, как будто он стал ещё меньше. — Ты!.. да я тебя сейчас убью. — кричит Чонгук с одной стороны грозно, а с другой он крепче обнимает Кима. — Убивай сколько хочешь. — Тэхён не собирается стоять здесь, посреди тропинки, и направляется с Чоном на руках в сторону дома. Тот сидит на его руках, и болтает ногами, не отпуская шею ни на секунду. Боится, что снова уйдёт? Оправданно. Когда они доходят до дома, Чонгук всё равно не слезает с Кима. Так и просит: Садись со мной на ручках. Тэхён соглашается и садится на диван, позволяя Чонгуку сидеть на его бёдрах и положить руки на его плечи. — Жду объяснений, peregrinus? — говорит Чонгук, по птичьи склонив голову. — А что ты меня ждал? — Конечно. Сбежал с моей спермой в банке в своё Королевство, так и не ответив на мой вопрос. — обиженно дует губы. — Ох, вот он что. Я не должен был брать лекарство? Я же ради него и пришёл, а тебя использовал. — ответил Тэхён серьезным голосом. — Ты не использовал. — Кто тебе такое сказал? — Ты же сам говорил об этом как во время секса, так и в записке. Я могу даже показать это. — Чонгук пытается встать и пойти за запиской, но его останавливают. — Чего уже всё? Сразу поверил? — Ты такой забавный. Но ведь ты ударил меня сковородкой. И как ты тогда не убил меня. Силёнок не хватило? — Эй, что ты такое говоришь! — Чонгук ударяет его в плечо. — И не надо напоминать мне об этом. Это были меры предосторожности. Ты вообще назвал меня подростком каким-то. — On my aspectum vos was similis… — Ты… знаешь латынь? — шокировано спрашивает Чонгук. — Ох, а ты не догадался? Сам же сказал, что я частица леса. — Но латынь — это не навык с рождения. Этому учатся. Да и ты рос не в лесу. — Как же? Как раз-таки. Больше всего времени я провёл в лесу. — Не в этом. — вздернув бровь вверх, сказал Чонгук. Тэхён улыбается. Он крайне счастлив видеть Чонгука и на самом деле доволен, что принял верное решение. — Зачем ты здесь? Не просто же пришёл в гости. — Чонгук приближается, прижимаясь промежностью к паху Кима. Обнимает его за шею, уткнувшись в предплечье. Аромат Кима так приятен. Чонгук оценил это своим чувствительным нюхом. — Я вынужден был вернуться в Королевство раньше времени, чтобы покончить совсем и, возможно, убить Королеву. По прибытии я направился в замок Лирин, где обсудил с помощником условия моего ухода из Королевства после лечения Королевы. Мне было дано добро. — он приостановился, глядя на Чона, который массирует ему затылок. — После убийства Королевы я решил попрощаться со всеми, что заняло два дня. И вот я здесь. — То есть ты, получается, отомстил за… — Чонгук, ответь на этот вопрос. За кого я мстил? — За духа, за мою мать, за лес, в конце концов. Амонсерино — это был прежде остров, но Лирины были по соседству, и они решили просто убрать Амонсерино с лица земли. Он был островом, населённым разными существами: фей, зверей, колдуньями и прочим. И после того, как убили главного духа — мою мать. — он делает паузу. Проглотив тугой ком и смазав текущие слезы об футболку Кима, продолжает. — Амонсерино исчез. Из этого острова абсолютно всё исчезло, погибло. Феи пытались улететь, но мало кто смог. Я из тех фей, которые смогли создать свой лес. И он населён духом, который помогает нам здесь жить. — Чонгук, ты большой молодец, что выжил и создал свой мир. Благодаря тебе и твоим близким, некоторые люди из моего мира, до сих пор уверены в том, что они находятся под защитой. И я верю. Чонгук приподнимает голову и встречает взгляд Кима. Глаза Чона покраснели, заставляя его чувствовать некоторый дискомфорт. Тэхён аккуратно вытирает слёзы с его мягких щёк большими пальцами. — Большое спасибо тебе. Моя мама будет рада. Может быть, ты когда-нибудь её увидишь. — Я смогу её увидеть? — Да. Ты же частица леса. — Хорошо. Они недолго глядят друг на друга, наклоняются ближе и соединяются в поцелуе. Чонгук всхлипывает от долгожданного момента, а Тэхён обнимает его, проводя ладонями по спине. Перемещая руки на шею и, наклоняя её в бок. Он страстно целует пухлые губы, проникая в теплоту рта языком, соединяясь с чужим во влажном танце. — Давай узнаем друг друга ближе. Бум. — Чонгук? Тэхён замечает перед собой абсолютную пустоту. Но когда он опускает глаза на свои ноги, замечает, что на них лежит что-то с крыльями. Внезапно это нечто взлетает прямо перед его глазами. И тут до него доходит. Это был Чонгук — фея с розовыми крыльями. «Интересно, а вовремя секса также может быть?» пролетает мысль в голове Кима, пока он смотрит на фею, который в панике летает по всему дому. Как он узнал, что он в панике? Ящики, что стучат без умолку, тому оправдание.