Хороший, плохой, ребенок

Видимо, у Алины был некоторый внутренний будильник, информирующий ее о том, что Инеж и Каз только что закончили важный разговор, потому что уже через пять минут после выяснения предполагаемой личности девочка та открыла рот… и повторила вчерашний концерт. Когда дверь кабинета открылась в шесть утра, Каз даже не поднял голову со стола. Шея и спина уже нестерпимо болели, напоминая, что сон в полусогнутом состоянии на стуле — не самая его лучшая идея, но Бреккеру было все равно. Алина наконец-то молчала, и суда по ровному дыханию с кровати, Инеж тоже не считала нужным проснуться. — Да ладно… Вот теперь-то Каз вскинул голову. В кабинете стояла Нина и ошарашенно смотрела в сторону спальни, где с ребенком на руках спала Инеж. Сердцебитка перевела взгляд на Бреккера. — Сколько же это меня не было?..

***

Каз и Инеж смогли поспать полных три часа, пока ребенком занимались Нина и Матиас. Хельвар, увидев Алину и осознав, что на ближайшие время забота о ней — его проблема, попытался протестовать, но хитрая Зеник просто дала ему подержать в руках малышку, и спустя десять секунд хмурый дрюскель уже улыбался во весь рот. — Никто не должен ее видеть, — строго сказал Каз в процессе освобождения комнат от посторонних. Ему было совершенно безразлично, где эти часы будут просиживать его товарищи и как они займут ребенка. Впереди маячил долгожданный, пусть и недолгий, сон. Нельзя сказать, что Бреккер сильно удивился, обнаружив, что Нина не только заняла его кабинет на первом этаже, но и заполнила его игрушками, детскими книжками и комбинезончиками. Ее глаза светились от счастья и удовольствия, как и у Инеж, когда Алина вела себя прилично. Каз задался вопросом, как один и тот же ребенок может одновременно быть и ангелом, и чертенком? Как маленький человек, одним своим видом вызывающий желание улыбнуться, может буквально через час довести до белого каления? — А может… — Нет, — перебила его Инеж. — Мы не оставим ее Нине. Каз тяжело вздохнул. — Я за это платить не буду, — заявил он, тростью расчищая пол, чтобы не наступить на детали конструктора, которые выглядели довольно болезненными. — Ну и не надо, — фыркнула Зеник. — Мне не жалко побаловать племянницу. — Ты же осознаешь, что это не наш ребенок? — Это пока, — заявила Нина. У Каза возникло неприятное чувство, что он стремительно оказывается в меньшинстве. — Нам с Казом нужно проверить, действительно ли это дочь служанки Снайдеров, — Инеж потрепала по головке играющую с куклой Алину. — Можете не торопиться, — ответила Нина. Каз засчитал это за сигнал к выходу. По пути он почти что наступил на одну из деталек, но вовремя ее заметил, неуклюже качнувшись на больной ноге, двинулся дальше. Алина хихикнула, и Бреккер мог поклясться, что девчонка в этот момент издевательски ухмылялась.

***

При содействии Инеж дело пошло гораздо быстрее. Им удалось выяснить сразу несколько вещей. Во-первых, Феликс Снайдер не имеет никакого отношения к ребенку служанки. Во-вторых, ребенок не погиб, а просто заболел, и в-третьих, девочка сейчас находится вместе с матерью в больнице. Однако это ничуть не испортило настрой Инеж и Каза, поскольку было ещё в-четвертых, которое заключалось в том, что у Снайдера всё-таки был внебрачный ребенок. В-пятых, он был парнем двадцати трех лет и в-шестых — у него была жена и дочка, родившаяся примерно в то же время, что и дочь служанки. — Так Портовые лезвия украли не дочь Снайдера, а его внучку, — заключил Каз, наблюдая, как Кэл Снайдер ходит туда-сюда по комнате и что-то втолковывает своему ровеснику. — Но вопрос «зачем» остается актуальным. Либо от нее хочет избавиться Феликс, чтобы побочная ветвь потомства не потребовала однажды денег, либо ребенка хотят использовать как рычаг кто-то другой. Либо здесь есть что-то третье, о чем мы пока не знаем. — Что дальше? — Поговорим с Портовыми лезвиями и выясним, кто за этим стоит. — Постой, — Инеж обернулась, чтобы еще раз взглянуть на Кэла Страйдера, который сидел в кресле, вцепившись пальцами себе в волосы. — Он так переживает. Нам нужно вернуть девочку. — Сначала выясним, зачем ее похитили. — Каз… — А если это он подстроил похищение дочери, чтобы стрясти денег с отца? Давай узнаем, кто злодей в этой истории, а уж потом будем разыгрывать из себя героев.

***

Они разработали план действий, но главная роль в нем отводилась Инеж и Нине. А это могло значить только одно. — Ну уж нет, — твердо сказал Каз, следя, как к нему подбирается Призрак с ребенком на руках. — Это займет всего пару часов, — ответила Инеж. — Ты грабил банки, музеи, членов Торгового совета. Ты похитил самого разыскиваемого ученого и обхитрил всех в Кеттердаме. Хочешь сказать, ты не справишься с такой простой задачей? Каз крякнул что-то в свою защиту, но Инеж уже влезла в его личное пространство и передала ему ребенка. Парень неуклюже взял ее одной рукой, половина его мозга кричала: «ОНО СЛИШКОМ БЛИЗКО», а вторая подметила тот факт, что Инеж доверяет ему настолько, что не переживает, удержит ли он Алину. Эта мысль взбодрила Каза. Он сумел ухватить замеревшую девочку поудобнее и недовольно на нее посмотрел. — Улю, — сказала та и потянула к нему свои ручонки. Каз увернулся от нежелательных объятий и посмотрел на нее с еще большим неодобрением. Девочка печально вздохнула. — Улю… Хельвар с трудом сдерживал смех. — Чего смеешься? — сердито спросил Каз Матиаса. — Думаешь, после этого Нина не захочет своего? На лице фьерданца появилось нечто, очень похожее на ужас. Нина и Инеж рассмеялись и пошли к выходу, прихватив Матиаса, который, по словам Зеник, был ооооочень им нужен. Даже без своей приобретенной подозрительности и недоверия к людям Каз понимал, что это наглая ложь. Дверь в Клепку захлопнулась, подчеркивая, что Каз остался один на один с мелким чудовищем. Правда, еще была дюжина отбросов, но Инеж сказала Бреккеру, чтобы он не смел отдавать ребенка на попечительство мошенников и убийц, и что она непременно узнает, если он нарушит слово. Первым делом Каз посадил девчонку на стул. Алине такой расклад не понравился, она снова протянула к нему свои пухлые ручки и выдала сердитое «Улююю!». Когда парень ее проигнорировал, она на мгновение поникла, а затем набрала воздуха в легкие и стала орать. Не плакать, не хныкать, как делала обычно, когда ей не хватало еды, чистого подгузника или объятий Инеж, а именно что орать, будто ее режут. Лишь острое ощущение, что Призрак наблюдает за ним, сдержало Бреккера от смачного ругательства.

***

Однажды Казу пришлось взламывать один очень навороченный сейф, чтобы открыть который требовалось разобраться с десятью замками. Создатель рекламировал его как не вскрываемый, и это сподвигло парня проверить, так ли это. Он не мог приобрести сейф из-за его высокой цены или пробраться на склад, где хранилища ждали, когда их купят, поэтому разбираться пришлось прямо в доме богатого купца, купившегося на рекламу. Из-за твердой веры, что сейф никто не сможет взломать, купец снял охрану в этой части дома, поэтому Каз не был ограничен ни во времени, ни в количестве попыток. Он пробовал различные методы и комбинации, вскрывал один замок и тут же переходил к следующему. Через некоторое время срабатывал специальный механизм, и уже вскрытые замки снова запирались, возвращая Бреккера в исходную позицию. Но он не сдавался, медленно, но верно пробираясь к содержимому сейфа. Сейчас, пытаясь унять орущего ребенка, Каз вспомнил те сладкие часы, проведенные за вскрытием сейфа, и с содроганием осознал, что скучает по тому времени. Он перепробовал все игрушки, которые купила для Алины Нина, но девочке они были по боку. Возможно, та рассчитывала, что с ней будут играть, а не просто сунут куклу ей в руку, но так низко Каз еще не пал. Он дал ей свои часы — и едва их спас от полета в окно. К галстуку ребенок тоже уже охладел. Затем Бреккер попробовал ей почитать, и — бинго! Джекпот! Флэш-рояль! — Алина замолчала и удивленно на него уставилась. Скорее всего, ей дела не было до сказки, где лис чудом остался жив после встречи с хитрым зайцем, и привлекло ее ничто иное, как хриплый голос Бреккера, но главное, что это сработало. Минут на пятнадцать. — Да чтоб вас всех, — выдохнул Каз, когда Алина снова включила режим сирены. Тогда он достал монетку. Он показал ей простой фокус с исчезновением. Орать Алина не перестала, и в целом она делала вид, что ей все равно, но тонкий слух вора заметил, что завывания стали на децибел ниже. Каз довольно усмехнулся. Близок час победы…

***

Каз почти что пропустил возвращение ребят. Его внимание привлек удивленных вздох Нины, и подняв глаза, он обнаружил, что вся тройка стоит на пороге и удивленно на него смотрит. — Только не говори, что ты дал ей снотворное, — гневно сказала Инеж, подходя к спящей Алине. — Была у меня такая мысль, но она не настолько мне доверяет, чтобы есть то, что я ей даю. Нет, она просто наконец устала. — Чем вы с ней занимались? — полюбопытствовала Нина. Каз выразительно обвел рукой кабинет, где повсюду валялись игрушки, книжки, карты и монеты. Пробраться в Ледовый Дворец и то было проще. — Почему вас так долго не было? Вместо девушек ему ответил Матиас. — Нам удалось даже больше, чем просто собрать пару слухов. Оказалось, что Каз пропустил все веселье. Ребята выяснили, что мотивом похищения девочки был всё-таки шантаж. Портовых Лезвий нанял тот самый владелец борделя, который надеялся таким образом прибрать к рукам игорный бизнес Снайдера. Планировалось, что Кэл надавит на отца, но вместо этого юноша попытался решить все самостоятельно, подключив к поискам друзей. Тем временем Портовые лезвия «потеряли» ребенка, и все пошло наперекосяк. — Но мы помогли им навести порядок, — сказала Нина, загадочно ухмыляясь. Они не стали вдаваться в детали, но из краткого пересказа Каз понял, что Нина воспользовалась своими новыми способностями, чтобы напугать владельца борделя. Добавьте к этому Призрака с ее ножами и умением исчезать и появляться из теней, и Матиаса, который мог выглядеть достаточно угрожающе, и получите седого бизнесмена, внезапно решившего, что ему пора на покой. — Семье больше ничего не угрожает, — подытожила Инеж. — Так что твоя мечта сбылась: девочка отправляется домой. Каза должна была обрадовать эта мысль, но вместо этого он ощутил внезапную печаль. Он что, успел привязаться к ней? Ну вот еще! Ему просто не хочется, чтобы расстраивалась Инеж, которая относилась к Алине, как к собственной дочери. — Какая жалость, что время так быстро пролетело, — грустно сказала Нина, беря проснувшеюся девочку на руки. — Но мы будем навещать тебя, кнопка. Алина что-то улюлюкнула. Нина ее ласково передразнила, но затем ее лицо вытянулось от удивления. В руках малышки словно из неоткуда появился кулек ирисок. Сердцебитка проверила карманы. — Как она… — Нина обернулась на Каза, ее глаза метали молнии. — Ты научил ее опустошать карманы? — Она освоила этот трюк за тридцать четыре минуты. Можете ею гордиться. — То есть она не может нормально держать ложку, но уже умеет «щипать» карманы? Интересная методика обучения. Напомните мне потом, чтобы я не оставляла своего ребенка Казу. На словах «своего ребенка» Матиас издал непонятный звук. Вчетвером они собрали купленные игрушки, книжки и костюмчики (святые, когда Зеник успела все это приобрести???) и начали миссию по возвращению ребенка домой. Инеж, Нина и Матиас несли девочку по очереди, и не нужно было уметь читать эмоции по чужим лицам, чтобы понять, как им тяжко расставаться с Алиной (которую на самом деле звали Нелли). — Уверен, что не хочешь подержать ее на руках? — спросила Инеж Каза, когда они подошли к дому. Бреккер мрачно на нее посмотрел, но девушка знала его слишком хорошо, чтобы купиться на его игру. Она передала ему девочку и отступила назад, компенсируя ему занятое пространство. — Сколько шума из-за одного маленького ребенка, — недовольно сказал Каз. — Улюлю! — возразила Алина. Затем она положила головку ему на плечо и закрыла глаза. Инеж и Нина выглядели так, словно сейчас расплачутся. — Ну хватит, у меня еще есть дела, — Каз кивнул Призраку. Инеж забрала Алину. Они оставили ее на пороге дома в окружении сумок с подарками и заняли позицию в стороне, так, что их не было видно, но в случае непредвиденных обстоятельств могли успеть среагировать. Инеж уходила последней. Она постучала в дверь и убедившись, что кто-то пошел открывать, испарилась. Дверь открыл Кэл Снайдер. Сначала он ничего не заметил, глядя пустыми глазами перед собой, но затем ребенок заулюкал, и он догадался опустить глаза. — Мириам! — крикнул он в дом. — Смотри! Следующие пару минут прошли в криках радости, объятьях и бурных обсуждениях, кто мог вернуть им дочь, да еще и с подарками. У девочки была с собой записка, в которой объяснялось, кто стоят за похищением и что в ближайшее время семье ничто не угрожает. Насколько знал Каз, Инеж и Нина добавили еще пару строчек, которые сводились к пожеланиям и напутствиям. — Так странно, что ее теперь нет с нами, — погрустнела Нина, идя по руку с Инеж. — Но мы ведь навестим ее? — Разумеется, — сказала Инеж, которая наверняка уже придумала сто и один способ, как подружиться со Снайдерами. — Но я буду думать об этом завтра. Сегодня я собираюсь хорошенько выспаться. Сейчас уже, наверное, десятый час. Каз? — Понятия не имею, — честно ответил тот, шагая рядом с Инеж. — А как же… постой, а где твои часы? Ты оставил их Нелли? — Она их стащила. Его слова звучали бы правдивее, если бы Каз при этом не улыбался.