Непристойные приключения юного эльфа Лика

Агнес встала раньше всех. Она была старшей дочерью в семье и все домашние заботы были на ней. Однако проснулась она рано не поэтому. У крестьянки была проблема — у неё ужасно чесалось между ног, а помочь было некому. Большинство мужчин в деревне были женаты, и жёны у них были ничуть не хуже Агнес. Как-то раз она спуталась с бездельником Ханеком и практически не пожалела об этом: член у него оказался длинрым и твёрдым. Целую ночь он «помогал» Агнес, и та до сих пор считает, что это была лучшая ночь в её жизни. Однако благодаря Ханеку Агнес выучила один важный жизненный урок — всё в мире имеет свои последствия. Когда у девушки уже начал расти живот, бездельник давно путешествовал с группой артистов, забредших как-то деревню. Вот так Агнес а 18 лет стала мамой. С тех пор она ни разу не пыталась ни с кем переспать. И дело было даже не в беременности — её она готова была перетерпеть, и не в недостатке мужчин — то и дело в деревню заезжали торговцы, музыканты, а то и обычные бродяги. Дело было в отце. Узнав о внебрачной беременности дочери, старый крестьянин чуть не поколотил её. Благо, мать отговорила его, и Агнес отделалсь испугом. Тем не менее, девушке очень хотелось вновь почувствовать внутри себя что-то большое и крепкое. Она буквально не могла спать по ночам от своего желания. Тогда-то у неё и появился новый пунктик ежедневного расписания. Сегодня Агнес делала все, как обычно. Спокойно встала, не разбудив никого из семьи: ни родителей, ни братьев, ни сестёр, ни маленького сына. Потом умылась на улице и пошла в хлев. В этот раз она чувствовала особое желание. Ночью ей снился сон, где армия из множества разнообразных нелюдей взяла её в плен. Монстры унижали и издевались над Агнес: плевали в скудную еду, раздевали и заставляли гавкать как собаку, садили на цепь и голой выводили на прогулку. Но когда всё приближалось к кульминации… она вдруг проснулась. Тем не менее, сама мысль о том, что эти твари могли сделать с ней, как они могли ещё надругаться над ней не давала ей покоя и заставляли девушку течь. Войдя в хлев, она ничего не услышала. Немудрено, ведь недавно пришлось продать всю скотину, чтобы расплатиться за какой-то штраф. Агнес этому была рада, ведь теперь по утрам она могла спокойно расслабиться и не отвлекаться на их визг и вой. Да, теперь ей приходилось работать больше, но она не возражала, считая это своеобразной платой за свой комфорт. Между ног было уже невыносимо. Она прикрыла глаза и закусила губу. Рука потянулась к промежности, но крестьянка вовремя остановила себя. «Ещё чуть-чуть, — подумала она. — Ещё пара шагов…» Агнес прошла немного дальше и замерла. На кучке сена, где она обычно лежела, спал загорелый стройный эльф. Причем полностью голый. Лик, выйдя из города, столкнулся с тем, что ночью начинало холодать, а это особенно сильно чувствовалось без одежды. Долго так он бы не пропутешествовал, к тому же нужно было ночевать. Тогда юноша решил затаиться где-нибудь в деревне и переночевать. Благо ему попался пустой хлев, так что эльф расположился на сене и мирно уснул. Разбудил его звук открывающихся дверей. Как только он раскрыл глаза, то увидел перед собой девушку. На ней была белая ночнушка, которая обтягивала её огромную грудь. Казалось, что при очередном вдохе ткань не выдержит и порвётся, обнажив «вымя». Лицо у вошедшей было по-крестьянски красивым, загорелым. Голубые глаза смотрели на Лика с недоумением, а свободные золотистые волосы спокойно лежали на плечах. Эльф и сам был удивлён. Он подумал, что девушка может закричать, а потому встал и протянул к ней руки, словно останавливая что-то: — Подожди! Не кричи, пожалуйста! — проговорил взволнованный парень. — Ну буду, — ответила Агнес довольно спокойным голосом. Она и правда не собиралась кричать. Да и от чего? Эльф перед ней был явно слабее и вряд ли мог причинить вред. К тому же, он был таким милым… — Ты кто? — спросила Агнес. — Лик. — Ты раб? — Нет, хозяин меня отпустил. — То есть, ты бродяга? Эльф задумался. А ведь действительно всё выходит именно так, что он отныне бродяга. — Получается так. — И ты решил переночевать в моём хлеву? — Решил. — Без разрешения? После этого вопроса Лик вдруг побледнел. Он понимал, что всё складывается не в его пользу. Парень вдруг вскочил с сена и встал на колени. — Пожалуйста, прости! Не зови стражу! Я не хочу обратно! — Обратно? — Агнес приподняла бровь. — Ты, получается, не вольный, а беглый? — Ну… — Лик почесал затылок и отвёл глаза. — Всё сложно… Просто не надо меня выдавать! Я сейчас же уйду! — Нет уж. Ты ночевал у меня в хлеву без спроса. Просто так ты не отделаешься. У крестьянки постепенно зрел план. Такой милый мальчик оказался её должником и грех было бы не воспользоваться этим. Конечно, она предпочитала более мужественных партнёров, но сейчас выбирать не приходится. От знакомых она слышала, что разные расы не могут смешиваться друг с друглм, а потому Агнес могла без проблем взять его, и никто не узнает. — Я сделаю всё, что хочешь, — в отчаянии проговорил Лик. — Всё? — хитро улыбнулась Агнес, добившись своего. — Всё. — Тогда есть у меня для тебя работка… Она задрала свою ночнушку. Под ней между расставленных ног блестела киска. Половые губы были усеяны золотистыми волосками, от чего влагалище чем-то напоминало усеянный жёлтыми цветами луг. Двумя пальцами Агнес раздвинула половые губы, демонстрируя розовые внутренности сочащегося влагалища. Лик завороженно смотрел на него. Он видел раньше голых женщин, но никогда не рассматривал так детально их промежность. Теперь же она оказалась перед ним во всей красе. — Для начала я хочу, чтобы ты… — Агнес замялась. Крестьянке было трудно это сказать, ведь она даже раньше не думала о том, что можно делать такое. — Чтобы ты… Вылизал её… Лик кивнул и стал приближаться к ней. С каждым сантиметром он сильнее чувствовал запах смазки. Аромат оказался намного более приятным, чем таковой у стражника. Да и сам факт связи с женщиной казался ему интересным, особенно после грубого солдата, что чать ли не надругался над ним и над его бедным горлышком. А оно, кстати, всё ещё побаливало. Личико эльфа оказалось почти вплотную к паху. Он остановился в нерешительности, не зная, что и делать дальше. С неуверенностью Лик посмотрел вверх и встретил нетерпеливый взгляд крестьянки. Видимо, парень действовал слишком медленно и этим мог вызвать гнев Агнес, а он помнил, чем череват гнев возбужденного человека. Лик нежно поцеловал киску девушки и к своему приятному удивлению услышал её тихий стон. Такой милый и протяжный. Весь его страх улетучился. Он ещё раз поцеловал влагалище крестьянки, звонко причмокнув, а потом немного отстранился. Лик высунул свой язык и провел им по киске, облизывая вульву. Вновь парень услышал стон Агнес, втот раз чуть громче. Эльф хихикнул. Его умиляла такая реакция и благодаря ней он чувствовал себя главнее, хоть и не забывал, что сейчас его судьба фактически находится в её руках. Лик принялся водить языком по волосатой киске крестьянки. Сначала только вверх-вниз, потом влево-вправо, а потом и покругу. Всё это время уши и душу ласкала реакция крестьянки: стоны, вдохи и редкие слова. Он чувствовал, как дрожат её пышные бёдра, как она сама испытывает трепет от запретного удовольствия. Осмелев, Лик порой начинал играться с ней. Пальчиком он проводил от самой нижней части влагалища к анальному колечку, от чего Агнес вздрагивала и у неё на мгновение прерывалось дыхание. Однако эльф лишь проводил кончиком по узенькому сморщенному отверстию, после чего сразу же убирал, чтобы не волновать и без того взволнованную крестьянку. Другой его шалостью было немного пощипывать губами волосики на киске и лобке, от чего с губ девушки срывался короткий писк. К такому она была менее благосклонна, так что Лик старался не делать это особо часто. Щеки Агнес были красными от смеси стыда, возбуждения и наслаждения. Её стоны были тихими и томными, но порой крестьянка взвизгивала, когда эльф находил её слабое место. От одной мысли, что такой милый юноша прямо сейчас усердно вылизывает её киску, она таяла. Руки дрожали вместе с ногами и норовили отпустить подолы ночнушки, накрыв тканью Лика, чего Агнес не хотела. Ей нравилось наблюдать за лицом парня, по которому текут её любовные соки. Где-то половину удовольствия от процеса составляло красивое личико эльфа. Тот, тем временем, понял, где стоит усилить напор. До Лика дошло, что когда он лизал какой-то маленький шарик, похожий на крохотную головку, то стоны девушки становились слаще. Тогда язычок коснулся этого шарика и принялся теребить его. Агнес была так ошарашена внезапным фонтаном удовольствие, что вскрикнула особенно громко. Если эльф продолжит так играть с ней, то она наверняка кого-то разбудит. Тогда крестьянка нашла решение сразу для двух проблем. Зубами она закусила подолы ночнушки и освободила дрожащие руки. Теперь из её рта доносилось лишь мычание вперемешку с приглушенными стонами, а ладони охватили обе массивные груди, начав сжимать и массировать их. А загорелый эльф продолжал играться с клитором. Он теребил и лизал его, тёрся о него носом, а порой и брал эту головку в рот, слегка посасывая. В ответ он слышал еле сдерживаемые звуки своей партнёрши, которые сильнее его заводили и заставляли продолжать. В какой-то момент Лик отстранился от киски, что Агнес приняла с облегчением. Слишком силён был напор его языка и девушка была на грани обморока от такого активного ублажения. Но передышка длилась недолго. Губы эльфа встретились с половыми губами крестьянки и язык проник внутрь. От удивления и резкого проникновения Агнес раскрыла рот, накрыв своей ночнушкой парня. В порыае страсти она схватила его за голову и сильнее прижала к своему паху. Сам же Лик принялся быстро двигать языком внутри, буквально трахая им киску крестьянки. Тот ловко скользил по узким стенкам, слюнявя их и ублажая тем Агнес. Она же, в свою очередь, более не могла сдерживаться. Девушка кричала от удовольствия, позабыв о всякой осторожности. Её напряжённые соски принялись исторгать из себя молоко, пачкая одежду и образовывая на ней два тёмных пятна. Смазка же непрекращающимся потоком текла в рот Лику, который и сам был сильно возбужден. Вдруг Агнес сжала пальцы и на язык парню вылилась беловатая жидкость, смешавшаяся с его слюной. Все тело крестьянки пробрала судорога, и она испытала сильнейший оргазм, после чего отпустила эльфа. Тот ещё немного посмаковал женский эякулят, проглотил его и выполз из-под ночнушки партнёрши. Она тяжело дышала от столь необычного соития. Лик и сам устал от работы языком, так что он упал на сено и принялся рассматривать крестьянку. — Что у тебя с грудью? — спросил эльф, заинтересовавшись пятнами в районе сосков. — Это… Молоко. — Молоко? — Да. У меня почему-то оно всё ещё течёт. Особенно когда… Достигаю пика. — Вау… Мило. Агнес ещё немного постояла, после чего сняла с себя ночнушку. Теперь-то она предстала перед Ликом во всей своей красе. Пышные и пухлые чресла явно свидетельствовали о том, что крестьянка может дать хорошее потомство. В плечах она была широковата для женщины, да и руки у неё были сильны, но это нисколько не делало её менее привлекательной. Животик ещё не до конца отошёл от беременности и был не до конца плоским, однако всё же толстой её нельзя было назвать. Но самлй прекрасной частью её тела была грудь. Эти два больших мешочка, полные молока, манили к себе, а острые соски в самом центре ареол так и приглашали прислониться к себе губами. Это было настоящее щедрое вымя, которое одарило бы тёплым молоком любого желающего. Две белые струйки, тёкшие по коже, только дополняли картину. Лик раскрыл рот от удивления. Его и без того напряжённый член, кажется, стал ещё твёрже и пару раз дёрнулся. Агнес надвинулась на него и присела на корточки, так что его член уткнулся в киску девушки. Крестьянка чуть наклонилась вперёд, опершись на сено. Её грудь повисла прямо у лица эльфа. — Я думал, мы закончили, — проговорил Лик. — Мы закончим только когда я это скажу, — властно проговорила Агнес. — А теперь, будь добр, начинай пить молоко. Не хотелось бы, чтобы всё это добро пропадало впустую… Эльф неуверенно поцеловал губами ареолу и принялся сосать. На языке появился сладкий вкус, отдающий сливками. Почувствовав его, парень начал усерднее пить грудное молоко. Уверенный взгляд Агнес смягчился, и она томно выдохнула. Приятные ощущения тепло разливались по её телу. Одной рукой она придерживаюсь грудь, чтобы Лику было удобнее. Киска вновь начала течь, а клитор постепенно напрягался. Эльф прикрыл глаза от блаженства. Вся ситуация была для него столь необычна, что он и не знал, как вести себя. Прямо сейчас в голове парня смешались похоть и нежность, которые заставляли его сердце биться сильнее, а самого его слегка дрожать. Ещё немного насладившись кормлением, Агнес поставила одну ногу на колено и той же рукой, что держала грудь, взяла член, после чего потерла розовую головку о блестящие половые губы. Лик вдруг раскрыл глаза и промычал, но крестьянка ласково погладила его второй рукой. Вся доминантность девушки ненадолго улетучилась и сменилась каким-то извращенным подобием материнской любви. Эльф словно стал для неё сыном, которого она успокаивала после кошмара, хотя разница в возрасте у них была очень маленькая. Агнес начала медленно садиться на член. С некоторой досадой она подумала, что размер у него не такой внушительный, как у Ханека, но что есть то есть. К тому же он и так ублажил её своим языком, а потому крестьянка в каком-то смысле отплачивала ему. Стенки влагалища обхватили головку, приятно сжав её. Лик вновь промычал в сосок и выпустил из носа немного воздуха, а потом начал ещё активнее высасывать молоко из груди. Агнес, в свою очередь, испустила ещё один стон и поёрзала на члене. Всё-таки ни пальцы, ни язык не сравнятся по ощущениям с твёрдым хером, пусть даже не сильно большим. Крестьянка продолжила насаживаться на Лика. Член эльфа проходил дальше, пока его ствол увлажняли соки девушки. Чем глубже скользил половой орган парня, тем чаще он мычал, стараясь издать стон. А хер все продвигался дальше, пока, наконец, он полностью не скрылся между половых губ Агнес. Тогда Лик обнял крестьянку. Обволакиваемый розовыми стенками влагалища, член юноши буквально ликовал. Ещё ни разу парень не чувствовал женщину таким образом. Разве что у него парочку раз отсасывали, но не более. А теперь… Агнес же выпрямила спину. Грудь оторвалась от губ с характерным чмоком, и Лик выдохнул. Девушка положила руки на его загорелую грудь и вновь расположилась на корточках, после чего стала подниматься, но лишь чтобы у самой головки насладиться на член полностью одним движением, отчего эльф выгнул спинку и, зажмурившись, простонал. Крестьянка начала повторять движения, постепенно набирая темп. Её влагалище хлюпало, шлепаясь о яица и парня и вгоняя член внутрь. Грудь же подпрыгивала вверх и вниз от инерции. Лик, смотря на это, не мог не подумать, что если бы она начала кончать, то забрызгала себя и его молоком. Его занимала и другая мысль: прямо сейчас его буквально трахает женщина, использует как игрушку. Она наверняка просто прогонит его, когда кончит, когда он станет ей не нужен. Это странное чувство было одновременно приятным и обидным. Лик решил выжать из ситуация максимум. Он вдруг взялся за прыгающую грудь прыгающей девушки и принялся мять её, массировать, играться. Мягкая и тёплая, немного влажная от молока и пота. Кажется, Агнес была слишком занята членом, чтобы обратить внимание на его лапанье. Наигравшись с сиськами, Лик положил руки на бёдра, а затем и на задницу крестьянки, которая прыгала вместе с ней. Эльф принялся работать уже с ней, порой шлепая по ней, а порой чуть надавливая, помогая девушке насаживаться на хер. Теперь она всё-таки обратила внимания на действия юноши, но ей это даже понравилось: — Сльнее! — приказала она в перерыве между страстными стонами. Лик кивнул и удары ладони о ягодицы начали раздаваться чаще, громче, звонче. Они сопровождались взвизгами запыхавшейся Агнес, которая сильнее текла от шлепков. Осмелев, эльф решил взять хотя бы часть инициативы в свои руки. Теперь давил он на неё сильнее и сам слегка двигал бёдрами, от чего смазка слетала с половых губ во все стороны. Пика соитие достигло тогда, когда Лик раздвинул ягодицы партнёрши и просунул один свой палец в её узенькое отверстие. Агнес закричала бы от болезненного удовольствия, но парень заткнул её поцелуем, так что она просто промычала ему в рот. После такого, однако, ни он, ни она не могли более продолжать. Киска задрожала и начала сокращаться сильнее, сжимая внутри себя член эльфа. Они вместе разомкнули поцелуй и издали последний стон. Вместе же они и кончили. Их жидкости смешались и стекли из влагалища по стволу члена на лобок Лика. Оба тяжело дышали, потом Агнес вдруг поцеловала любовника и прижалась к нему. Тот ответил, освободив попку крестьянки от объятий и положив руки на лопатки девушки. Так бы и лежали они вместе, продолжая свой нежный отдых, как вдруг дверь в хлев открылась. Агес сразу же вскочился, а замешкавшийся и ничего не понимавший Лик лишь с недоумением смотрел на неё. Вдруг он увидел высокого бородатого мужчину с грозным лицом. Увидев эльфа, его лицо вдруг стало злее и он перевёл взгляд на растерянную крестьянку. — Какого хера тут творится, Агнес? — рыкнул он. — Папочка, а тут… Тут лежал эльф и… И он набросился на меня! И взял! Я кричала, слышал?.. — Слышал, — сказал он и перевёл взгляд на шокированного Лика, который уже успел встать. — Ну, тварь, молись. Сейчас ты ответишь за то, что с моей дочерью сделал. Неизвестно, что стало бы с юным эльфом, если бы позади него не было окошка, через которое он и попал в хлев. Лик с бешеной скоростью бросился к нему под крик бородача, вылез и побежал к лесу со всех ног. Агнес же только потом узнала, что люди всё-таки могут беременеть от нелюдей и рождать полукровок.