Light and Bone

Скиф тронулся до того, как Александр хотел сбежать. Он не хотел быть испепелённым в Каньоне, едва достигнув восемнадцати. Это был не страх, а жажда выжить. Может, он бы храбро вышел добровольцем, если бы знал, что с опасностью встретятся все на равных условиях. Но под ногами, на нижнем ярусе, находились те, кто выше по званию. А такие как он, картографы, следопыты, рядовые находились под одной лишь тканью фабрикаторов. И на том спасибо. Пока все бились по углам, он не считал, что от этого что-то зависит. Если их учуят монстры, в любом случае не спасутся. Он начал разглядывать остальных, чтобы отвлечься от навязчивого шёпота, о котором предупреждали. Но стоя в середине, возле мачты, Александр наблюдал все оттенки ужаса товарищей. Или не всех. — Где Алексей? Все на секунду недоумённо переглянулись, пока не услышали истошный зов на палубе. Быстрее, чем до всех дошло, чудища разорвали ткань. Яркий свет ослепил всех, не давая видеть всю ту кровь, следы от цеплявшихся рук, оторванных конечностей. Александр бросился на пол. Он почти распрощался с жизнью, но когда его обожгло прикосновение когтей к руке, наружу вылез страх. Глупо, но обуздать его, находясь на волоске от смерти, не хватило смелости. Он кричал, бился, пока его не сжали сильнее лапы монстра. Если смерть выглядит так, то он готов её принять: стало темно, прохладно, и так спокойно. Все звуки утихли, а боль прекратилась. Когда он очнулся, он вполне был жив. На райское место их последняя остановка совсем не была похожа. Его ноющее, усталое и перевязанное тело очень грубо заставили подняться и следовать к главной палатке Заклинательницы Солнца. Кажется, он действительно умер.

***

Алина работала с бумагами, когда на несколько минут мир поглотила тьма. На улице уже стояла ночь, но за шатром было светло, как днëм. Каньон никогда не прекращал светить. Короткие мгновения темноты и прохлады заставили сердце биться чаще. Неужели нашëлся тот, кого она искала сотни лет?... Заклинатель Теней. Старкова пыталась устранить Каньон, сколько себя помнила. Чудовищная ошибка стоила многим жизней. Но теперь, когда появился тот, кто сможет погасить Каньон, в душе начало разливаться спокойствие. Юноша вовсе не походил на того, кого она часто представляла себе. Когда его отпустили, солдат посмотрел в глаза Алины, будто приглашая еë принять вызов. Девушка усмехнулась. — Кто ты? Александр видел Заклинательницу Солнца лишь мельком. Когда проезжал её экипаж, запряжённый ослепительно снежными лошадьми, когда она изредка наведывалась с проверкой вместе с корпориалами. — Картограф. Помощник старшего картографа. Солдат первой армии. — Ты не понял вопроса, — Алина усмехнулась и сложила руки за спиной. Она обошла Александра, кинув на него оценивающий взгляд, и остановилась напротив его лица. — Повторюсь ещë раз. Кто. Ты. Такой? — Боюсь, вопроса я всё ещё не понимаю. Пожалуй, он уже подписал себе смертный приговор. Но что он ещё мог ответить? Под пристальным взглядом Заклинательницы Александр не мог пошевелиться. Ну или от того, что его вывели сюда сразу после стычки в Каньоне. Этим он был недоволен ещё больше: может она пощадила бы его, будь Александр не в клочьях тряпья, грязных бинтах и слое пыли? — Что ж, тогда я отвечу на этот вопрос за тебя, Александр. Ты Заклинатель Теней. Взгляд Алины ожесточился. — Как давно ты знаешь об этом? Сколько ещë планировал скрываться? Ты хоть понимаешь, скольких людей ты обрëк на гибель? Александр чуть ли не рассмеялся. Заклинатель Теней? Это такие ролевые игры? Разве что он может быть Заклинателем мешков под глазами. — Знаю? Если бы я знал, — он исправился, — если бы это было так, я бы избежал всех потерь, как только меня отправили в этот чёртов Каньон, не так ли? — Тебя тестировали? — девушка подошла к нему ближе и поправила кольцо-коготь. — Нет. — смысла врать он не видел. Закапывать себя ещё глубже ни малейшего желания не возникало. — Когда приехали гриши, я сломал руку. Тестировать больных запрещено. Алина по-хозяйски засучила рукав юноши и, взяв его руку в свою, с помощью кольца сделала небольшой надрез. Тьма вновь заполонила все вокруг. Великолепно. Заклинатель Теней. Как многого она сможет достичь, будь в еë руках могущество этого картографа?.. — Готовьте лошадей. Мы едем в Малый дворец. Надрез привëл Александра в чувства. Да что, чёрт возьми, происходит? Он не вещь, которую можно взять, испортить и ничего не объяснять. Но спорить он не стал. В армии ни у кого не было выбора. Оставалось только ждать, пока он найдёт способ выйти из всего этого сумасшествия. Единственное что его тревожило: — Что с остальными? Что будет теперь? Алина даже усмехнулась от его вопроса. — Не переживай, всех вылечат. И чем скорее ты сможешь уничтожить Каньон, тем больше людей не нужно будет даже лечить. Александр сглотнул. Что бы не происходило, в этом явно есть какой-то подвох. Однако, действовать, не разобравшись, он не привык. Поэтому послушно последовал к карете. Помимо его руки немного пострадает и гордость. Девушка взяла у одного из целителей кефту и села в карету, посмотрев на Александра. — Надень на всякий случай. Пуленепробиваемая. — А вы собираетесь в меня стрелять? — Александр напрягся. Что за срочность ехать, даже не дав поесть? Алина закатила глаза и открыла окно, посмотрев на одного из слуг. — Принесите фруктов. Поживее. Она повернулась к Александру. — Я в тебя стрелять не собираюсь. А вот дрюскелли — да. Думаешь, никто не заметил, как Каньон погас на пару минут? Молись, чтобы люди, живущие в окрестностях, спали в это время. — Уснёшь тут, рядом с таким пеплищем, — пробормотал под нос Александр. Он внезапно осознал своё положение. Заклинатель Теней. Он. Мальчик из бывшего поместья князя. Бедного сиротского приюта. Тогда почему он ничего не чувствует? Гриши всегда были чем-то недосягаемым, только он не перестал себя чувствовать также. — Я не Заклинатель. — Прошу, избавь меня от этого, мои нервы итак много что треплет. Не хватало ещё и тебя, — Алина взяла корзину и протянула еë Александру. Карета тронулась. — Приятного аппетита. — Ах, прошу извинить, — ядовито бросил он. Ему уже всё равно не жить. А если и получится сбежать, то придётся выживать. — Но Заклинатель Теней, которого чуть не съели в Каньоне не то что вам нужно. — Я буду тренировать тебя. И не надо показывать мне свои молочные клычки, хорошо, Александр? Не дорос еще. Морозов фыркнул. Ему вообще-то уже восемнадцать. Ладно. Как минимум, он предупреждал. Он принял корзину с фруктами. Раньше для половины такой корзины ему бы пришлось обокрасть всю кухню Первой армии. Он начал есть, разглядывая пейзажи за окном и запоминать путь. — Расскажи о себе и своëм детстве, Александр. Алина потянулась к корзине и, взяв виноградинку, положила еë в рот, продолжая изучать собеседника взглядом. — Разве ваши нервы не много что треплет? Юноша продолжал молчать, однако после того, как он встретился с суровым взглядом, ответил: — Мне нечего рассказывать. Сиротский приют Керамзина. Изначально должен был быть следопытом, но как картограф подошёл больше. — Я должна узнать тебя больше. Нервы мне треплет твоя язвительность в одной карете с Заклинательницей Солнца, что не свидетельствует о высоком уровне твоего инстинкта самосохранения. Алина прислонилась головой к сиденью и устало посмотрела в окно. — Я понимаю, что ты напуган, Александр. Но пойми, мы не враги тебе. Я не враг тебе. Просто... Слишком многое навалилось на мои плечи в последнее время. Извини, если сорвалась на тебе почëм зря. Перед ним извинились. Святые, ему определённо будет легко привыкнуть к хорошему. А насчёт инстинкта самосохранения, Заклинательница однозначно ошиблась. Бей, беги... или очаруй. Во всяком случае, пора налаживать хорошие связи. — Я и сам себя толком не знаю. Вот только сегодня узнал, что я гриш. — Я понимаю тебя. Сама долго блуждаю в потëмках своего разума, пытаясь найти себя. На твоих плечах отныне будет большой груз, Александр. Но взамен... Ты уже легенда, Беззвëздный святой. И у тебя будет всë, что ты пожелаешь. Для начала он хотел спросить о Малом дворце. Расспросить обо всём, но дабы не раздражать Заклинательницу ещё больше, решил промолчать. А ещё он не должен вызвать подозрений. Доверчивый мальчик-картограф. — В отличии от многих детей в приюте, я помнил мать. Не настолько чтобы хорошо её знать, но остальные напрочь забывали родных. А ещё я действительно хороший картограф. Просто выбирая между тем чтобы бегать по лесу и сидеть в тёплой палатке, я выбрал второе. Ну и для того чтобы меньше наказывали. Алина улыбнулась краем губ. — У меня много картографов, но я запомню, Александр. У тебя есть кто-то ещё? Друзья? Девушка? Парень? — Приятели из нашего отряда, знакомые из других. Только нас направили через Каньон, а остальные на юг. Уже не имеет значения. Моя прошлая жизнь в прошлом, не правда? — Не совсем. Мне бы хотелось узнать тебя как можно лучше. Это моя прямая обязанность. Я должна знать всë, вплоть до родинок на теле. — Родинок у меня мало. А из детства я запомнил не так много, моя суверенная. Всё сливается в одно единое. — Ладно... У нас будет ещë много времени. Алина хотела бы заснуть, но что-то внутри подсказывало, что за Александром нужен был глаз да глаз. — Может, ты хочешь спросить меня о чëм-то? — Как долго нам ехать? И... вы поедете со мной? — Да. Тебя должен кто-то охранять. Ехать дня три. — Можно было бы обойтись меньшими заботами. — Нет. Ты ценен, как никто другой, Александр. Остановимся следующей ночью в одной деревне. Надеюсь, ты сжалишься и разрешишь мне поспать. Парень отодвинулся к окну. Они выехали посреди ночи, а сейчас рассветало. Но постепенно и он начал засыпать, утомлённый всеми событиями. Алина облегчëнно вздохнула и сама позволила себе задремать. Видимо, парня действительно знатно потрепало — он проспал вплоть до остановки. — Александр. Просыпайся, — девушка потрясла его за плечо. Александр сразу проснулся, но не сразу понял, где они. Стоило им выйти из душной кареты, как он сразу почувствовал себя лучше. — Ты голоден? — Очень. Алина кивнула и зашла с ним в постоялый двор. Она достала из кармана пару золотых и положила их хозяину на стойку. — Здесь за лучшую комнату с двумя кроватями, анонимность и ужин. Приготовь всё поживее, пока мы будем ужинать. Хозяин поклонился. Алина кивнула и села за дальний столик в тени, подозвав за собой юношу. Александр подсел за столик, рассматривая всё вокруг. Здесь было как и во всей Равке: ничего особого. Он примерно понимал, где они находятся, но все его мысли занимала еда. Строгий военный режим сбился, а организм вовсе находился в глубоком шоке. — Мы здесь переночуем? — Да. Дальше остановок на сон не будет, поэтому тебе нужно будет хорошо отдохнуть. Ты же ешь мясо? Я заказала две порции мясного гуляша. — Не откажусь. Он не увидел, куда ушли другие сопровождающие, входя в постоялый двор. И раз уж Заклинательница Солнца позаботилась лишь о них двоих, насколько важным он может себя считать? — Отлично. Алина кивнула и вскоре начала есть. Когда обед был закончен, девушка поднялась в комнату. Кровать была одна. Будь на дворе день, она бы с радостью пошла бы разбираться с хозяином гостиницы, но сейчас на это сил не было. Поднявшись за Заклинательницей, Александр встал у порога. Потом пару раз проверил номер на двери. Потом начал искать, что можно постелить на пол. На грязный пол. Почти полевые условия. — Что ты ищешь? Ложись на кровать, — Алина тяжело вздохнула и села в кресло. — Если не хочешь спать вдвоëм, ладно. Для меня главное, чтобы ты был отдохнувшим. — Я достаточно отдыхаю. Наверное, пока есть возможность ему стоит воспользоваться удобствами. Перед тем, как лечь и забыться сном, Александр снял с себя бинты, обтёрся и стал перевязывать чистой стороной руку. Когти вошли неглубоко, но лучше перестраховаться. — Тебе помочь? — Алина, до этого внимательно исследующая Александра взглядом, подсела к нему и коснулась ладонью плеча, на котором зияли царапины. Парень послушно протянул ей руку. Он знал, что гриши живут намного дольше обычных людей. Но Заклинательница Солнца выглядела не старше самого Морозова. Однако ей подчинялись многие аристократы, может даже первая армия, все гриши в Равке, а значит и он. Алина промокнула ткань в воде и ещë раз промыла рану, движения девушки были лëгкими и нежными. Взяв повязку, она аккуратно, но плотно перебинтовала его руку. — Всë хорошо? Нигде не жмëт? — Спасибо. Ночью, может, было и прохладно, только до зимы ещё далеко, а надевать грязную рубашку в чистой постели не очень-то и хотелось. Александр скользнул в постель, занимая дальний край кровати. Девушка кивнула и улыбнулась краем губ. — Ложись нормально. Я выспалась. Доброй ночи, Александр. Алина подошла к окну. Там, вдали, виднелся едва уловимый свет. И если всë пойдёт по еë плану, Каньон можно будет не просто уничтожить, а попытаться начать контролировать. Восемнадцатилетний свободный картограф... Это будет легче, чем Алина предполагала. Намного легче.