my personal enemy

      — Ты можешь попросить этого ушлёпка выйти из комнаты?       — Это ты меня ушлёпком назвал? — Минхо, всё это время сидевший на кровати Хёнджина, резко соскочил и наклонился к лицу Джисона.       — А ты видишь тут еще кого-то?       — Да, как минимум Хёнджина.       — Он адекватный, в отличие от некоторых.       — Слышь, малой, ты нарываешься…       — Так! Хватит! — Хёнджин не выдержал и встал между ними. — Замолкните оба. Вы достали уже орать на весь дом! У меня голова болеть из-за вас начинает…       — Если бы ты не позвал эту реинкарнацию квокки к нам домой, то ничего бы не болело.       — Если бы ты выгнал этого обросшего кота из комнаты, то всё было бы в порядке.       — Вы оба… — Хёнджин тяжело вздохнул. Ему приходится терпеть эти перепалки между его лучшим другом и родным братом с самого детства. Вот только за последний год они стали еще более агрессивно настроены друг против друга, чем за всё время. — Джисон, пойдем лучше во дворе посидим.       — Вот так значит да? Выбрал друга, а не родного брата? Ну, я тебя понял…       — Никого я не выбирал. — Хёнджин остановился в дверном проёме, обернувшись на развалившегося на его кровати, брата. — Просто знаю, что тебя выгнать из комнаты не получится.       — Ты сейчас буквально признал то, что выбрал его.       — Ты… — Хёнджин замолчал, прокручивая шестеренки в голове. — Ты достал уже.       — Да, давай вали уже, принцесска.       Показав язык, Хёнджин исчез за дверью. Минхо еще какое-то время стиснув зубы смотрел на дверь. Его что-то злило, но он не мог понять что. Встав с кровати он ушел в свою комнату, ведь сюда приходил чисто для того, чтобы поиздеваться над Джисоном.       — Вот ведь… Почему Джинни с ним дружит вообще? — пройдя в свою комнату и встав напротив зеркала, Минхо принялся собирать свои отросшие до плеч волосы в короткий хвостик. — Еще и меня пытался из комнаты выгнать. Надо было въехать тому засранцу по загривку чтоб не втыкал.       За открытым настежь окном послышались голоса Хёнджина и Джисона. Подойдя ближе, он увидел их, сидящих на пледе.       — Как ты его терпишь вообще? — спросил Джисон, присаживаясь на расстеленный по траве красный плед.       — Со мной он так себя не ведет. Какая муха вас укусила? Почему вы так ненавидите друг друга?       — Да потому что он… Он… — Джисон вдруг замолчал, будто бы пытаясь вспомнить что-то. — Он просто идиот.       — Классная причина, придурок. — пробубнил Минхо себе под нос.       — То есть вы бесите друг друга без причины?       — Нет, она наверняка есть, просто я ее не помню.       — Значит помиритесь.       — Ни за что! — в один голос крикнули Минхо и Джисон.       Парни обернулись на голос Минхо и увидели его в окне.       — И долго ты там стоишь? — поинтересовался Джисон.       — Тебе какое дело?       — Большое. А вдруг мы тут моих ухажеров обсуждаем? М? А ты тут подслушиваешь!       — Да больно мне нужны эти неудачники! Не за тем ухаживают!       — Ага, ты только смотри не лопни там от зависти. За тобой то, небось, никто не ухаживает, бедолага!       — Ошибаешься. За мной всю учебу в университете бегали и сейчас отбоя нет! А вот ты раньше популярностью не отличался, так что сомневаюсь, что сейчас она у тебя вдруг появилась!       — Да ты… Ты…       Хёнджин молча сполз на плед, уткнувшись лицом в землю. Даже на улице ему не было спасения от их вечных ссор. Он пролежал так добрые десять минут, пока эти одноклеточные продолжали орать на весь двор.       — Хёнджин, ты спишь что ли? — наконец-то спросил Джисон, кладя руку ему на плечо.       — Поспишь тут с вами. Наорались?       — Он ушел есть. Но я то знаю, что это был лишь предлог чтобы свалить. Так что он проиграл. Вот ведь неудачник.       Хёнджин на это лишь звонко хлопнул ладонью себе по лбу.

***

      Начало лета. В воздухе витает запах свежескошенной травы, а по дорогам проезжают велосипедисты. От палящего солнца спасают лишь кепка и прохладительные напитки.       Джисон идет к Хёнджину на работу в художественную галерею и радуется, что взял отпуск и ему не придется работать в такую замечательную погоду. Казалось бы… Что может испортить такой замечательный день?       Почти дойдя до улицы, где находится художественная галерея, он неожиданно спотыкается обо что-то и летит вниз. Тихо выругавшись, он садится на асфальт и переводит взгляд с кровоточащей коленки на чьи-то ноги.       — Ой, прости! Я не хотел! — Минхо, стоящий перед ним пытался скрыть самодовольную ухмылку, вот только получалось это у него плохо.       — Ты… Сука, ты какого хрена тут делаешь вообще? — Джисон зашипел от боли, переводя взгляд обратно на коленку. Та все больше и больше истекала кровью. — Твою мать…       Минхо, только сейчас обративший внимание на его колено, резко изменился в лице и присел на корточки. Он никак не ожидал, что Джисон настолько сильно ушибется.       — У тебя есть вода? Надо промыть рану. У меня есть пластырь. Сейчас… — он стал рыться в своем белом шоппере с котиками и достал из него упаковку пластырей. — Вот, возьми.       — Не нужна мне твоя помощь, бестолочь! Сначала калечишь, а потом жалеешь. Что за человек ты такой?! — сурово взглянув на своего врага, Джисон попытался встать. Вышло у него это с трудом.       — Давай я хоть помогу тебе дойти…       — Я же сказал, что мне твоя помощь не нужна! Отвали уже! — рявкнул он, хромая от сильной боли.       Минхо свел брови к переносице и провожал его взглядом. Он терпеть не мог, когда на него орут и тем более, если это делает Джисон. Но сейчас он полностью осознавал, что переборщил, поэтому не огрызался в ответ.              Достав из кармана телефон, он набрал Хёнджина и попросил его встретить Джисона, так как тот поранился.       — Боже! Вы подрались прямо на улице?! У всех на глазах?!       — Да не дрались мы! Он упал и разбил коленку.       — Ужас какой… И ты этому поспособствовал, да?       — Да какая разница?! Иди уже помоги ему, пока он там не упал еще где-нибудь. — договорив, он сбросил трубку и медленными шагами пошел в ту же сторону, что и Джисон.              Они оба изначально направлялись к Хёнджину. Когда Минхо заметил перед собой такого счастливого и довольного Джисона, то не мог не поднасрать ему чем-нибудь. Он совсем не ожидал, что тот так сильно поранится.       Встав за угол, он стал наблюдать за Хёнджином и Джисоном. Брат усадил друга на скамейку и принялся обрабатывать рану. Даже с такого расстояния Минхо слышал, какими отборными матами Джисон крыл его. Почему-то улыбка сама расползлась по лицу.       И только тогда, когда они зашли в помещение, Минхо сдвинулся с места и направился в след за ними. Из головы не выходило то, как он испугался за Джисона и пытался помочь ему. С чего вдруг? Он и помогать своему врагу номер один? Да больно надо!       — Я просто почувствовал свою вину перед ним, вот и рефлекторно принялся помогать. Стоп, а на такое вообще существуют рефлексы?.. — бубнил себе под нос Минхо.       Теплый ветерок развивал по воздуху его длинные русые волосы. Он хотел было собрать их в хвостик, но вспомнил, что не взял с собой резинку.       — Привет. Как работа? — Минхо прошел во внутрь помещения, вставая напротив стойки, за которой сидел Хёнджин.       — Нормально. Вот, держи. — он протянул брату достаточно большой красный пакет с сердечками в виде узоров. — Мог бы и сам забрать, а не меня запрягать.       — Благодарю. — забрав пакет, он заглянул внутрь.       — А что там? Судя по пакету, какой-то набор для плотских утех? — усмехнулся Джисон, неожиданно появившийся сбоку.       — Даже если и так, то что? Хочешь опробовать?       — Боже упаси. Только не с тобой.       — Блин, как жаль. Такой шанс упускаешь. — ухмыльнувшись, он перевел взгляд на его коленку. Та была заклеена пластырем. — Тебя уже подлатали, как посмотрю.       — Жить буду, к твоему сожалению. Не вышло у тебя в этот раз избавиться от меня.       — Да уж, это печально. — состроив на лице гримасу печали, он перевел взгляд на Хёнджина. — Ладно, я пошел. Увидимся после работы.       — Ага, пока. — Хёнджин опустился обратно на стул и вздохнул.       — Ты чего вздыхаешь?       — От облегчения. Мне не пришлось снова выслушивать ваши оры.       Вернувшись после работы домой, Минхо тут же принялся искать своих любимых котов. Те мирно спали в своей комнате на третьем этаже.       Как только их семья переехала в этот дом, то Минхо тут же забрал себе во владения небольшой чердак, являющийся так же и третьим этажом. Он очень долго обустраивал его: выкидывал оставленные вещи предыдущих хозяев, красил стены, собирал мебель, покупал всякие различные лежаки, когтеточки и игрушки. И спустя какое-то время превратил этот захламленный чердак в очень даже уютную комнату для трех своих котов.       — Суни, Дуни, Дори, я пришел! — поднявшись по небольшим ступенькам он оказался в комнате, залитой солнечным светом.       Коты, завидев хозяина, тут же подбежали к его ногам. Минхо разложил им по мискам корм, а сам уселся на небольшой диванчик.       — У меня кое-что для вас есть, но вы кушайте пока.       Достав из пакета всё содержимое, он принялся за распаковку. Половину зарплаты с подработок он всегда тратил на игрушки, корм и всякие прикольные штучки для своих любимых котов. Для них он ничего не жалел и всегда покупал все самое лучшее.       Так и в этот раз он заказал дорогущий корм, три новых лежака, кучу всяких вкусняшек и новые игрушки.       То, каким он бывает со своими котами, дозволено видеть лишь Хёнджину и их родителям. Минхо уже давно понял, что все вокруг видят его как злого, противного и нелюдимого парня, поэтому просто смирился с этим и не позволял никому увидеть другую его сторону. Настоящую сторону.

***

      — Надеюсь, что этот обмылок не будет лезть к нам. — сказал Джисон, разуваясь в прихожей.       — Да что ты все о Минхо думаешь?! Забей на него. Думай, что его сегодня нет дома. Окей?       — Как скажешь, босс.       — Я пойду принесу нам мороженое и ложки, а ты пока поднимайся в комнату.       — Окей. Мне шоколадное.       — Я помню.       Подняв с пола рюкзак, Джисон начал подниматься по ступенькам, как вдруг услышал радостный смех Минхо. Такой чистый и добрый смех он еще никогда в жизни не слышал, уж тем более от Минхо.              Чуть ли не на цыпочках он подкрался к ступенькам между вторым и третьим этажом, вслушиваясь в происходящее.       — Молодец, Дори! На вот, держи угощение.       Любопытство взяло верх и Джисон поднялся еще чуть выше. Теперь он мог спокойно видеть происходящее на чердаке: Минхо лежал на полу, одной рукой гладя Суни, а в другой держа угощение для Дори. Улыбка не сходила с его лица. Он с такой любовью смотрел на троих своих котов, с какой влюбленные парочки не смотрят друг на друга.       Джисон и сам невольно улыбнулся от открывшейся перед ним картины. Ему казалось, что он сейчас видит то, что не должен. Что это слишком личное для Минхо.       Русая прядка красиво упала на лицо и Минхо тут же убрал ее обратно за ухо. В сердце что-то ёкнуло. Джисону уже не были интересны ни мороженое, ни фильм. Он хотел продолжить наблюдать за смеющимся Минхо. Прошло слишком много времени с тех пор, как он слышал такой добрый и невинный смех Минхо.       Но планам не суждено было сбыться.       — Джисон? Ты чего тут сидишь? — резкий голос Хёнджина заставил вздрогнуть и обернуться.       — Вы че тут делаете, мелочь? — Минхо тут же подошел к ним и, сложив руки на груди, сурово уставился сначала на Джисона, затем на Хёнджина. Той мягкой улыбки и след простыл.       — Ничего мы не делаем. Идем вот в мою комнату есть мороженое.       — Ну вот и идите куда шли.       — Ну и пойдем! Чего ворчать то? — Хёнджин закатил глаза и схватив Джисона за руку потащил в комнату.       Закрыв за собой дверь и включив свет, он устроил чуть ли не самый настоящий допрос.       — Ты что там делал?       — А что такого?       — Чердак - это запретная комната для всех, кроме меня и родителей. Минхо никого туда не подпускает, особенно если он сам там находится. Вот я и спрашиваю, что ты там забыл? Зачем туда пошел?       — Да я просто услышал, как он смеялся… Вот и пошел посмотреть. Если бы ты не заорал, то он бы и не заметил нас.       — Не нас, а тебя. Я за ним не подсматривал.       — Ну и что с того то?       — Просто хочу поздравить, что ты нажил себе еще больше проблем. Минхо теперь наверняка думает, что ты шпионил за ним.       — Ой, да больно он мне сдался…       — Это ты так считаешь. — выдержав паузу, Хёнджин сел в кресло и взял в руку пульт от телевизора. — Ладно, забей. Пошли уже фильм смотреть.       Джисон ел мороженое, но совершенно не вникал в сюжет фильма. Голова была забита Минхо, а в ушах звенел его смех. Он не мог понять, почему тот строит из себя такого холодного и нелюдимого, когда на самом деле таким не является? И эта его забота утром. Зачем вдруг он так яро хотел помочь ему?       Пытаясь найти ответы на все возникшие в голове вопросы, Джисон даже не заметил, как съел полное ведро мороженого. Фильм уже давно закончился, а Хёнджин посапывал в кресле.       Поставив пустое ведерко на стол, он подошел к выключателю и хотел было выключить свет, как вдруг услышал какие-то звуки за дверью.       Поколебавшись пару секунд, он, всё же, выключил свет и вышел в коридор. Звук доносился с чердака. Ноги сами несли его по ступенькам вверх. Джисон сгорал от любопытства. Родители часто говорили ему, что чрезмерное любопытство однажды погубит его, но он не верил и продолжал совать нос не в свои дела.       Поднявшись на последнюю ступеньку, он увидел лишь Суни, Дуни и Дори, играющих в свои новые игрушки.       — Значит это были вы… — он прошел в комнату, совершенно выкинув из головы слова Хёнджина. — Ваш хозяин спит, да? Ну и слава богу. Меньше проблем от этой занозы в заднице. — Дуни подходит к Джисону и начинает тереться о его ногу. Тот присаживается на корточки и начинает гладить его невероятно гладкую шерстку.       Внезапно разносится громкий щелчок и комната заливается тьмой. Коты, испугавшись резкого звука, тут же разбегаются по своим лежакам. Джисон замирает на месте и боится пошевелиться. Что это? Воры? Или просто щиток выбило?       Сердце бешено колотится и он не знает, что ему делать. Хёнджин спит, Минхо наверняка тоже, их родителей дома нет. Единственный выход из ситуации — это вернуться к Хёнджину в комнату и подождать до утра, но вот незадача… Джисон боится темноты.       Он закрыл глаза, будто бы это могло ему помочь избавиться от страха, и зарылся лицом в колени, обхватив их руками. Эту ночь он проведет здесь. Вместе с Суни, Дуни и Дори.       Вдруг по полу раздались легкие вибрации, а из коридора послышался топот. Кто-то поднимался по ступенькам. Судя по звуку, шаги остановились на втором этаже напротив двери Хёнджина. Затем Джисон еле как уловил тихий скрип открывшейся двери.       — Боже, надеюсь, что это не воры… Пожалуйста, пусть это будут не воры… — шептал себе под нос Джисон, стараясь успокоить себя.       Снова скрип, вот только дверь уже закрылась. Теперь этот «кто-то» поднимался по ступенькам на третий этаж.       — Ну все. Мне конец. — Джисон вжался еще сильнее в свои колени, как вдруг был резко повален на спину.       Тяжелое тело нависало над ним. Из-за темноты он не мог разглядеть лица, из-за чего становилось в разы страшнее. Этот «кто-то» тяжело дышал, как будто бы до этого бежал марафон. Джисон не мог выдавить из себя ни слова.       Неожиданно раздался уже знакомый щелчок и свет в комнате включился. Глаза, привыкшие к темноте, рефлекторно закрылись. Когда Джисон попытался открыть их вновь, то увидел над собой Минхо.       — Минхо?! Ты что здесь делаешь?!       — По-моему, это я должен спросить тебя, что ты здесь делаешь. — парень, наконец, поднялся и встал на ноги. — Ну, так что?       — Я просто услышал шум и пошел узнать, что это было. Оказались твои коты. Потом погас свет. Я испугался и вот мы там, где есть.              — Ты испугался? — Минхо смотрел на него не с издевкой, а скорее с каким-то волнением. Поняв, что теряет перед ним лицо, тут же отвернулся и зачесал свисающую челку назад. — Ясно. Давай на выход.       Джисон встал и направился к двери, как вдруг его что-то дернуло.       — Почему ты такой?       — Какой?       — Ну… Строишь из себя нелюдимого и бессердечного, хотя на самом деле таким не являешься. Зачем?       — С чего ты взял, что я строю из себя такого?              — Я видел, как ты играл с котами. Видел, как ты смеялся и тепло улыбался им. Да и в детстве ты не был таким. Ты…       — Так значит видел… — Минхо повернулся к нему всем телом, скрещивая руки на груди. — Забудь то, что видел. Я не такой, каким мог тебе показаться.       — Но это ведь неправда! Не может человек, который так смотрит на своих котов, быть настолько жестоким.       — Слушай, ты проблем хочешь? Проваливай уже!       — Нет, я не уйду. И хрен ты меня выгонишь!       — Я могу тебя с лестницы скинуть. Хочешь? Вот только ушибленной коленкой в этот раз ты не отделаешься.       — Опять ты грубишь. Я просто хотел с тобой по-хорошему поговорить.       — Вот именно что ты хотел, а не я. Не надо мне тут нравоучения свои читать. Жил как-то без них и сейчас проживу. А теперь проваливай! — Минхо указал пальцем на дверь позади Джисона и сурово прожигал его взглядом.       — Ты помнишь, из-за чего мы враждуем?       — Нет.       — Тогда если ли в этом смысл?       — Это ты сейчас на примирение пытаешься идти? Извини уж, но нет. Ты мне и даром не сдался.       Джисон еще пару секунд смотрел на пылающие от ярости глаза Минхо, а затем ушел. Он понимал, что наговорил лишнего, но зато теперь ему стало хоть немного легче на душе.       Забрав из рук Хёнджина пустое ведерко из-под мороженого, он укрыл его пледом, а сам улегся на кровать. Время уже близилось к трем часам ночи. Безумно хотелось спать, но из головы все никак не выходил Минхо.       — Кто же тебя так сломал…