Глава третья. Важней всего погода в доме
25 марта 2023 г., 18:06
Гарри Поттеру третий за его учебу преподаватель ЗОТИ показался чем-то неуловимо похожим на главаря контрабандистов, и спустя месяц учебы в нем наконец-то проснулся Серый кардинал.
Он написал Фенриру и запросил встречу в том самом бывшем шотландском домишке на окраине Хогсмида, где ему передавали всякие нужные вещи, нужных людей и прочее. Оборотка производства гриффиндорки Грейнджер, сваренная в девчачьем туалете для каких-то гриффиндорских целей, хранилась под стазисом уже год и свойств не утратила, как и волосы с головы дяди Вернона, значит, живы его родственнички, ну и слава Мерлину. Ни он, ни миссис Федервайсер не вспоминали о них в последнюю встречу, как-то не до них было, но волос дяди в Оборотке растворился с шипением, значит, он жив. В случае же смерти донора принудительного метаморфинга, а именно так Оборотное зелье называлось полностью - Зелье тысячи принудительных метаморфоз, волос просто плавал бы по поверхности. Смотаться за зельем в Лютный всё не было времени, так что ночью Гарри провел тестирование Оборотки от Грейнджер на ней же, полюбовался на порыжевшую девочку и понял, что ученица, сварившая такое в начале второго курса, пригодится и ему самому. Гарри записывал в свою серокардинальскую тетрадь самородков и просто хороших людей, и плохих тоже, все сгодятся при правильном применении.
Фенрир подтвердил, что когда-то он куснул неизлечимо больного ребенка по просьбе его матери, но Люпины не приводили сына в стаю на обучение, а коверкали в нем душу и психику, так что вряд ли получится запуганного волчонка исправить.
- Конечно, Дамблдор прекрасно знал, что обращенного укусом нужно отдавать в стаю на три ночи каждое полнолуние, но мы выяснили это много позже, и было уже поздно переделывать беднягу, – прогудел звероватого вида мужчина с желтыми глазами.
От него несло уверенностью и немного жутью, на попытку "прочитать" он ухмыльнулся, показывая клыки, и Гарри тут же сделал вид, что он нечаянный такой легилимент, и сцепил пухлые верноновские пальцы на пухлом верноновском животе.
Попробовать все же исправить тоскливого Римуса стоило, и на это была одна веская причина, которая для Серого кардинала перевешивала все, – в Хогвартсе эмпатам-воронам было плохо от непонятной тоски недооборотня, их оберегали и всячески стремились их драгоценное одиночество ограждать, а Гарри, что полюбил впервые в сознательной жизни именно равенкловку, искал способ угодить девочке с небесно-голубыми глазами, что не читалась вообще никак, а его назвала однажды дезинсектором собственного разума.
Пусть риски от нового укуса были значительными, иногда дважды укушенный умирал, а не обретал сродство с новым волком внутри себя, но Серый кардинал Гарри предпочел, чтобы в Хогвартсе стало лучше, и они ударили по рукам – альфа волчьей стаи и Серый Маг.
Ночью усыпленного преподавателя ЗОТИ вынес на руках сам Фенрир Сивый, и нес он тридцатичетырехлетнего мужчину с отцовской заботой, Гарри, проведший того в Хогвартс и сопровождающий обратно, очень четко это ощутил. Интересно, кого теперь найдут на проклятую должность?
Утром помятый и невыспавшийся Гарри с отвращением ел подгорелую овсянку и переглядывался с Луной Лавгуд, той самой равенкловкой, что рассказала ему о мозгошмыгах, нарглах и прочих морщерогих кизляках, и о том, что Гарри – единственный из встреченных ею в школе учеников, чьи мозгошмыги ходили строем.
Любителей пошарить у девочки в вещах настигали разные порчи-корчи, отчего число желающих прятать вещи Луны резко устремилось к нулю; Гарри защищать свое всегда любил, а тут полюбил еще больше, применяя весьма изощренные штучки авторства Пожирателей Смерти.
Луну он сразу стал считать своей, той, кого он должен защищать, слишком уж она напоминала Гарри его самого в Литтл-Уингинге – она была пусть и не изгоем, но ее тоже явно сторонились. Сторонились вороны, остальным дела не было до мелкой ученицы, но когда вещи у чистокровной ведьмы перестали пропадать, почему-то вороны на приемах пищи старались теперь садиться к ней как можно ближе. И не разговаривали, а Луна сидела как ни в чем не бывало и улыбалась им, насупленным.
Спикировавшая почтовая сова принесла очередной выпуск Ежедневного Пророка, в котором была новая сенсация – поймали Сириуса Блэка и Питера Петтигрю, живого мертвеца с посмертным Орденом Мерлина первой степени.
На следующей неделе сенсации следовали одна за другой: Сириуса Блэка вовсе никто и не ловил, он сам заявился в Аврорат с крысой в антимагической клетке, крысу расколдовали и она оказалась настоящим предателем Поттеров, но в тюрьму сели оба, Питер Петтигрю понятно за что, ну а Сириус Блэк – за нанесение увечий при этой явке с повинной Кингсли Брустверу и Аластору Грюму.
Бесстрашным борцам с преступниками Сириус Блэк навалял без палочки, поэтому приговор был мягким – год заключения. Чтобы все видели, что не дóлжно на людей при исполнении поднимать руку, даже без палочки, палочку-то Блэк показательно держал обратным хватом в левой руке, той самой, в которой нёс клетку с крысой, и прорвался в кабинет начальника, вырубив двух неслабых мужиков. Неслабые мужики обиделись и накатали заяву.
Гарри, которому прекрасно было известно о роли Питера Петтигрю и Сириуса Блэка во всех его несчастьях, терпеливо ждал лета. А пока у него были более насущные дела - отношения с Луной развивались, приведя к кое-какому увеличению движимого и недвижимого имущества, и у домовитого Серого кардинала ручки чесались пристроить это имущество понадежнее, то есть в закрома новой родины.
Отыскала его, это движимое имущество, Луна. А вот говорил с василиском Гарри, потому что у него были змеиные мозгошмыги, когда он надевал колечко в качестве тепловизора, чтобы перед посещением всяких заброшенных мест в замке не нарваться на сюрпризы.
И зеркало Еиналеж она тоже нашла, но обо всём по порядку.
Луна разговорилась с Плаксой Миртл, и та с ней не стала говорить загадками, ведь потомки Благого народа умеют обращаться с призраками так же хорошо, как и с понимающими их людьми. Вернее, даже не так – потомкам сидов нет разницы, кому сливать Благодать, и Плакса Миртл свою долю получила.
Она подвела двух новых друзей к раковине со змейкой, Гарри, недолго думая, предложил двери в подземелье открыться – и они втроем отправились в путь.
Плакса Миртл уже не так боялась Короля Змей, который во время встречи с девочкой был "под поводком" ее однокурсника со Слизерина, и василиск принёс ей свои извинения. Плакса Миртл подумала, потом еще подумала, но уже окутанная голубоватой невесомой дымкой от Луны, и милостиво кивнула. От радости, что его простили, и от предложения Гарри у него погостить василиск станцевал что-то вроде джиги и куда‑то рванул.
Как оказалось, рванул василиск, почуяв направление, по тайному ходу в Запретный Лес; у кромки Озера его удалось догнать, чтобы отдать портключ с запиской для старейшины. В общем, все зимние каникулы ушли на обустройство громадной змеюки в Ультиматуме и на поиск для него подходящего Зазеркалья для охоты.
Пару раз в неделю Гарри и Луна изображали искателей сокровищ в подземельях Хогвартса, а на самом деле выбирались просто побродить и пообщаться, шли куда глаза глядят, и однажды наткнулись на зеркало. Едва его увидев, Луна велела Гарри отвернуться, и он подчинился, хотя его сильно тянуло заглянуть в глубины амальгамы хотя бы одним глазком, а когда получил на это разрешение, зеркало заработало как видеомонитор. В тот раз оно показало зацикленную запись, как Квиррелл достает из него камень кроваво-красного цвета, потом шла рябь, мелькала на заднем плане белая длинная борода – и всё, запись обрывалась. Гарри пожалел, что тогда поторопился и сразу произвёл залп по дедунюшке с добрыми глазами, к исчезновению брата тот явно был причастен, но пока поиски его были безрезультатны. Высмотрев через зеркало в Хогвартсе все, что можно, бережливый и рачительный Гарри Еиналеж уволок и приспособил к работе почтовым ящиком между Ультиматумом и Потусторонией. Все в дом, все в дом.
