3. Выбор нового Верховного заклинателя

      Сегодня было довольно много интересных вещей, попадавшихся в мусоре, поэтому Се Лянь увлечённо выискивал в нём наиболее полезное и ценное.       Городок неподалёку от Пристани Лотоса бурлил зеваками в этот день, но в других местах все обычно проходили мимо принца, не замечая его в упор. В этот же раз почему-то люди чаще указывали пальцем на Се Ляня и как-то странно переглядывались.       – И что у нас здесь? – раздался высокомерный голос позади принца.       Тот обернулся и недоумённо посмотрел на стоящего рядом мужчину. Собеседник был одет в фиолетовые одежды и, кажется, происходил из какого-то богатого рода.       – Ничего, просто собираю мусор! – откликнулся Се Лянь. – Это разве запрещено?       – Нет, – сказал мужчина в фиолетовом. – Но, судя по твоему наряду, ты являешься последователем того Мусорного Божества, что приносит несчастье.       Принц после этой речи задумчиво почесал висок. Вообще-то он сам был этим самым Мусорным божеством, а не его последователем.       – Но сам же мой наряд не приносит несчастье? – поинтересовался Се Лянь после недолгой паузы.       – Одно появление неподалёку от Пристани Лотоса такого, как ты – и есть несчастье! – воскликнул кто-то из собравшейся толпы позади мужчины в фиолетовом.       Се Лянь знатно удивился такому заявлению. Обычно всё валится только на него одного, и изредка на окружающих.       – Так, вы, разошлись! Здесь не на что смотреть! – приказал мужчина в фиолетовых одеждах.       Для того, чтобы толпа поняла быстрее, он активировал на руке какой-то артефакт. Тот тут же заискрил фиолетовым. Люди, осознав, что это не шутки, быстро разбежались кто куда. Вскоре на площади, где стоял Се Лянь, кажется, никого не осталось. Кроме этого богатого мужчины.       – С каких это пор сам глава ордена разгоняет мусорщиков чуть ли не в Пристани Лотоса? – откуда-то сверху раздался знакомый принцу голос заклинателя. – Тебе что, заняться нечем Цзян Чэн?       Мужчины подняли головы и увидели человека, сидевшего на крыше здания рядом.       Се Лянь, голову которого накрывала его старая, потрёпанная годами доули, снял её и повесил за спину.       – О! – воскликнул Вэй Усянь, спрыгивая на землю.       – Это так у тебя болит твоя "повреждённая нога", Вэй Ин?! – накинулся на него с упрёками Цзян Чэн. – Или ты это придумал, чтобы Лань Ванцзи нёс тебя на руках и дальше, а не оставил здесь лечиться?       Вэй Усянь тяжело вздохнул и, погладив по правой лодыжке, произнёс:       – Всего лишь сильное растяжение, и оно уже почти зажило.       Се Лянь, стоя рядом, подумал, что о нём забыли, и хотел уж было потихоньку уйти с затихшей площади.       – Мы ещё не договорили.       Фиолетовый хлыст опустился перед самым носом принца, едва его не задевая.       – Вы же хотели, чтобы я ушёл? – склонив голову на бок, проговорил Се Лянь. – Вот я и ухожу!       Цзян Чэн сузил глаза, но хлыст так и не убрал.       – Зато наследил своей негативной энергией во всём городе, – процедил он сквозь зубы. – Как-то за это надо рассчитываться!       Вэй Усянь, понимая, что сейчас будет что-то не очень хорошее, опять вмешался:       – Цзян Чэн! Это мой друг! У него нет никакой "негативной энергии, приносящей несчастье", о которой ты говоришь!       Тот с лёгким удивлением перевёл взгляд с Вэй Усяня на Се Ляня.       – Конечно я понимаю, что в детстве ты был бродяжкой, Вэй Ин. Но сейчас заступаться за первого встречного и говорить, что он твой друг – это как-то слишком!       Принц нервно дёрнул глазом. Это он-то бродяга и первый встречный? Вообще-то собирание мусора стало его зоной ответственности!       – Мы действительно знакомы, – подтвердил Се Лянь. – И, возможно, даже попадаем под определение "друзья".       Вэй Усянь, заслышав такую речь, надулся.       – Попадаем под определение?! – возмутился он. – А кто пытался меня утопить в том бездонном озере, а?       Се Лянь принял невозмутимый вид, будто не знает, о чём тот говорит.       – А что я? Это не я! И озеро было мелководное, тебе по шею...       – Надо было оставить тебя в виде кролика! – усмехнулся Вэй Усянь. – Тогда бы не говорил, что это не ты! А грыз бы себе морковку и капусту!       Принц глубоко вздохнул и потёр точку между бровями. За годы, проведённые среди смертных, он быстро научился успокаиваться. Се Лянь решил немедленно прекратить конфликт, пока дело не дошло до пересказа того, что было в той тёмной пещере.       Теперь Цзян Чэн ощутил себя ненужным в этой словесной перепалке.       – Похоже, что вы действительно знакомы, – заключил он, посмотрев на обоих. – Но это не меняет сути дела – теперь город полон магии неудачи! Уже три торговца сообщили мне об этом за одно только утро!       Се Лянь снова дёрнул глазом. Да, опять его обвиняют во всех неудачах вокруг! А он ведь просто собирает мусор, занимается полезным делом!       – И как же мне искупить свою "вину" в данных происшествиях? – спокойно поинтересовался принц.       – Тебе следует перестать молиться этому Мусорному Божеству и найти более благоприятных небожителей для поклонения! – непоколебимым тоном заявил Цзян Чэн.       Вэй Усянь чуть не прыснул со смеху, но держался из последних сил. Он-то знал, что Се Лянь и есть один из небожителей, живущих среди смертных!       – Вообще... – начал принц. – Я не поклоняюсь "этому Мусорному Божеству", как ты заявляешь, Я и есть это самое Божество...       Цзян Чэн потерял дар речи, равно, как и Вэй Усянь. Они задумчиво переглянулись.       – Я думал, ты Бог Войны! – удивился Вэй Усянь, когда наконец смог заговорить. – Судя по тому храму, что тебе выстроил твой Сань Лан!       Се Лянь развёл руками, показывая на своё текущее положение.       – Это было во время моего первого вознесения. А теперь всё обстоит немного иначе.       Вэй Усянь поднял брови, не веря своим ушам. И он вспомнил, что для поклонения Князю Демонов всё-таки был необходим и второй набор... и все его называли Мусорным Божеством!       – Лань Чжань говорил, что ятаганом ты орудуешь, как истинный Бог Войны!       Но Цзян Чэн тем временем недоверчиво и с презрением проговорил:       – И сколько же всего было "вознесений" у сего "господина"?       – Три, – равнодушно бросил Се Лянь.       Он собирал свой мешок, чтобы не улетел от резкого порыва ветра. Теперь он сетовал, что не успел ничего в него набрать.       – И как же у тебя получилось так? – ошеломлённо спросил Вэй Усянь. – Почему ты...       – Все три раза я столкнулся с одним и тем же демоном, – пожал плечами принц. – Даже позволил ему запечатать свои силы. Более того – сам попросил.       Цзян Чэн всё ещё не доверял стоящему перед ним человеку. Мало ли, какой проходимец может рассказывать здесь сказки о небожителях. Поэтому, обернувшись к Вэй Усяню, он поинтересовался:       – И ты ему веришь, Вэй Ин? Небожитель, который лично ходит и собирает мусор! Это просто бред какой-то!       Вэй Усянь же, полностью уверенный в своей правоте, сложил руки на груди и колко заявил:       – Это ты тут только ничего не знаешь! А строишь из себя самого умного! Я видел такое, что не сомневаюсь в том, кем он является.       – Что? Что я из себя строю? – взъярился Цзян Чэн.       Се Лянь уже снова спешил покинуть обоих спорящих мужчин, как заметил, что в пылу продолжающейся перебранки фиолетовая энергия на пальце Цзян Чэна заискрила, удлинилась и полетела в сторону заклинателя в чёрном. Тот, продолжая орать на своего собеседника, кажется, то ли не замечал, то ли игнорировал опасность. Посылать Жое было боязно, свойства этого кнута были выяснены недостаточно, поэтому Се Лянь сам возник на пути фиолетового света. Кнут обхватил предплечье принца, обжигая кожу своей духовной силой.       – Вот незадача, – пробормотал Вэй Усянь, осознав, что произошло. – Цзян Чэн. На твоём месте я бы уже начал рыть себе могилу. И чем быстрее, тем лучше.       Его собеседник попытался резко дёрнуть кнутом, но Вэй Усянь вновь заорал:       – Прекрати! Не усугубляй ситуацию!       Цзян Чэн всё-таки услышал его и, убрав от кнута духовную силу, отозвал его.       – Даже интересно, что он мне такое сделает?       Видимо, молодой и спокойный вид принца, как и всех, вводил его в заблуждение.       Вэй Усянь, прихрамывая, уже подбежал к Се Ляню и осмотрел повреждённую часть руки.       – Больно? – заботливо поинтересовался он, вынимая из маленького мешочка какие-то снадобья и травы.       – Ничуть.       Се Лянь покачал головой. К боли он давно уже привык.       – Не стоило так делать. Я в детстве постоянно получал этим кнутом, – вздохнул Вэй Усянь. – А ты мог остаться и без руки!       Цзян Чэн сузил глаза, заметив, что его проигнорировали. Он медленно подошёл к мужчинам и, склонив голову на бок, наблюдал, как Вэй Усянь аккуратно накладывает повязку Се Ляню.       – Так что же он мне сделает? – повторил вопрос Цзян Чэн.       – Боюсь, что ничего, – наконец обратил на него внимание Вэй Усянь.       – Тогда что значила фраза "начать рыть себе могилу"?       – А вот его Сань Лану это явно не понравится, – продолжил заклинатель в чёрном, как только обработал рану принца.       Се Лянь немного поправил повязку. И наконец заговорил:       – Я попробую уговорить его сохранить тебе жизнь, но, боюсь, он убьёт тебя в обход меня. И я об этом никогда не узнаю.       Принц вздохнул. Он слишком хорошо знал Хуа Чэна, чтобы осознавать, как трепетно тот относится к Се Ляню. И если увидит, что ему чуть не оторвали руку...       Се Лянь будто наяву увидел, как демоны, служащие Собирателю Цветов под кровавым дождём, подносят ему блюдо, на котором лежит отрубленная голова заклинателя в фиолетовом.       От такой мысли принца передёрнуло.       – Всё-таки больно, да? – покачал головой Вэй Усянь.       – Нет, всё в порядке.       Цзян Чэн же высоко поднял брови, думая, как можно угрожать такому прославленному и могущественному заклинателю, как он, каким-то Сань Ланом.       – И, позвольте же узнать, кем вы пытаетесь меня напугать?       Вэй Усянь, удивляясь его глупости, произнёс:       – А ты вспомни, с кем в паре обычно идёт поклонение Мусорному Божеству?       Цзян Чэн открыл рот, чтобы что-то сказать, но затем, внезапно осознав, закрыл его. Затем, севшим голосом он всё же произнёс:       – С Непревзойдённым Князем Демонов...?       Сейчас заклинатель в фиолетовом испуганно заозирался.       – Пойдём пока он отвернулся, – шепнул принцу Вэй Усянь .       И быстро повёл его за собой по узким улицам сквозь город.