Таблетки

Никто не знал, что творится в голове у этого чудика. Только вот в 15 лет даже Разумовский перестал понимать, что творится с ним. Осознание того, что Птица вымышлен пришло уже года четыре назад. Но вот что с ним делать - вовсе непонятно. Таблетки помогали унять громкий голос в голове, но вызывали жуткие побочные эффекты. Одним днем Серёже было особенно плохо. Приняв экстра-дозу препарата, тот вяло плелся в комнату. Мир начинал плыть и блестеть ядерными цветами. Ноги словно стали железными и с трудом передвигались.

***

Сережа нервно сжимал собственные колени, осматривая мрачный кабинет. В этой ситуации единственной поддержкой остался Птица. Темный силуэт бережно укрывал мальчика крыльями и шептал что-то на ухо. — Ты замечал какие-то проблемы у себя? Возможно ты видел то, чего не было на самом деле?- неожиданно спросил мужчина, сидящий напротив. Рыжик, крупно вздрогнув испуганно на него посмотрел. Рука с длинными когтями осторожно взяла Разумовского за подбородок и заставила отрицательно помотать головой.

***

Разумовскому казалось, что он уже не человек, а мир вокруг вовсе не реальность. С потолка свисали лианы из кишок, стены были испачканы в крови. В руках оказался уже вовсе не учебник, а окровавленный нож. В горле пересохло, глаза с трудом функционировали. По коридору бегали тени взрослых и детей. Мир словно ускорился и только Серёжа идет, как раньше. Дойдя до комнаты, тот вяло дернул ручку и резко остолбенел.  Вся комната была залита кровью, за столом сидел Волков. Только без головы. Лишь вспоротое туловище печально истекало кровью. Взглянув вниз, тот почувствовал как сжимает в руке черные, жестковатые волосы. Внутренности черепа медленно вываливаются на пол, неприятно хлюпая. Глаза моментально наполнились слезами, а пальцы стали крепче вжались в прядки волос. Истерика подкатила с неистовой тошнотой, вздернув голову вверх, Разумовский облокотился на дверной косяк и заревел в голос. Серёжа звал Птицу, ведь тот явно помог бы ему. Однако Птица не пришел и вряд ли придет. Пришли лишь злые тени, которые заглядывали в комнату и ехидно смеялись. Рыжий мог их лишь проклинать и осматривать. Серёжа дрожащими руками гладил голову уже мертвого Олега, целовал в макушку и просил прощения. Очнуться от собственных страданий, криков и головы своего друга в руках ему помог как раз таки этот друг - Олег.  — Сереж!- удар по щеке,— Серёжа, очнись! Резкая дрожь пробила все тело, учебник, который ранее имитировал голову Олега, моментально отлетел в сторону. Разумовский взглянул на живого Волкова, с головой и внутренностями. В глазах Олега читалось невероятное беспокойство и непонимание, первые слова Разумовского после галлюцинаций были:  — Это пиздец, Волче..- всхлипнув, прошептал Серёжа.