Our Doomed Love

      Я ввалился в дом, громко хлопнув дверью, совсем забыв о плетущемся сзади парне. Тот выглядел недовольно и скорее шокировано, наконец-то подав голос.       — Ликс! — позвал он.       Я же ворвался в свою комнату, с силой вырывая сложенную пополам сумку из-под пустых коробок от обуви, раскрывая и бросая ту на пол. Мои руки заметно дрожали ни от чего иного, как от жуткой злости.       — Прекрати! — сказал Хёнджин, проследовавший за мной, — Прекрати весь этот грёбаный цирк и успокойся!       — Что? Ты думал, что я просто буду стоять в стороне и притворяться, что ничего не произошло? Ты чёртов обманщик, ты… — я резко дёргнул руками, не желая продолжать бессмысленный разговор, мысленно обзывая своего «парня» кучкой всяких стрёмных и подходящих ему прозвищ.       — Малыш…       — Не называй меня «малыш», Хёнджин!       — Это не то, о чём ты подумал, — начал было он снова, но я тут же прервал.       — Это не то, о чём я подумал? Серьёзно? Всего лишь мой возлюбленный мужчина целовался с бабой, которая флиртовала с ним на протяжении нескольких лет! Действительно, что не так? — рассмеялся я без грамма юмора, — А о чём я должен был подумать, Хёнджин? — уже более спокойно продолжил я, — Я давал тебе всё, а ты просто скомкал это и выбросил в один большой вонючий бак. Я позволял тебе делать всё, что душе угодно, игнорировал твою ложь, потому что ты не был готов, хотя прекрасно видел, как ты превращаешься в ненадёжного парня, неуверенного в собственном будущем, и даже тогда я оставался с тобой. Но всё это… Серьёзно, Хёнджин?       — Пожалуйста…       — Нет! Я тебе ничего не должен! И никогда не был!       — Может быть, если бы ты меня не бросил тогда и не сбежал…       — Это было в старшей школе, Хёнджин! Я думал, что мы решили этот вопрос после того, как ты едва не разрушил наши отношения с сестрой!       — Позволь мне сказать! — крикнул Хван прежде, чем устало рухнуть на постель, — Пожалуйста… Позволь мне рассказать, — я же закатил на это глаза и скрестил руки, рассматривая чужое лицо.       — Я тебя слушаю.       — Я говорил об этом весь день. Ты отошёл, а она, думаю, увидела в этом возможность. Я не обманывал. Она… Она меня поцеловала. Я оттолкнул её, но ты уже ушёл. Ты же знаешь, что она тебя ненавидит и хотела разлучить нас. Я клянусь, малыш, я бы никогда не изменил. Тем более тебе. Я люблю тебя. И ты абсолютно прав, я стал слишком неуверенным в себе, но ты знаешь меня лучше, чем кто-либо, Ликс. Я причинил тебе столько боли и сожалею о недомолвках и лжи, но и ты ничем не помог, игнорируя меня всё время. Это настолько твоя же вина, как и моя.       Я же разочаровано вздохнул.       — Знаешь что? Мне уже всё равно. Я покончу с этим.       — С чем? — спросил Хёнджин дрожащим голосом.       — С тобой! С нами! С ней! Со всем! — повысил я голос, взбалмошно проводя рукой по волосам.       — Что ты такое говоришь, Феликс? — выкрикнул тот, подскакивая с кровати.       — Я говорю, что мы закончили! Больше нет тебя и меня! Есть только Хван Хёнджин и Ли Феликс! Мы расстаёмся, Хёнджин…       Наступила гнетущая тишина, прежде чем Хван сердито снял его кольцо.       — Ты сказал, что мы всегда будем вместе! Вот что они символизировали! — он плакал показывая на серебряное колечко с выгравированными инициалами, как и на моём. Мы купили их, когда нам было около пятнадцати и мы наконец-то начали встречаться, — Я не думаю, что ты хочешь этого, — тихо добавил он напоследок.       — Хёнджин, — я тяжело вздохнул, не зная, что ответить.       — Нет... Нет! Я же пытаюсь, Феликс. Я действительно стараюсь. Я знаю, что отвратителен, даже если это и не моя вина, но ты не можешь этого принять. Так что можешь вернуть и своё кольцо, и свои глупые обещания вместе с любовью. Я уже ничего не хочу от тебя.       Хвановские слёзы всё ещё скатывались вниз по горячим щекам, но это не остановило его от небрежного швырка кольца на кровать и стремительного покидания комнаты.       — Отлично, — крикнул я ему, — Я тебя ненавижу Хёнджин!       — Я ненавижу тебя больше! — это были последние слова, после которых послышался оглушительный хлопок входной двери.

♡♡♡

      Прошло уже два года после разрыва с Хёнджином. Мы никогда за это время не общались. К тому же, прошло больше года с тех пор, как мы виделись в последний раз. Я никому не говорил о расставании. Да и кому бы я сказал? Единственным близким для меня человеком был Хёнджин. В тот день, или скорее ночь, он вернулся лишь под утро, забрал свои вещи из моего дома, прихватив с собой кольца. Я не был против, так как он их тогда купил, хотя, думаю, что он их выбросил куда подальше.       В конце концов мне пришлось пересилить себя и завести новые знакомства, ведь перспектива быть всё время одному не сильно радовала. Я смог подружиться с некоторыми одногруппниками в колледже, включая Чанбина и Минхо, что стали мне роднее всех. Вот только иногда по ночам мне вновь снится Хёнджин, наши с ним встречи и прогулки. Надеюсь, что его сердце так же сильно болит, как и моё.       — Ты снова мечтаешь, Феликс, — произносит Минхо, щёлкая пальцами перед лицом.       — О чём ты думал? — спрашивает Чанбин, отрываясь от своего ноутбука, где в специальном приложении создавал музыку.       — Ничего, — вздыхаю я, ведь всё ещё не готов говорить об этом, а старшие слишком меня хорошо знают — они понимают, но не подают виду.       — Почему бы нам не сходить в клуб? — меняет Минхо тему.       — Почему, когда Феликс расстроен, ты хочешь пойти в клуб, а когда у меня выступление, ты отказываешься идти? — возмущается Со.       — Я хожу! — тут же возражает Ли-старший.       — Только потому что твой парень со мной в одной команде!       — Но я же хожу! — бормочет тот в ответ, поворачиваясь ко мне, — Так что скажешь, Феликс?       — Я в порядке, — отвечаю я, пытаясь не улыбаться от излишней заботы.       — Кому ты врёшь? Не хочешь посмотреть выступление 3RACHA?       — Конечно, хён. Я просто сдамся и спокойно пойду, потому что знаю, что хотя бы будет весело.       — Супер! Увидимся позже, Ликс!

♡♡♡

      — Он уже здесь, — сбросил трубку и прикрикнул Чанбин, так как музыка была достаточно громкой, — Звезда нашего шоу!       — Ты просто ужасен! — засмеялся я, качая головой в такт.       — Я знаю, — а Чанбин на это лишь подмигивает.       — Хэй, милый! — раздаётся крик, способный прорваться столь неравномерный шум.       — Джисон… — Минхо на это усмехается и поворачивается как раз вовремя, чтобы захватить своего прибежавшего парня в крепкие объятия и поцеловать, на что младший мило хихикает и отстраняется.       — Привет, Феликс, — тут же обнимают меня, а я с радостью отвечаю.       — Приветики.       В это же время к нам подбегает Чан и кивает Минхо в приветствии, не подходя ближе, так как знает, что тот избегает любого физического контакта с людьми, если это не касается Джисона или он не чувствует себя достаточно комфортно в данный момент. Минхо же благодарно улыбается и кивает в ответ. Крис на это закатывает глаза, не утаивая улыбку, и обнимает меня.       — Как поживает мой австралийский младший братец? — спрашивает он, на что я смеюсь.       — Прекрасно. Жду не дождусь ваше сегодняшнее выступление.       — Поверь, ты не разочаруешься, — ухмыляется Чанбин, отвлекаясь на телефон, — Эй, Чонин! Где? Вижу! Повернись влево на градусов тридцать.       Мальчик немного моложе меня подбегает, быстро обнимает Чана и Чанбина и кланяется остальным.       — Привет, я Чонин! — мило расплывается мальчишка в широкой улыбке.       — Я Феликс, — отвечаю я, чувствуя исходящий от парня комфорт.       — Минхо, — представляется он, щипая Джисона за бок.       — Я Джисон, но можете звать меня J.ONE.       — Да-да, — хмыкнул Чонин, — Я твой большой фанат, как и всех остальных участников 3RACHA. Кстати, это мои друзья, — указал он на парочку в толпе, что медленно подбиралась к остальным.       «Пожалуйста, не будь им. Кто угодно, только не он.»       Умолял я всевышние силы, вот только они меня явно не услышали, ну или не хотели слушать.       — Хэй, Сынмин! — воскликнул Чан, обнимая одного из юношей.       Джисон и Чанбин тут же последовали примеру старшего, а Минхо, как и всегда, вкрадчиво кивнул каждому и представился. И вот настала моя очередь. Я не отрывал взгляда с чужого лица, когда его владелец даже не обращал на меня внимания, пока я не произнёс своё имя. Парень тут же поднял голову, встречаясь с моим взглядом. Я продолжал говорить, пока он откровенно уставился на меня, позволяя увидеть на его ничуть не поплохевшем лице столь яркую палитру эмоций: сначала шок, потом злость, несправедливость и боль, а в конце… радость? В конечном итоге, он опустил все эмоции в глубины своего сердца, показывая теперь лишь холодную и безразличную гримасу.       — Ликс, — сказал он твёрдо, но отрешённо.       — Ликс? — с недоумением повторил Минхо, перекидывая взгляд с одного парня на другого.       Я в ответ также открыто уставился на парня, не скрывая вновь зарождающуюся злость глубоко в сердце, выдавливая холодное и усталое:       — Привет, Хёнджин.