Demon Slayer.

Утро следующего дня принесло с собой чувство тревожного ожидания, того самого, что накатывает после ночных кошмаров, где тени прошлого вновь оживают, напоминая о своей неизбежной природе. После скромного завтрака мы молча разбежались по ломбардам, словно пытаясь избавиться от тех проклятых камней, что таили в себе воспоминания о недавних испытаниях. Каждый камень — это символ страха и боли, которые мы пережили в тех подземельях, и только мысль о том, что их можно обменять на золото, давала нам хоть какое-то утешение. Я также посетил оружейную лавку, где продал кассу Смерти, чувствуя, как с этим актом я расстаюсь с частью своей души, когда-то заключённой в эту вещь. Когда все дела были сделаны, мы втроём встретились в небольшой забегаловке, которая уже успела стать для нас привычным укрытием от жестокого мира. — И что теперь? Чем займёмся? — спросил я, пытаясь унять нарастающее беспокойство, скрытое за внешней спокойностью. — Я предлагаю спуститься в город и пройти то третье подземелье, — отозвался Грааль с непроницаемым выражением лица, в котором было что-то фаталистическое, словно он уже принял неизбежность своей судьбы. — Ты хочешь, чтобы мы прошли Чистилище? — Илайя взглянула на него с легким оттенком ужаса в глазах, но тут же попыталась скрыть свои эмоции за маской решительности. — Верно. После исследования этого подземелья, мы туда больше не вернёмся, — Грааль говорил с таким холодным спокойствием, что стало ясно — он уже смирился с тем, что его ждёт. Покинув забегаловку, мы втроём отправились к порталу, словно обречённые на новую встречу с неизвестностью. Оказавшись перед ним, мы без лишних слов встали на круг, и портал перенёс нас в Тихую Гавань. Город встретил нас холодным равнодушием, как и прежде, и мы, словно подчиняясь судьбе, направились к подземелью, не говоря ни слова, каждый погружённый в свои мрачные мысли. Когда мы подошли к подземелью, никто не стал спорить о том, кто войдёт первым. Грааль, не раздумывая, вошёл в тёмную пасть Чистилища, словно обречённый шагать навстречу своей судьбе. За ним отправилась Илайя, но перед этим она поцеловала меня так, словно это был последний раз. В её прикосновении я почувствовал весь её страх, её отчаяние, но также и её решимость. Наконец, пришла моя очередь. Я шагнул в подземелье, не зная, что ждёт меня впереди, но ощущая ледяной холод, сковывающий моё сердце. Первый ранг подземелья встретил меня синим ящером и четырьмя летающими масками, как кошмарное видение из мира, где смерть — это не конец, а только начало новых страданий. Рубящий удар и Вихорь — всё, что было в моём арсенале, помогло мне сразить этих существ, но каждый удар отдавался в моей душе эхом пустоты. Камни благословения пятого ранга и Алмаз, выпавшие из этих тварей, были лишь напоминанием о том, что за каждым достижением стоит кровь и боль. На втором ранге меня ожидала красная Виверна и четыре мумии с саблями, как порождения самого ада. Их сабли сверкали в темноте, как смертельные молнии, но я сумел одолеть их и забрать Хризолит, который оказался наградой за мои страдания. Третий ранг преподнёс мне встречу с малым крылатым демоном и четырьмя лучниками нежити. Каждый их выстрел был пропитан ненавистью, но и они пали, оставив мне в наследство Эвклаз — камень, который стал символом моей выживаемости в этом жестоком мире. Четвёртый ранг принес с собой большого одноглазого, сопровождаемого четырьмя волками. Их злобные рычания разрывали тишину, как вопли умирающих душ, но они не смогли остановить меня. Корунд, выпавший из одноглазого, стал ещё одним добавлением к моей коллекции камней — этих холодных, бесчувственных осколков, напоминающих о каждом шаге, сделанном по дороге, усеянной телами врагов. На пятом ранге я столкнулся с демоном, настолько огромным, что его присутствие заставило кровь застыть в моих жилах. Атака духа была моим единственным шансом на победу, и, сразив его, я получил Рубин — камень, в котором отражалась моя собственная душа, израненная и измождённая. Шестой ранг привёл меня к Снежному Кентавру с ледяным копьём, за которым следовали четыре песочных ящера. Их хищные глаза следили за каждым моим движением, но я одолел их, забрав Сапфир — ещё один камень, который я добавил в свою сумку, где уже не было места для надежды или радости, только для камней. На седьмом ранге меня ждал минотавр с молотом, а его спутниками были четверо голлумов песочного цвета. Их молчаливая угроза была зловещей, но и они пали передо мной, оставив Тааффеит — камень, который напоминал о том, как близко я был к пропасти. Восьмой этап — червь Хорхой и четыре девки, похожие на сирен, чьи песни были полны смерти. Их крики всё ещё звенят в моих ушах, но я выстоял, забрав Берилл, который светился в темноте, как знак того, что ещё не всё потеряно. Девятый этап принёс встречу с шаманом-скелетом и четырьмя всадниками нежити. Их копья были символами страха, но я одолел их, забрав Аквамарин — камень, в котором отразились мои собственные ужасы и сомнения. Наконец, на десятом ранге меня встретила синяя Виверна, а за ней следовали четыре ведьмы нежити. Их зловещие фигуры предвещали смерть, но я сразил их, забрав Изумруд — последний из камней, который я добавил в свою сумку, не зная, сколько их там уже, и не желая считать. Все эти камни станут основой для строительства города для Тёмных Эльфов, но в глубине души я знал — никакие камни не смогут построить мост через бездну, которая всё шире разверзалась между мной и моими мечтами, между жизнью и той тьмой, что постепенно поглощала мою душу. На одиннадцатом этапе, по мере углубления в мрак подземелий, я столкнулся с зелёным гномом, окружённым четырьмя медведями, чья грация и невозмутимость на задних лапах меня поразили. Это зрелище, в котором медведи, обладая исключительным равновесием, казались воплощением неестественного спокойствия, навевало на меня нечто зловещее. С помощью вихря я сумел одолеть этих медведей, но гном, стойко выдерживавший мои атаки, пал под ударом Рубящего удара и Шторма. Завершив сражение, я собрал свои трофеи, среди которых были камни и Геллиодор. На двенадцатом этапе моё внимание привлек синий Голлум и четыре ящера, представлявших собой лишь ещё один аспект зловещего окружения. Поразив их, я забрал свои добычи, включая Марганит, который был одним из немногих утешений в этом мрачном и бессмысленном месте. Тринадцатый этап привёл меня к всаднику без головы и четырем алым гномам. Победив их, я собрал камни благословения пятого ранга, а также забрал копьё всадника и камень Хрихоберилл. Тринадцатый этап стал для меня очередным испытанием, где тьма снова встретила меня своим неизменным лицом. На четырнадцатом этапе я столкнулся с маленьким Хлохоем и четырьмя бурыми медведями. В процессе их уничтожения, я собрал свои трофеи, включая Александрит, главный приз этого этапа. На пятнадцатом этапе я увидел шамана, напоминающего мумию. Использовав Атаку духа, я смог победить его, но после его уничтожения появились четыре стражника нежити с копьями. Победив и их, я собрал камни благословения и камень Шпинель, лишь утрачивая силы и внутренний покой. Шестнадцатый этап был ознаменован встречей с кентавром, вооружённым копьём и сопровождаемым четырьмя воинами нежити, вооружёнными обезглавителями. После их уничтожения я собрал доспехи и оружие, в том числе камни благословения пятого ранга, и из кентавра выбил Гранат, забрав его копьё как трофей. На семнадцатом этапе моим противником оказался минотавр с двумя топорами, сопровождаемый скелетами с щитами и саблями. Сражение с ними оказалось изнурительным, но после победы я забрал оружие и камни, среди которых был Демантоит, выбитый из минотавра. Восемнадцатый этап привел меня к огненному демону, окружённому четырьмя скелетами. После их уничтожения я собрал камни и, что особенно важно, выбил Цаворит из самого демона. На девятнадцатом этапе мне предстало сражение с алым волком и четырьмя скелетами, вооружёнными парными саблями. После победы я забрал камни и оружие, а из волка выбил Спессарин. Двадцатый этап принёс мне встречу с монахиней. Сразу после её поражения явились четыре синих голлума, которые пали от моего Вихря. После их уничтожения я обнаружил Пироп, появившийся, вероятно, в результате моего столкновения с монахиней. На двадцать первом этапе я столкнулся с зелёным ящером и четырьмя копейщиками нежити. Победив их, я забрал копья и Родолит из ящера. На двадцать втором этапе мне повстречался большой волк, сопровождаемый четырьмя монахами в чёрных балахонах, каждый из которых был вооружён посохом. Сразив их, я забрал камни, посохи и балахоны, а из волка выбил Альмандин. На двадцать третьем этапе моим противником стал крупный Хорхой с четырьмя маленькими одноглазыми тварями. Использовав щит и вихрь, я одолел их, несмотря на их ловкость и размер. Хорхой оказался более стойким, но Атака духа позволила мне завершить битву. Из Хорхоя я выбил Кварц. Оказавшись на двадцать четвёртом этапе, я столкнулся с ужасами и чудовищами, скрывающимися в мраке подземелья. В моём поле зрения предстала ведьма нежити, окружённая четырьмя гоблинами. Сражение было нелегким, но в конце концов, злодеи были повержены. Из этой встречи я вышел с камнями благословения пятого ранга, посохом ведьмы и Аметистом, который она носила. Переходя к двадцать пятому этапу, я столкнулся с мечником — грозным противником, на плечах которого сверкала тяжелая броня. После долгого и изнурительного боя, мечник пал, и из-под его одежды вылезли четыре синих гоблина. Их поражение дало мне награды — вновь камни благословения пятого ранга. От мечника я унаследовал Цитрин и его меч, что было немалой утехой для моей коллекции трофеев. Двадцать шестой этап принёс мне новое испытание — всадника в белых доспехах, сопровождаемого четырьмя зелёными гоблинами. Тщательно спланированное сражение с этими существами позволило мне заполучить камни благословения пятого ранга от гоблинов и собрать доспехи всадника, а также Горный хрусталь, который он носил при себе. Когда я достиг двадцать седьмого этапа, передо мной вновь возник Ангел небес, который показался мне уже знакомым. Рядом с ним стояли четыре скелета, будто восставшие из гроба. Скелеты были устранены легко, но с Ангелом пришлось потрудиться. Его взмахи крыльев, подобные урагану, не позволяли мне приблизиться, но я преодолел это препятствие и пробил его своим клинком. После смерти Ангела, мне удалось заполучить второй ангельский клинок и Дымчатый кварц, который он оставил после себя. На двадцать восьмом этапе мой путь пересекся с пятью воинами мумиями. Особо выделялся один из них, вооружённый саблей, в отличие от остальных с копьями. По окончании сражения, оружие мумий рассыпалось в прах, как и их тела. Камни благословения пятого ранга и Празиолит остались моими наградами. Двадцать девятый этап принес мне встречу с воином в доспехах и с обезглавителем в руке, окружённым четырьмя копейщиками. Уничтожив их, я забрал копья, камни и доспехи воина, а также его меч и Аметрин. Наконец, я достиг тридцатого этапа, где мне предстояло самое сложное испытание. Передо мной вырвался костяной дракон, сопровождаемый четырьмя малыми огненными демонами. В этом решающем сражении мне пришлось использовать все свои навыки и способности — Щит, Вихрь, Рубящий удар, шторм и Атаку духа. С помощью последней, я сумел нанести сокрушительный удар дракону, и, победив его, я унес камни благословения пятого ранга и Турмалин, покидая подземелье, осознавая, что всё это было пройдено и преодолено. Оказавшись в Тихой Гаване, я увидел Грааля, который, очевидно, испытывал затруднения с дыханием. Как только я подошёл, появилась и Илайя, явно измотанная. Мы решили сесть и немного перевести дух, ощущая, как на нас давит усталость. — Ну что, как всё прошло? — с усталой насмешкой спросил я, сам чувствуя, как тяжесть на плечах ощущается ещё больше. — И не спрашивай, — ответила Илайя, её голос был полон утомлённой отрешённости. — Я измотана до предела. В этом подземелье я едва не рассталась с жизнью. — А у тебя как? — поинтересовалась она, поднимая на меня измождённый взгляд. — Всё также, — ответил я, — противники оказались очень сильными. Ладно, давайте отдохнём немного, а потом отправимся в ломбарды, чтобы продать нашу добычу. — Разве нельзя сделать это завтра? Я уже совсем устала, — произнесла Илайя, её голос звучал как возглас полного изнеможения. — Завтра мы можем отдыхать сколько угодно, — отозвался я, — чтобы на следующий день быть готовыми к испытанию у Дины, о котором она говорила. — Не напоминай про испытание, — её слова звучали как усталый вздох. — Сегодняшнее подземелье было настоящим мучением. — Да, но мы справились, — успокоил я её, хотя сам чувствовал, как на душе тяжело. После короткого отдыха мы направились в ломбарды, где с трудом продали все благословенные камни пятого ранга. Затем, получив оплату, отправились в оружейные лавки и избавились от всего оружия, которое нам удалось добыть. В отличие от Илайи и Грааля, я оставил клинок, добытый от Ангела, себе, теперь у меня было два клинка, которые я вряд ли когда-либо продам. В гостиницу мы прибыли на ватных ногах, без сил и желания что-либо делать, и, в состоянии полной изнеможённости, направились отдыхать, погружаясь в долгожданный сон после тяжёлых битв.