Demon Slayer.

Когда война с королевой Изабель и её зловещими слугами достигла своего апогея, мы, Зехир, Файдаэн, Годрик и я, оказались на краю бездны, где лишь надвигающееся финальное сражение могло показать, что нас ждёт. Перед нами стояла задача не просто захватить королеву, но и провести Обряд Истинной Природы, который, по нашим смутным надеждам, мог бы спасти её от неизбежного злого предназначения. Мы собрали все силы, которые успели найти, и отправились в землю Империи. Но путь к Изабель был полон преград: нам нужно было захватить города, которые Маркел, наш заклятый враг, превратил в свои ужасные оплоты. — Остались лишь Коготь и королева, — произнёс я, обращаясь к Годрику. — Как мы должны поступить с Изабель? - Годрик, верный рыцарь, всегда следовавший за Эльратом, с тяжёлым выражением ответил: — Леди Изабель нуждается в исцелении. В крайнем случае, её следует изолировать. — Возможно, и убить… — неожиданно вскочил Файдаэн. — Эй, Файдаэн, будь осторожен с выражениями! Я понимаю, что она ошиблась и поддалась искушению, но это перебор. — Только не это! — вскрикнул Годрик. — Убить королеву?! — Это недопустимо, — вмешался Зехир. — Гармония, Файдаэн… — Там, где демоны, о Гармонии не может быть и речи. Мы идём на Коготь, а потом решим, что делать с королевой, — сказал Файдаен, с внутренним напряжением. Все согласились, и мы продолжили наше трудное путешествие. Дороги, перекроенные изменениями, внесёнными Маркелом в ландшафт, стали почти непроходимыми, и нам пришлось искать обходные пути, чтобы добраться хотя бы до одного из городов и освободить его от гнёта некромантов. Файдаэн первым достиг города, ныне именуемого «Амми-Седука», оплотом некромантов. В своих мыслях он погружался в размышления: «После освобождения Ироллана от нежити, я собрал армию и направился в Империю, чтобы найти Зехира – сына Сайруса. Какое счастье, что я встретил не только Зехира, но и Лорда Годотка с Тамерланом. Видимо, Тамерлан сумел найти и привести Зехира. Они прибыли как раз вовремя. Я узнал о том, как устроена защита Маркела, вторгшегося на наши земли. Мы объединились и одолели некроманта, но похоже, не до конца. Маркел, прежде чем быть уничтоженным, сумел вселить свою душу в тела некромантов, с которыми мы сражались ранее. В «Амми-Седука» я заметил Равену, одну из тех, кто напал на Ироллан. Хоть я и взял город, я уверен, что Маркел теперь контролирует новое тело». Зехир, достигнув второго города, «Бель-Кудурри», также попал под влияние некромантов. В своих размышлениях он был полон тревожных мыслей: «Мы объединились и победили Маркела. Теперь нам предстоит освободить все города, захваченные некромантами, и найти королеву Изабель. Я осадил «Бель-Кудурри». Во время штурма я обнаружил Орсона, который, если я не ошибаюсь, должен был уже покоиться в могиле. Его появление свидетельствует о том, что Маркел каким-то образом переписал свою смерть или перенёс свою душу в новое тело, которое мы уничтожили ранее. Если бы я знал о его способностях, я бы сжёг все тела, относящиеся к некромантам». Годрик, продвигаясь по своей части пути, достиг третьего города некрополиса под названием «Адад-Шума». Не теряя времени, он приступил к штурму. В своих размышлениях Годрик пытался найти объяснение тому, что происходило: «После смерти Маркела мы решили создать Альянс, чтобы освободить все города, захваченные некромантом. Каждый из нас собрал войска, сколько мог. Мы наткнулись на города, которые когда-то принадлежали Империи, но были преобразованы некромантом. Из-за изменённого ландшафта нам пришлось разделиться. Я достиг «Адад-Шума» и начал штурм. Во время осады я заметил некроманта, который, если мне не изменяет память, зовут Каспер. Если он жив, это может быть результатом проделок Маркела. Возможно, его душа перенесена в тело Каспера. Но я справлюсь и с этим врагом». Пока Годрик, Файдаэн и Зехир боролись с бесконечными массами некромантов, освобождая захваченные города, я двигался вперёд, чувствуя, как нарастающее напряжение завоёвывает моё сознание. В этом непрерывном хаосе, где борьба с темными силами стала сутью существования, я вдруг заметил нечто тревожное. Лукреция, моя старая знакомая, теперь представавшая в новом облике, оказалась пленницей неведомого зла. На самом деле, передо мной стоял Маркел, чей дух зловещей хитростью переселился в её тело. Этот демон, словно олицетворение тьмы, стоял на страже города под названием «Аполь-Шипак», готовый защищать его от любых посягательств. Я не медлил. Мгновенно атаковал его, надеясь на долгожданное освобождение. Однако, как только битва достигла своей кульминации, Маркел вновь проявил свою коварность: его душа, будто облако зловещей тени, перенеслась в другое тело, заранее подготовленное для такой цели. Я наблюдал, как его душа стремительно переместилась в город, оставляя за собой следы демонического присутствия. Это означало, что следующее физическое воплощение Маркела ожидается именно в Аполь-Шипак. Не став откладывать, я атаковал город с ещё большей решимостью. Во время штурма, среди бесчисленных мрачных лиц, я заметил что-то необычное: некроманта, чьи глаза были пустыми и мертвыми, словно отражение давно угасшего огня. Моё внимание привлек этот странный вассал, и я, поражённый его внешностью, обратился к своим спутникам: — Не может быть, это Наадир. Вы знаете его? — Знаешь его? — спросил один из них. — Если да, расскажи о нём. — Лично я его не знаю, — ответил я. — Но слышал о нём. Расскажите, кто он. — Наадир — это фигура из древних лет, — начала одна из моих сумрочных ведьм. — Он был героем фракции Некрополис. В отличие от прочих некромантов, которые ещё сохраняли остатки человеческой сущности, Наадир питал гнев на мир плоти и был одержим идеей о совершенстве духа, очищенного от материальной оболочки. Его уникальные познания в мире духов позволяли ему захватывать души врагов, обращая их в своих слуг. В 823 году Седьмого Дракона Наадир отправился в опасное путешествие в поисках полного экземпляра "Откровений Седьмого Дракона", о котором узнал из древнего манускрипта. Этот документ содержал туманные указания о пути к хранимому призрачными драконами порталу в древний склеп, где находился экземпляр "Откровений" с пометками самого Белкета. Найдя Ожерелье из Зубов Дракона, Наадир заключил сделку с хранителями склепа, передав им артефакт в обмен на проход. Так Наадир открыл секреты Седьмого Дракона. Он встретил свою окончательную смерть во время Войны Королевы Изабель перед штурмом армией некромантов Святопламени, где жертвовал собой ради ритуала, необходимого для уничтожения алтарей Хаоса, защищавших город. — Вот как, — заметил я. — Значит, он не смог смириться с судьбой и решил отомстить. — Скорее всего, — ответил спутник. — Но нечего, мы упокоим его. Я продолжал беспощадный штурм города, не зная усталости, и вот, наконец, город, известный под именем «Аполь-Шипак», пал под натиском моей армии. Несколько часов отдыха, когда я с трудом обрел покой, стали мгновениями, наполненными непрерывным размышлением о грядущем. Я воспользовался этим временем, чтобы написать послание Раилагу, требуя от него немедленного сбора армии и скорейшего прибытия в Империю Грифона. Наш следующий шаг был решен — мы направимся в Коготь, где укрылась Изабель, и будем штурмовать этот город. Между тем, Годрик, не теряя времени, достиг первого гарнизона Империи и пробил оборону. После этого он продвинулся дальше, обнаружив первый город Империи и его вассала по имени Мив. Но в этот критический момент во внутренностях Империи разразились раздоры. Королева Изабель, объединившаяся с некромантами, погрузила страну в хаос, и многие, не желая служить такой королеве, отвернулись от неё. Мив была одной из тех, кто отвернулся от Империи. Годрику не оставалось ничего иного, как ликвидировать предателя. Сразив Мива, Годрик сосредоточил своё внимание на следующей цели — городе под названием «Палспрингс». Императрица Мив Сокол была героиней, представителем благородного рода Соколов и последней правительницей Священной Империи Сокола в Асхане. Она была предана своему народу и отчаянно боролась, чтобы не дать своей обречённой империи скользнуть в бездну. В попытке спасти будущее Империи, Мив, отражая адское вторжение, могла опереться лишь на верность рыцарскому идеалу и непоколебимую веру в Дракона Света. Однако, её невежество по отношению к нынешнему правителю Шио, Властелину демонов, обернулось катастрофой. Группой убийц, проникших в Гнездо Соколов, Мив была убита в 843 году эры Седьмого Дракона вместе со своими родными. Это было сделано Джезебет, желавшей прервать императорский род ещё во времена правления императора Лайама Сокола. После смерти Мива началась война между Иваном Грифоном и Шеймусом Оленем, затянувшаяся на десять лет. Война завершилась победой Ивана, который стал первым императором новой Империи Грифона. После победы над Мивом, Годрик продолжил своё наступление и направился к Ппоспрингсу, где его ждала оборона другого вассала по имени Аксель. Несмотря на то, что оборона была довольно крепкой, Годрик не знал пощады, будучи ветераном сражений. Как и Мив, Аксель оказался противником Империи, и его дни были сочтены. Годрик одержал победу, и город пал под его власть. Аксель был героем фракции Орден Порядка. Он мечтал о победе на рыцарском турнире, но его низкое происхождение лишило его этой возможности. Когда рыцарь, чьим оруженосцем он был, заболел, Аксель, облачившись в его доспехи и выступив под чужим именем, одержал победу на турнире. Эта победа раскрыла его обман, но вместо наказания принесла ему рыцарский титул и уважение. Тем временем, я продвигался вперёд и наткнулся на один из гарнизонов Империи. Я заметил Годрика, спешащего в мою сторону, и, не испытывая желания оспаривать, кто из нас будет штурмовать границу, оставил это дело ему. Гарнизон оказался смешанным — помимо представителей армии Империи там была группа из армии Некрополиса. Годрик, не теряя времени на размышления, атаковал гарнизон и прорвался дальше. Перейдя границу, мы заметили Кифру, представителя тёмных эльфов. Я предстал перед ней, и она, с присущим благородством, поклонилась. — Докладывай, — произнёс я. — Господин, — ответила Кифра, — я прибыла, чтобы сообщить, что Раилаг получил ваше послание и, вероятно, уже выдвинулся в Империю, чтобы помочь остановить королеву Изабель, если она восстанет против вас. — Ты упомянула о восстании. Думаешь, королева способна на такое? — Я понимаю ваше сомнение, Лорд Годрик, — ответила Кифра, — но королева Изабель была в сговоре с некромантами. Есть вероятность, что она всё ещё под их контролем. — Понимаю. Но… — Не переживайте, Годрик. Мы обязательно исцелим её от проклятия Кха-Белеха. Кифра поспешила вернуться к Раилагу, чтобы сообщить о нашем приближении. В то же время Зехир достиг города «Зубец», что относится к Империи Грифона. Он не стал штурмовать город, вероятно, намереваясь выманить врага, хотя и не ясно, удастся ли ему это. Годрик же продолжил своё продвижение и наткнулся на город своей Империи — «Северный Крест». Перед вратами стоял вассал Дугал, и раз он был снаружи, это означало, что внутри могли быть и другие силы. Годрик атаковал Дугала, после чего приступил к штурму самого города. Дугал, глубокий и задумчивый человек, посвятил свои дни служению Ордену Порядка. Годы, проведённые на войне, сделали его приверженцем простого, но сурового принципа: жизнь солдата — вот что является подлинной ценностью на поле брани. Всякий раз, когда он видел, как опасность нависает над его воинами, его мысли неизменно возвращались к одной идее — чтобы враг пал раньше, чем сможет причинить вред. Эта философия стала основой его преданности лучникам, которым он посвятил многие годы, обучая и вооружая их. Его любовь к этим стрелкам была безгранична, ибо он верил, что они стали живым щитом для Империи Грифона, способным защитить её от неминуемой гибели. И вот, когда пришло время испытаний, в городе появился вассал по имени Стефан, как неотъемлемая часть военной машины. Годрик, который всегда предпочитал решительность осторожности, принялся за дело с безжалостной настойчивостью. Его магия, мощная и неумолимая, обрушилась на врага с силой, от которой тот не мог устоять. В этом суровом столкновении враг был сокрушён, и Северный Крест пал под напором завоевания. Это событие оставило в душе Дугала след глубокого и неизменного осознания: хотя победа была достигнута, её цена оставалась неизменно высока. Каждый шаг в этом великом конфликте был озарён тяжёлым светом, который предвещал дальнейшие испытания, тревожащие человеческую душу. Стефан, человек, ставший символом Орден Порядка, оставил свой след в истории не столько своими деяниями, сколько тенью, которую он оставил в её тёмных уголках. Во времена Шестого Затмения, когда мир был погружён в хаос и тьму, Стефан, находясь в Зале Героев, был свидетелем великой трагедии, но не участвовал в ней. Его роль была лишена ярких событий и деяний, как будто он был просто зрителем на сцене великого спектакля, где в действительности не было места для его судьбы. После смерти императора Николаса Грифона Стефан обрел новую цель, которая, несмотря на всю её значимость, лишь увеличивала его душевную муку. Охраняя земли, прилегающие к мавзолею, он поднимался на защиту с ещё большей решимостью, чем прежде. Однако, несмотря на все усилия, когда Аграил, тёмный предвестник разрушения, пришёл в поисках Сердца Грифона, его усилия оказались тщетными. Стефан, испытывая тяжесть своей невыполненной миссии, столкнулся с суровой реальностью своего бессилия. Когда Аграил явился в Зал, он произнёс слова, которые были полны беспощадной решимости. Стефан, находящийся на краю своих возможностей, отказался поддаться и предать своего умершего повелителя. Их встреча, которая была краткой, но полна ужасного и жестокого напряжения, завершилась трагическим исходом. Аграил, одержав победу, лишил жизни стража, и всё, что осталось, — это тяжкое бремя, что лежало на душе Стефана. Так, в своих скитаниях, Годрик продолжал свой путь, борясь с собственными внутренними демонами и теми внешними, которые его преследовали. Зихир, движимый собственным любопытством, отдалился от главного пути, чтобы изучить окрестности, в то время как Файдаэн направился к городу Зубец. Город этот находился под защитой вассала по имени Айрис. Она была девушкой, но в этом суровом мире полководцы не щадили ни женщин, ни детей. Файдаэн, лишённый всякого сострадания, бросил свой вызов Айрис и, по мере своей непобедимости, захватил город, оставляя после себя следы разорения и разрушения. Так и двигалась жизнь, непрерывно затягивая людей в круговорот жестоких решений и трагических событий, где каждое действие было исписано неизбежным крахом и унынием. Айрис, эта загадочная фигура среди героев Орден Порядка, была пронизана ранним воспоминанием о грифонах, которые, как странно и отрадно, представляли собой её мир с самого детства. Рожденная в семье, где грифоны были не просто домашними животными, а скорее частью семейного быта, Айрис с детства впитывала знания о величественных зверях, как мать впитывает дыхание своих детей. Эти знания, этот сокровенный опыт, глубоко укоренились в её существе, и когда Империя призвала её к службе, она с готовностью предоставила свои умения на благо военной машины, что неумолимо продвигалась вперёд. Грифоны, что сражались на стороне Айрис, являлись олицетворением её надежд и её посвящённости — их здоровье и дисциплина были подтверждением её личной приверженности делу. Продвигаясь дальше в своём путешествии, я и Годрик столкнулись с Джалибом, который, как пронзительный свидетель, ожидал нас недалеко от следующего города. Его приветствие, казалось, было таким же лишним, как и сама встреча, наполненная тривиальными фразами и пустыми обещаниями. — Приветствую вас, мои друзья, — начал Джалиб с лёгким налётом фальшивой радости. — И тебе привет, Джалиб, — ответил Зехир, чувствуя, как усталость и скука начинают сдавливать его. — Какие новости? — продолжил Зехир, придавая значимость, которой эти слова не заслуживали. — О, юный господин, — вздохнул Джалиб, — хорошо, что вы здесь. Проведя небольшую разведку, я обнаружил ещё один город Империи. Королевы там нет, но также заметил ещё один город, к северо-западу от текущей точки. — Хорошо, Джалиб, ты много помог, теперь можешь вернуться домой, — сказал Зехир, решив, что все эти разговоры не стоят и доли внимания. Джалиб, отбыв, оставил нас в полном сознании своей бесполезности, и мы направились по указанному маршруту. Город под названием «Пепел» встретил нас как мрачный свидетель прошлых событий. Годрик, по своей привычке, приступил к штурму с тем же ожесточением, что и всегда, а на защиту города вышла Эллайна, её имя звучало как печальный призыв о помощи. — Видимо, Маркел воспользовался её телом, чтобы противостоять нам, — сказал я, ощущая всё больше тяжесть происходящего. Годрик, несмотря на все преграды, справился с задачей, и город пал под натиском. Мы продолжили свой путь на северо-запад, и вскоре наши пути пересеклись с тёмными эльфами. Это было признаком, что Райлаг также оказался здесь. Но что это за чувство, тревожащая меня сила? — Что это? Снова кланы Игг-Шайла? — произнёс Годрик, ощущая тёмную угрозу. — Опять? — повторил Зехир, выражая явное недовольство. — Однажды они помогли Маркелу и Изабель победить демонов. Тёмные эльфы — союзники нежити? Мы должны их уничтожить, а затем взять Коготь, — заявил Файдаэн, полагая, что наш путь лежит только через разрушение. — Может, не будем спешить? Попробуем поговорить с ними сначала, — вмешался Годрик, не желая идти по пути, где каждое действие ведёт к большему кровопролитию. — Успокойтесь, это свои… — начал я, но Файдаэн прервал меня. — Свои? Это тёмные эльфы, отвернувшиеся от Силанны! Они тоже часть Гармонии. — Э-э-э… да, — промямлил я, ощущая, как тяжесть военных конфликтов давит на меня. — Похоже, я слишком долго воевал. — Скоро всё кончится, друг мой. Поговорим с ними, может быть, удастся избежать лишнего кровопролития, — добавил Файдаэн, стараясь сохранить остатки человечности в этой жестокой борьбе. — Эй! Я же сказал, что это свои. Не забывай, Файдаэн, я тоже принадлежу тёмным эльфам. Файдаэн ничего не ответил, а я, пронизанный внутренними противоречиями, спокойно подошёл к своей армии, чувствуя, что моя связь с этой расой стала частью моего самого существа. — Приветствую вас, господин, — сказал страж, — вождь уже ожидает вас. — Хорошо, ведите, — ответил я, ощущая, что даже этот краткий момент спокойствия обманчив, и впереди нас ждёт ещё много испытаний. Девушка, олицетворение спокойствия, поклонилась и вместе со своей группой стала сопровождать нас, пока мы не прибыли к Райлагу. Её поведение, как и лица спутников, не выдавали ни малейшего волнения, но за этим внешним спокойствием крылась какая-то неуловимая, тревожащая тайна, которую я никак не мог разгадать. В этот момент появилась Биара, принявшая облик Шадии, и предстала перед Граалем. Едва она появилась, как я вновь ощутил ту странную демоническую ауру, исходящую от неё. Неизбежная двойственность, всегда присущая таким явлениям, будто бы разрывала моё восприятие на части. Кто передо мной? Шадия? Или же это зловещая сущность, скрывающаяся под знакомым обликом? — Шадия! Как ты здесь оказалась? — вырвалось у Райлага, хотя подспудно я уже догадывался о сути её присутствия. — Шпионы сообщили мне о Зехире, Файдаэне и Годрике с Тамерланом, и вот я здесь, — сказала она с лёгкой усмешкой, которая могла бы показаться дружеской, но в ней чувствовался едва уловимый оттенок насмешки. — И, как видишь, вовремя… — Кто ты? Что здесь делаешь и зачем перекрыла дороги в Империи Грифона? — внезапно заговорил Годрик, его голос дрожал от нервного напряжения. — Успокойся, Годрик, — вмешался я, пытаясь унять растущее беспокойство. — Это свои. — Тамерлан, вы знаете их? — Годрик с подозрением вглядывался в лица новых прибывших. — Знаю, как и они тебя. Привет, Райлаг, давно не виделись. — Да, и так. Тебя и Тамерлана я знаю, Годрик. Твоих друзей — нет. Но из вежливости я отвечу. Я Райлаг, и как Тамерлан, являюсь вождём клана Игг-Шайл. Я здесь по его просьбе, а ещё для того, чтобы убить демонов. — Я Файдаэн из Ироллана, тёмный эльф. Мы пришли к Когтю и пройдём туда, пусть даже по трупам твоих воинов, — сказал Файдаэн с мрачной решимостью. - Райлаг вскинул бровь, но в его взгляде блеснуло что-то хищное. — Файдаэн, если собираешься напасть на моих сородичей, я в стороне не останусь. — О! Неужели? Какой гнев… Это так… негармонично, — язвительно заметил Райлаг. — Как ты смеешь?! — ярость Файдаэна вспыхнула вновь, готовая вырваться наружу. — Достаточно! Файдаэн! — резко вмешался я. — Держи свои эмоции под контролем, а ты, Райлаг, не провоцируй его. — Как прикажешь, вождь, — с подчёркнутой покорностью ответил Райлаг, ирония в его голосе не ускользнула от внимательных ушей. - Зехир, до этого молча наблюдавший за обменом реплик, решил вмешаться: — Я Зехир, архимаг. У нас дело к королеве Изабель. — Какое дело? — Райлаг прищурился, явно подозревая неладное. — Нас беспокоит нечто большее, чем нежить. Демоны? — Точнее, речь идёт скорее о… Пророчестве? — Райлаг не отводил взгляда, и в его словах ощущалась тревога, словно он пытался проникнуть в суть того, что пока оставалось скрытым. Видя, как их разговор становился всё более напряжённым, я заметил, как изменилось что-то в атмосфере между ними. Невидимые токи напряжения, как невидимые нити, связывали их, готовые в любую секунду оборваться. Я был готов вмешаться, если ситуация выйдет из-под контроля, но пока всё шло своим чередом, и я оставался рядом с Райлагом, готовый к любому повороту событий. — Верно. Некий мудрец… — начал Зехир, но его перебил Райлаг. — Тиеру. — Что? Откуда ты знаешь? — Зехир удивлённо посмотрел на него. — Успокойся, Зехир. Разумеется, мы знаем о Тиеру, ведь мы раньше встречались с ним. Именно по его просьбе я отправился на ваши земли, — ответил я, в моём голосе слышалась скрытая гордость. — Прошу прощения. Так вот. Он велел мне провести обряд очищения. — Всё верно, Райлаг, — подтвердил Файдаэн. — Ясно. И вы идёте к Изабель ради обряда? — в глазах Райлага появился интерес, замаскированный под безразличие. — Именно, — твёрдо ответил Зехир. — Я присоединюсь к вам. — Ни за что! — резко возразил Файдаэн, его лицо исказилось от внутренней борьбы. — Спокойно! — Райлаг поднял руку, словно удерживая невидимого врага. — Я просто не хочу, чтобы она пострадала. — Никто не хочет, но если её нельзя будет вылечить?.. — Файдаэн не отпускал свою мысль, его голос звучал как приговор. — Не стоит опускать руки, не попытавшись, — возразил я. — Ты прав, друг мой, — голос Файдаэна несколько смягчился, но в нём всё ещё чувствовалась скрытая угроза. — Очень хорошо. Я и Райлаг объединимся и остановим Изабель, если она будет настроена на битву. Что до вас, то вам придётся побыть в стороне, — подвёл итог я. — Хорошо, Тамерлан. Мы присоединимся, когда вы закончите, — заключил Годрик. Объединившись, мы направились к Городу Коготь. Разбив гарнизон, мы двинулись к городу. Тем временем до Изабель донесли, что надвигается атака, и она приказала собраться для обороны города. Я занял место командира наездников на ящеров, а Райлаг возглавил всю армию. Когда мы приблизились к городу, не стали его осаждать, а сразу же приступили к штурму. Заметив оборонительную армию Изабель, я понял, что она не была готова к подобному, поэтому у неё не было времени на полную оборону. Ей пришлось сражаться с тем, что у неё было в данный момент. Несмотря на дисциплинированность её армии, они уступали нам в силе. Стены города, которые можно было пробить с помощью катапульт, не спасли их от дальних атак. Арбалетчики и инквизиторы Изабель не смогли предотвратить поражение. Райлаг направил на город драконов, а ассасины и владычицы тени атаковали с расстояния. Когда битва была окончена, и Изабель осталась одна, против меня и Грааля с нашей армией, Райлаг решил обратиться к Изабель. Изабель стояла, охваченная яростью и болью, словно старая рана вдруг вновь открылась, нестерпимо ноющая, обнажая всю глубину её страданий. — Изабель! — произнёс Раилаг, его голос был полон печали, словно он предчувствовал неизбежную трагедию. — Что? — едва слышно, с надрывом в голосе ответила она, её сердце билось учащённо, предвещая ужасное откровение. — Жаль, что ты не пошла со мной, — продолжил Раилаг, в его словах было нечто большее, чем простое сожаление, они несли в себе груз прошлого, который тяготил его душу. — К Тиеру? — Изабель замерла, её мысли метались между тревогой и страхом, но она ещё не могла осознать, что за буря надвигается. — Нет, раньше. До смерти Николаса, — голос Раилага дрогнул, и в этот момент весь мир для Изабель рухнул, как будто её душа была внезапно разорвана на части. — Ты! Так это ты... — её глаза наполнились ненавистью, болью и отчаянием. Никакое слово не могло выразить ту бурю эмоций, что кипела в её сердце. — Я хотел уберечь тебя от всего этого — от Николаса, от демонов... — Раилаг не узнавал сам себя, его внутренний мир был полон противоречий, и он знал, что в его попытке защитить, он лишь усугубил её страдания. — Ты проклятая тварь, Аграил! Ты убил Николаса! — её крик был как удар молнии, разрушающий всё на своём пути. Она не могла простить, не могла понять. — Николас был призван к Эльрату, леди. Что до Аграила, которому приказали наблюдать за тобой, его больше нет. Произошло непредвиденное. Он влюбился. Я хотел увидеть тебя, спасти; а потом Годрик вернулся из Серебренных Городов... — Раилаг говорил, как в бреду, его слова были переполнены горечью утраты, словно каждая фраза обжигала его душу. — Николас... Что же я наделала... — шёпотом произнесла она, и в этом шёпоте было больше боли, чем во всех её криках. Её сердце разрывалось от чувства вины, которая теперь была нестерпимой ношей. — Я хотел увести свои войска, но Николас нас остановил… Мне безумно жаль. Я хотел помочь тебе. Защитить тебя и Империю Грифона, разгромить демонов... — слова Раилага звучали как извинение, но в них было что-то большее, как будто он пытался вернуть время назад, чтобы изменить прошлое. — Извини, Раилаг, пора начинать. Надо спешить, на подготовку понадобится время. Изабель, обряд... — прервал их Зехир, его голос был полон напряжения, он понимал, что время не на их стороне. — Я готова. Очищение или смерть — всё лучше, чем сейчас, — произнесла Изабель с отчаянием, её слова звучали как приговор, она была готова принять любую судьбу, лишь бы избавиться от мучений. Я, не медля ни секунды, достал дротик, пропитанный снотворным, и метнул его в Изабель. Едва дротик достиг её шеи, снотворное начало действовать, и её глаза медленно закрылись. Её тело ослабело, и только поддержка Годрика уберегла её от падения. Когда Изабель была снята с лошади, Раилаг взял её на руки, чувствуя, как её жизнь, её страдания и вина легли тяжким грузом на его плечи. Годрик повёл их в специальный зал, где был лишь один-единственный стол, на который осторожно уложили Изабель. Раилаг, дрожащей рукой, дал знак Зехиру, что можно начинать. Тот кивнул и начал сосредотачиваться, погружаясь в обряд. — Крепись, Изабель. И верь. Мы спасём тебя... — Раилаг произнёс эти слова, как молитву, обращённую к небесам. — Уймись, Раилаг. Мне нужно сосредоточиться, — резко прервал его Зехир, полностью погружённый в сложный ритуал. Но внезапно я снова почувствовал знакомую демоническую силу, исходящую от Шадии. Мои опасения подтвердились. Шадия, воспользовавшись моментом, нарушила обряд, одновременно вызывая своего хозяина, Кха-Билеха. — Чистая геометрия, свежие ингредиенты, идеальная дикция... Хорошо работаешь, — произнёс Кха-Белех с насмешкой, его голос был полон зловещей издёвки. В следующую секунду Шадия приняла облик Биары, прыгнула на стол, где лежала Изабель, и зашипела, защищая её, словно дикий зверь, никого не подпуская к жертве. — Всё же недостаточно хорошо, — с этими словами Биара схватила Изабель и исчезла, оставляя Раилага в отчаянии и безысходности. — Изабель! Изабе-е-е-е-е-ель!!! — отчаянный крик Раилага эхом разнесся по залу, но ответом ему была лишь тишина. — Успокойся, Раилаг. Давай посмотрим, может найдём подсказку, — Зехир пытался вернуть контроль над ситуацией, его разум искал выход из этой безысходности. - Раилаг сделал глубокий вдох, стараясь подавить охватившие его эмоции, и медленно произнёс: — Можем мы их догнать? — Они уже далеко — и географически, и духовно. В тёмном царстве демонов, в Шио, — ответил Зехир, его голос был холоден, как лезвие меча. — Тогда что насчёт этого? С ним мы сможем туда отправиться? — Файдаэн протянул Зехиру Сердце Грифона, которое Биара уронила, похищая Изабель. - Зехир взял артефакт и начал его изучать, его лицо постепенно озарилось пониманием. Когда всё было готово, он произнёс: — Приготовьтесь, господа. Мы отправляемся в Шио. С этими словами, они вместе с армией, собранной ранее, перенеслись в мрачное царство Шио, в самое сердце демонической тьмы, где решится их судьба и судьба Изабель.