Demon Slayer.

Я оказал содействие Зехиру в освобождении земель Серебряных Городов. Однако перед нами теперь встала новая и не менее трудная задача — спасти мир от зла, которое несёт в себе королева Изабель. Мы с Зехиром должны будем пересечь земли Империи Грифона и воссоединиться с армией Файдаэна, который, освободив свои земли, теперь тоже стремится к нам на встречу. Но помимо этого, нам предстоит найти и освободить Годрика, заключённого в темнице. — Этот Вестгард — настоящая крепость. Высокие стены, рвы, армии нежити, рыцари Грифона... Нападение в лоб — это самоубийство, — произнёс я, обдумывая предстоящие испытания. — А что ты хотел? Их этому учили, или у них не было выбора, — ответил Зехир с оттенком равнодушия в голосе. — Может, вернёмся домой? Я не Сольмир, чтобы разгадывать подобные загадки! — Пара легендарных джинов нам бы не помешала, но придётся найти иной путь, — задумчиво произнёс Зехир, прерывая молчание. — Стой! Нежить и рыцари бок о бок сражаться не будут. И вспомни, Гэлан рассказывал про лорда Колдуэлла и бунтовщиков. — И что? — переспросил я, усмехнувшись. — Бунт. Бунтовщики. Если бы рыцари перешли на нашу сторону... Но за мной они не пойдут — им нужен Вождь из Империи. — Полностью согласен. Хотя я и человек, но я принадлежу к Тёмным Эльфам, — отозвался Зехир, и в его голосе послышалась нотка горечи. — Я слышал, что дядя Николаса, Годрик, сидит в тюрьме. Возможно, именно он? — продолжал я, погружённый в раздумья. — Точно. Я помню, как его арестовали за то, что он отказался подчиниться и отдать Амулет Некромантов, когда все необходимые артефакты уже были собраны для воскрешения Николаса. Из-за неповиновения Изабель и заключила его в тюрьму. — Конечно! Враг моего врага... Вестгард падёт! — Слова наполнились решимостью. — Хм... Звучит. — Кстати, Нархиз, — неожиданно спросил я. — Да? — отозвался он, вернувшись к реальности. — Ранее ты упомянул имя Сольмир. Кто это? — Сольмир, — ответил он, в голосе моём прозвучала тонкая нотка уважения. — Это герой фракции Академия Волшебства, могущественный джинн. В 565 году ЗСД его зов о помощи, вибрирующий в глубинах Мира Духов, направил его в поход до самых пределов Сахаарской пустыни. Его путешествие через оазисы, пустоши, болота и руины было наполнено опасностями, начиная от заядлых некромантов и заканчивая кровожадными орками, не упоминая даже чёрную тайну, дремлющую в жерле проклятого вулкана, известного как гора Иблис. Чтобы спасти свою сестру Нуру, Сольмиру пришлось встать лицом к лицу со знакомым противником, сравнимым с владыкой джиннов. — Ого! — вырвалось у меня. — Довольно смело. — А то! Его считают самым могущественным джинном. Ладно, давайте уже выдвигаться, — сказал он, полагая, что дальнейшие раздумья не имеют смысла. В первую очередь, мы приняли решение найти и освободить Годрика, заточённого в тюрьме. Освобождение Годрика было нашими первостепенными заботами, ибо от этого зависела наша возможность двигаться по землям Империи. Мы надеялись, что, освободив его, сможем продвинуться дальше, а если будет надобность, то, возможно, Годрик окажется той силой, которая поможет освободить саму Империю. В поисках темницы, мы, как сквозь туман, проходили мимо различных группировок, с намерением разобраться с ними позднее. Мы также обнаружили гарнизон, который был тщательно охраняем. — Вот гарнизон, — заметил я, указывая на крепкое строение. — Может, нам стоит попробовать здесь? — Не думаю, что это хорошая идея, — отозвался Зехир, с оттенком недовольства в голосе. — Почему это? — удивлённо спросил я, не понимая его аргументов. — Будет лучше, если Годрик сам займётся этими вопросами. Кто знает, может быть, ему удастся переманить их на нашу сторону. — Это произнёс Зехир с лёгким оттенком уверенности. — Тамерлан прав. Если Годрик сумеет привлечь их на нашу сторону, это избавит нас от ненужной битвы и потерь, — поддержал Зехир, выражая обоснованное согласие. Продолжая путь, мы прибыли к входу в катакомбы. Спустившись в их мрак, перед нами открылись два пути: один в Восточную сторону, другой — на Юг. Мы решили разделиться, так как это ускорит наше обнаружение и освобождение Годрика. Я направился на Восток, а Зехир — на Юг. На своём пути я столкнулся с несколькими группировками, охранявшими припасы и шахты. Также мне удалось найти казарму паладинов, которую охраняли ассасины. Представителей своей расы я принял в отряд, а затем нанял и паладинов. Завершив все эти дела, я продолжил свой путь, стремясь найти темницу с Годриком, надеясь на успех в нашем начинании. В мыслях Зехира бродили смутные и тёмные образы, когда он обдумывал недавние события. После того как мы освободили земли Серебряных Городов, к нам явился гонец, посланный Файдаэном. Его вестями было пронизано всё невыразимое и запутанное, что только могло таить в себе воображение. Он сообщил, что Файдаэн освобождает земли Ироллана и приближается к границам Империи. Более того, у Файдаэна имеется свиток, написанный Тиеру. Этот свиток содержал заклинание, которое должно было помочь освободить королеву Изабель от оков Кха-Билеха. Мой верный помощник и советник, Нархиз, сообщил мне, что дядю Николаса, Годрика, держат в темнице. Вследствие этого, я и мой товарищ, Тамерлан, решили отправиться на его поиски. Наше путешествие привело нас к гарнизону, который был обнесён надёжными стенами и охранялся с исключительной бдительностью. Однако атака на этот гарнизон представлялась нам чрезмерно рискованной и неоправданной. Тамерлан предложил, что мы должны найти Годрика. Его освобождение могло бы стать тем ключом, который позволит нам беспрепятственно пройти границу. Мы достигли катакомб и спустились в их тёмные и неизведанные глубины. В подземелье нам предстояло разделиться: Тамерлан направился на Восток, а я взял курс на Юг. Следуя по едва заметной тропе, я наткнулся на заставу, которую я решился проверить. Эта застава была охраняема, но с моим мастерством я сумел одолеть её защиту. Разбив охрану, я получил возможность нанять несколько бойцов из Империи. Благодаря этим союзникам, я смог ускорить своё продвижение к Годрику, веря, что впереди нас ждёт успех в нашем нелёгком деле. Я продолжал поиски темницы, где должен находиться Годрик, с тревожным чувством, которое обостряло каждый шаг. Тропа, на которую я вышел, вела на юг. По мере продвижения я заметил юного Зехира, который направлялся ко мне, но неожиданно свернул на запад и поспешил в этом направлении. Неподготовленное любопытство заставило меня следовать за ним. Мы встретились, и вскоре нашли темницу, в которой, как мы надеялись, находился Годрик. — Чувствую, что в этой темнице кто-то есть, — произнёс я, стараясь подавить чувство предстоящей опасности. — Если это действительно тот, кого мы ищем, нужно немедленно действовать. Зехир, изумлённый собственным действием, использовал магию, которая казалась мне чёрной и таинственной. Он освободил Годрика, и тот, с горькой усмешкой на губах, обратился к нам: — Что это за чёрная магия? — прошептал он, но тут же вспомнил о нас. — Вы помните нас? Я — Тамерлан, один из вождей Тёмных Эльфов, а это — Юный Зехир. Мы встречались у твоего отца, когда он нас презирал... - Годрик вздохнул, и его лицо стало ещё более мрачным: — Отец всегда жил только для себя. Но я хочу помочь Империи Грифона. — Тогда тебе придётся потрудиться, юный архимаг, — ответил Годрик, — и принести плоды своих усилий. — Понимаю, — продолжил Зехир, — но если ты освободишься, пойдут ли за тобой рыцари? Будут ли сражаться с некромантами? И ещё, если я здесь останешься, Фрида будет горевать. Не желаешь же ты её огорчать. — Сразиться с Маркелом и его нечистью? — сказал Годрик, — Может, я и стар, но освободите меня, и увидите, как старый пёс охотится на крыс. — Отлично, — подтвердил Зехир. — С одним условием: мы освободим все города, которые находятся под его властью. — Конечно! — сказал я, и мы направились к выходу. — Тамерлан, — спросил Годрик, — как там Фрида? Я просил тебя увести её. — Я так и сделал, — ответил я, — привёз её в один из городов Империи и оставил там. Я боялся, что постоянная жизнь в подземельях, вдали от солнечного света, будет для неё невыносимой. Конечно, в одном из городов моей расы есть возможность выхода на поверхность, но в этом случае она оставалась бы одна. И к тому же, было бы неразумно приводить её в столь опасную ситуацию, когда мы сталкиваемся с кланом Суровых Сердец. — Понимаю, — ответил Годрик, — но всё равно благодарю тебя. — Не за что, — сказал я, — а теперь выдвигаемся. Мы с Годриком продолжили свой путь к выходу из катакомб. По пути нам встретились ещё несколько застав, где мы наняли воинов, готовых к борьбе с нечистью. Зехир остался, видимо, чтобы тщательно исследовать подземелье и, возможно, обнаружить что-то ещё полезное. Выйдя из катакомб, я повёл Годрика к гарнизону, мимо которого мы пробежали ранее. Годрик в своих мыслях размышлял: — Я был арестован за то, что не поддерживал желания Изабель, которая поверила некроманту Маркелу. Не знаю, удалось ли ему осуществить свои планы, но надеюсь, это не привело к серьёзным последствиям для Империи. В своей тюрьме я почувствовал, как кто-то пришёл освободить меня. Я сначала удивился чёрной магии, но, увидев перед собой юного Зехира и Тамерлана, успокоился. Они объяснили ситуацию и предложили мне сразиться с Маркелом. Я согласился. По пути мы посетили заставы, наняли солдат и теперь направляемся к гарнизону. — Прекрасные солдаты, хоть и служили плохому вождю, — произнёс Годрик, — никогда бы не подумал, что старость потребует от меня обучения дипломатии. — Лучше поздно, чем никогда, — сказал я. — Пожалуй, — ответил Годрик, — что ж, начнём освобождать Империю от этой нечисти. В это время Зехир продолжал своё бесконечное блуждание по мрачным катакомбам, неутомимо собирая ресурсы, о которых я не мог даже помыслить, так как моё внимание было сосредоточено на стремлении найти темницу и освободить Годрика. Сам Годрик, тем временем, принимал под своё командование гарнизон, и мы двинулись к первому городу Империи, Грифонхиллу. Как только мы приблизились к городу, нас встретили солдаты, которые, несмотря на свою подчинённость Маркелу, всё же сохраняли в себе остатки воли. Однако, прибывшие мы, в их глазах предстали врагами. — Годрик, — произнёс я, — похоже, что они настроены против нас. Воины Империи не сдадут город без боя и не оставят командира. Дипломатия здесь не поможет. Придётся действовать по старинке. Годрик, не теряя времени, атаковал город и вскоре захватил его. Я же вернулся к гарнизону и, повернув налево, нашёл три деревни, где мне удалось нанять шестьдесят шесть крестьян. Если их должным образом обучить, из них можно будет сделать неплохих ополченцев. Возвращаясь, я заметил, что Годрик не только подготовился к наступлению, но и помог подготовить солдат, которых я привёл. Мы отправились к следующему гарнизону, расположенному восточнее. Я надеялся, что Годрик снова попытается переубедить воинов, охраняющих гарнизон, и те перейдут на нашу сторону. Но эти воины решили сражаться до последнего, и нам не оставалось ничего другого, как сразиться с ними и двигаться дальше. Объединившись, мы с Годриком и нашими отрядами разбили гарнизон и продвигались дальше. Как только мы покинули гарнизон, мимо нас промчался Рутгер со своей армией, что вызвало у меня некоторое недоумение, которое Годрик сразу же заметил. — В чём дело, Тамерлан? — спросил он. — Это же Рутгер. — Знаешь его? — спросил я. — Когда я помогал Зехиру освобождать Серебряные Города, Рутгер присоединился к нам и помог освободить всю территорию магов. Но что он делает здесь, я не знаю. — Скорее всего, Маркел каким-то образом переманил его на свою сторону, — предположил Годрик. — В таком случае, придётся убить его. Мы атаковали Рутгера с намерением связать и допросить его. Однако, когда мы уничтожили половину его армии, он сбежал, поджав хвост. Это вызвало гнев Годрика, и он изрёк ругательства. — Вот же трус, — прокомментировал он. — Я бы ни за что не подумал, что в Империи есть такие трусы. Если бы я был командиром, таких выгнал бы из армии. — Не кипятись, — посоветовал я. — Лучше давай двигаться дальше. Продвигаясь вперёд, мы нашли заставу. Поборов стражников, мы наняли ещё несколько воинов. Продолжая путь, мы обнаружили ещё один город Империи, Стужвиль. Снова объединив свои силы, мы атаковали город. Во время атаки я заметил, а Годрик тоже должен был заметить, что в защите города стояла одна из вассалов Империи. Но пощадить её не было возможности, так как она сражалась на стороне некроманта Маркела. Когда битва завершилась и город был освобождён, мы, и те, кто остался жив, решили отдохнуть после сложной битвы. Пока мы отдыхали, я не удержался и спросил: — Годрик, кто эта девушка, с которой мы только что сражались? Она была довольно умелой. — Это была Эллайна, — ответил Годрик. — Герой класса рыцарь фракции Орден Порядка. Она служила в имперской армии во время Войны Затмения и затем вернулась в своё семейное поместье. Хотя она не была особенно искусна в управлении, её поместье процветало. Теперь она вернулась на войну, и крестьяне помнят все её добрые дела, демонстрируя чудеса храбрости под её командованием. — Так вот как. Очень жаль, что такой рыцарь, как она, стал служить такому подонку, как Маркел. — Да, — согласился Годрик. — Талант пропал. В это время из катакомб вышел Зехир и направился к Грифонхиллу. Используя свои навыки, он перебрался к городу. Но стоило ему только появиться, как Рутгер снова напал на город. Зехир защищался, но когда он вновь потерял половину своих бойцов, Рутгер снова дал гёру. Между тем, я и Годрик продолжали свой крестовый поход и прибыли к следующему городу Империи, Виджилу. Мы заметили, что армия у города была незначительной, и это означало, что мы могли спокойно его занять. После побега Рутгера, Зехир направился на Юго-Восток, чтобы исследовать местность, до которой я и Годрик ещё не дошли. Продвигаясь по дороге, на Зехира напал Золтан, один из представителей некромантов. Несмотря на численный перевес армии нежити, Зехир, благодаря своим навыкам и смекалке, одержал победу и одолел неприятеля. Золтан, фигура мрака и ужаса, был одним из тех немногих, кто в мире нежити возглавлял свои армии с непреклонной жестокостью. Для него маги представляли собой олицетворение абсолютного зла, своего рода врагов, с которыми он не щадил усилий в своей борьбе. Он погрузился в изучение тайн магии Серебряных Городов с таким усердием, что вскоре сумел объединить некромантию с арканами. В результате его заклинания действовали с ужасающей силой: когда враг начинал творить магию, он забывал своё заклинание, как забывается сон, пока Золтан не покинет поле битвы. Золтан одержимо собирал регалии Сар-Иссы, которые были похищены из Серебряных Городов. В 820 году, маг Маахир, прибывший из Серебряных Городов в Эриш в поисках древних реликвий, сумел разбить войско Золтана и упокоить самого некроманта. Он возвратил драгоценные артефакты на родину, что было оценено магами: архимаг Яфайя, возглавлявший Серебряную Лигу, ушёл в отставку, уступив своё место Маахиру, как если бы его отставка была неизбежной данью величию последнего. Однако, когда Зехир, переживший это событие, лишь начал приходить в себя, на горизонте возникла новая угроза. Рутгер, с небольшим отрядом, приближался, и в памяти Зехира всплыли образы помощи, оказанной Рутгером при освобождении Серебряных Городов. Но предательство бывшего наёмника отравило его душу, и Зехир, не ведая пощады, истребил предателя. Продвигаясь дальше, Зехир направился на Юго-Запад и вскоре обнаружил ещё один город Империи, носивший имя Миллфилд. Охрана этого города была настолько незначительной, что её силы могли лишь отпугивать мародёров, но не тех, кто пришёл с целью полного освобождения. Как только все города Империи были очищены, каждый из нас взял на себя ответственность за упорядочение и подготовку войск в своём городе. Годрику достались два города — Стужвиль и Виджил, так как они располагались близко друг к другу. Взяв под контроль освобождённые города, мы начали подготовку и мобилизацию. Когда всё было готово, мы со своими армиями покинули города и направились на встречу с Файдаэном, который также приближался к землям Империи Грифона. На перекрёстке дорог наши пути пересеклись, и мы, погружённые в молчание и тяжесть раздумий, продолжили движение на Юго-Восток. Мы шли в молчании, как если бы наше путешествие было наполнено внутренним напряжением и неопределённостью. И вдруг, Зехир нарушил тишину, его голос прозвучал как холодный удар: — Мы сделали больше, чем я ожидал. Но, господа, это далось нам не легко. Сколько жизней потеряно. Некоторые из них я знал… — Он замолчал, и тишина вновь окутала нас. — Я помню, как Изабель сказала, что это всего лишь малая плата. Если погибший народ — это малая плата для неё, то что для неё является высокой платой? — Верно. Изабель и Маркел всё ещё на свободе, — сказал Зехир. — Не надолго! Мы загнали Маркела в угол. Вождь Тамерлан, Архимаг Зехир и лорд Годрик? — Приветствую, Файдаэн из Ироллана. У тебя есть план? — Для эльфов следующий шаг очевиден: смерть Маркелу! — ответил Файдаэн. — Искренне согласен, — добавил другой голос. — Я поддерживаю это мнение. Маркел — мерзавец, который не достоин жизни, — сказал Годрик. — Но уничтожить Маркела будет нелегко. Он не глуп и тщательно подготовился. Его сила основывается на трёх легендарных реликвиях. Первая — Чёрный кристалл. — Кристалл? Его магическая энергия безгранична. Маркел способен творить заклинания без усталости. — И это ещё не всё. У Маркела есть Проклятый гарнизон, — продолжил кто-то другой. — Я видел его в действии. Он даёт непрерывный поток свежих войск, хотя эти войска скорее сгнили, чем свежи. Тот, кто им владеет, может получить столько солдат, сколько захочет. — И ещё Маркел сумел найти Слезу Асхи, — добавил Файдаен. — Она увеличивает силу всех его войск. Наверняка он вывез её из Данмура и приспособил для своих нужд. — Есть ещё один вариант. Возможно, Изабель сама отдала ему Слезу Асхи, так как она находится под его контролем, — сказал я, и в моём голосе звучала тревога. — Я надеюсь, что ты ошибаешься, Тамерлан, — произнёс Зехир, его слова были полны тяжести и сомнений. — Я тоже надеюсь, — добавил Годрик. — Давайте разделимся. Я уничтожу Чёрный кристалл, Годрик, — Проклятый гарнизон, а Тамерлан с Файдаэном займутся Слезой Асхи. А потом мы отпразднуем победу на дымящихся руинах! — Зехир сделал паузу, словно собираясь с мыслями. — Мы согласны, Зехир. За Гармонию, — сказал Файдаэн. — Слава Грифону? — спросил Зехир, наполняя слова мрачной иронией. — Я был бы доволен, если бы Империя Грифона просуществовала ещё несколько дней. О вечности я не смею мечтать, — с горечью произнёс Годрик. — Вот как, — заметил Зехир. — А что скажете вы, Тамерлан? — Меня направляет Маласса. Так что я обязан помочь вам, мои друзья, — ответил я. — Отлично! Выдвигаемся! — решительно произнёс Зехир, и мы, погружённые в тишину и мрак будущих событий, отправились в путь. Файдаэн, этот мрачный и решительный человек, направился на юг. Ему удалось найти один из городов Некромантов — Нелюдио, затерявшийся в мраке и запустении. Охрана там была столь слабой, что он, как неумолимый ангел возмездия, стремительно расправился с ней и занял город. После тщательной проверки и подготовки, когда каждый шаг был обдуман и спланирован, мы продолжили наш путь, стремясь отомстить и отобрать голову Маркела. Зехир, с огнём в глазах и решимостью в сердце, атаковал первый гарнизон, который, хотя и был частью нашего пути, оказался лишь промежуточной преградой. Настоящий гарнизон, более значительный и опасный, ещё ожидал нас впереди. И вот мы прибыли к городу, где скрывался Маркел. Наша атака была столь же неумолима, как и наш план. Первым в бой ринулся Зехир, на его плечи легла тяжесть уничтожения Чёрного кристалла. В то время как Маркел собрал свою армию, чтобы защитить этот зловещий артефакт, я наблюдал, как на поле боя разыгрывается трагедия. Чёрный кристалл, источник тьмы и разрушения, создавал новых монстров, заменяя павших. И это было лишь следствием ужасного контроля, который Маркел держал над этим артефактом. Однако, к великому ужасу, Зехир неутомимо продолжал своё дело. Нежить падала одна за другой, и вскоре кристалл был разрушен. Поняв, что его последняя надежда исчезла, Маркел поспешил уйти к гарнизону. Когда Маркел прибыл в гарнизон, Годрик, словно воплощение гнева и правосудия, сразу же ринулся туда. Тат, некромант, призвал свою армию нежити, готовясь сразиться с Годриком. Я, наблюдая за этим беспощадным столкновением, видел, как Маркел отчаянно защищает гарнизон, словно это была его последняя надежда. Годрик, стремясь к уничтожению, не только сражался с нежитью, но и заметил, как каждый разрушенный отряд вновь пополнялся новыми воинами, исходящими из гарнизона. После ожесточённой борьбы, Годрик атаковал сам гарнизон, используя магию, столь разрушительную, что гарнизон был уничтожен в пламени. Маркел, увидев свой последний оплот в руинах, не имел другого выбора, кроме как вновь переместиться в свой город. Как только его обманный трон вновь оказался в его распоряжении, мы с Файдаэном, полные решимости, поспешили штурмовать город, где скрывалась Слеза Асхи. В бою, который последовал, я и Файдаэн сражались с неимоверной настойчивостью, в то время как Маркел, собрав остатки своей армии, отчаянно защищал Слезу Асхи. Армия нежити, стоявшая на страже, была не в силах остановить наш натиск. Слеза Асхи, хоть и усиливала армию Маркела, не могла восполнить утраты, как это делал Чёрный кристалл или гарнизон. Армия палла, как и сам артефакт, и Маркел остался один, обременённый остатками своих лучших бойцов. Мы подошли к нему, и он, обратив на нас своё внимание, произнёс: — Я принимаю вашу капитуляцию, — произнёс Маркел, и в его голосе звучала не только насмешка, но и холодная, пронзительная беспечность. Эти слова, произнесённые с какой-то изощрённой жестокостью, словно олицетворяли всю его сущность — темную и бездушную. — Подлая тварь! — не удержался я. — За оскорбления, которые ты нанёс Изабэль и Империи Грифона… — слова мои вырывались с яростью, как крики утопающего в бурном море. — …за смерти и зверства в Ироллане… — моё сердце билось всё сильнее, когда я вспоминал все ужасные деяния. — …за все злодеяния, совершённые тобой! — я произнёс это так, как будто надеялся, что каждое слово, произнесённое, как последняя клятва, сможет хоть как-то облегчить страдания тех, кто пострадал от его рук. Мы, четверо, направились к нему, полные решимости исполнить долг правосудия, но тут этот старик, с выражением лицемерной обречённости, активировал один из своих ужасных магических навыков. Из-под земли, словно жуткие создания из ночных кошмаров, начали подниматься жнецы, вооружённые косами. Их появление добавило к нашему напряжению ещё одну грань ужаса. Скоро мы были окружены, и каждый удар, каждое движение, которое мы делали, было направлено на уничтожение этих защитников. Когда последний жнец пал, Файдаэн поднёс свой меч к горлу Маркела. Но тот, с выражением отрешённого спокойствия, просто отодвинул клинок в сторону. — Хорошо, — произнёс он с каким-то мрачным удовлетворением, — тогда убейте меня и отправьте в загробный мир. Знаете, это самая приятная новость за последнее время. Годрик и Файдаэн, их лица искажены напряжением и яростью, начали размахивать своими клинками, стремясь завершить это мучительное существование. Я же стоял рядом с Зехиром, наблюдая за неумолимыми усилиями своих товарищей и беспокойным, зловещим смехом старика. В этом смехе была какая-то непередаваемая язвительность, как будто он находил в нашем напряжённом действии какую-то отвратительную прелесть. — Стоп! Подождите! — вдруг воскликнул Зехир, и его голос был полон странного спокойствия. Годрик и Файдаэн замерли в своих действиях. Зехир, сосредоточив всю свою магическую силу, использовал её, чтобы сжечь Маркела заживо, в процессе этого на его лице отразилась тень мучительного удовлетворения. — Что это за шум? — я, наконец, позволил себе задать вопрос, — в чём дело? — В том, что он больше не будет воскрешён, — ответил Зехир, сдерживая своë чувство облегчения. — Хорошо всё-таки иметь союзником талантливого мага… — произнёс я с примирительным вздохом. — Полностью согласен, — сказал Годрик, — но сейчас нам нужно как следует подготовиться и отправиться за Изабэль. — Не могу не согласиться с тобой, — подтвердил я. После смерти Маркела мы вернулись в свои города, чтобы отдохнуть и подготовиться к новым испытаниям. Битва с Маркелом была лишь началом долгого и сложного пути. Наши мысли о Маркеле оставили нас в ожидании ещё более трудных испытаний, предстоящих на горизонте. Маркел был фигурой, о которой с равной вероятностью можно было бы говорить как о герое, так и о демоне. Некромант по призванию, он был верным учеником Сандро, того самого Сандро, что был учеником Белкета, первого некроманта. Его продвижение по иерархии некромантии было впечатляющим, если не считать того, что оно шло сквозь тьму, искажающую облик человеческой души. Грёзы о власти и могуществе увлекли его настолько, что он поднялся до высочайших вершин среди некромантов — по крайней мере, пока его собственное тело ещё не стало прахом. Как сановник императорского дворца, астролог и верный советник королевы Фионы, он привлёк к себе внимание и заслужил её доверие. Подобные завоевания подчинялись правилам плоти и духа, которые Маркел знал и использовал с поразительной ловкостью. Однако его могущество привлекло внимание духовных лидеров Церкви Света, которые не могли не заподозрить нечестивых деяний, скрывающихся за его умелой маской. Смерть Фионы, как удар молнии, окончательно разрушила его положение. Он был изгнан из Империи, и только понимая, что после поцелуя Богини-Паука его свобода передвижений оказалась ограниченной, Маркел продолжил продвигать цели Эриша, плетя сети дипломатии и обмана. Его внешность резко контрастировала с обыденными представлениями о некромантах. Здоровый цвет кожи, седые волосы и зелёные глаза создавали видимость магического изысканности, он носил роскошную мантию, украшенную золотом и драгоценными камнями, что лишь подчёркивало его стремление казаться магом, а не некромантом. Но внешность, как это часто бывает, скрывала сущность. Маркел был циничен до глубины души, его прагматизм и изощрённость планов не знали границ. Безжалостное манипулирование человеческими чувствами и злобное удовольствие от страданий были его естественным состоянием. Он не испытывал жалости к убитым, а каждое злодеяние, совершённое им, стало лишь очередным шагом к достижению своих целей. Изучив магию некромантии под руководством Сандро, Маркел достиг вершин, доступных только живым среди мертвецов. Однако, после гибели Сандро от рук архимага Сайруса, Маркел начал воспринимать последнего как своего заклятого врага. Вскоре, спустя 40 лет до Шестого Затмения, он помог Фионе, дочери герцога Единорога, возродиться из мёртвых, заслужив тем самым её доверие и расположение. Когда Фиона вышла замуж за Алексея, правителя Империи Грифона, Маркел занял пост придворного астролога. Его влияние и расположение к королеве не смогли перекрыть антипатию, испытываемую королём и его советниками, включая Николаса и имперских пэров, среди которых Годрик относился к нему с особым презрением. Даже жрецы света настороженно следили за каждым его шагом, подозревая в нём нечистую силу. Занимая влиятельный пост в Ордене Порядка, Маркел одновременно являлся тайным лидером некромантов, что не могло не вызвать подозрения и недовольства. После смерти матери Николаса, под влиянием Годрика, тот решил отправить Маркела в ссылку, где тот оказался под жёстким надзором магов Серебряных Городов. Шестое Затмение, смерть Николаса, предоставили Маркелу шанс сбежать из ссылки и убедить невесту короля, Изабель, воскресить жениха. Для этого он потребовал четыре артефакта: Амулет Некроманта, Посох Преисподней, Плащ Смертоносной Тени и Кольцо Грешников. Его действия привели к нападению на Серебряные Города, где он убил архимага Сайруса и заточил Годрика. Ритуал, в результате которого Николас восстал в виде вампира, вызвал у Изабель глубокое потрясение, погрузившую её в молчание. Захватив власть в Империи Грифона, Маркел развязал войну с эльфами, став вампира Николаса во главе своих войск. Однако войска нежити потерпели поражение, и Маркел пал под ударом Зехира, сына Сайруса, который сжёг его тело, чтобы не дать ему воскреснуть в облике лича.