Кофе по утрам.

      От этой фразы Костенко пробрала дрожь. Он безумно боялся потерять Пашу. Пожалуй, это была бы самая страшная вещь в жизни Сергея. — Начните с плохой, — слегка дрожащим голосом произнес мужчина.       Все друзья Вершинина замерли.       Они также как и Костенко до безумия боялись потерять Вершинина.       В особенности Горелов. Так как Паша был его самым близким и родным человеком. Они дружили ещё с детского сада, а потому мысль о потере друга вгоняла Алексея в дрожь.       Почему-то именно сейчас Лёша вспомнил, как они вместе с Пашей ездили летом к бабушке Вершинина.       Старушка жила в небольшом посёлке.       У неё была маленькая дача, с которой были связаны лучшие воспоминания Горелова о детстве.       Он вспомнил, как ребята вместе воровали яблоки у соседки бабы Нюры.       Как они вместе купались в небольшом озере и ходили на местные дискотеки, на которых не раз дрались с местными ребятами.       От таких воспоминаний у Горелова на лице появилась улыбка, на что парень заметил неодобрительный взгляд Костенко.       Настя также проникла в воспоминания связанные с Вершининым.       В голове девушки пролетела та самая вечеринка, которую устроил Паша и на которой он же познакомил Настю с Лёшей.       Анастасия бы никогда не подумала, что тот самый идиот, который пролил ей на блузку вино станет таким родным и близким человеком, и если бы не Вершинин, она бы этого никогда не узнала.       Аня ровно также вспомнила улыбающегося бариста, к которому очень часто заходила на кофе и который познакомил её с мужчиной, с которым Антонова связала свою жизнь.       Паша для неё был самым близким человеком, хотя бы потому, что он поддерживал её в абсолютно любых начинаниях.       Ведь именно Паша посоветовал Ане податься в киноиндустрию, и именно Паша заставил Костенко подыскать подходящие кастинги для Антоновой, благодаря которым та попала в кино.       Гоша Петрищев также поддался воспоминаниям о друге, который с распростёртыми объятиями принял ботаника в их компанию.       Георгий вспоминал, как Вершинин защищал его от Лёши.       Как впервые позволил попробовать алкоголь и как помог Гоша устроиться в службу прослушки в офис Сергея.       А Сергей ничего не вспоминал.       Боялся. До безумия боялся поддастся воспоминаниям о парнишке.       Ибо исхода у этого было два: либо он бы прям на месте разрыдался, либо сглазил бы здоровье любимого человека.       Ни того ни другого не хотелось. Поэтому мужчина старался не думать ни о чём, хоть и получалось плохо. — Павел Вершинин в коме, — доктор продолжал что-то говорить, но всё, что слышал Сергей это звон в ушах.       Ребята начали трясти мужчину за плечи стараясь вернуть того в сознание, хоть он его и не терял, но стоять на ногах стало безумно трудно, ибо точки опоры казались ватными. В какой-то момент к Сергею вернулся слух и он вновь поднял глаза на врача. — А вторая? — тихо пробормотал мужчина. — Он будет жить. Ещё неизвестно, как долго он пробудет в коме, но парень борется. И я вам гарантирую что он победит, — довольно твёрдо сказал врач, смотря Сергею в глаза. — Первое время парень пробудет у нас. Но если его состояние затянется более, чем на месяц, вам придётся его забрать домой и обеспечить нужные условия, — уже чуть более мягко сказал врач, боясь резануть по больному. — Он жив… Он точно выберется? — дрожащим голосом проговорил Гоша.       Он единственный, кто мог хоть что-то сказать в этой ситуации. Но лучше бы он промолчал, ибо у Сергея появилась непреодолимое желание пристрелить Петрищева. Так как тот допускал те мысли, о которых было бы лучше не думать. Так ещё и вслух.       Лёша видимо прочитал эмоции Костенко, довольно сильно пнул ботаника локтем в бок, заставляя того скривиться и жалобно заскулить. — Точно. Если рядом с ним будут близкие ему люди, которые будут напоминать парню о том, что его ждут, и всегда говорить с ним, он выберется, — чётко и без сомнений проговорил доктор. — К нему сейчас можно? — Резко сказал Костенко, почувствовавший невероятное притяжение со стороны палаты Вершинина. — Не желательно. Кем вы ему являетесь? — слегка строго проговорил врач. — Я его супруг, — повторил уже знакомую фразу Костенко. — Только если вы один зайдёте, — хмыкнул доктор.       Костенко посмотрел на друзей Вершинина с какой-то мольбой.       Он понимал, что все они сейчас хотят увидеть Пашу, но сейчас эгоизм мужчины превосходил все грани, ведь либо Пашу не увидит никто, либо только Сергей.       Все ребята будто бы вошли в положение, одобрительно кивая.       Ведь все прекрасно понимали, что парни связаны между собой и самым логичным будет то, что сейчас к Паше пойдёт именно Костенко.       Сергей буквально ринулся к двери палаты Вершинина, хватаясь за дверную ручку и замирая.       А что если Паши уже нет?       Что если сейчас Сергей зайдёт и увидит труп Вершинина?       Что если Костенко больше никогда не сможет обнять тёплое тело своего возлюбленного?       Именно такие мысли роем заполнили голову Костенко.       И вновь помог Горелов, выводя старшего мужчину из транса довольно сильным сжатием плеча, как бы подталкивая Костенко вперёд.       Мужчина обернулся и увидел взволнованный, но очень тёплый взгляд друга Паши.       Пожалуй это именно та вещь, которая помогла Костенко провернуть дверную ручку и войти внутрь палаты.