Back to you | Вернуться к тебе

(Пятница) Хонджун, еле разлепив глаза, громко шаркает тапочками, выходя за пределы своей комнаты. Первым делом молодой человек видит спящего на диване Чон Юнхо, который остался у них из-за позднего возвращения Кима, а после и разбросанные по помещению игрушки. Видимо, вчера из-за усталости он не заметил этого бардака, но сейчас ему было слишком лень прибирать всё это, так что он прямиком заходит в комнату своего любимого чада. - Лисёнок~ - ласково зовёт тёмноволосый, раскрывая шторы. - Пора вставать, милый. - в ответ Ким слышит тихое хрипение и какой-то болезненный стон, который за секунду заставляет его напрячься. - Ёни? Сынок? - молодой человек присаживается на край детской кроватки, аккуратно убирая одеяло, которым младший Чон накрылся аж с головой. Погладив ребёнка по голове, Хонджун взволнованно его осматривает. - Милый, что с тобой? У тебя что-то болит? - Голова... - тихо стонет мальчик, уткнувшись носиком в свою подушку. Старший, тяжело вздохнув, немного поворачивает голову ребёнка к себе, касаясь тыльной стороной ладони лба. Глаза родителя округляются, когда он понимает, что у Уёна температура. - Папочка, очень голова болит. - Подожди немного, мой хороший. Сейчас папочка быстренько сходит за лекарствами! - чмокнув сына в лобик, тёмноволосый поднимается с кровати и практически бежит в свою комнату, откуда достаёт из шкафа целую аптечку. Он быстро обшаривает её в поисках градусника и жаропонижающего сиропа, и, найдя нужное, возвращается обратно, разбудив своей беготнёй заодно и бывшего супруга. - Давай, лисёнок, повернись ко мне. Измерим температуру и выпьем сиропчика. - Не хочу! - хнычет мальчик, нехотя переворачиваясь на спину. Ким подкладывает ему под голову и шею подушку, удобнее устраивая на постели. Юнхо, ничего не понимая, сонно протирает глаза, пытаясь сообразить и загрузить мозг, пока супруг пихает градусник под подмышку их сына, после дрожащими руками открывая сироп. - Что случилось? - хрипло спрашивает старший, смотря то на чадо, то на супруга. - Уён, кажется, заболел. - Хонджун не на шутку распереживался, совершенно не контролируя ни себя, ни свой голос, который заметно начал дрожать. Музыкант, услышав это, подходит к бывшему, забирая из его рук баночку с сиропом и специальным шприцем, в который набирает необходимое количество лекарства. - Я сам, отсядь в другое место. - и младший, облизав губы, послушно отсаживается в конец кровати, внимательно наблюдая как бывший муж даёт лекарство их ребёнку. Чон Уён капризничает несколько секунд, но после послушно выпивает предлагаемое родителем лекарство, чувствуя на языке приятный сладкий вкус. Через минуту пищит и градусник, показывая температуру тридцать семь и семь, из-за чего Ким начинает волноваться ещё сильнее, только вот лекарство они уже дали, так что остаётся ждать. - А теперь под одеяло и попытайся снова уснуть. Лекарство должно скоро подействовать, значит, и температура скоро спадёт. - Хорошо... - надув губки, мальчик переворачивается на бок, укрываясь одеялом по плечи. С тяжёлым вздохом он вновь закрывает глаза, а Юнхо, чмокнув сына в макушку, аккуратно берёт бывшего за руку, выводя его из комнаты. Как только они оказываются за её пределами, тёмноволосый зло смотрит на старшего. - Вот и зачем ты купил ему столько мороженого?! Я был не против того, чтобы вы гуляли, но зачем покупать столько мороженого?! Ты будто не знаешь, что детям много холодного нельзя! А если он ещё сильнее разболеется?! - от взгляда музыканта не ускользнуло чужое волнение и причину он прекрасно понимал, чувствуя укол вины. - Прости, солнце. Я просто хотел сделать ему приятно. Да и мы ели дома, я не думал, что он так разболеется из-за этого. Прости, не подумал. В следующий раз не буду позволят так много есть, обещаю. - Да не важно уже! Мне ещё на работу надо и как тут предлагаешь ехать, когда у него температура тридцать семь и семь? - Джун, не волнуйся, я с ним останусь. Работы у меня нет, да и не планируется. Ты мне скажи, что давать, когда давать, что делать в общем - я всё сделаю. - Правда? - тёмноволосый поднимает на бывшего супруга не верящий взгляд и тот, слабо улыбнувшись, кивает, нежно проведя рукой по чужой макушке. - Правда. - Спасибо. - шепчет одними губами Ким Хонджун, после чего вновь уходит в свою спальню, из которой выходит лишь спустя несколько минут, с тетрадным листом. Этот лист младший протягивает музыканту и тот принимает, внимательно читая всё, что Джун написал ему. - Я написал какие лекарства ему можно принимать и какие он может пить, также написал, что делать в случае чего. И обязательно следи за его состоянием. Желательно, проверять через каждые час-полтора. Порой после лекарства у него немного повышается температура и тогда тебе нужно дать ему ещё немного лекарства, и ближе к обеду температура должна спасть. Также обязательно надень на него носочки, но не слишком тёплые. Одежду поменяй, если вспотеет! Будет лучше, если он не будет спать в мокрой одежде. - Хорошо, я понял. Я справлюсь. - Точно? - и в ответ старший кивает. - Ну хорошо. Тогда я... Пойду собираться? - и Юнхо снова кивает. Шумно выдохнув, молодой человек растерянно оглядывается несколько секунд, после чего идёт переодеваться и собираться на работу. Ему было крайне тяжело уходить из дома и ехать на работу, когда в голове крутится лишь одно беспокойство за собственного сына. На самом деле, Ким волнуется совершенно не зря. Раньше, когда Уёну было чуть меньше, он болел часто и все его болезни проходили так тяжело, что порой молодой человек не на шутку пугался, находясь чуть ли не на грани истерики. Врачи говорили, мол "Пейте витамины. Всё из-за слабого иммунитета" и Джун покупал сыну эти чёртовы витамины. Покупал самые разные, не забывая и про обычные лекарства, но выздоравливал Чон младший, примерно, лишь через три недели. Практически каждый врач говорил ему, что у мальчика просто слабый иммунитет и ему нужно чаще бывать на воздухе, на солнце, но Уён болел слишком сильно и выходить с ним в таком состоянии Хонджун просто боялся. Отчасти он понимал, что причина таких длительных болезней действительно может быть ослабленный иммунитет, но на тот момент в голове молодого родителя было море и другим вариантов, которые столь позитивными ему не казались. Например, какая-нибудь серьёзная болезнь, которую врачи списывают на иммунитет. Да, в конечном итоге Чон Уён всегда выздоравливал и чувствовал себя замечательно, и ближе к своим пяти годам он стал болеть не так часто, но Джун всё равно боится. И тогда боялся, честно говоря. Порой даже самые лёгкие, казалось бы, болезни могут привести к серьёзным последствиям, а особенно после того, как это чудо съел практически всё ведёрко с мороженным. И, наверное, тёмноволосый никуда бы ни за что не поехал, но понимал, что теперь у него есть кому помочь и этой помощью стоит воспользоваться, пока она есть. Только вот на душе всё равно не тревожно. И эта тревожность отражается и на работе. Чхве Сан и Кан Ёсан буквально с порога замечают неладное, заставляя выложить всё от и до. Услышав спустя два часа с начала работы о болезни крестника, Кану даже перехотелось упрашивать Сана знакомить их с Минги, потому что сегодня это явно будет неуместным. Со стороны простая болезнь ребёнка может показаться чем-то не слишком уж и серьёзным, ведь дети часто болеют, но для них троих это болезненная тема, учитывая то, что однажды дело почти дошло до больницы. - Не переживай, слышишь? Юнхо же с ним! Он сказал, что справится, значит, справится! Доверься ему разочек. - успокаивает светловолосый, поглаживая друга по плечу. - Твоя голова сейчас слишком загружена и ты не можешь нормально думать. Хочешь, чтобы директор оштрафовал? - Не хочу. И я пытаюсь отвлечься, но не получается. Очень переживаю за него. Он уже давно не болел, а тут резко взял и слёг с температурой тридцать семь и семь. Это, конечно, для него не предел, но всё же. - Давай я закажу тебе чая за свой счёт, м? - негромко спрашивает Кан, положив руку на плечо младшего. Тот отмахивается, мол "Не надо", хотя чаю с мятой Ким Хонджуну сейчас как раз не помешает. - У меня работы много, не до чая. "Какая работа, если ты всё время думаешь о сыне?" - грустно выдыхает Сан, не отрывая взгляда от друга. - Ладно, попробую поработать. Юнхо, как вы и сказали, с ним, так что доверюсь. Натянуто улыбнувшись, тёмноволосый уходит к столику, стараясь обслужить гостей с должным позитивом, чтобы не заражать их своим негативом. И у Джуна, наверное, даже получается немного отвлечься, но не проходит и часа, как его телефон разрывается от звонка и, отлучившись всего на несколько минут, он отвечает. Ему позвонил Чон Юнхо. Музыкант с тревогой в голосе тараторит что-то о том, что Уён после сна закапризничал, требуя увидеть папу, и Хо не знал как его успокоить. Он позвонил бывшему супругу с надеждой на то, что тот скажет способ успокоить ребёнка, но вместо этого Ким говорит "Скоро буду", скидывая вызов. Чон Уён также много капризничает, когда болеет и для самого Кима это уже норма, но вот старший наверняка растерян, так что лучшего способа, нежели отпроситься и помчать к нему на помощь, он не нашёл. Этого мелкого лисёнка успокоить будет не так уж и легко. Домой тёмноволосый не едет, а буквально мчит, добираясь до дома короткими путями, благодаря чему его машина останавливается около строения уже минут через семь. Наверное, музыкант совсем не ожидал, что супруг решит приехать, но его приезд становится большим облегчением, так как Уён немного успокаивается при виде родителя. Чону стыдно, что не удалось успокоить ребёнка самостоятельно, но теперь у него хотя бы есть возможность понаблюдать со стороны, чтобы знать, как делать это в будущем. - Лисёнок, ну что такое? - присев на край кровати, тёмноволосый с грустью в глазах осматривает чадо, стирая с его лица слёзы. - Ну чего ты плачешь, м? Папа ведь был рядом~ - Папочка! - громко шмыгнув, мальчик утыкается носом в грудь родителя, ручками крепко сжимая ткань его одежды. Он снова пускается в рыдания и Джун, слабо улыбнувшись, переглядывается с Чоном. По нему видно, что он растерян. - Ну всё, мой маленький. Всё. Не плачь, папочка уже приехал~ Ты напугался, да? - в ответ Чон младший кивает. - А чего напугался-то? Папа ведь дома был, лисёнок~ - Тебя не было, папочка! - громко плачет Ён, заливая свою комнату слезами. Ещё немного и точно потоп будет. - Я так напугался! - Хорошо, хорошо~ - прижав сына к себе, младший неторопливо покачивается вперёд-назад, тем самым стараясь убаюкать рыдающего сына. Он указывает Юнхо на какой-то плед и жестом просит принести его, что музыкант и делает. - Пойдёшь на ручки? - Да! Приняв плед, тёмноволосый плотно окутывает им чадо, сразу поднимая на руки. На сердце теплеет, когда взгляд падает на ноги ребёнка, на которых были надеты его любимые белые носочки с лисятами. Юнхо всё-таки выполнил то, что он просил. Уложив голову Чона младшего себе на плечо, молодой человек, покачивая его, негромко напевает песню, язык которой Чон старший разобрать почему-то не мог. И он долго вслушивался в эту песню, под которую Чон Уён успокоился и сладко заснул на руках папы, сжав в ручках его одежду. Только ближе к концу до музыканта наконец дошло - эльфийский. Однажды у него выпала возможность посмотреть "Властелин колец" и послушать прекрасный язык эльфов, на котором, собственно, бывший супруг и пел песню их сыну. Это стало удивлением. - Почему эльфийский? - шёпотом спрашивает старший, когда аккуратно укладывает сына на свою кровать, плотно укрывая его пледом. - Наш Уёни похож на тебя намного больше, чем ты думаешь. Ему очень нравятся фильмы про "Властелин колец" и, когда мы смотрели, он услышал песню главного героя. Она настолько ему понравилась, что перед сном он просил включать её и после сотни тысячи раз прослушивания - я выучил её. Уёну приятно слушать эту песню в моём исполнении и сам по себе язык настолько красив, что он засыпает под него за секунды. Ты ведь тоже любишь эту трилогию, да? - в ответ старший угукает, расплываясь в улыбке. И ведь успокоить сына оказалось так просто. - Прости, я не справился. Обещал тебе, что справлюсь сам, а на деле опять всё провалил. - старший обречённо вздыхает, поглядывая на сына, но тёмноволосый одаривает его лишь довольной улыбкой. - Чего улыбаешься? - Ты был напуган и растерян - это нормально. Уён часто капризничает во время болезни, так что лично для меня это особым удивлением не стало, хотя для тебя - вполне. Это нормально чего-то не знать и не уметь, Юнхо. Тебя долго не было в его жизни и, разумеется, ты не знал некоторых вещей. Но теперь, думаю, наверстаешь упущенное. Только вряд ли у тебя получится выучить песню на эльфийском, так что просто включай ему её из интернета и не переживай. - Почему же, я довольно хорош в изучении языков. Всяких. - эти слова почему-то заставляют Хонджуна резко смутиться и подумать совершенно не о том, а музыкант, понимая мысли бывшего, прыскает со смеху. Он и забыл каким порой извращенцем может быть это маленькое карманное чудо. - Я про языки мира. Там, английский, китайский, японский, тайский. - Я понял. - смущённо шикает младший, отворачивая лицо, чтобы скрыть своё смущение. - Правда? А чего тогда смущаешься? О чём думаешь? Что-то запретное, да? - И вовсе нет! Ни о чём таком я не думаю, не выдумывай! Можешь уже уходить домой, знаешь. - выпаливает младший из-за волнения. Только вот бывший супруг усмехается и заваливается на диван, раскинув свои ручища. - Неа. Не получится. Мне же нужно учиться, верно? Если я сейчас уйду, то не буду знать никаких секретов по поводу лечения и успокоения нашего сына, так что тебе придётся терпеть меня, как минимум, ещё несколько дней. - Хочешь остаться у меня? - Ким корчит лицо, но не понимает - от недовольства или очередного смущения. - А ты приглашаешь? Тогда согласен! - Эй! Я не приглашал тебя! - Разве? Да вот только что же пригласил! - Ты интонацию мою вообще слышал? Я не приглашал тебя! - А мне показалось, что приглашал. И раз уж пригласил, то я остаюсь~ - музыкант расплывается в хитро-довольной улыбке и младший, шумно выдохнув, ворчит себе что-то под нос. Теперь хоть понятно в кого Чон Уён такой лисёныш. Ну весь в своего отца. - Садись рядышком. Расскажи мне всё, что делал и делаешь во время болезни. Расскажи любую деталь - я обязательно всё запомню и учту на будущее. - Серьёзно? Будешь слушать? - музыкант кивает, похлопывая по месту рядом с собой. Некоторое время Хонджун мнётся, не решаясь, а после всё же присаживается, решив начать с самого простого. - И так! Если тебе нужно, чтобы у него... И ведь Чон Юнхо правда слушает.