Питай меня своим светом

Тусклые фонари освещали ночную улицу. Никто не мог объяснить, почему город, что ночью живёт сегодня, 15 сентября 2002 года, спит. Лишь изредка раздавались протяжные лаи собак. 16-летний парень, обладатель длинных тёмно-зелёных локонов неуверенно передвигал своими исхудалыми на первый взгляд конечностями. Он не знал, куда податься. У него имелись некоторые варианты, но, взглянув на наручные часы, что показали 5 часов и 45 минут, он решил, что наилучшим решением будет отправиться на вокзал или в какое-нибудь общественное место , где он скоротал бы пару часов. - Мда... И что это было...? - истошно выдохнув, Гон прикоснулся к своим мягким губам. Его щеки налились румянцем. Он, слегка вздрогнув, отвёл взгляд куда-то в сторону. Он сомкнул губы и, приоткрыв рот, облизнул нижнюю. Он мог размышлять о произошедшем сколько угодно, если бы не, обессилев, обмяк в положении сидя и не уснул бы на скамейке. По прошествии нескольких часов парня разбудила мощная вибрация его мобильного устройства. - Алло? Курапика ? - Ты сейчас где? По ту сторону экрана слышался звук завывающего ветра, что сталкивался с постоянно вращающимися колёсами автомобиля. Резким нажатием на газ, юноша уменьшил давление порывов ветра на него. Резиновые шины оставляли чёрные отметины на асфальте, когда тот совершал резкие повороты или торможения. Его волосы поблескивали золотым отливом, отражаясь в передних зеркалах. Из-за невероятной скорости его локоны и серьги извивались под самыми непредсказуемыми углами и перемещались в неординарных направлениях. Мутное оранжевое сияние дорожных фонарей проникало вглубь алых его очей. Выражение лица Курапики отображало конвертирование сосредоточения. Глаза, налившиеся кровяными каплями, устремлялись на расстилающуюся дорогу, что он способен был лицезреть. Его уста были сомкнуты, они ни дрожали, ни трескались, он их не прикусывал, не облизывал. Он лишь следил за управлением, попутно ведя разговор по телефону. - На Йоркшинсом вокзале , а что? - Гон, наблюдая за порхающим болотнокрылым голубем, что бился крыльями с голубем, чьи славные нежные перья напоминали крупные холопь снега, загадочно упустил взгляд на асфальтированную дорогу, продолжая разговор. - Подходи к выходу, я скоро буду. - с превосходящим давлением, Курапика опустил ногу на педаль газа. - Что? Зачем?! - воскликнув, парень вскочил со скамейки, тем самым напугав воркующую парочку. Разлетевшись в разные стороны, вскоре они окончательно скрылись из виду. Лишь только пара опавших перышек напоминала о недавних гостях. - Я все объясню, когда прибуду. - Хоро.. Хм.. Сбросил. - слегка пошатываясь, парень проследовал к привокзальным воротам . Ему не пришлось долго ждать. Может, пару минут он преодолел, вследствие завораживающих особенностей окружающего мира . От данного действа его отвлёк скрип резко тормозящих колёс. - Курапика! Что же такое срочное произошло, что так разъезжаешь?! Это опасно! - Гон, возмущённый поведением Курапики, совсем не ожидал, что тот схватит его за запястье и потащит в машину. - Я же сказал, всё по дороге. - взглянув на неожидавшего подобный напор Гона, тот пожалел о том, что обошёлся с ним слишком грубо. Злотовласый отворил дверцу черного лакированного автомобиля, и, приглашающим жестом придержал её для Гона. Курапика сел по правой стороне от Гона. Звон ключей, нажатие на педаль, и они уже мчались в известном Курута направлении. - Киллуа попал в больницу. - переводя взгляд на собеседника, Курапика, заметно помрачнел, - В больницу?! - Да, я сам ещё не обладаю новостями, но думал, ты уже в курсе. Я тебе давал его адрес, разве вы не встречались? - Да, н-но.. Я решил его не тревожить.. - воспоминания о прошедшем всё никак не могли уйти из его головы, от волнения он всё чаще перебирал пальцы друг о друга и ерзал ногами . Слова Гона слегка озадачили Курапику. Он догадывался о том, что между парнями произошёл неприятный инцидент. Курапика имел некоторые мысли на этот счёт, однако ему не хотелось предполагать возможный наихудший исход. - Не переживай так, опытный Хантер наподобие него не мог ни с того, ни с сего не сляжет на долгий период. Просто оставь всё так, как было раньше, вы ведь лучшие друзья. Если ты совершил какую-то ошибку, то он тебя сразу же простит. Но и тебе не стоит злиться на него в случае его опрометчивости. - Да я и не злюсь... Гон отвел свой взгляд от собеседника. Всю оставшуюся дорогу он пытался разложить каждую свою мысль, каждый довод, каждый малейший посыл, который вызывал у него непонимание и недоумение. Следующие 20 минут пейзажи сменялись однотипными мелкими жилыми районами. По приезду, парни сразу же поторопились в больничную палату, номер которой Курута уточнил у Леорио заранее. Добравшись до второго этажа, Гон вбежал в глубь коридора. Перед тем, как зайти, парень помедлил, какое-то время он не решался зайти. Однако его друг нуждался в помощи, поэтому Гон не спешил заботиться о своих внутренних переживаниях . - Гон, не так быстро. - юноша протянул руку в сторону Гона, в надежде, что тот остановится. - Думаю, лучше им побыть наедине. - приблизившийся Леорио, положив ладонь на плечо Курапики, остановил того. Курапика в ответ неоднозначно кивнул. Парень приоткрыл дверь палаты , та в свою очередь издала слабый скрип. Бледный, не обладающий хоть какими-то характерными признаками жизни , парень, подключенный к аппарату искусственной вентиляции лёгких, находился на ближайшей кровати к оконной раме. Лёгкий солнечный блеск падал на его сероватые и обагровевшие веки. Гон приблизился к койке, на которой лежал его друг. Запах медикаментов, мыльных порошков и обездвиженных тел смешался в один горький привкус перегноя. Данное резонансировало с тактильными ощущениями. Гон провёл тыльной стороной ладони по мягкой белой простыне, уселся сбоку, провёл пальцами по щеке Киллуа, устроился рядом с другом, прижавшись к его груди. Его внезапно обдало приятной теплотой. Его ореховые глаза устремились в неподвижные густые ресницы Киллуа. В его сочувствующем взгляде читалась непреодолимая скорбь, досада, разочарование в себе. Он плавно опустил свою голову в область живота Золдика. Его рука обвила талию друга, он, не сильно прижимавшись, слегка тёрся о его пресс. Он, зажмурив глаза, пристально смотрел куда-то вдаль. Рядом с ним Гон себя всегда чувствовал в безопасности. Ему хотелось, чтобы время во всём мире остановилось навсегда, чтобы сильные руки Киллуа сжимали его в своих объятиях и нежно поглаживали по его спине, вызывая прилив мурашек. Гон сам не заметил, как уснул в подобном положении. Стрекотания кузнечиков и звонкие щебетания птиц доносились из приоткрытых окон, роса, образовывающаяся на лепестках осенних цветов, испарялась. В такой обстановке он чувствовал себя по-настоящему живым. Рядом с ним было так хорошо...