Корми своих демонов

15-ти летняя Ника сидела на постели, горько плача. Сцепленные в замок пальцы она с силой прижимала к груди, где плескалась боль непоправимого. Её сердце было разбито. Она думала, что станет женой графа, но единственное, что видел в ней тот - игрушка и только. Ведь она была не какой-то девицей с улицы! Она родилась княжной и её семья была не последней при дворе! Старшая сестрица Мария состояла фрейлиной при государыне императрице. Да и сама юная княжна Разумовская была известна высшему свету. Её знали, как ценительницу различных культур от восточной до европейской. Вообще, с детства Ника смотрела на свою бабушку, почтенную княгиню Разумовскую, слушала её наставления, которые часто сопровождались любимым бабушкиным "вот так, ангел мой" и брала подходящие советы. И одной из идей княгини было "люби себя, милая, никого не ставь выше. В первую очередь ты. После - весь мир". И до встречи с графом Кириллом Истоминым Ника не забывала наказ, следовала ему. Однако первая серьезная влюбленность разбила все, что закладывала почтенная княгиня. Граф был так похож на излюбленный типаж девушки - государь Александр I в лучшем исполнении портретистов. Светловолосый, с серыми глазами и просто ангельским выражением. В первую же встречу с графом Истоминым юная княжна поняла, что чувствовали героини романов, в одночасье теряя себя перед лицом любви.

***

Они встретились в имении друзей Разумовских - Лисовых. Барон Борис Григорьевич Лисов пригласил Разумовских и графиню Истомину с сыном погостить, съездить на охоту. Как раз наступил конец лета, можно было отыскать славных косуль. Ника, правда, ненавидела охоту, но можно было прогуляться к озеру неподалёку от имения. К тому же девушка сочиняла стихи, поэтому порой любила уединиться, чтобы написать очередное произведение. В то время Нику переполняло ощущение, что в жизни не доставало чего-то. Каких-то эмоций или событий. Она заскучала от всего, что составляло её привычный уклад жизни и поездку к друзьям семьи одобрила без промедлений. И Бог только знал, что не стоило ей ехать к Лисовым. В первый день Ника выспалась насколько только было возможно. Мария не поехала с семьей, так что разбудить младшую из сестер было некому больше. После позднего завтрака девушка ушла к озеру. Погода в тот день выдалась довольно приятной и нежаркой: легкий ветерок слегка играл со смолянистыми локонами, не попавшими в прическу. Пару раз, конечно, поднимался ветер, грозивший отнять шляпку, но девушка придерживала её ладонью. Сидя на скамейке под деревом, Ника записывала строчки в книжку, которую для неё сшила её дорогая Нелли - служанка, бывшая при ней почти с раннего детства. Итак, работа постепенно шла. Когда пропадала идея, как дальше срифмовать строчки, княжна стучала обратной стороной карандаша по странице и поднимала взор зеленых глаз на воду. В один такой момент она услышала шорох и шаги. Ника повернула голову и увидела графа Истомина. Молодой человек был одет так просто на её взгляд и вместе с тем добавить было нечего: черные туфли, черные брюки и белая рубашка. -Прошу прощения, если помешал. – Он улыбнулся, и Ника ощутила, как румянец вспыхнул на её щеках. С улыбкой княжна ответила: -Всё в порядке. -Позволите? – Кирилл не шел дальше, стоя на одном месте и заложив руки за спину. – Я не буду вам мешать, обещаю. Просто хотелось насладиться тишиной и покоем. -Ну, конечно. – Ника хихикнула. – Это же не моя земля, я не могу запрещать вам гулять здесь. -А если бы была ваша, запретили бы? – Уточнил молодой человек и, подойдя ближе поклонился. – Глядя на вас, совсем забыл представиться. Граф Истомин, Кирилл Иванович. Ника Дмитриевна, верно? -Вы абсолютно правы. – Поняв, насколько её слова звучали двусмысленно, девушка ещё больше смутилась. – То есть… я хотела сказать, что да, я Ника Дмитриевна. -Я дал слово вашей матушке, что не стану отвлекать вас. Она говорила вы заняты. А сам вот болтаю. -Кирилл Иванович, не беспокойтесь. Я решила отдохнуть, отвлечься. Так что с удовольствием побеседую с вами. -Очень рад, что могу быть полезен такой прекрасной барышне. -Ой, перестаньте. – Попросила Ника и прижала ладонь к пылающей щеке. Новый порыв ветра вновь постарался сорвать шляпку. Однако в этот раз её удержал молодой человек. -Чуть-чуть не улетела. – Со добродушным смешком отметил Кирилл и убрал руку. – Ника Дмитриевна, вы в самом деле пишите стихи? Вот с рифмой? Или модный белый стих? -Благодарю. – Девушка закрыла книжку, оставляя карандаш там. – Я люблю стихи с рифмой, как у Пушкина или Лермонтова. Стихи без неё я не понимаю и не признаю. -Даже так. Вы знаете, я тоже. С рифмой они плавные и вливаются в душу легким ветерком. А вот стих без рифмы… как по мне, уж лучше рассказы или повести. -Именно! – Воодушевленно подхватила Ника. – Будто не стих вовсе, а нечто похожее, пародия. -Вы просто читаете мысли. – Просиял Истомин. – Скажите, вы бы могли прочитать мне свои работы? -Вы, правда, хотите этого? – Впервые девушка сомневалась в том, чтобы делиться своим творчеством. Она не стеснялась читать стихи дома, когда собирались друзья, могла почитать и в гостях, где были незнакомые люди. Однако именно в этот раз собственный труд показался таким ничтожным и несерьезным, что стыдно было делиться им. -Правда. – Без прежней улыбки ответил Кирилл. – Я считаю, что это настоящее везение – услышать, как автор читает собственное стихотворение. Княжна, прошу вас. -О чем бы вы хотели услышать? – Избегая взгляда собеседника, Ника сложила ладони, ощущая, что от волнения они вспотели. -О любви. -Недавно я написала одно. – Княжна пролистала до нужного разворота. – Это трагичная история. Всем сердцем полюбить однажды можно, Всего лишь раз себя препоручить. Иным дарить то чувство невозможно И первую любовь не отпустить. Я помню, как тебя тогда увидел. Мальчишкою влюбился. Ну так что ж? Богов, наверно, дерзко я обидел, Ведь ты за них всадила в сердце нож. Ни разу на меня ты не взглянула. Отвергла да без боли и труда. Во тьме моя любовь не потонула, Хоть не познать покоя никогда. Спешат года. Уж у тебя есть дети. В немилости как прежде. Навсегда. Ни одного нет способа на свете, Чтоб растопить в очах сиянье льда. И вот ты умерла. Судьба жестока. Но всё же я не стану слезы лить. При жизни, после от меня далёко. Вовек твой образ милый не забыть. Во время чтения Ника пару раз запиналась и поражалась дрожи голоса, которой прежде не было ни разу. Она стеснялась читать в присутствии графа, но что странно, вместе с тем девушке хотелось именно ему читать свои стихи. -Ника Дмитриевна, это бесподобно. – Негромко заговорил Кирилл, когда прозвучала последняя строчка. – Я проникся болью главного героя. Вы сумели тронуть струны моей души. -Граф, вы меня смущаете. – Призналась девушка и торопливо добавила. – Но благодарю вас. Мне очень приятно. -Почитаете мне ещё? Или все же мне посидеть, молча, и не мешать вам? – Молодой человек вновь улыбнулся. – Я вроде как вспоминаю, что вы специально ушли сюда, чтобы сочинять, так сказала Наталья Петровна. А в итоге отвлекаю вас. -Вы нисколько не отвлекаете. – Торопливо возразила княжна Разумовская. – Если вы желаете, я прочту ещё что-нибудь. -Было бы чудесно. Я буду вам премного благодарен.

***

В день их знакомства они провели почти всё время вместе и зачастую наедине ото всех. Молодые люди возвращались к старшим только на обед и ужин. Графиня Истомина и княгиня Разумовская одинаково были довольны этим знакомством. Обе хорошо восприняли сближение детей. Но под перед сном, естественно, никто из младших не рассказал матерям ничего примечательного. Зато, оставшись с Нелли, Ника поняла, что наконец-то могла быть более откровенной. -Он точно Александр Павлович с портрета в моей комнате. – Мечтательно вздохнула княжна. – И такой интересный собеседник! -Я знала, что вы отметите сходство. – Улыбнулась Нелли, расчесывая волосы барышни, спускавшиеся до самой талии. Перед сном это расслабляло лучше всего: мягкая расческа проходила по волосам и, жмурясь от удовольствия, Ника отпускала всё напряжение и готовилась спать. -Кирилл Иванович даже стихи мои высоко оценил. Ему очень понравилось. Знаешь, он еще деликатный и учтивый. -Сколько в нем хорошего! Это просто замечательно, что вы встретились. -Угу. – Вздохнув, Ника вдруг спрятала взгляд и принялась беспокойство перебирать пальцы. - Нелли, похоже, я влюблена… У меня сердце замирает каждый раз, когда я думаю о нем, представляю его рядом. -Вы боитесь этого, Ника Дмитриевна? – Нелли опустилась на пол рядом со стулом и участливо посмотрела, заглядывая в лицо собеседницы. – Но ведь любовь – недурное чувство, скорее наоборот. -Ты думаешь? Я боюсь, что он меня отвергнет. Ни за что не смогу сказать ему первой, а если я не понравилась Кириллу Ивановичу, это будет настоящей мукой для меня! -Хотите, я для вас выясню о его чувствах? -А ты сможешь? -Я постараюсь сделать это для вас, только не терзайтесь. Вы достойны самого лучшего на свете. -Самый лучший избранник для меня – он. – На удивление для самой себя заявила сразу Ника. Покраснев, она прикрыла губы ладошкой на мгновение и хихикнула. – Только ты никому не говори! -Вы меня знаете, я ваши секреты всегда буду хранить. – Девица коснулась руки барышни, и Ника благодарно пожала чужую ладонь. -Спасибо тебе, Нелли. Правда, спасибо. В ту ночь княжна спала плохо. Ей все время снилось, как они обсуждали с молодым человеком её чувства. Притом это было как наяву: она просыпалась на следующий день, встречала его и он, увидев всё, выводил девушку на разговор. Это безумно смущало и изводило Нику. Ей одновременно хотелось признаться и вместе с тем было страшно получить отказ. Девушка терялась в собственных желаниях. Впервые в жизни она не представляла конкретно, чего хотела однозначно. Сомнения поглощали все мысли и сон попутно. Так что уснуть удалось только к утру, Ника всё равно не выспалась. Она попросила принести завтрак в комнату, но прежде чем Нелли вернулась, явилась княгиня Разумовская. -My darling, что у тебя случилось? – Обеспокоенно поинтересовалась Наталья Петровна, закрывая за собой двери в спальню дочери. – Тебе не здоровится? -Нет. Просто я не выспалась, в целом всё в порядке. – Девушка обняла колени, спрятанные под покрывалом. – Не знаю, свежий воздух и прогулки взбудоражили, похоже. -Вот как. – Женщина села на край постели и коснулась лба дочери ладонью. – Жара нет, уже хорошо. Я подумала, ты простудилась после вчерашних прогулок у воды. Ты много времени провела у озера. -Я бы сказала Нелли, если бы почувствовала недомогание. Не бери в голову. -Мне побыть с тобой? -Нет, не нужно. Я отдохну и все наладится. -Что ж ладно. Кстати, что ты думаешь касательно молодого графа? – При этих словах Наталья Петровна сразу уловила изменения в лице дочери. Румянец и блеск в глазах, хоть девушка и опустила взгляд. Женщина позволила себе улыбку, но ничего говорить не стала. -Он приятный собеседник. – Пробормотала Ника, чтобы не затягивать тишину, способную вызвать подозрения. – Ему нравятся мои стихи. -Они нравятся всем, у кого есть вкус, my darling. – Княгиня погладила собеседницу по голове. – Я рада, что вы хорошо общаетесь. Графиня мне понравилась, поэтому эту дружбу я одобряю. -А папа как всегда? -Ну, разумеется. – Фыркнула Наталья Петровна. – Кроме охоты его здесь ничего не интересует. Он знает, что Лисовы не позовут недостойных, а остальное – не его забота. -Зато не ограничивает. Тоже свои плюсы есть. -Тебя попробуй ограничить. – Усмехнулась женщина. – Ты же акулка, мигом откусишь руку, которой тебе грозишь. -Неправда! – Со смехом возразила Ника. – Я могу быть и ласковой. -Можешь. – Согласилась княгиня Разумовская. – Но при нужде зубки показываешь. Это не плохо, если поразмыслить. Твоя бабушка всегда давала понять, когда лучше не мешать ей или не перечить. Её все чтили и уважали, отчасти и поэтому. Учись у неё, Ника. -Я знаю, мама и стараюсь. – Девушка смолкла, когда в комнате появилась служанка с подносом. -Ладно, позавтракай спокойно. А мы пока прогуляемся. - Женщина встала на ноги и, не спеша удалилась. -Ника Дмитриевна, а Кирилл Иванович справлялся о вашем здоровье. – Тихонько поделилась Нелли, ставя поднос на постель. -Правда?! – Ника оживилась. – Что он еще сказал?? -Просто поинтересовался, как вы и спросил, когда вы собираетесь прогуляться. -Он хочет встретиться? – Спросила девушка, нервно подергивая ленточки, украшавшие ночную сорочку кремового оттенка. -Наверное. Вы только не волнуйтесь и вообще, сначала вам нужно поесть! Вы с вечера ничего не ели. -Я не голодна. – Пробубнила княжна и взяла чашку кофе. – Нужно привести себя в порядок и выйти. -Но, княжна, как же… -Нелли, как же ты не поймешь? Я не могу думать о еде. У меня все внутри скручивается просто. – Ника сделала пару глотков кофе. – Мне нужно увидеть графа. Подготовь мое платье цвета шампань с кружевным корсетом. -Как скажите, Ника Дмитриевна. – Кивнув, девица пошла выполнять приказания. Сама Ника неторопливо и задумчиво потягивала кофе, возвращаясь мысленно к сказанному служанкой «поинтересовался, как вы и спросил, когда вы собираетесь прогуляться». Ведь это могло что-то значить? Что-то большее, нежели просто учтивость? А вдруг нет. Вдруг она всё выдумала?.. Приняла желаемое за действительное, потому что желала любви этого человека? Ника покусывала губы, глядя куда-то вперед. Ей и неизвестность не нравилась, и признаться было страшно. Стены комнаты вовсе давили и в итоге, закончив сборы, девушка выскочила поскорее за пределы своей самодельной темницы. Кирилл читал книгу на веранде, слегка покачиваясь в кресле-качалке. -Не помешаю? – Поинтересовалась Ника, проходя. -Ника Дмитриевна, не задавайте таких вопросов! – Закрыв книгу, граф посмотрел на новоприбывшую. – Я вам рад всегда. -Благодарю. – Девушка опустилась в плетеное кресло. – И вы опять меня смущаете. -Прошу простить, но мне кажется, вы заслуживаете только хороших слов в свой адрес. -Граф, я быстро привыкаю к хорошему. – Усмехнулась Ника. – Потом придется постоянно говорить мне приятные вещи. -Готов сколько угодно. Скажите, как ваше самочувствие? -В полном порядке, спасибо. Я знаю, что немного напугала всех, но я просто не выспалась. -Надеюсь, ничего серьезного. Знаете, мне от мрачных мыслей помогает кресло-качалка. Что вы смеетесь? – С улыбкой пожурил Кирилл, увидев усмешку собеседницы. – Легкое покачивание расслабляет и прогоняет мрачные мысли. -Я, честно говоря, не большой любитель такого. -Отчего же? -Всегда боюсь, что это кресло перевернется со мной. Ну, оно под таким углом, что садишься и боишься упасть вместе с ним. -А вы попробуйте сейчас. Если что я рядом и помогу. -Даже если я буду падать? -Я вас поймаю, княжна. -Ну, я вам поверю. – Предупредила Ника и, поднявшись, подошла к только что освобожденному креслу-качалке. Она села на самый край, но держалась прямо, не отклоняясь и не давая качнуться. -Вот теперь немного отодвиньтесь назад к спинке и откиньтесь на неё. -Вы что! Я же упаду! – Засмеялась княжна. – Это очень страшно. -Ника Дмитриевна, я рядом, и я вас удержу. – Вполне серьезно заверил девушку граф. – Не бойтесь. -Хорошо, я попробую. – Ника выполнила всё сказанное, но едва кресло начало наклоняться назад, она в испуге махнула рукой по воздуху. Её ладонь тут же поймала чужая рука. -Я рядом. В то мгновение княжна позабыла о том, что кресло могло перевернуться назад, по её мнению. Она просто вжалась в предмет мебели, едва дыша и не шевелясь. Чужое касание такое теплое и трепетное, рождало бурю эмоций и хотелось длить это вечно. Ника боязливо посмотрела. С легкой улыбкой Кирилл глядел на девушку. Сколько же нежности и обожания было в его взгляде. Если даже ей и казалось, девушка не желала прерывать этот мираж. -Совсем нестрашно, правда? – Поинтересовался тихо граф. – Как вы? -Хорошо. – Как в полусне ответила девушка. – Да, не страшно. -Вы безумно милы, когда волнуетесь. – Не отводя взгляда, Кирилл оставил легкий поцелуй на тыльной стороне ладони. Тогда только оцепенение оставило княжну. Она отняла руку в некотором испуге и прижала сжатый кулачок к груди. Затем на её губах мелькнула скромная улыбка. -Что ж, Кирилл Иванович, я вам верю, это неплохо. Но позвольте пропустить вас назад. Кажется, вам больше нравится такое. -Нет-нет, я посижу рядом с вами. – Молодой человек пододвинул себе стул. – Расслабьтесь и позвольте себе покой. «Легко сказать, рядом с тобой», - промелькнула было мысль, но Ника постаралась развеять её, чтобы не взболтнуть лишнего. Она сделала, как сказал собеседник: максимально постаралась расслабиться, но не отводила взора. Несколько минут они молчали, изучая реакции друг друга, осторожно выясняя без слов, как поступить дальше. -Вы дописали стихотворение, с которым я вам помешал? – Наконец нарушил тишину Кирилл. – Я вдруг подумал, что прервал вас тогда… -Ещё пока нет, но ничего страшного. Я никуда не тороплюсь с этим. -Надеюсь, я не прогнал ваше вдохновение. – Несколько виновато улыбнулся граф. -Кирилл Иванович! – Возмутилась девушка и насупилась. – Как вы можете говорить подобное! Вы не забыли, что ваше общество мне приятно? -Ну, вдруг вы поменяли свое мнение, когда муза не вернулась к вам. -Нисколько. Кроме того, вы пришли как раз в момент, когда я уже сидела просто так. Поэтому не беспокойтесь. -Вы меня успокоили. – Признался молодой человек. – Не хотите сходить к озеру? -Можно. Только когда тихо и никого. Пока, наверное, старшие там гуляют. -Соглашусь с вами. В тишине это словно кусочек рая. -Какое удачное сравнение вы нашли. – Заметила Ника, слегка покачиваясь в кресле. – В самом деле, рай. -У нашего имения есть река, но там не так спокойно и умиротворённо. -Знаете, а ведь у нас также. Вроде бы похожие места есть, но здесь нечто чудесное. -Местное волшебство. – С улыбкой заключил Кирилл и Ника кивнула, молча. В этой беседе ни о чем к ней все ближе подбиралась мысль обсудить чувства. А что обсуждать? Кроме того, какая же барышня первой заговорит о чувствах? Девушка вспомнила Татьяну Ларину и холодок пробежал по коже. Отповедь в духе Онегина она не хотела однозначно. Значит… никаких разговоров об чувствах?.. Продолжить не дали старшие вернувшиеся с прогулки. Пришлось напрочь отвлечься от осторожных бесед с периодическим молчанием и переглядыванием.

***

Однако сердце не желало сдаваться без однозначного ответа в лицо. Той же ночью княжне снился молодой человек. Его осторожные поцелуи, объятия. У них всё было хорошо. Так что проснулась Ника в волнении, с бьющимся сердцем. Следовало выяснить наверняка, пока она не начала терять рассудок. По тому, как складывались обстоятельства, девушка поверила, что само провидение желает ей только хорошего. Старшие уехали на охоту, а молодой граф отказался от этой затеи. Ника, не любившая такое вовсе, тем более осталась в имении. -Я собираюсь к озеру. – Девушка остановилась у входа на веранду, молодой человек снова читал там. – Не желаете со мной? -С удовольствием, Ника Дмитриевна! – Без промедления Кирилл закрыл книгу и встал на ноги. Подойдя, он позволил взять себя под руку. – Прошу. -Благодарю. – Улыбнулась княжна, смущенно и одновременно радостно. -Вы собираетесь заняться стихами? – Уточнил по пути граф, увидев записную книжку. -Если получится. Не переживайте, сидеть тихо я вас не заставлю. -Я сам буду вести себя, как мышка, чтобы не помешать творческому процессу. -Кирилл Иванович! -Что такое, Ника Дмитриевна?? -Вы что же смеетесь надо мной?? -Нисколько! Собеседники переглянулись и засмеялись. Пожалуй, Ника давно не ощущала себя настолько живой именно в плане чувств. Влюбленности у неё до сего момента не было. В 8 лет, когда сын одних друзей признался ей в любви, юная княжна с недоумением взяла подаренную розу и ей, пожалуй, просто нравилось, что обожатель дарил ей сладости. Его чувства ни кппли не заботили девочку. Сейчас же ей не нужны были все эти подарки. Ей хотелось только любови и быть рядом с определенным человеком. Они добрались до озера, болтая о каких-то сторонних пустяках и после того разговора княжна не смогла бы вспомнить, о чем шла речь. Ей это было и не нужно. В какой-то момент граф снова пытался свести все внимание на творчество девушки и посидеть тихонько, но Ника сама возражала и настаивала на том, что ей хотелось больше пообщаться с новым знакомым. -Я прямо-таки отвоевал вас у вашего вдохновения. – Сказал Кирилл, слегка склоняя голову набок. -Возможно, и так. – Не без смущения сказала Ника. Неожиданный прилив уверенности, добавил ей дерзости. – Как же тогда поступить? -А как бы вы хотели? -Я? -Да, именно вы, Ника Дмитриевна. Как вы хотели бы поступить дальше? -Такое сложно сказать… -Значит, что-то серьезное. – Молодой человек немного склонился, так что лица собеседников оказались непростительно близко для простых знакомых. – Тем сильнее хотелось бы знать. -Вы станете смеяться. -Ни за что. Потому что боюсь того же, если скажу вам одну вещь. -Граф, я… Когда её губ коснулись чужие, девушка услышала шум своего пульса в ушах. Внутри все сжалось и тут же напряжение спало. Она прикрыла глаза, подаваясь вперед и позволяя приобнять себя за плечи. -Думаю, так понятно. – Прошептал Кирилл. – Ника, я влюбился, стоило мне увидеть вас. -Это не сон?.. – Не сумев поверить сначала, проговорила тихонько княжна. – Вы не шутите? -Как я могу шутить с таким? Взгляните на меня. – Граф осторожно коснулся девичьего подбородка и заставил собеседницу приподнять голову. – Я люблю вас. -Я так ждала этих слов… - Не стала скрывать Ника. – И я вас люблю.

***

Воспоминания о признании отдавались болью в груди. Нике было до ужаса жаль себя. Хотелось вернуться в прошлое и сделать всё, чтобы Кирилл не оставил её. Но как же тому помешать?.. Ведь он потом сам сказал, что лишь искал развлечения на время. Ему не нужно было навязчивое внимание младшей девушки по возвращении в столицу и граф честно рассказал о своих намерениях перед отъездом. Он попросил её не искать встречи. А ведь Ника уже думала, что у них всё будет серьезно! Она поверила в это! И что же… Крушение всех надежд. Три недели она жила этим человеком, забыв о гордости, забыв о завете старших дам семьи. Возможно, в самом деле стоило ставить себя впереди?.. Стоило навсегда закрыться от этих чувств. Никакой любви больше.