Корми своих демонов

Ника несколько раз коснулась губ мизинцем. Цвет стал слегка насыщеннее из-за помады. Девушка, конечно, слышала о помадах в виде цилиндриков, чтобы непосредственно наносить на губы сам продукт, а не на пальцы. Но поскольку она любила косметику определенного производителя, приходилось довольствоваться такими формами косметики. Зато она точно была уверена в качестве. Княжна закрыла золотую баночку с инкрустированным жемчугом на крышке и поставила назад на туалетный столик. После этого она отошла к шкафу и открыла его. Ника окинула взглядом свою фигуру, отразившуюся в зеркале. Два года назад испытав боль разбитого сердца, она вдруг решила, что дело было во внешности - недостаточно красива для графа. Девушка продолжала делать все то же: наряжаться, прихорашиваться, но смотрела на себя с отвращением и тщательно скрывала, насколько теперь её пугали зеркала. Однако постепенно боль утихала, княжна снова не просто слушала, а слышала восхищенные комплименты в свой адрес касательно внешности. Восхваляли и её поэтический талант. Так что мысль о собственной неполноценности постепенно покинула её. К 17 годам Ника возвратила веру в себя целиком и полностью. Её вернула, но вновь позволить себе чувствовать и любить не желала и не могла... Наталья Петровна беспокоилась. Время шло, а её дочь не проявляла симпатий ни к кому. Она была мила, учтива, но никаких серьезных чувств. Конечно, выдать девушку за абы кого мать не стремилась, но и пропустить момент, пока Ника еще годится в невесты - не менее страшно. Посему княгиня Разумовская не давала дочери толком засидеться дома, постоянно выводя в свет. Женщина не видела всего, что переживала дочь. Чтобы не вызывать порицание со стороны родительницы, Ника свела все страдания к ночам, когда весь дом спал. Состояние было сложно скрыть и старшие пришли к выводу, что девушка переусердствовала с прогулками и где-то простыла. Неожиданно пропавшие чувства княжна объяснила тем, что ей надоел этот роман. Хотелось поделиться, как ей было больно, что она не желала этого разрыва и думала о серьезном продолжении. Однако всякая подобная мысль разбивалась. Наталья Петровна не поймет и начнет ругать Нику за то, что девушка позволила себе опуститься и поставить кого-то выше себя. Да и вообще тратила душевные силы. Так или иначе семья привыкла, что княжна была куда сильнее и не способна была убиваться по другим людям. Значит, показать это было невозможно. Воспоминания о событиях двухгодовой давности отозвались тупой болью, словно один волк завыл, услышав собрата в отдалении. Больше никаких слез. Ника подняла руки на уровень живота. Там она с силой стиснула пальцами одной руки вторую, закрываясь от внешнего. Подняла подбородок и максимально выпрямилась. Ей вдруг захотелось самой растоптать чью-то любовь. Странное болезненное любопыство обуяло её сознание. Как это разрушить чужие надежды? Как это видеть чужие страдания и не ощущать ничего? Будучи урожденной княжной, Ника знала, что такое иметь в распоряжении других людей. Это прислуга, совсем другое, но что если подчинить и сломать кого-то из равных? Она словно подглядела, как вампир пьет кровь и вдруг заинтересовалась, отчего эта красная вода жизни вызывала такую жажду? Захотелось самой попробовать и узнать. Взять и разбить чужое сердце. Проблем с поиском жертвы не должно возникнуть, но хотелось четко осознавать, что она нашла того, кому будет больнее падать с собственных высот. Надо подумать, прикинуть, кто бы подошел. Поток мыслей прервало появление матери. -Ника, ты готова? - Наталья Николаевна открыла дверь. -Да, почти. - Девушка начала крутиться у зеркала, осматривая платье пастельно-зеленого оттенка. Затем она поправила поясок. - Осталось только украшения надеть. -Я надеюсь, мы не приедем позже их величеств. - Вздохнула женщина и покачала головой. - Ты иногда совсем не думаешь о времени! -Дамам свойственно немного задерживаться. - Хихикнула княжна, доставая серьги золото и изумруд. - Ну, а что? Не аудиенция же. -Ой, вот как у тебя все просто. - Усмехнулась Наталья Петровна. - Ждем тебя не больше двух минут и уезжаем! -Вы не посмеете!

***

Ольга Михайловна вздохнула. Дети малые. Ведь Косте уже 21 год, а все одно: всякие шуточки и смешки с младшим братом. Вот и как Серёжа станет серьезнее? Там никакая дисциплина кавалерийского училища не спасет, если парень проведет хоть час со старшим. Хотя по отдельности (и изредка рядом) вполне достойные молодые люди. -Я было подумал, что рассвет раньше. - Константин глянул на одну из гостий, на чьей шее сияло огромное золотое колье. После этого молодой человек зажмурился и закрыл глаза рукой. - Меня ослепило. Ей бы опасаться ворон и сорок. На эту абсолютно ребяческую шутку младший Сергей отозвался смехом. Графиня Кирсанова-Двинская строго глянула на сына. Сергей закрыл себе рот ладонью, но под строгим взглядом смех только сильнее наступал. Так всегда: тебе может влететь, но мозг совершенно не воспринимает это серьезно. Опасность только еще больше веселит. -Костя, я тебя предупреждаю. - Спокойно, но отчего-то еще страшнее прозвучал голос Ольги Михайловны. Пыл схлынул на раз. Если подключался такой тон еще и в придачу без домашних "Коко и Серж" - жди беды. -Мы поняли, maman. -Ты понял. - Поправила старшего из сыновей княгиня. -Я понял. - Услышав хихиканье младшего по поводу того, что ему попало, Константин глянул в свою очередь, повторяя манеру матери. Сергей постепенно начал успокаиваться. -А кое-кого следовало оставить в училище. Но как же я откажу, когда меня так просят. -Лишний раз увидеть государя императора перед тем, как стать одним из почетного караула - мечта любого юнкера. -Ты думаешь, тебе так повезет? - Усмехнулся старший. - Какой ты у нас наивный мечтатель, Серж. -Ой, отстань. -Так. Я вас предупредила. Вот сейчас Сергею хотелось что-нибудь сделать брату. Но опять же они на людях, не прицепиться. Константин, конечно, неплох как брат, но порой насмехается и над ним. После небольшой беседы с хозяевами дома - князем и княгиней Юсуповыми, Разумовские прошли дальше. -Тебе нужно будет непременно написать что-нибудь новенькое для литературного вечера. - Высказалась Наталья Петровна. Зинаида Николаевна вновь позвала юную княжну читать свои стихи и, конечно, девушка согласилась. Ей нравилось выступать. Одно время Ника вспоминала чтение стихов Истомину, но постепенно неприятные моменты вытеснились привычным чувством всеобщего восхищения её творчеством. -У меня есть парочка новых, которые я ещё не читала нигде. - Рассказала девушка, когда они поравнялись с Кирсановыми-Двинскими. Графиня болтала со своей новой знакомой, так что братья снова были предоставлены себе. Они обсуждали какие-то глупости едва слышно, когда Констанин заметил, что у проходящей мимо девушки упала сережка. Изумрудный блеск мелькнул подобно падающей звезде. Шатен поднял украшение с пола и когда посмотрел на новоявленную Золушку, она как раз обернулась сама. Привычным движением Ника коснулась уха, но поняла, что сережки не было. Она остановилась и глянула назад, вдруг уронила недавно. Взор тут же столкнулся с чужим. -Вы обронили. - Константин подошел и подал сережку. -Благодарю. - С улыбкой произнесла Ника, взяв украшение. При этом она мимолетно коснулась чужой руки в перчатке. -Вы просто Золушка. - По-доброму усмехнулся Кирсанов-Двинский. - Будьте осторожнее впредь. -Надеюсь, вы не забудете моего лица, разыскивая лишь по предмету? - Тихо посмеялась княжна. -Если вы скажите свое имя, я точно не забуду и не потеряю вас как принц. -Ника Разумовская. -Княжна Разумовская, как же, слышал о вас. - Поклонившись, Константин оставил поцелуй на тыльной стороне аккуратной девичьей ручки. - Константин Кирсанов-Двинский. Очень рад знакомству. -Взаимно, граф. Вы знаете, я также слышала о вас, но не видела. - Девушка слегка склонила голову набок. Она мягко убрала руку без резкости и торопливости, следуя этикету. - Наверное, мы должны были встретиться как-то так. -Думаете, провидение? -Возможно. Я - поэтесса мне свойственно верить в подобные вещи. Пока собеседники общались, их родители успели заметить, что молодые люди отлучились от своих семей. Княгиня и графиня переглянулись и, улыбаясь, кивнули друг другу. Их супруги смотрели вполне спокойно на знакомство детей. А вот дамы уже начали продумывать подробное изучение новых знакомых. Ну, а как иначе? Вполне в возрасте для создания семьи, так что следовал тщательно рассматривать всех потенциальных кандидатов и кандидаток. Разговор прервался появлением монаршей фамилии. Гости отступили немного в сторону и молодые люди оказались рядом, но чуть поодаль от близких. Немного погодя, зазвучала мелодия вальса. -Подарите мне этот танец? - Константин подал новой знакомой руку. -С удовольствием, граф. - Ника коснулась чужой ладони нежно и осторожно. Если поразмыслить, Кирсанов-Двинский был не дурен собой. Это могло значить, что и внимание барышень было. Такой вполне подходил, чтобы успокоить демонов, что вдруг пожелали чужой крови. -Добрый вечер. - Наталья Петровна подошла к графине. -Здравствуйте, княгиня. - Отозвалась Ольга Михайловна с учтивой улыбкой. - Я вас сразу узнала. -Я вас тоже. Удивительно, что наша дети до сих пор были не представлены. -Согласна. Княжна выросла такой красавицей, еще и талантливая образованная особа. -Благодарю вас. Как я вижу, молодой граф достиг успехов на военном поприще. -Именно так. - Кирсанова-Двинская слегка кивнула. - Мы с супругом решили, это лучшее, что можно дать сыновьям для будущего. -Я всегда с восхищением смотрю на офицеров. - Призналась Наталья Петровна и посмеялась тихо. - Да простит супруг мне эту вольность. -Как я вас понимаю. - Также смеясь, сказал Ольга Михайловна. - Сама горжусь, глядя на сыновей. -На балу сложно всех собрать сразу. Не хотели бы вы навестить нас в субботу? Скажем, в два часа. -О, было бы чудесно. Полагаю, детей обрадует новая встреча. - Заметила графиня. Музыка как раз стихла и молодые люди направились к ним. -Костя, познакомься, Наталья Петровна, княгиня Разумовская. -Очень приятно. - Константин поклонился. -Ника, это Ольга Михайловна, графиня Кирсанова-Двинская. -Рада нашей встрече. - После реверанса девушка подняла взгляд. - Графиня, ваш сын просто спас меня от потери. -Действительно? - Улыбнулась Ольга Михайловна. - На самом деле, у Кости есть такая черта: он отыщет любую потерянную вещь. Даже если уже весь дом обыскали и не нашли. -Это явно дар. - Хихикнула Ника. - Я напротив могу потерять так, что никто больше не отыщет. Даже вот сегодня сережку чуть не потеряла, едва прийдя. -Просто рядом нужен кто-то, кто всегда отыщет утраченное. - С улыбкой заметил шатен. -Граф, я так могу пригласить вас в гости просто ради поисков! -Хотя бы ради них. -Кстати, о приглашении. - Вмешалась Ольга Михайловна. - Княгиня была столь любезна, что позвала нас в субботу в два часа. - После этого женщина замолчала, изучая реакцию. Молодые люди просияли, переглядываясь. Увидеться так скоро? Это же замечательно! -Ника недавно сочинила новые стихи. - Прибавила княгиня Разумовская. - Полагаю, она сможет прочесть их для вас раньше, чем для литературного вечера Юсуповых. -Я готов их слушать сколько угодно, даже если не впервые. - Высказался Константин. - Да и ждать литературного вечера слишком уж долго. -Если гости просят, я прочту стихи в субботу. - Мельком взглянув на молодого человека, проговорила Ника. - Но вы потом не жалуйтесь, Константин Петрович. -Ни в коем случае. - Шатен протянул руку и поймал падающую вновь сережку. -Какая у вас реакция! - Поразилась Наталья Петровна. - Просто волшебная. Ника, снимай эти серьги. Нужно отнести к мастеру. Видимо, конец XIII века требует уже покоя. Ника промолчала, отвлекаясь на то, чтобы снять вторую сережку и отдать обе матери. Она скрыла подступающее смущение от легкого касания к кончику уха. Первый трепет той разбитой любви отозвался в сердце. Как Истомин придержал тогда шляпку, урывая лишнее касание. Так же сейчас Кирсанов-Двинский по воле случая получил лишнюю возможность дотронуться до неё. А сам Константин чуть не вздохнул от того, что девушка всё же сняла удачные для него украшения. Это же, действительно, была возможность лишний раз коснуться её, что при передаче предмета, что при такой попытке поймать украшение. -Ни разу такого не было. - Пожаловалась Ника. - Я часто носила эти серьги. -Время нещадно. - Заключила графиня. - Умелый мастер поменяет застежки и вы не потеряете сережку снова. -Непременно займемся этим. - Кивнула княгиня Разумовская. Едва зазвучала музыка для нового танца, молодые люди переглянулись, понимая без лишних слов. Время, когда баршня не должна была выделять кого-то из кавалеров прошло. Пожалуй, этому обрадовались и младшие, и старшие. -Прошу, - не скрывая своего довольства, Константин несильно сжал чужую ладонь. -Взамен после танца вы пройдетесь со мной. - Усмехнувшись, предупредила Ника. -Весь мой вечер для вас. В ответ улыбка девушки смягчилась и княжна смущенно опустила взгляд. Нужно было казаться в меру смелой и вместе с тем не дерзкой. По первому впечатлению, ей удалось завоевать внимание графа. Наверное, Истомин также просчитывал все шаги и размышлял на этот счет, пока Ника без раздумий падала в омут чувств.

***

-Для меня, самому сочинить рифмованное четверостишье - сложнейший подвиг. Всегда находил тех, кто напишет мне стихи на уроках литературы. - Поделился Константин, когда молодые люди прогуливались после танца. - До сих пор не пойму, как вы сочиняете. -Ну, я тоже так думала, когда в 12 лет пробовала писать стихи. - Ника пожала плечами. - Мне казалось, это невозможно. Там рифмы не подобрать, здесь ритм меняется в зависимости от четверостишья. -Вот именно. Но я слышал ваши работы. Там все так стройно и плавно. -Когда как. - Тихо признала княжна. - Только не говорите никому об этом сомнении. -Это секрет, но вы мне доверяете? -Доверяю, потому что вы дважды спасли мне образ сегодня. -Мне нравится такая оплата. - Задумчиво произнес шатен. - Так вы прочтете в субботу новые стихи? -Если вы просите, граф. -И я прошу вас, Ника Дмитриевна. - Оказавшись перед собеседницей, Константин остановился и заключил её ладонь в свои. - Очень прошу. Ника смотрела в глаза собеседника некоторое время, потом перевела взор на их руки. Зачем он так себя ведет? Нет. Нельзя поддаваться. Все, что нужно мужчинам - развлечение на время. Теперь она играет по их правилам, но, ставя себя во главу угла. Граф может сколько угодно стараться, но поводья принадлежат ей. -Вам сложно отказать, Константин Петрович. Что же, вы тогда не придете на вечер к Юсуповым? -Обещаю прийти. Потому что слышать стихи в сочетании с вашим голосом - нечто чудесное. Я уверен. -Вдруг ваши ожидания не оправдаются на сей раз? - Предположила Ника. Её пальчики едва ощутимо скользнули по чужим запястьям, прежде чем девушка опустила руку и зашагала дальше. Она знала, что спутник следует за ней. Чувство руководства в прямом и переносном смысле удовлетворяло её, будто кусок мяса голодного зверя. Всего пару раз за все время княжна дарила танцы другим, но больше выбирала одного неизменнного партнера. В целом, все оказались более-чем довольны вечером. Матери прощались со всей учтивостью, выражая свое удовольствие от минувшего вечера и приятного знакомства. Женщины быстро поняли мотивы друг друга и осознали, что вполне могли стать союзницами. Единственным, кто не сильно понимал ситуацию, был Сергей Кирсанов-Двинский. Он познакомился с княжной Разумовской мельком. Еще больше его поразило отношение брата. Все ребячество их Коко пропало без следа. Константин вообще вел себя так, как Сергей даже представить не мог. Неужели, брат влюбился?.. -Современные барышни способы приятно удивить. - Заговорила первой Ольга Михайловна по пути домой. -Княжна напомнила мне просвященных дам эпохи Возрождения. Умна, хороша собой и благородна. -Тебе непросто угодить. - Между делом признался Константин. - Но, судя по всему, Нике Дмитриевне это удалось. -Не стану отрицать. В ней нет высокомерного и снисходительного тона, какой сейчас любит молодежь по отношению к старшим. -Вы еще что-то про визит говорили. - Вмешался Сергей. - Мы собираемся к Разумовским? -Да, в субботу. Княгиня ждет нас. - Первым отозвался шатен и добавил как-то мечтательнее. - Княжна прочтет свои стихи. -Ты резко полюбил поэзию. - Слегка усмехнулся младший. -Он немного старше, но вы хорошо поладили. - Вспомнила Наталья Петровна дома. - Как тебе граф в целом? -Интересный собеседник и хорошо танцует. - Просто заключила Ника, пряча руки в карманы шелкового халатика. - Посмотрим еще. -Конечно, не торопись пообщайся. -Доброй ночи. -Спокойной ночи. Оставшись в одиночестве и темноте, княжна села на край постели и сцепила пальцы в замок. Непросто всё началось. Временами её штормило и как будто зарождались чувства, которых быть не могло. Ей нельзя позволить никакой действительной симпатии к графу Кирсанову-Двинскому. Можно играть это, показывать ему, что есть симпатия. Однако ни за что не испытывать. Если она это сделает, то пропадет. Ника вздохнула. Позволив себе любовь, она спустит демонов с поводьев и они накинутся снова. В этом случае Ника не стала доверять тайну даже Нелли. Княжна чувствовала, что никто не сумеет понять мотивы и причины её поступков. Кто бы ни узнал - осудит.

***

На другой день Ника собиралась после завтрака немного заняться с стихами, но погода оказалась хорошей и девушка собралась на прогулку. Август баловал теплыми днями. Девушка надела один из своих любимых комплектов: бирюзовые юбку и кофточку. Шляпка с бирюзовой лентой и белые туфли дополнили образ и княжна пошла пройтись наедине со своими мыслями. На улице она поправила белые перчатки и пошла просто вперед, не размышляя, куда конкретно ей идти. -Ника Дмитриевна! - Из-за знакомого голоса сердце пропустить удар, но княжна заставила себя успокоиться, думая обо всей боли и обидах от чрезмерного доверия. Однако же на графа она взглянула приветливо: -Какой приятный сюрприз! Вы что же следили за мной? -Скорее высшие силы направили меня. - Усмехнулся Константин. - Помогал матушке. Сейчас свободен целиком и полностью. А вы? -Гуляю. Понятия не имею, куда идти. Но думала выпить чаю со сладостями. -Если я с вами пойду, позволите? -Неужели, вы бы сразу ушли, получив мой отказ? - Ника вздернула бровь. -Ну, я бы попробовал убедить, но надоедать не стал бы. -Mon сher, вы куда сложнее, чем могло показаться на первый взгляд. - С хитрой улыбкой отметила княжна. - Не волнуйтесь, я буду только рада вашему обществу. Кстати, вы любите сладкое, Константин Петрович? -Таким уж сладкоежкой не считаю себя. - Задумался шатен. - Иногда балуюсь. -А я часто ем сладости. Сознаюсь. - Хихикнула девушка. -Это не самое страшное, поверьте. -Мама так не считает. - Княжна мило насупилась и её спутник засмотрелся. Очаровательно наморщенный носик и чуть поджатые губы вызывали какой-то умилительный трепет и Двинский просто забывал о целом мире рядом с девушкой. -Мамы всегда за что-то нас журят. Моя maman считает, что я иногда веду себя, словно ребенок. -А разве это плохо? - Несколько наивно и вопросительно уточнила Ника. - Напротив, в душе всегда надо оставлять место для ребячливого настроения. -Интересное мнение. Пожалуй, если грамотно совмещать с взрослением, можно. -Вы еще философ. - Протянула княжна. - Не перестаете меня удивлять. -Но, Ника Дмитриевна, это ведь вы вышли на данный разговор. - Напомнил Константин. - Так что ваш философский настрой заразителен. -Это я вам еще не передала любовь к сладкому. -Думаете, получится? -Вы попробуете персик в шоколаде и просто не сможете забыть это чудо. - Вполне серьезно заверила собеседника девушка и первой зашла в помещение. Чуть погодя, когда им принесли чай, Ника с задумчивым видом посмотрела на чашку, затем на вазочку с кубиками сахара. -Вот не знаю.. хочу ли я сладкий чай или нет. -У вас какой-то особый риутал выбора? -Я просто мучаюсь перед выбором и иногда мучаю тех, кто рядом. - Предупредила девушка и добавила "благодарю", когда подали пирожные. - Лучше попробуйте скорее и расскажите, как вам. -Хорошо-хорошо. - Константин взял десертную вилку. Княжна внимательно наблюдала за реакцией спутника, пока он пробовал персик в шоколаде со сливочным кремом. -Там еще тонкий слой бисквита. - Прокомментировала девушка, сделав глоток чаю. -Ну, как вам? -Очень вкусно, свежий персик интересно сочетается с кремом. -Согласна с вами. Еще несладкий темный шоколад сверху дает такую приятную нотку. Возьмите обязательно домой. Я уверена, графиня оценит. Лучше вот как поступим. Я куплю, а вы от меня передадите вашим родным. -Ника Дмитриевна, я не хочу заставлять. Но по вашему совету закажу, чтобы привезли для maman. -А вы не спорьте со мной, Константин Петрович. - Попросила мягким, слегка мурлыкающим тоном княжна. - Не люблю этого. -Совсем нельзя? -Ну. - Девушка съела кусочек пирожного, словно брала время на размышления. - Совсем. -Я что-нибудь придумаю. -Посмотрим. - Улыбнулась Ника, слега склонив голову набок. Собеседники, молча, смотрели друг на друга около минуты. -Кстати, если вы еще не нашли мастера для сережек, у maman есть один на примете. -Правда? Подскажете адрес? - Девушка достала из маленькой сумочки свернутый листочек и маленький карандаш. -Конечно. - Назвав адрес, Константин прибавил. - Если вы хотите, я могу сопроводить вас. -Было бы замечательно. - Просияла княжна. - Благодарю вас. -Тогда скажите, когда удобно. -Давайте на следующей неделе. Вы не против? В какой день вы можете? -Когда скажите. -Что вы, я так не могу. У вас ведь тоже дела. - Покачала головой Ника. - И вы снова упрямитесь. -Привычка. - Усмехнулся шатен, пожимая плечами. - Буду стараться не так сильно упрямиться с вами. -Я запомню ваши слова. - Предупредила девушка, улыбаясь. Когда они пошли к дому Разумовских, внимание Ники привлекла девица, торговавшая гортензиями. Крупные шапочки из множества мелких цветков напоминали цветное облачко. От такой красоты сложно было отвести взгляд. Княжна не смогла возразить, когда шатен купил для неё пять гортензий нежно-голубого цвета. Они смотрелись большим красивым и нежным облаком. -Вы меня весь день балуете. - Смущенно отметила Ника. - Но спасибо. -Для вас ничего не жалко. - Ответил Константин, с таким же трепетом смотревший на Нику, как она на цветы. Для него самого княжна была подобна этим прекрасным гортензиям и даже лучше любых самых потрясающих цветов. У дома молодые люди задержались, не спеша расходиться. -Спасибо за чудесную прогулку и все, что вы сделали для меня. - Сказала княжна, глядя снова в глаза спутника, и пожала руку. - Буду ждать вас в субботу. -Это вам спасибо. - Не теряя возможности, шатен оставил поцелуй на тыльной стороне ладони. - Я непременно буду ради вас. Их откровения на прощание заставили обоих ощутить нечто, почти забытое друг другом до их встречи. Ника, не хотя, освободила руку и скрылась за дверями.