Положительный результат

- Простите, профессор, а вам будет интересно увидеть Тайную комнату Ровены Равенкло? – невинно поинтересовался Марк. - Шутить изволите, мистер Роджерс? – невозмутимо отозвался Северус. – Так время, вроде как, неподходящее. Или отработку вне очереди захотели? - Нет-нет, сэр, – Марк был само очарование. – Я просто увидел ваших учеников с седьмого курса… Так захотелось с ними позаниматься… - Да вы наглец, мистер Роджерс! – рассмеялся зельевар. – Эти семикурсники – лучшие из лучших! Они занимаются продвинутым зельеварением и давно опередили программу! Каждому из них я дам рекомендации в Магическую Сорбонну! - Здорово, - восхитился Марк. – А почему вы никого не возьмёте в личные ученики? Ну, раз они такие талантливые… Северус слегка нахмурился, и я тихонько пихнул Марка в бок – не провоцируй, мол! Это была большая Северусова печаль. Если, работая преподавателем, он мог урывать время на некоторые опыты и написание статей в специальные журналы, то вот с личным ученичеством всё было плохо. Я так понял в своё время, что душка Альбус заставил Северуса дать клятву, исключающую личное ученичество, пока он трудится в Хогвартсе. На кой хрен это понадобилось бородатому п… педагогу? Так просто всё. Ему нужен был личный зельвар. Ручной. Карманный. Только ему принадлежащий. А для занятий с личным учеником нужно время. И Северус при всём желании не сможет разорваться надвое. Так что пусть лучше на Всеобщее Благо пашет гений зельеварения, а личные ученики перебьются. Сейчас, конечно, клятвы и обеты практически не давят на Северуса, но он другим озабочен. Не может он меня оставить без присмотра. Так что реально надо заканчивать эту волынку - человек свою свободу и право заниматься, чем хочется, заслужил как никто. - Простите, сэр, мои слова были неуместными, - покаянным тоном произнёс Марк и откинул со лба как-то выбившуюся из идеальной (Марк и во второй жизни оставался чистюлей и франтом) причёски прядь волос. Северус как-то странно побледнел, но потом вроде как успокоился и примирительным тоном сказал: - Хорошо, мистер Роджерс, пошутили и хватит. Так что там с Тайной комнатой? Мы по мере сил кратко и понятно передали ему рассказ Филча, и зельевар призадумался: - Так вот, значит как. Получается, старина Филч был магом, стал сквибом, а потом магия стала к нему возвращаться? Вообще-то, большинство целителей считает, что это невозможно… Интересно, как этот фортель удался бедному старику? Мы переглянулись и с самым невинным видом пожали плечами. - Да? – съехидничал зельевар. – Вот тогда вам придётся просить о помощи кого-нибудь другого… - Сэээээр… - хором протянули мы. – Это не мыыыы… Оно само… - Ваш батюшка, мистер Поттер, тоже так частенько говаривал. А ваш дражайший крёстный ему поддакивал… Так что родственные связи налицо. - И вы нам не поможете? – грустно спросил Марк. - Помогу, - вздохнул Северус. – Куда ж я денусь. Но всё же мне интересно, как сквиб умудрился разбудить утраченную магию? - Ладно… - вздохнул я. – Дело в том, что мой фамильяр, Фат, подружился с миссис Норрис. - Это уже четвёртая Миссис Норрис, - вздохнул Северус, - если верить Минерве, а у меня нет оснований ей не доверять. Уж в кошках-то она разбирается лучше меня. В Трансфигурации, впрочем, тоже. - Удивительно, что только четвёртая, - заметил я. - Обычно кошки живут недолго. - Да нет, дело не в этом, - отозвался Северус. – Не знаю, как это удавалось Филчу, но у него с каждой из кошек возникала связь наподобие той, что возникает у хозяина с фамильяром. А сквибы, хоть и не владеют магией, могут прожить долго. Так что кошки Филча могли спокойно жить долгие годы, но… - Студенты? – спросили мы с Марком хором. - Точно так, - ответил Северус. – Бедные кошки… Даже рассказывать вам не буду, какие изощрённые ловушки для них придумывались. - Вот же гады! – вырвалось у меня. – Кошки же ни в чём не виноваты! А у бедного старика это были самые близкие существа! - Рад, что вы это понимаете, мальчики… Но это понимали далеко не все. Одно время все скорбные главою на Гриффиндоре даже собирали деньги, я цитирую, «тому, кто прибьет кошку Филча». Говорят, что накопилось больше сотни галеонов – умная кошка всё не попадалась. - А вы откуда это знаете? - удивился Марк. - Гриффиндорцы это держали в строгом секрете. Неудивительно, что в курсе был весь Хогвартс, - хмыкнул зельевар. Ну да, бедная Миссис Норрис… Прямо убийство Семецкого*… - Но, конечно, участвовал в этом безобразии далеко не весь Гриффиндор. Я уже говорил, что ваш батюшка и его компания считали это мерзким. - И это пари… Кто-то выиграл? – спросил я, чуя самой чувствительной для бывшего русского человека частью тела, что сейчас услышу какую-то пакость. Северус кивнул: - Фрэнк Лонгботтом. Очень он интересную ловушку придумал. Хитрую. Позвольте не делиться с вами особенностью её конструкции, но бедное животное мучилось долго. Филча тогда это так подкосило, что он слёг. Да уж. Сначала матушка напакостила по-крупному, а потом уж яблочко от яблони недалеко ябнулось. - Он бы умер, - сухим голосом продолжил Северус. – Но Лили Эванс, тогдашняя староста, заставила тех гриффиндорцев, у кого осталась совесть, сдать деньги и купила котёнка полукниззла – вы ведь в курсе, как дороги эти твари. - Она подарила его Филчу? – тихо спросил я. Право же, со стороны Лили это был серьёзный поступок. И абсолютно бескорыстный. Всё-таки Лили Эванс была хорошим человеком. Не без недостатков, конечно, но кто из нас без недостатков? Уж не я точно. - Не просто подарила – отозвался Северус. – Она извинилась перед ним от имени факультета, а потом и Лонгботтома заставила извиниться. Хотя Леди Августе это не понравилось. Но к тому времени Лили уже считалась официальной невестой Джеймса Поттера, и матери Фрэнка пришлось засунуть своё ядовитое жало в… куда там положено. А Филч после этого подарка пошёл на поправку и выкарабкался. И очень скоро встречал студентов в коридорах своим неповторимым ворчанием. - А я слышал, что после женитьбы Лонгботтомы и Поттеры дружили, - задумчиво сказал я. – Неужели Лили могла простить Фрэнку такую пакость? - Она и не простила, - ответил Снейп. – Но общалась с Лонгботтомами ради своей подруги. Алисы Стоун. К тому же Сириус Блэк и Джеймс Поттер были вынуждены общаться с Фрэнком и Алисой по службе - после окончания Хогвартса все они отправились на аврорские курсы. А вот Лили Слагхорн хотел взять личной ученицей, но для этого ей нужно было отработать в зельеварне больницы Святого Мунго определённое количество часов. Увы, не всем нравилось желание Старины Слагги обучать магглорожденную "lege artis", вот и откопали этот старый эдикт. Обычно о нём даже не вспоминали. - Кто откопал? – тут же спросил Марк. - Точно не знаю, - нахмурился Северус. – Кто-то из Визенгамота. - А может сам Дамблдор? – поинтересовался Марк, но Северус лишь пожал плечами: - Увы. Не знаю. У меня тогда было слишком много своих проблем и я не мог следить за судьбой Лили достаточно пристально. Но был искренне рад, что Слагхорн избрал её в личные ученицы. Лили этого заслуживала. - Слагхорн так хорошо относился к магглорожденной волшебнице? – удивился я. – Настолько, что был готов взять в личные ученицы? - Это факт, - пожал плечами Снейп. - Макгонагалл, Спраут и Флитвик тоже об этом знали. Слагхорн часто называл Лили любимой ученицей, причём это звучало как-то… по-отечески что ли. И тут я насторожился. Но потом решил, что подумаю об этом в другой раз. Когда мы решим нашу основную проблему. - Вы мне зубы-то не заговаривайте, - тут же напомнил Северус. – Мне почему-то кажется, что без вас в этом деле с возвращением Филчу магии не обошлось. Пришлось колоться. Тем более, что особой заслуги нашей в этом не было, основную часть дела сделали Фат и Миссис Норрис. Ну, и Вася, конечно же. Куда ж без него. Именно поэтому я раньше не заострял на этом факте внимания, но за старика радовался искренне. *** Итак, всё дело было в задании, которое мы получили, а подробности этого занимательного происшествия, в котором мы с Марком лицезрели только развязку, я получил напрямую от моего фамильяра. Фат с методичным старанием обшаривал Хогвартс. Такое чувство, что у него в голове была карта Хогвартса и он просто зачёркивал квадрат за квадратом. И этого не могла не заметить вечно патрулирующая коридоры по ночам Миссис Норрис. С питомцами студентов у кошки были хорошие отношения, она могла и подсказать, и помочь, и поэтому, когда Миссис Норрис проявила любопытство к Фату, тот ей объяснил, что мы ищем. Ну, в меру своих сил и понимания, разумеется. Миссис Норрис прониклась к красавцу Фату и они стали проводить время в совместных поисках. Естественно, они общались между собой, и их взаимная симпатия только окрепла. Нет-нет, это была не любовная интрижка. Миссис Норрис была куда старше Фата и относилась к нему как тётушка к любимому племяннику, тем более что мой фамильяр рассказал ей об оставленных в Литтл-Уингинге отпрысках и любящей супруге, а в отличие от обычных кошек книззлы и полукниззлы однолюбы и создают пары на всю жизнь. Исключения редки. Так вот, Фат кое-что рассказал обо мне, а Миссис Норрис – о своём несчастном хозяине. Фат проникся и предложил поискать не только то, что просили мы, но и что-нибудь способное помочь Филчу. Миссис Норрис согласилась, что это хорошая идея и обратилась к другим питомцам. Как я уже отметил, среди них она пользовалась уважением, да и сам Филч, строгий к детишкам, кошачью братию не обижал никогда, так отчего бы и не помочь? И хвостато-усатые шпионы принялись за дело, при этом никто из людей был об этом ни сном, ни духом. Спустя некоторое время большая часть школы, находившаяся в досягаемости, была обнюхана, проверена и осмотрена. Результатов – ноль во всех смыслах, но никто не унывал. Кошачья братия хоть и порывиста, но упорна и терпелива. Это может подтвердить любой, кому довелось стать объектом кошачьей нелюбви. Как бы не стерёгся – рано или поздно пару обуви придётся выкидывать. И часто далеко не одну. Так вот – во время упорных поисков Фат и Миссис Норрис наткнулись на помещение, скрытое заклятьем. Нет, это была не Выручай-комната. Это скорее была помойка, причём в прямом смысле. Мы с Марком потом проверили – ничего ценного. Абсолютно ничего. Кроме одной вещи. Маленького запечатанного бронзового сосуда с изображением крыльев. Но об этом сосуде мы узнали уже позже. Фат и Миссис Норрис обшарили всё помещение. Никаких других выходов, кроме находящегося под потолком воздуховода не нашли. Но Миссис Норрис, почуявшая что-то в маленьком сосуде, стала требовать у Фата, чтобы он помог ей вытащить ЭТО и отдать Хозяину. Непременно-непременно отдать, это важно. Проблема была в том, что утащить тяжёлый металлический сосуд они могли разве что в зубах, но это было нереально. А уж взобраться под самый потолок – тем более. Фат предложил посоветоваться с Хозяином – то есть со мной. Миссис Норрис согласилась, и оба хвостатых отправились ко мне. Я их выслушал, посмотрел воспоминания Фата и призвал на помощь Марка. Марк только пожал плечами и заметил, что мы туда без помощи точно не попадём, деканов пока привлекать не стоит – на это может обратить внимание директор, а вот попросить помощи у Василия, как у старейшего обитателя Хогвартса – таки почему бы и нет? Сказано – сделано. Отлично выспавшийся за предыдущие столетия и отъевшийся нашими трудами Василий был за любой кипиш кроме голодовки. Выслушав наш рассказ, Василий глубоко задумался, суток этак на двое, но всё-таки кое-что вспомнил. Далее разговор на парселтанге. - Это отстойник, - наконец выдал он. – Грубо говоря, помойка. - В смысле? – хором поинтересовались мы с Марком. - Я ещё кое-что вспомнил про Тайные комнаты, - пояснил Вася. – Все Основатели проводили там разные… - Исследования? – подсказал Марк (на самом деле это прозвучало как «Странные дела со странными результатами». На парселтанге можно многое сказать только приблизительно – всё-таки это очень древний язык. Но Василий понял). - Да, да, - закивал он. – И порой результаты этих дел были не очень хороши, но их не хотелось уничтожать сразу. Тогда они и отправлялись в отстойник… Иногда Основатели вспоминали о своих неудачных работах и возвращались к ним… Иногда нет. Шерстяным повезло, что за столько лет магия этого места разладилась. Они могли пострадать. И тут Миссис Норрис, которая до этого момента слушала нас спокойно, вдруг выдала самую настоящую кошачью истерику, требуя ей помочь и отдать найденную штучку Хозяину. Непременно-непременно! Василий тяжело вздохнул и сказал нам: - Успокойте шерстяную. Я помню, где расположен отстойник. Конец разговора на парселтанге. После этого заявления кошка мгновенно успокоилась, а нам пришлось усесться на Василия и отправиться не в самое приятное путешествие по внутренним тоннелям Хогвартса. Путешествие реально было неприятным. Василий с трудом протискивался в эти ходы, а уж с нами на спине… Пришлось распластаться на нём и вплотную прижаться к прохладной скользкой чешуе. Ну, и запах, само собой… Но любопытство – лучший стимул, и мы всё терпели. Путешествие продолжалось довольно долго но всё когда-нибудь кончается. Василий остановился и прошипел: - Здесь… За этой стеной. Я могу разрушить. - Давайте без спешки, - вмешался Марк. – Я аккуратно проделаю отверстие и попробую приманить эту штуку Акцио. А потом уже пошлю Сканирующее заклинание – вдруг там ещё что ценное есть… А то если мы все стенки подряд ломать будем – ничего хорошего не выйдет. Хогвартс и так в восстановлении нуждается – а мы ещё что-то повредим. Спорить было не с чем, и я согласился, а как выглядел странный металлический сосуд, Марк увидел из мыслеобразов Фата. Дальнейшее прошло гладко. Марк аккуратно сделал в стене небольшое округлое отверстие и подвесил там Люмос. Зрелище было удручающее и зловещее одновременно. И ещё оттуда тянуло магией. Не самой хорошей магией. Меня аж передёрнуло. - Согласен, - кивнул Марк и взмахнул палочкой: - Акцио, сосуд с изображением крыльев! К моему удивлению ему в руку мгновенно прилетел металлический сосуд размеров с большой флакон из-под одеколона и залитой чем-то тёмным пробкой. На боку флакона красовалось чеканное изображение крыльев, а сзади – какие-то буквы. - Это не от него такой неприятный фон… - пробормотал Марк. – А написано…на латыни… Сейчас… - Может, мы выберемся сначала? – прошипел я. - Да тут всё просто… Что такое Буква – Страж истории… Что такое Небо? – Неизмеримый свод… Что такое Чудо? – Отражение в воде… - Алкуин? – спросил я, поскольку эта мини-викторина показалась мне знакомой. - Алкуин, - согласился Марк. – Но причём здесь это? - Может, мы подумаем об этом, когда выберемся? – не выдержал я, поскольку давление «грязной» магии усиливалось. Марк и Вася укоризненно посмотрели на меня, но возражать не стали, явно собираясь вступить в некий научный спор. - Вы что, не чувствуете? – возмутился я. – Здесь даже магия грязная! - Чувствуем, - хитро прищурился Марк. – Но это же отстойник. Тут… тут всегда так. - Слушайте, - взмолился я, - может, свалим уже отсюда, а? - Погоди, - отозвался Марк. – Сейчас посмотрю, нет ли ещё чего стоящего в этой помойке. И ты, кстати, Сканирующее заклятье потренируй, тебе полезно. Но ничего интересного или полезного мы больше не обнаружили. А когда вернулись, Миссис Норрис просто запрыгала от счастья, узрев в руках у Марка заветную посудину. И тут между нами возник спор. Я хотел сначала показать непонятную штуковину профессору Снейпу – а вдруг она серьёзно повредит Филчу? А Марк считал, что Миссис Норрис чувствует, что Хозяину это необходимо, и значит, нужно её отдать как можно скорее. - Я проверил, ничего опасного там нет! – горячился он. В общем, пока мы так спорили, Миссис Норрис рассудила по своему – изловчилась, подпрыгнула, выхватила сосуд из руки Марка, да так, что он с грохотом упал на пол (к счастью, сосуд, а не Марк), и покатила его к двери каморки. На шум выглянул Филч, узрел любимую кошечку и затянул: - Миссис Норрис, дорогая моя, а что ты там нашла? А потом нагнулся и поднял сосудик. Тут-то всё и случилось. И выглядело это всё как мгновенная яркая вспышка. Филч хрипло вскрикнул, схватился за сердце и начал сползать по дверному косяку, потеряв сознание. Мы бросились к нему, подхватили с обеих сторон и втащили в каморку, чтобы уложить на кровать. Лицо бедного сквиба приобрело синеватую бледность, даже губы стали синими. Господи, неужели мы по незнанию и глупой самоуверенности угробили старика? Но Миссис Норрис явно понимала, что делать получше нас. Она вспрыгнула на грудь Филча и громко замурлыкала, «вытаптывая» местечко. И лицо старого сквиба стало розоветь. - Мерлинова мать! – прошептал Марк и сплёл какое-то заклятие, которое окутало Филч золотистым сиянием. – К нему возвращается магия! Смотри, Гарри, вряд ли ты когда-нибудь ещё увидишь такое! И тут Филч открыл глаза и прошептал: - Магия? Ко мне возвращается магия? Вы правду говорите, мистер Роджерс? Марк улыбнулся: - Чистую, мистер Филч. Попробуйте. И протянул старику свою палочку. - Нет, нет… - прошептал Филч. – Я боюсь… Боюсь, что не получится… - Попробуйте, - повторил Марк. И Филч послушался его. Он взял палочку дрожащей рукой, сделал нужное движение и прошептал: - Люмос! На кончике палочки показался небольшой, но хорошо заметный огонёк и старик заулыбался, не замечая, как по его морщинистым щекам текут слёзы. *В 90-ых годах в «Осенних визитах» Сергей Лукьяненко упомянул о смерти одного персонажа, Семенецкого. Ничего необычного, просто эпизод. Но на ближайшем конвенте к нему подкатил мужичок и спросил: «Ты почто меня убил?! Ладно, прощаю, но обещай, что будешь меня убивать в последующих книгах!». Этим мужиком был заметный участник фэндома тех лет, книгоиздатель Юрий Семецкий (жив и здравствует по сей день). Сергей пообещал и на протяжении многих книг исправно «убивал» Юрия Семецкого. История получила продолжение, когда к «убийству» Семецкого подключились и другие заметные фантасты, например Васильев, Дивов, Белянин, Калугин, Каганов, Еськов, Злотников, Скаландис, Громов, Успенский, Буркин, даже Крапивин отметился. Мем про «убийство Семецкого» получил вторую жизнь в антологии S.T.A.L.K.E.R., где Юрий — один из первых сталкеров, добравшихся до Монолита и загадавший вечную жизнь. Конечно, его желание исполнилось своеобразно, и теперь он погибает и воскрешается в рандомном месте Зоны без снаряги и одежды. Прочитать на КПК о смерти Семецкого — сталкерская примета к удаче. Первым ввёл в произведение бессмертного сталкера Василий Орехов, эстафету подхватили и другие писатели. Также Юрий засветился в антологии Метро 2033, как в книгах, так и в игре, и только боги знают, где ещё. Примечательно, что со временем «убить Семецкого» стало дозволено не всем, и однажды издательство «АСТ» даже отклонило книгу МТА (шутливая аббревиатура, Молодой Талантливый Автор) с вердиктом «Молод ты ещё Семецкого убивать!». Молода я ещё Семецкого убивать, так что здесь об этом своеобразном персонаже Олег только упоминает.