When the crimson starts to spill

Кримсон проснулся в холодном поту. Сердце бешено колотилось. Он сделал глубокий вдох. «Он мертв. Это всего лишь кошмар…» — мысленно сказал себе Кримсон. Алессио тихо похрапывал рядом. За окном было еще совсем темно. Прищурившись, бес разглядел стрелку настенных часов где-то между III и IV. Кримсон вздохнул. Ему ужасно хотелось курить. Бес осторожно, стараясь не разбудить демона-акулу, встал с кровати и достал хьюмидор. Где-то на полу в куче одежды, он нашел кинжал. Тот самый кинжал… Кримсон повертел оружие в руке. Длинное серебрянное лезвие было острым как бритва, а на наконечнике блестел рубин, похожий на багровый глаз. Это было не просто средство для самообороны. Кримсон столько раз хотел избавится от этого кинжала, но слишком много воспоминаний было связанно с ним. Это были болезненные воспоминания, заставляющие давно зажившие раны покалывать. Это была злорадная улыбка отца. Это были когти суккуба-гончей. Это были женские глаза, полные слез. Это было его собственное отражение в зеркале, которое говорило: «Ты сломан. Как думаешь, мы сможем тебя починить?». Этот кинжал сделал Кримсона СОБОЙ. Бес помотал головой и вновь вернулся к желанию курить. Он отрезал конец сигары и положил кинжал на стол. Щелчок зажигалки. Маленький язычок пламени стал единственным источником света в комнате. Кримсон сделал глубокую затяжку и медленно выдохнул обильное облако дыма. Бес прикрыл глаза, погружаясь в горький вкус табака. Как давно у него появилась привычка курить? Лет пять назад? Десять? Двадцать? Такое чувство, что он курил всю жизнь… Бес сел в кресло. Полностью голое тело ощутило под собой приятный мягкий бархат. Кримсон прикрыл глаза, сделав очередную затяжку. В голову вновь лезли деньги. Деньги… Деньги… Это самое главное… Нужно было раздобыть деньги… Но вопрос в том, были ли это мысли Кримсона? Или их вложил в голову кто-то другой…?