Why Do You Think I had a Choice?/Почему ты решил, что у меня был выбор?

Тэ вздрагивает от громкого стука в дверь. Он смотрит через комнату в общежитии на Чонгука, который пожимает плечами: — Я никого не приглашал. Тэ встает и открывает дверь Чимину. Тот стоит в кепке и солнцезащитных очках. На секунду Тэ думает, что у него похмелье, но затем тот всхлипывает, и Тэ замечает, что у него насморк. Чимин падает в объятия Тэ. Тэ смотрит на Чонгука, который захлопывает учебник и встает, чтобы присоединиться к групповым объятиям. Чонгук толкает дверь, и все трое входят внутрь. Тэ бормочет: - Эй, что случилось? Что случилось? Чимин позволяет им обоим обнять себя: - О-откуда ты знаешь? Вы оба, откуда вы знаете? Чонгук гладит Чимина по спине: - Знаем что? — Что ты влюблен, - Чимин зарывается лицом в шею Тэ. - Откуда вы знаете? Тэ удается взглянуть на Чонгука, пока они идут к его кровати: - Чимин… Чимин наполовину смеется, наполовину рыдает: - Я ревную. Я чертовски завидую вам обоим. Разве это не отвратительно? Вот почему я даю тебе глупые советы. Потому что я знаю, что это не имеет значения. Мне не нужно давать тебе хорошие советы, чтобы все эти хорошие вещи произошли с тобой. А мои отношения — это гребаная шутка, которой я даже не принадлежу. Они должны были просто остаться Хоби и Джином. Я всегда буду запасным, когда один из них будет занят, — его слова прерываются, когда он теряет контроль над дыханием. Тэ хватает Чимина за руки, чтобы поднять их над головой, так что он перестает хватать ртом воздух, пока говорит. - Вау, помедленнее. Что значит остались Хоби и Джин? Чонгук стаскивает с Чимина кепку и солнцезащитные очки, чтобы увидеть слезы, текущие по лицу Чимина. Чимин в замешательстве смотрит на них: - Как… как, по-вашему, это началось? Тэ не знает, что на это ответить: — Ты сел между ними или что-то в этом роде. Это то, что ты всегда говорил. Голос Чимина тихий: - Да, сел между ними. Они уже были вместе. Тэ и Чонгук переглядываются. Чимин наблюдает за ними: — Разве вы, ребята, этого не знали? Тэ пытается осмыслить это: — Подожди, начни сначала. Как долго они были вместе до… до тебя? Чимин смеется: - Они были школьными возлюбленными. Они расстались, когда Джин уехал в колледж, и поклялись друг другу не идти в один и тот же колледж, но у них обоих здесь хорошие программы, поэтому они снова начали общаться, когда Хоби поступил. Они снова стали встречаться в колледже в течение года, прежде чем я встретил их, - он говорит это холодно, просто чтобы донести информацию. Чонгук фыркает: — Почему мы этого не знали? Чимин усмехается: - Они все время шутят о том, что они школьные возлюбленные. Тэ выдыхает: — Я думал, что это какая-то странная шутка только для своих. Чимин пожимает плечами: - Они стараются больше так не делать из-за меня. Я только начал как их третий. Тэ задыхается: - Нет, подожди. Ага. Я помню эту часть. Все началось просто с секса. Чимин мрачно улыбается: - Легко быть желаемым только из-за секса. Они оба хотели меня, поэтому я позволил им завладеть мной. Тэ закатывает глаза: - Не драматизируй. Ты хотел их так же сильно. - Ну, да, - Чимин усмехается. - Они оба великолепны. — Когда ты влюбился в них? - взгляд Чонгука пронзителен. Чимин вздрагивает: - Я не знаю, что я... Я же говорил, в этом проблема. Чонгук хмурится: - Чимин. Как давно ты знаешь? Чимин, кажется, понимает, что Тэ все еще держит его руки, и стряхивает его, позволяя своим рукам опуститься: - Я не знаю. Им и без меня хорошо. Я никогда не позволяю себе чувствовать это. - Чимин, - Чонгук вполне законно звучит рассерженно. Тэ вздрагивает. Чимин рычит на него: - Что?! Ты думаешь, что, черт возьми, знаешь меня? Я сдерживал себя, потому что знал, что однажды они захотят, чтобы я ушел. Чонгук смеется: — Почему ты всегда такой чертовски тупой? - Да пошел ты! Тэ перепрыгивает через Чимина и падает между ним и Чонгуком на кровать: - Прекратите! Вы даже не злитесь друг на друга. Чимин смотрит в стену, пока его гнев не начинает утихать. Его голос такой тихий, что они могут слышать его только потому, что в комнате тихо: - Две недели. Тэ ждет. Чимин не уточняет. — Что на счет двух недель? — спрашивает Тэ. Чимин делает глубокий вдох, вытирая щеки: - Две недели в колледже, когда Джин и я вместе переехали в общежитие. Это он был первый. Потом он снова начал встречаться с Хоби, и я хотел умереть, но Хоби был такой, и как я мог не влюбиться в него тоже? И я начал думать, может быть… может быть, я не один такой… и они попросили меня присоединиться к ним однажды ночью. Они сказали мне, что я такой горячий. То есть я знал. Я не случайно уронил полотенце, выходя из душа. Тэ и Чонгук вздыхают. Чимин пожимает плечами: — Я думаю… я не знаю. Я думал, что это будет просто секс. Но тогда они были так нежны со мной, но все равно не ощущались настоящими. И за последние несколько месяцев Хосок стал более напористым в отношении эмоций, и я был так напуган. Логически я знал, что он не имел в виду это, но я был так уверен, что он хотел, чтобы я признал, что не люблю их, поэтому я уйду, и они снова смогут быть вместе. Только они. Это было глупо. Я не знаю. Я был так напуган. А потом только что… Они оба сказали, что любят меня, и я просто сбежал. Тэ сидит прямо: — Они признались тебе? Чимин кивает. — И ты сбежал? - Чонгук садится напротив них, чтобы видеть их обоих. Чимин грустно смеется: - Это было похоже на ложь. Это было фальшиво. Мечта. Я не знаю. Это испугало меня. Тэ вздыхает, обвивая Чимина руками, крепко обнимая его: - Я понимаю. Я думаю, что видел, как в глазах Намджуна вспыхивают чувства, и понятия не имел, как на это реагировать. Я так привык ничего там не видеть, а потом его глаза выглядели такими теплыми, что вместо того, чтобы взволновать, это меня напугало. Чимин расслабляется: - Да, боже, точно. Вроде бы, это хорошо, но это другое. Я не знаю, как реагировать. Чонгук смеется, а затем кашляет, чтобы скрыть это. Они оба смотрят на него. Тэ прищуривается: - Ну что? Чонгук качает головой: — Просто… вы оба жалуетесь на то, что люди в вас влюблены. Почему вы не можете просто позволить себе быть счастливым? Чимин дуется: - Это не так просто. Чонгук снова смеется: - Это просто. Юнги был таким же. Мне потребовалось много времени, чтобы убедить его просто позволить себе быть счастливым. Почему так много людей борются с этим? Это просто. Просто чувствуй это. Кто-то любит вас, и вы любите его. Это самая легкая вещь в мире. Чимин и Тэ оба смеются. Тэ качает головой: — Ты такой уникальный, Гук. Чонгук усмехается: - О чем ты говоришь?! Почему это уникальная точка зрения?! Чимин воркует: - Такой невинный. Юнги защищал тебя от ужасов реального мира. - Иди на хуй, - Чонгук складывает руки на груди. - Я знаю, что с миром что-то не так. Но я знаю, что могу выбрать быть счастливым посреди всего этого. Тэ вздыхает, уткнувшись носом в Чимина: — Знаешь что, Гук может быть прав.

***

На следующее утро Тэ встречается с Намджуном за кофе. Намджун уже стоит у прилавка, поэтому Тэ смеется и присоединяется к нему: — Ты уже заказал? Намджун кивает, выглядя задумчивым. Тэ тыкает в его нахмуренные брови: - О чем ты думаешь? Намджун улыбается, все еще хмуря брови: - Как бы это сформулировать... Тэ не собирается вздрагивать, но вздрагивает. Намджун вздрагивает, брови хмурятся, когда тревога появляется на его лице: - Нет! Нет, ничего страшного. Извини. Тэ ждет. Намджун открывает рот, и его зовут: — Давай сначала сядем. Они относят свой кофе в кабинку сзади. Тэ тихо сидит, пока Намджун смотрит на свой кофе, снова нахмурив брови. Тэ снова тыкает его в брови. Намджун тихо смеется и нежно хватает Тэ за руку, переплетая их пальцы над столом: - Ты когда-нибудь… ты когда-нибудь внезапно что-то переосмысливал, и вся твоя жизнь вдруг меняется? Тэ фыркает, но сжимает губы, чтобы остановить это: - Извини. Ты так серьезен. Намджун неловко улыбается: - Ага. Знаю, звучит бредово. Тэ серьезно думает, прежде чем ответить: - Ну, да. Что-то вроде того, что случилось с тобой. Намджун кивает, не задетый ответом, так как знает, что им больше нечего смущаться. — Когда мы вчера разговаривали, когда ты рассказал мне обо всем, что пытался скрыть от меня на протяжении многих лет… Я провел всю ночь, переоценивая все, что знаю о тебе. Все те глупости, которые ты случайно говорил, которые я считал какими-то… легкомысленными. Ты пытался отвлечь себя. Я так много раз ошибался в тебе. Я знаю, что ты ведешь себя не так, как в толпе. Я знаю, что ты молчишь, когда ты один. Тэ ждет, пока Намджун доберется до сути: - Что ты пытаешься сказать? Намджун закусывает губу: - Я боюсь говорить это, потому что боюсь… - он вздыхает. - Но я ненавижу бояться. А я верю в честность и открытость. Если это сработает, мы должны быть открытыми. Я не вижу причин скрывать от тебя то, что я чувствую, чтобы у нас был настоящий шанс. Тэ улыбается, немного дразня: — Я все еще не понимаю, что ты пытаешься сказать? Намджун кивает. Он делает глубокий вдох, сжимая руку Тэ: - Хорошо. Извини. Я просто скажу это. Больше никаких преамбул. У меня есть к тебе чувства. Может быть, они у меня уже давно и я только начал осознавать это, когда мы поцеловались на той вечеринке шесть месяцев назад. Ты как бы прятался от меня, поэтому были моменты, когда я думал, что "может быть", и моменты, когда я думал, что, "может быть нет". Но теперь я думаю, что во все эти "может быть нет", моменты, ты лгал, чтобы защитить свое сердце от меня и… — Намджун. Намджун поджимает губы: - Извини. Я заболтался. Я просто хочу, чтобы ты знал мое полное мнение обо всем этом, прежде чем что-то сказать. Тэ смеется: - Прежде чем я полностью отреагирую на это, могу я сначала рассказать о своих чувствах? Намджун кивает. - Я знаю, ты чувствуешь, что догоняешь меня. Я понимаю… я понимаю, почему ты так думаешь. Но теперь все по-другому, понимаешь? - он думает о чувствах Чимина к Джину и Хосоку и о том, как они изменились и развились благодаря тому, что были вместе. — Может быть, я давно в тебя влюблен, но это совсем другое чувство — любить тебя издалека и смотреть в твои глаза и… честно говоря, я думаю, что готов любить тебя вот так, но когда я лежал на тебе, и ты посмотрел на меня так, будто… я понял, что не знаю точно, что значит делиться любовью. Глаза Намджуна снова начинают сверкать, этот взгляд, которого Тэ поначалу боялся. Тэ продолжает: - В любом случае, возможно, я опередил тебя в плане безответной влюбленности, но я точно так же не знаю, как разделить эту любовь с тобой. Так что, если ты говоришь… что у тебя есть чувства ко мне, то мне хотелось бы думать, что мы на одной волне? Если это имеет смысл? Намджун продолжает смотреть. Тэ смеется, краснея отводит взгляд: — Почему ты так смотришь на меня? Намджун вздыхает: - Извини, если это слишком рано, но я глубоко влюбляюсь в то, как ты говоришь о своих чувствах. То, как работает твой разум, кажется мне охрененно красивым. Тэ морщит нос: - Перестань. Намджун сжимает его руку: — Нет, никогда. Тэ смотрит на их руки, а на его лице расплывается дурацкая ухмылка. - Это так странно. Это чувствуется также, но это и чувствуется так по-другому. Это как… если любить тебя — это песня, то ты добавил гармонию. Та же песня, но уже лучше. Сильнее. Намджун смеется: - Я рад, что я специализируюсь на музыке. Тэ дергает его за руку: - Поцелуй меня? Намджун выходит из кабинки, пересаживается с той же стороны, что и Тэ, и мягко сжимает их губы.

***

Чимин топчется перед дверью своей квартиры. Он знает, что Хосок и Джин там вместе. Это легко. Он знает, что это так. Так почему же это так тяжело? — Ты же знаешь, что мы слышим, как ты разговариваешь сам с собой, верно? - из-за двери раздается голос Джина, и Чимин замирает на месте. Он слышит звук шлепка. – Не торопи его! — шипит Хосок. Чимин не понимал, что бормочет себе под нос. Он входит в квартиру и закрывает за собой дверь. Хосок и Джин вместе на диване. Он мог бы многое сказать, но по какой-то причине он должен спросить: - Почему вы переехали ко мне? Джин и Хосок моргают. Джин указывает на свою грудь: - Я? Почему я переехал к тебе? Чимин кивает: — Почему вы двое не стали жить вместе после нашего первого года в общежитии? Джин и Хосок переглядываются. Джин пожимает плечами: - Мы были хорошими соседями по комнате. И я, честно говоря, немного беспокоился о том, чтобы делить место с Хосоком. Все было совсем новым. Ну, снова новым. Я не хотел ничего испортить. У нас с тобой не было проблем быть вместе и жить вместе, так что все было хорошо. — Потому что у тебя в основном был секс, - Хосок хмурится. - Что, возможно, так долго мешало нам быть честными о чувствах. Джин громко шикает Хосоку на ухо. Хосок тихо смеется: - Просто говорю. Джин поворачивается к Чимину: — Почему ты спрашиваешь об этом прямо сейчас? Чимин сглатывает: - Просто кажется… есть так много моментов, когда вы, ребята, могли бы оставить меня позади, если бы делали друг друга такими счастливыми сами по себе. В квартире становится тихо. Хосок встает, идет через гостиную к Чимину и обнимает его. - Почему ты не видишь, как сильно ты нужен нам? Это не просто секс, Чимин. Вот почему мы так много ссорились. Ты никак не сможешь увидеть свою ценность в этих отношениях. Ты всегда спрашивал, прежде чем присоединиться к нам. Это было так нелепо. Мы так давно говорили об этом равенстве. Мы, все трое. Чимин позволяет своим рукам обнять Хосока и крепко его держит. - Но что, если… если я не могу этого сказать? Вы, ребята, остались бы вместе без меня, верно? С вами все будет хорошо, если я уйду. Хосок выдыхает: - Чимин, я знаю Джина уже почти восемь лет, и он никогда серьезно не говорил мне, что любит меня, пока не сказал, что любит нас обоих. Так что - нет. Я не знаю, было бы нам хорошо без тебя. Чимин крепко сжимает Хосока, начиная всхлипывать. - Боже, неужели это неправильно, что я так счастлив это слышать? Хосок тихо смеется, покачивает Чимина в руках: - Нет, детка. Это не глупо. Я понимаю. Я тебя люблю. Ты меня слышишь? Я люблю тебя и Джина, но также и только между нами, я люблю тебя. Я люблю все в тебе. Бывают моменты, когда ты меня расстраиваешь, а бывают моменты, когда я тебя не понимаю, и каждую секунду я люблю тебя. Чимин протягивает руку позади Хосока, чтобы дотянуться до Джина. Джин смеется и встает, чтобы присоединиться к ним. - Я не знаю, каких слов вы ожидаете от меня. Я не могу понять. Все тихо смеются, когда Джин обнимает их обоих. Голос Чимина мягче шепота: - Я тоже тебя люблю. Я тебя люблю. И так просто страх уходит.