Маленький большой крокодил

      — Ну, как вы там? Что иммунолог сказал? — спустя две недели, когда Шастун-младший уже выздоровел, а поход к очередному аллергологу-иммунологу был как раз несколько дней назад, Попов звонит маме с вполне ожидаемым вопросом.       — Ой, да кошмар, Арсений! — вздыхает женщина на том конце, — Отправил сначала опять на тесты эти, пробы, кровь тоже взяли. Еле выжили, веришь? А на следующем приёме таблеток назначил кучу, аллергии все те же. Антон третий день нервный — жуть. Уже прям не знаю, как к нему подойти, чем порадовать, — с долей усталости рассказывает Майя, пока готовит обед на всю семью. В трубке врач отчётливо слышит шкварчание чего-то на сковороде, писк духовки и звуки телевизора.       — Понял, посмотрим. Спроси, не хочет он со мной и Алёной сегодня погулять? — тут же предлагает мужчина, ведь они с женой сегодня полностью свободны и с радостью готовы провести время с малышом.

***

      — Арсений! Алёна! Привет! — буквально впечатывается в двух взрослых Антон, стоит тем перешагнуть порог квартиры. Старшие, поборов секундное замешательство, смеются, а мужчина поднимает счастливого ребёнка на руки.       — Привет, солнце, — девушка забавно треплет парнишку по волосам, а Попов довольно целует братика в висок, — Здравствуйте! — Алёна здоровается с Майей и Андреем, стоящими рядом, пока врач только коротко кивает.       — А куда мы пойдём? Вы знаете уже? А далеко пойдём? — вдруг засыпает вопросами взбудораженный мальчишка, широко открытыми глазками смотря на брата.       — Ты одевайся, а мы потом вместе решим. Куда ты хочешь? — Арсений аккуратно ставит малыша на пол, а тот задумывается.       — Я.. А какие варианты? — серьёзно спрашивает Антон.       — Значит, по ходу дела разберёмся, — улыбается Попова, взглянув на мужа, — Беги собирайся, — она слегка подталкивает ребёнка в сторону детской, где тот стремительно скрывается вместе с мамой.       — Ну, что там с медициной русской? Процветает? Расскажите уж, медики вы наши, — может показаться, что Андрей издевается, как думала первое время Алёна, но на самом деле он спрашивает из искреннего интереса.       — Да как обычно всё. Что-то развивается, да, но мы-то как к этому причастны? На повышении квалификации расскажут, — за двоих отвечает голубоглазый, пока девушка поправляет причёску у зеркала.       — Я готов! — выбегает в коридор мальчишка в болониевых штанах, одевшийся в рекордные сроки, — А санки можно взять? — обращается к папе Антон, ведь видел горы снега из окна.       — Хм, они в подвале, — вспоминает Андрей, почёсывая нос, — Арсений, сходите?       — Я быстро сбегаю, а вы обувайтесь и выходите, — кивает Алёне голубоглазый, быстро хватает ключи от подвала, всегда лежащие в одном и том же месте, в ящике комода, и спускается вниз.

***

      — Готов? — заманчиво спрашивает Арсений, как только Алёна достаточно плотно усадила ребёнка в санки.       С самой ночи снег идёт крупными хлопьями, покрывая город плотным белоснежным одеялом. Многие дороги перекрыты, ведь снегоуборщики просто не справляются, но детям на это абсолютно всё равно. В снегопад гулять ещё веселее! А неубранные дворы и парки только сильнее манят своей высокой подушкой мягкого белого снега.       — Да! — радостно кричит Антошка в плотный шарф, после чего мужчина начинает бежать вперёд и тянуть санки за верёвку, — Юху! — смеётся младший, крепко держась за бортики, чтобы не улететь на небольших манёврах, которые специально создаёт старший.       — И давай обратно, — брюнет небрежно поправляет на себе шапку, разворачивается на сто восемьдесят градусов, чуть не роняя ребёнка, и бежит обратно к Алёне, — Держииись! — Попов тормозит у огромного сугроба и заносит санки точно в него.       — А! — Шастун, даже подлетев немного, угождает головой прямо в снег, скрываясь в нём буквально на половину, — Хахаха! Тут мягко! Хаха! — смеётся зеленоглазый, пытаясь выбраться, что не получается в том числе из-за ограниченной дутой курткой и штанами амплитуды движений, — Помогите!       — А сам? — хохочет врач.       — Не получается! — бубнит малыш, старательно делая ещё одну попытку.       — Сам закинул, а помогать не хочешь, — в шутку несильно бьёт мужа в плечо девушка, вытаскивая мальчишку из оков снежного сугроба, — Я родился! — смеётся она, стряхивая снег с красных шапки и шарфа.       — Поехали на горку? — снова усадив ребёнка в санки, троица уже мерным шагом выходят со двора, отправляясь на зимнюю прогулку.

***

      — Не торопись! Видишь, детки съезжают, — в сотый раз придерживает торопящегося вперёд братика Арсений, дожидаясь, когда некрутой спуск опустеет, — Готов? Поехал! — мужчина чуть-чуть подталкивает санки, после чего Антошка стремительно едет вниз, подскакивая на кочке, и в итоге оказывается в руках Алёны, что ловит его внизу.       — Вжух! — хохочет Антон, — Алёна, я с тобой хочу! — стоит пацану остановиться окончательно, он тут же вскакивает и тянет девушку на самый верх, откуда все и скатываются.       — Ох. Ну пойдём! — подхватывает та, помогая дотянуть санки до вершины.       — Дилька, а почему это Алёна везёт твой транспорт? — удивляется открывшейся перед ней картине Попов, — Любишь кататься — люби и саночки возить! Пословица такая есть, — знающе говорит взрослый, наклонившись, чтобы смотреть точно в горящие весельем зелёные глазки.       — Хорошо, — без проблем соглашается тот, — Алёна, садись, — командует мальчик, указывая пальчиком на сидение.       — Ну давай, — улыбается старшая, — Арсений, поможешь? — оборачиваясь, просит она, стоит обоим усесться поудобнее.       — Спрашиваешь! Держитесь крепче! — мужчина толкает обоих вперёд немного сильнее, чем следовало, поэтому жена с братиком буквально летят по склону, морщась от ледяного ветра в лицо.       — Ухууу! — смеётся мальчишка, пряча носик в шарфе. Попова делает так же, прижимая малыша к себе сильнее, когда они наезжают на кочку, — Ой-ой. А! — немного не доехав до конца, санки переворачиваются, и оба «гонщика» кубарём докатываются до ровной площадки.       — Цел, Антошка?       — Ага. Только перчатку потерял, — малыш садится, не обращая внимание на свою съехавшую шапку, и оглядывается по сторонам, в поисках пропажи, — Вон она! — заметив необходимое, зеленоглазый спешно встаёт и идёт в ту сторону. Прямо в центр площадки.       — Антон, осторожно! Отходи! — кричит Попова, но младший не соображает так быстро, как хотелось бы. Его сносит девочка постарше, тоже на санках, после чего оба оказываются лежащими на спине, — Всё нормально? — тут же оказывается рядом девушка.       — Да, извините, — отряхивается девчушка, помогая встать Шастуну.       — Всё в порядке, — слегка кряхтит мальчик, но быстро приходит в себя, надевая на ручку перчатку, — Я теперь с Арсением хочу! — заявляет взрослой зеленоглазый и теперь уже сам побыстрее тянет санки наверх, старательно поднимаясь по скользкому снегу с края горки.       — Что там за авария была? — спокойно интересуется Арсений, встречая ребёнка наверху, — Всё хорошо? — он садится на корточки, чтобы лучше поймать внимание ребёнка.       — Да. Теперь с тобой надо! — кивнув брату с осознанно нахмуренными бровками, Антон сразу переключается снова на веселье. Он знает Арсения, тому нужно полное внимание на своём вопросе, поэтому кроха уже научился делать серьёзное лицо в нужные моменты. Он мальчик сообразительный!       — Окей, — вздыхает брюнет, — Будет ветрено, держи шапку! — смеётся Попов, плюхаясь в санки и поправляя наконец на ребёнке головной убор, — Три! Два! Один! — как только трасса стала свободной, ребята тут же покатились вниз, — Ха! — чуть не кричит от наслаждения мужчина, вспоминая себя маленького, катающегося с этой же горки.       — Воу, красавчики мои, ну вы разогнались! — встречает внизу восхищённая прокатом Алёна, — Антош? — она замечает немного потерянное личико мальчишки, а её вопрос тут же заставляет Арсения развернуть того к себе.       — Ты чего? Испугался? — считав очевидную зажатость даже сквозь плотную одежду, брат тут же обнимает малыша, который слегка кивает, — Прости. Всё в порядке, — спокойно шепчет старший, пока девушка следит за обстановкой вокруг, — Пошли снеговика лепить?       — Пойдём! — у младшего, как по взмаху прошеной палочки, загораются глазки. Заинтригованный ребёнок — чудо, не иначе.

***

      — Вот так погуляли! Теперь греться, мальчики, — распоряжается Алёна в коридоре квартиры, первой раздеваясь и помогая снять одежду Антону, — Так, тебя мы сразу в ванну, — голубоглазый забирает дутые штаны и куртку и идёт стряхивать с них снег на лестничную площадку, пока малыш летит в колготках и кофтах в ванную, — Постой пока, сейчас наберётся немного и залезешь. Сам попробуешь снять вещи? — включив воду и получив кивок, девушка идёт обратно к мужу, забирая у него мокрые детские вещи и вешая их на стул у батареи, — Так, давай всё мне и иди помоги Антону, — парни и слова вставить не успевают, как Попова быстро решает буквально всё.       — Как у нас вода? — Арсений заходит в ванную, где братик уже всё с себя снял самостоятельно. Правда, теперь целая гора вещей лежала комом на коврике, даже виднелись спутанные майки. Потрогав набравшуюся воду, мужчина поднимает кроху, усаживая его в ванну.       — Горячая, — ёжится Шастун, хныча.       — Ну-ну-ну. Сейчас привыкнешь, Тош, — успокаивает мужчина, — Сиди осторожненько, а я скоро вернусь, — вода пока набралась совсем чуть-чуть, для ребёнка прямой опасности нет, поэтому врач позволяет себе оставить Антошку ненадолго одного. Брюнет успевает вручить жене детские, влажные от снега вещи, переодеться в домашнее и вернуться обратно, — Порядок? — сразу же интересуется он.       — Да, — тихонько отвечает мальчик, заинтересованно хлопая раскрытыми ладошками по поверхности воды, создавая брызги.       — А чего это у тебя на ручке, Диль? — хмурится голубоглазый, аккуратно беря в свои ладони маленькую кисть, — Это ты где так успел? — спокойно спрашивает мужчина, осматривая порез, вокруг которого ещё и начинает появляться синяк.       — Не знаю, — устало пожимает плечиками малыш. Прогулка хорошо утомила, а тёплая ванна разморила окончательно даже за такой короткий промежуток времени.       — Хорошо, — в приятной и спокойной атмосфере проходит ещё несколько минут, — Согрелся? Давай вылезать, — взрослый за подмышки переносит Антошку на коврик, тут же обматывая полотенцем, — Чаёк будешь? — ласково спрашивает врач, обтирая кроху с полуприкрытыми глазками.       — Буду, — соглашается малыш, еле держа равновесие, когда на него надевают трусики.       — Так, идём ко мне, — брюнет аккуратно несёт мальчишку в гостиную, сажая его на диван. Потом берёт с одного из кресел плед, раскрывает его и полностью оборачивает в него братика, — Вот, теперь тепло, да? Алён, разбавишь нам зелёный? — кричит жене Попов, ведь уже точно знает, что та хозяйничает с чаем на кухне, — И принеси Левомеколь, пожалуйста!       — Господа, ваш чай, — вскоре ответственно приносит напиток девушка, отдавая кружку Арсению, который начинает не спеша поить им младшего, что начал засыпать слишком быстро. Конечно, под боком любимого старшего брата уютнее всего.       Попов отставляет ненадолго чашку, открывая тюбик с заживляющей мазью, начиная бережно наносить её на повреждение на ладошке братика. Мальчик даже не дёргается, только зажмуривается, но никак не мешает, за что и получает от врача поцелуй в макушку и мягкое «Умничка».       Шастун окончательно погружается в сон где-то через пять минут, после того, как голубоглазый уложил его головкой к себе на колени. Арсений мягко гладит братика по кудряшкам, умилённый тихим посапыванием крохи.

***

      — А если со мной не захотят дружить после этого? — взволнованно спрашивает Антошка, шагая по вечерней улице вместе со взрослыми, держась за их ладошки своими.       — Ну как они могут так подумать, Тош? — возражает Алёна. Её очень удивило, что мальчик боится идти в садик после болезни, да ещё и по такой странной причине.       — Ты же выздоровел, с тобой теперь всё в порядке. Наоборот, они обязательно захотят с тобой поиграть! — поддерживает Арсений, улыбаясь уголком губ.       — Ладно, — малыш задумывается, с трудом топая своими ботиночками по снежному асфальту. На санках ехать стало скучно, — Можно прыгну? — вдруг воодушевлённо просит он, смотря то на одного, то на другого взрослого.       — Три! Два! — улыбаясь, кивает мужу Алёна, — Один! — оба за руки приподнимают мальчишку, когда тот подпрыгивает, перед этим немного разогнавший, — Три! Два! Один! — и ещё раз, а потом ещё раз. Под звонкий смех Антошки, у которого сегодня был просто замечательный зимний день.