Разорвать шаблоны

Но, как оказалось, Мобэй уже всё обсудил. Цинхуа не помнил, чтоб прописывал разговорчивый и спокойный нрав этому демону, но, смотря на дрожащих старейшин в зале, становится понятно, как он обсуждал это всё. Цинхуа даже не мог подобрать подходящих слов всему, что сейчас происходило. Собственной свадьбой язык не поворачивался назвать, но приходилось. Будущий муж, у которого он сейчас сидел на коленях, гневно сверлил взглядом одного из старейшин, что оказался единственным смелым из всей пятёрки, и, стараясь держать голос ровным, высказывал мнение всех собравшихся в этом зале. Ещё несколько высших аристократов Северных земель и Западных. Цинхуа сначала пожурил Мобэя за неуважение к старшим, всё же частично благодаря им непринуждённая обстановка сохранялась века; но, увидев заносчивого старика в живую, что осмелился напрямую перечить Его Величеству прямо в его же дворце, сжал гладкую ткань одежд в руках. И ладно говорили что-то про него, но когда задели уже покойного правителя, по совместительству отца Мобэя, он не мог просто сидеть и делать вид, что ничего не происходило. Он уже совсем не следил за строчкой в свитках, а напряжённо прислуживался к скрипучему голосу старейшины: - …Покойный правитель остался недоволен бы вами. Он хотел вырастить Короля, приемника, которому не жалко оставить управление дворцом и землями, а он что? Хочет доверить власть какому-то человечишке, что от одного её вида разрушит наше королевство по кусочкам. Вряд ли это то, что хотел покойный король… Отвратительную речь прервал громкий хруст. Шан Цинхуа удивлённо смотрит на свои руки с поломанной надвое кисточкой и щепками. Ой, что же он творит, ещё и в присутствии старейшин? - Ах, Мобэй, прости, я не хотел… - Цинхуа неловко поднял взгляд, жалостливо приподнимая брови. Но демон лишь улыбнулся уголком (кажется, после той ночи Мобэй-Цзюнь стал больше улыбаться в присутствии Шан Цинхуа, а может он просто не замечал до этого?) в ответ на паникующий взгляд. - Ничего страшного, Цинхуа, - успокоил своего любимого демон и, взяв сломанную кисть, выкинул её куда-то в сторону, на пол. Цинхуа благодарно улыбнулся и слегка покраснел, вспоминая о взглядах. - Я всё сказал вам ещё в прошлую встречу: обряд я буду проводить на следующей неделе, когда будет полная луна и откроется северное сияние. Вам остаётся лишь подготовить всё для обряда, - холодно закончил этот спор Мобэй. Все присутствующие аристократы коротко кивнули и ушли, а тот старейшина продолжал что-то дребезжать и захлёбываться слюной и негодованием, говорил помянуть предков, ведь они ему обязательно отомстят за разрушение королевства, что они строили годами – хорошо, что демонам всё равно на предков, пусть лежат себе там в гробницах, да в мире духов летают, незачем им сюда лезть, их время закончилось. - Фух-х, - громко выдохнул заклинатель, откидываясь на мощное тело своего короля. - Ты устал? - Заботливо поинтересовался Мобэй, кладя руку на талию. - Знаешь, я поражаюсь насколько он глухой был. Как он смеет говорить что-то против своего короля? Надо бы ему поскорее напомнить, кто здесь и сейчас правитель, - ядовито сказал Цинхуа. Уж что-что, а не уважение к своему Мобэю Цинхуа не терпел. – Так нагло заявлять тебе, что прошлый правитель был лучше... Пахнет переворотом. Надо унять этого зарвавшегося старикашку, - недовольно кривился Цинхуа. - Только не лети к нему, - попросил демон, прижимая заклинателя к себе. Человек сразу возмущённо и неловко отвёл взгляд, сильнее вспыхивая скулами, вспоминая случай, как один зажравшийся демон оскорбил Мобэя, когда он ещё не пришёл к власти, а он сразу же полетел отомстить обидчику. Всё же тогда выхлестать крепкого вина в одного было не лучшей идеей. - Хах, конечно я не полечу к нему, Мобэй, я хочу остаться здесь с тобой. А с ним я позже разберусь, - ответил Цинхуа, кладя руку на бледную щёку и целуя в губы. Демон тут же углубил поцелуй. *** - Надень это, - требовательно попросила демоница. - Нет! Это я точно не надену перед толпой демонов! – Нервно воскликнул заклинатель, складывая руки на груди в защитном жесте. А вот Ша Хуалин явно начала злиться. -Да что ж ты за человек? Так бы и вцепилась в шею клыками, не будь ты будущим супругом Мобэя. И что такого он в тебе нашёл? Хотя, наверное, то же, что и Ло Бинхэ в своём учителе. А он ведь саморучно скинул его в бездну! Впрочем, это уже не моё дело, за такие слова он и голову может оторвать. – Изящным движением демоница откинула пряди волос за спину и устало села на кровать. Шан Цинхуа стратегически ушёл к зеркалу, в противоположную сторону. Демоница со смехом в глазах смотрела за перебежками. – Да не бойся ты, с меня Мобэй шкуру снимет, а после со всего моего рода, если я тебя хоть пальцем трону. Вот что действительно интересно... Ша Хуалин внезапно встала и хищно прищурила глаза. Она смотрела на человека, будто думала, обглодать его косточки сейчас или позже. По крайней мере, Цинхуа так казалось. А потом она сделала ещё один шаг в его сторону, заставляя волоски на руках встать дыбом. - Ты же знаешь о «Сожалениях горы Чунь»? Не можешь не знать. Так вот, - сделав ещё один шаг, она плотоядно улыбнулась, - недавно до меня дошли известия, что вышла подобная похабная история. Про меня... и Лю Минъянь с пика Сяньшу. Поиски привели меня к некому Сян Тянь Да Фэйцзи, такое странное имя. Ты случаем не знаком с ним? У меня есть пару вопросов к нему. Демоница деловито упёрла руки в бока и требовательно посмотрела на него, пока заклинатель молился всем богам и проклинал тот вечер, когда работы совсем не осталось, но на смену ей пришло внезапное вдохновение. Строки лились о неповторимой любви демоницы к красивой, словно божество, девушке, что была обречена всю жизнь носить вуаль, ведь её красота могла любого свести с ума. Её называли демоном в человеческом обличие, оттого и избегали. Но демонице было всё равно на людские толки, и однажды ночью, пробравшись к юной заклинательнице, она увидела ту, мечтательно сидящей перед зеркалом и мерно расчёсывающей волосы. Видимо, разум её был где-то не здесь, раз уж она не почувствовала присутствие сильного демона в её покоях. А демоница всё кралась, прячась в тени, да уже представляя обычное лицо красивой девушки и преувеличенные рассказы жителей. Но, заметив шорох, заклинательница схватила со стола заколку и, наполнив её духовной энергией, направила в темноту. Тогда-то демоница и поняла, что это совсем не преувеличения, а как раз таки преуменьшение! Ангельское лицо покорило демоницу, и с тех пор она стала являться во сне к девушке, пытаясь покорить её сердце. Зная нрав Шан Цинхуа, всё вскоре скатилось в па-па-па, но трогательное начало никто не отрицал. Даже когда те записи в первый раз попали в руки Шэнь Цинцю, тот одобрительно покачал головой с видом знатока, хоть и поворчал, что братец Самолёт умудрился трогательную историю любви превратить в похабщину. И теперь, видимо, его за это ждёт смерть. - Ну и чего ты молчишь? – Хмурилась демоница, а Цинхуа дрожал под напором и кусал губы, отводя взгляд. Внезапная идея озарила девичье лицо. – Неужели... Это ты тот Тянь Сянь кто-то там? А-ха-ха, - она неожиданно рассмеялась и давящая атмосфера вокруг неё растворилась. – А я... Я уж думала, кто мог додуматься. Я же старалась никак не показывать это, а ты и вправду... Эх, я уже почти понимаю, почему Мобэй так носится с тобой, даже эту злосчастную церемонию устроил. Шан Цинхуа ошалело смотрел на веселящуюся демоницу и не мог поверить словам... Ша Хуалин и вправду была влюблена в Лю Минъянь? Ох, этот Шэнь Цинцю, даже второстепенным персонажам не дал нормальную концовку, хотя их суть и состояла в ублажении Ло Бинхэ, а этим теперь непосредственно занимается вышеупомянутый. Да уж, видимо, Система решила пристроить их именно так. Надеюсь дальше не будет никаких не понятных пейрингов, по типу Лю Цингэ с Му Цинфаном. Хотя на это он бы посмотрел. - Да уж, я и подумать не могла. Эх, - тяжело вздохнула демоница, после непродолжительного смеха, и взглянула жалко, будто по одному взгляду должен был что-то понять, но так ничего и не понял. Ша Хуалин снова тяжело вздохнула, но уже более раздражённо, и принялась торопливо объяснять: - Ты как-то говорил, что, чтобы человек полюбил тебя, надо казаться жалким и ничтожным, но она лишь накинулась на меня с мечом и поранила руку. Хотя такой пыл меня только возбуждает... – Демоница плотоядно улыбнулась. – Попробовала как в той твоей книжонке, но ничего! Она лишь снова атаковала меня, но только во сне. Так нечестно! Я тоже хочу! Она топала и дула губы, будто ей сейчас же принесут Лю Минъянь собственноручно, а заклинатель стоял неподвижно, лишь открыв глаза в оцепенении. То есть... Значит... Это... Боги, у него голова разрывалась от стольких вопросов и догадок в голове. Видимо, бездействие ещё сильнее нервировало и бесило её, из-за чего она вплотную подошла к Цинхуа и упёрла руки по бокам, проведя кончиком языка по мягкой шее. Увидь такое Мобэй, он бы точно всё не так понял, поэтому заклинатель сильно закусил губу, прежде чем он выставил руку вперёд. Но она не успела даже коснуться летящей ткани её наряда, как хрупкое на вид тело отлетело в стену за кровать. Ша Хуалин вскочила и на её красивых глазах заблестели слёзы. Она дрожала и кусала губы. - Почему же вы все так обращаетесь со мной? Что я такого сделала? Что ты, что Лю Минъянь! - Она присела на кровать, роняя слёзы. Редкий солнечный свет освещал её из окна. Но вместо восхищения от Шан Цинхуа тянуло неприкрытым раздражением. Он потряс рукой, будто отгоняя наваждение, и сделал пометку в голове, прочитать о внезапном возможном увеличении силы. Раньше он хоть и мог победить какого-нибудь среднего демона, но вряд ли Ша Хуалин смогла подняться так только из-за своего рода. Прежде всего, демоны ценят силу, а потом уже статус. Но для начала нужно разобраться с насущным, например, с плачущей демоницей в его постели, как бы это не звучало. Но вот нашёлся ещё один волнующий его вопрос: когда демоны влюбляются (как мы поняли, в последнее время в людей), они всегда становятся такими глупыми? Цинхуа искренне не мог понять её проблему, ведь она была сильной. Почему она не могла её просто взять, как привыкли брать демоны? Этот вопрос он и озвучил, а на него посмотрели, как на полного дурака. - Ты серьёзно? – Цинхуа с самым важным видом, какой мог выдавить из себя, кивнул. – Эх, ну как же ты не понимаешь. Я хочу любви, как у Ло Бинхэ с его строгим учителем, как у вас с Мобэем. – На этом моменте у заклинателя покраснели щёки. – Мне уже осточертело уже это забирать-похищать. Хочется настоящей любви, чтобы она выбрала меня, а не потому что я подсыпала ей дурман в воду. Кстати, такое с ней не прокатывает, у неё, оказывается, иммунитет к ядам, - пожала плечами демоница на удивлённый взгляд. А что? На войне все средства хороши. - Ага, войне. Её бы кто спросил, хочет она этого или нет. Да и вообще, мы сюда мне наряд пришли выбирать, а не твои проблемы решать, - недовольно проговорил заклинатель, уставший от бурных выходок демоницы. – Какая мне выгода с этого будет? - А такая, я знаю, что кое-кто кое-когда готовит переворот. Кстати, уже совсем скоро. Если не хочешь, чтоб твой дражайший король пострадал, то помоги мне – я помогу тебе, - звонко произнесла Ша Хуалин, улыбнувшись при мелькнувшем беспокойстве в медовых глазах. - Ты же не хочешь, что бы он умер? - С чего бы мне тебе верить? – Похолодел Шан Цинхуа при упоминании о смерти его будущего супруга. - О, могу предоставить тебе печать нашего рода в знак правдивости своих слов. – Она высунула откуда-то из своих одежд фигурную печать на ниточке, не переставая улыбаться. Заклинатель молча отлепился от стены и схватил печать. Он тут же залазит в тумбочку, доставая чернила и свежий пергамент. Если это настоящая печать, то хватит лишь капли чернил, чтобы поставленный знак обрёл магическое свойство и долетел точно к владельцу. – О, а я вижу вы умеете обращаться с магическими печатями. Цинхуа сердито посмотрел в веселящиеся глаза, в которых не было и намёка на слёзы. Оставив отпечаток на бумаге, он увидел, как оно наливается золотистой краской и немного подпитывается демонической ци. Кивнув, он молчаливо смотрит на демоницу в ожидании дальнейших объяснений. - Тот старейшина, который больше всех возмущался и отказывался давать согласие, готовит нападение во время церемонии, сговорившись с Восточными демонами, с которыми у вас война. Они хотят окружить вас и одновременно напасть. Но у них нет плана убить Мобэя, они хотят захватить тебя в плен, ведь с помощью тебя можно будет контролировать самого короля Северных Пустошей, - фыркнув, объяснила та. Шан Цинхуа удивлённо моргнул, выдавливая из себя смешок. Но быстро нахмурился, бормоча что-то себе под нос. И если Мобэй-Цзюнь привык к такому, то Ша Хуалин приподняла брови в непонимании и пыталась что-то спросить у мельтешащего человека, но была успешно проигнорирована. - Так, ты сказала, что они попытаются нас окружить. Но вот с этой стороны будет озеро, на берегу которого мы с Мобэем будем стоять, - рассудил заклинатель, наспех нарисовав на пергаменте примерную карту местности. - Так, - заинтересованно согласилась демоница, следя за рукой, ведущей линии. - Значит эта местность окажется недоступной для них, а зная, как носятся Западные демоны с растительностью в округе и с самим озером, то верно подумать, что близкие деревья они также не смогут захватить для воздушной атаки. - Ага, но у них же есть летающие демоны? – Спросила Ша Хуалин. - Всё воздушное пространство над озером пропитано мёртвой ци, и, даже если бы они очень хотели, они бы не смогли подчинить себе эту местность. Она выкачивает из них демоническую ци, и демоны ослабевают. Зная об этом, они не будут тратить силы там, где это бесполезно. Для них лучше всего провести прямую атаку разом, иначе у них не будет и шанса на победу, - объяснил Цинхуа, рисуя стрелочки и кружочки. – Мобэй в первую очередь будет защищать меня. Чтобы демоническая кровь начала взаимодействовать с моим ядром, я подсчитал, надо подождать около пятнадцати минут. Если мы выиграем это время, то я смогу наравне с Мобэем сражаться с ними. - Ну, а в худшем случае? - Мобэй же управляет льдом, так что нахождение рядом с водой ставит нас в более выигрышную позицию. Пусть он постепенно будет ослабевать из-за ауры, он достаточно силён, чтобы использовать магию самого озера. Ну, и надо брать в расчёт нашу армию, что будет посильнее Восточных. Нашим страшнее провалить всё это, чем умереть на поле боя. Так что с этим нет проблем. Вопрос только в том, какая же армия там будет? – Шан Цинхуа задумчиво постучал кисточкой по губам, а после взглянул на удивлённо-заинтересованное лицо демоницы. - Не боишься, что я расскажу это всё заговорщикам? – Вызывающе бросила демоница. - Капля крови или отпечаток моей духовной ци на печати хватит, чтобы Мобэй уничтожил ваш род и родовое гнездо. – Заклинатель спрятал печатку к себе в рукав. – Так чего ты хочешь? После секундного оцепенения, Ша Хуалин снова взбодрилась, вскочив. - Помоги мне с Лю Минъянь, - твёрдо заявила она, соблазнительно улыбнувшись. Цинхуа тяжело вздохнул, прикрыв лицо рукой. Ему бы со своими отношениями разобраться и не умереть посередине церемонии, а не жалкие попытки привести роман в реальность. - Ладно, - махнул заклинатель рукой, отвернувшись. – Лю-шиди меня убьёт. *** - Может ты уже успокоишься? – Ворчливо спросил Шэнь Цинцю, сложив руки на груди. От неприятной встречи он, вроде, оправился и даже смирился. Оказалось, в его личных сопровождающих будут, кроме стражи, Шэнь Цинцю, как бы в поддержку брата по (не)счастью, и Ша Хуалин, которая, что удивительно, попросилась сама, объясняя это тем, что Цинхуа ей нужен живым и просить помощи в делах человечьих да любовных больше не у кого. Компашка самого жениха, мягко сказать, не радовала. Нервный Цинцю от возможной битвы и игривая и слишком бодрая демоница составляли убойное комбо язвительных шуток и презрительных замечаний. Сам же Шан Цинхуа совсем не беспокоился за сражение. В его голове сохранились по меньшей мере семь планов отступления, которые можно смешать и выстроить идеальную конструкцию защиты, отступления и нападения. Но сама церемония... Думая об этом, у него непроизвольно краснели щёки и хмурились брови от волнения. Как же всё пройдёт? Беспокойство просто сжирает изнутри, не давая сосредоточится на самом важном – битве. «Ей богу, будто не на свою же свадьбу собираюсь, а на войну», - подумал Цинхуа, а после покачал головой. – «Да, именно на войну и иду, а волнует совершенно противоположное!» Он хотел стукнуть себя по лбу, чтобы вернуться в реальность, но удар перехватила чья-то большая и холодная рука. - Мобэй! – Воскликнул от неожиданности человек, накидываясь с объятиями на демона. Тот легко поддержал его за талию и подарил поцелуй в макушку. Заклинатель оторвался от родного тела и с нескрываемым обожанием и любовью смотрел на короля. Вроде всё тот же плащ, те же косы да штаны, но маленькие кристаллики, словно звёзды были рассыпаны по всем волосам, создавая узор. Лазурит, кианит, сапфир – все они предавали оттенок величественности и царственности, но больше всего глаз цеплялся за голубой лунный камень, как брошь, висящий на плаще. Он гипнотизировал, оттеняя холодные тёмно-синие глаза. - Цинхуа, - в ответ позвал его демон. Мобэй смотрел и смотрел: на блестящие глаза заклинателя, на волосы, кое-где заплетённые в тонкие косички с россыпью таких же камней, покрасневшие губы, ведь он опять волновался по всяким глупостям, но самое главное – это иссиня-чёрная метка, пока не активированная, но уже заметно выделяющаяся на медовой коже. Это знак его, Мобэя, клана, которым он теперь будет править не один. У него есть надёжная пара. И теперь он был готов показать это всем. На его человека можно положиться. Рука заскользила по бархатной щеке, а человек начал ластиться, словно кошка. - Опять все губы искусал, - прошептал Мобэй, целуя Цинхуа. Тот согласно промычал, оглаживая шею и уши будущего мужа. М-да, он никогда не привыкнет к этому. Но придётся, а то Мобэй обидится. - Цинхуа, скоро начало церемонии, нам надо выезжать, - где-то ближе ко входу проговорил Шэнь Цинцю, до этого ушедший из комнаты что-то узнать. Демон недовольно зыркает, но встречается лишь с холодным и равнодушным взглядом и обратно отворачивается к своей паре. - Я буду ждать тебя на месте. – Поцеловал он лоб, совсем рядом с меткой. - То есть ты с нами не поедешь? – Почти панически спросил заклинатель, дрожащими руками для вида поправляя меховой ворот плаща. - Нет, я буду ждать тебя на озере, там, где свершится предначертанная судьба. Демон взял подрагивающие руки и нежно, любовно поцеловал каждый палец, обдавая прохладой, которой Шан Цинхуа в последнее время стало мало. - Надеюсь, это будет быстро, - взволнованно ответил человек и быстро клюнул в щёку. - Эй, Самолёт, пошли уже, повозка готова, - полувозмущённо позвал Цинцю, скрываясь от ледяного взгляда демона за веером. Но даже напускное безразличие и возмущение не могло скрыть искру радости за друга. С некоторых пор они почти как братья, учитывая и похожие истории, и даже почти схожие концовки ухода в закат под ручку с демоном. Ну и с кем ему, горному лорду, который и слышать ничего не хочет ничего кроме самосовершенствования и достижений от своих учеников, пообсуждать (ладно, покритиковать, но это его заслуженное право) «Сожаления горы Чунь», а после и новое творение братца Самолёта? А пьянки? Думаете, хоть ещё с кем-то из горных лордов получится так здорово напиваться и обсуждать этих непонятливых демонов, из которых один в слёзы пускается да в истерику, а другой, как скала, стоит и молчит? Вряд ли. Так что Огурец старался поддерживать своего «брата» во всём, хотя и не хотел открыто это демонстрировать. - Да иду я, иду, - крикнул в ответ заклинатель, напоследок нежно улыбаясь Мобэю. *** - И сколько нам ещё так ехать? – Стуча зубами, спросил Шэнь Цинцю. Вся бравада поддержки и помощи слетела после часа тряски в карете под множеством пледов и утеплённых плащей. Цинхуа же спокойно сидел на своём месте в клановых одеждах и задумчиво смотрел на неменяющийся пейзаж. Ему-то холод уж точно не почём, Мобэй позаботился, хоть и дал меньше демонической ци, чем обычно, и уже совсем скоро он начнёт подмерзать, но и ехать им не так долго осталось. - Около получаса или минут сорок, - лениво ответила Ша Хуалин. – А что такого? Наш дражайший лорд Шэнь замёрз? Уже не выдерживаешь? – Вызывающе бросила демоница, растянувшись на своём месте словно змея (ну, тогда уж королевская кобра), готовившаяся к нападению. - Поучить бы тебя манерам да этикету, но, думаю, ты не выдержишь и пятнадцати минут, - холодно ответил Шэнь Цинцю, не обращая внимание на провокационные вопросы. Он уже и забыл, какого это – иметь недоброжелателей. Обычно их или не было, или Бинхэ постарался, а сейчас приходится держать лицо и придумывать колкие фразы на ходу. - О звёзды, успокойтесь! Приедем уже через минут двадцать, я попрошу ускориться, - не выдержал Цинхуа, слушая шестую перепалку за этот час. Он громко, насколько смог, постучал два раза по стене кареты, и, казалось, движение и вправду ускорилось. Буря постепенно утихала к границе, а там, куда они приехали, даже проглядывалось подобие растений. Единственное, что притягивало взгляд – это огромное озеро, которое было даже ещё больше, чем в воспоминаниях Цинхуа. От него веяло такой мощью, что, казалось, ещё чуть-чуть, и оно прорвёт края берегов, наплевав на все возможные законы, и сотрёт здешних жалких обитателей, что посмели ошибочно присвоить эту землю себе. Водная гладь казалось бескрайней, а кромки лесов и тёмно-коричневый ободок с противоположного края – кандалами. Шан Цинхуа задыхался от величия и восхищения, даже не сразу заметив фигуру его короля на фоне такого волшебства. - Говорят, на этом озере умер последний в своём роде дракон, - лениво сказала Ша Хуалин, любопытно выглядывая из окошка. - Поэтому озеро пышет такой силы тёмной ци. Но то легенды. В человеческом мире это озеро назвали людоедом, хотя в основном оно питалось демонами, как бы «высасывая» из них их жизненные силы. Сдерживать такую мощь было под силу только Северным королям, - дополнил Цинцю, не собираясь выходить из своего тёплого гнезда. Но надо. Поэтому он со вздохом начал распутывать кокон, отпуская драгоценное тепло. Цинхуа было совсем необычно слышать эту легенду, выдуманную после того, как он наткнулся на одну занимательную сказку про дракона и озеро, из чужих уст, хотя сам он точно никогда не вспомнил бы про неё. Всё было необычно знакомо, словно он вернулся обратно назад, в свою каморку, где печатались сестрички для Бин-гэ и где он ломал голову над парой неприступному ледяному демону. Даже если дело и доходило до свадьбы, дальше этого озера дела не заходили, рука не доходила опорочить этого демона очередной демоницей по типу Хуалин или какой-нибудь девушкой из человеческого мира. По факту, в мире Ло Бин-гэ он обрёк Мобэя навсегда быть одним. От этого навевает необратимой грустью, ведь именно он в этом виноват. У Бин-гэ есть хотя бы гарем, где он может развлекаться, у Мобэя же в том мире нет ничего, кроме предательств и интриг, холодного замка и Северных Пустошей. - Цинхуа? – Щеки коснулась знакомая прохладная рука. – Всё в порядке? Ты не хочешь, да? Я могу всё отменить. Вынырнув из мыслей, Шан Цинхуа умилился волнующимся глазам демона и поцеловал внутреннюю сторону ладони. Мобэй спокойно прикрыл глаза, позволяя незамысловатой ласке подарить чувство покоя. - Надо идти, мой Мобэй, - хихикнул заклинатель, когда рука игриво заправила прядку за ухо, и вспомнил об тысяче глаз статусных демонов и старейшинах. В мире демонов ласка была показателем слабости, но он бы с радостью посмотрел в глаза тому, кто предъявит это Мобэю. И сейчас, видя уверенное лицо его демона, сражение, да и как таковая война, казалась пустяком, который легко можно решить, побороть. - Да, надо идти, - качнул головой Мобэй, совсем не желая расставаться в такой момент. - Надо, - повторил заклинатель, протираясь щекой об шершавую ладонь. – Мы теперь будем женаты друг на друге. Ты будешь моим мужем, а я твоим. Мобэй кивнул в подтверждение, заставляя украшения переливаться на тёмной копне волос. - Цинхуа, не хочу прерывать ваше милование, но герцоги и старейшины уже начинают возмущаться. После свадьбы у вас будет вся жизнь, так что можете, пожалуйста, сейчас оторваться друг от друга, - недовольно прервал их Шэнь Цинцю, пока Ша Хуалин лениво и медленно доставала себя из кареты. Мобэй не удостоил этого заклинателя и взглядом, целуя своего человека в лоб. Позади толпа демонов недовольно взвыла. Демон величественно прошествовал сквозь живой коридор демонов к своему месту. Теперь же это предстояло сделать и Цинхуа. Кажется, от волнения у него подкашивались ноги, но это не самое страшное: каким взглядом его одаривали некоторые демоны! От них он иногда забывал дышать. - Удачи, - искренне сказал Цинцю, стукнув собрата по плечу. Его даже брала некая гордость, ведь он сам пострашился публичного брачного обряда, отмахнувшись тем, что он не хочет лишних глаз в столь интимной обстановке. Ло Бинхэ, конечно, понравился ответ учителя, но истинных причин спрашивать не стал. А учитель бы в жизни не признался, что ощущать на себе столько кровожадных глаз просто было выше его сил. - Только не упади по пути, - хихикнула демоница, сняв шубу с Цинхуа и заметив его в прямом смысле упадническое состояние. Казалось, ещё чуть-чуть и ноги сломаются, словно тонкие ветки. - Уж постараюсь, - под нос буркнул Цинхуа. Первый шаг дался тяжело. Второй – вроде легче, но было сложнее понять – это просто ноги подкашивались и твоя душа уже была готова отправиться на небеса, чтоб прекратились эти пытки, или шаг постепенно превратился в бег, в попытках укрыться под огромным меховым плащом Мобэя в целях защиты. А ведь ему скоро править всеми этими недовольными лицами, отдавать указы; а им слушаться и подчиняться. Что ему с этим делать?! Паника, паника застилала разум, но он противился, вспоминая братца Огурца. После Му Цинфана, а по цепочке и Лю Цинге. Ну, тут его душа злорадно улыбнулась. Теперь-то он уж точно даст отпор этому заносчивому лорду. После появилось осознание, что ничего, по правде говоря, не будет делать. Сейчас у него появится дел побольше предыдущих, в виду грозящей войны. После этой мысли голова нещадно заболела, а в пояснице стрельнуло болью. А глядя на этих высокомерных демонов, хотелось лишь скептически взглянуть и покрутить у виска. «Ага, конечно, вы так хотите занять моё место, считаете, что лучше меня справитесь с ролью, но, как встанете у поста короля, даже документов нужных найти не сможете. Я столько пахал, чтобы быть сейчас на этом месте, а вы просто родились в благородной семье, и пальчиком не пошевелив! Да я, для Мобэя, полезнее всех вас вместе взятых буду. Поэтому я шагаю сейчас здесь, и теперь отныне и навсегда буду шагать рядом с ним, наравне!» Он не должен удостаивать их и взгляда, это, считай, привилегия; сейчас он должен сосредоточиться на одном, самом главном демоне в его жизни – и он стоял вот, совсем рядом, лишь рукой подать. Надо ли отказываться от благосклонности судьбы, если она сама суёт такой прекрасный подарочек прямо в лицо? Ну правда, он же не глупец! - Мобэй, - почему-то шепчет Цинхуа, когда подходит почти вплотную. Рядом стоящий демон поклонился, поднося будущим супругам церемониальную чашу и кинжал. - Цинхуа, нам надо порезать запястья и смешать кровь в этой чаще, а после выпить, вознося молитву предкам, - серьёзно сказал Мобэя, легко вспарывая кожу. Цинхуа напряжённо сглотнул, видя тонкую струйку почти чёрной крови, мерно стекающую по белоснежной коже прямо в чашу. Он забрал кинжал, подивившись его тяжёлому весу. Вспышка боли быстро прошла, когда он направил на раненое место свою Ци, сцедив немного крови. - Ваш зов будет услышан, предки проявят благосклонность и в будущем, и в настоящем, так взмолитесь, на благо новому союзу! – Да уж, когда он это писал, всё казалось таким загадочным и символичным, а теперь это просто бред, который он отчасти пропустил мимо ушей. Какие там предки? Те которые бросили его в первой жизни или во второй? Еще скажите, придётся им долг отдавать за то, что жизнь ему подарили, ага. Он бы лучше сказал спасибо удаче, что, наконец-то, повернулась ему лицом. Кровь, на удивление, оказалась сладковатой, с привкусом земли и чего-то старого, будто запылившегося. Он никак не мог описать то чувство, что появилось внутри после пары глотков. Какой-то странный ком собрался у него внутри живота, прямо там, где теплилось его ядро. Но ци не враждовала с чужеродной кровью и магией, а его внутренняя энергия, узнав знакомую, не стала бушевать. Кровь обволакивала его ядро наподобие кокона, а во рту появился привкус железа. - Теперь же умойтесь водой, что будет предзнаменовать начало вашей жизни! – Воскликнул демон и начал что-то зачитывать, проглатывая буквы и слоги. До слуха Цинхуа долетали только некоторые слова, значение которых ему никак не связать вместе. Наклонившись, он опустил руки в воды и тихо зашипел: вода обжигала холодом (хотя здесь, на границе, достаточно тепло, в сравнении с тем местом, где находится замок), ладони будто протыкали множество маленьких иголочек, залезая под кожу, и вместе с тем, вода будто отталкивала его, всем своим естеством против затеи этих демонов. Да и плескать эту холодную лаву себе на лицо было не лучшей затеей, когда скулы свело от холода, а губы задрожали. Даже открывать глаза было страшно, опасаясь, что это нечто может попасть в глазницу. Но кто он такой, чтобы отказываться от ритуала, которым так дорожил Мобэй, прожигая спину взглядом. Цинхуа поворачивает голову, щурясь из-за капель, стекающих по волосам, но даже мельком не успел разглядеть демона. Сначала голову, а потом уже и всё тело обдало той самой ледяной водой, которую он проклинал минуту назад. Плечо садило и, еле шевеля рукой (кажется, мышцу свело), нащупал основание стрелы. Теперь боль прострелила лопатку, и Цинхуа поморщился, пытаясь что-то придумать. Да хотя бы вдох сделать! Но это ненужное действие рождает ещё больше боли и паники в ослабленном теле. Оно трепыхнулось ещё пару раз, стараясь всплыть или сделать хоть что-нибудь! Но мысли становились ватными, покрытые дымкой. А дно озера так приятно обволакивало его водорослями, будто защищая, выстраивая безопасный кокон. В воспалённое сознание отказывалось думать, а в лёгких, казалось, скоро рыбы заведутся. Он так хотел слиться с природой этого озера, забыть об отчётах, проблемах и обо всём внешнем мире. Кроме Мобэя, конечно! Он там, наверное, один, сражается. Как обычно, выигрывает. Его тоже надо позвать сюда! Чтобы они могли бесконечно лежать в объятиях, целоваться и совсем не думать, что об этом скажут какие-то там старейшины. После боя... бой... О чём он думал только что? Казалось, это место уже поглощало его. Чёрт, а он ведь ещё Мобэя не позвал! А он там сражается... сражается, да? Чёрт, сражение! Бой! И Мобэй там один! А он тут лежал, прохлаждался! Чёрт, чёрт, чёрт. Цинхуа резко открыл глаза, даже через всю муть глубины озера видя мелькавшие тени по ту сторону воды, и попытался оттолкнуться от дна. Тело, полностью принявшее свою участь (как говориться, а надо было раньше думать), отказывалось от каких-либо перемещений в пространстве. Но ядро, грея тело изнутри (а где холод, разъедающий до костей? Странно это всё, странно), начало ещё сильнее нагреваться, пуская знакомую энергию по всем конечностям. Среди них узнаётся знакомая, тёмная ци, свободно циркулирующая по телу и никак не конфликтуя с его энергией. Так вот как ощущаются Семь Ступеней Мастерства семьи Мобэй? Он, если честно, ожидал большего. Хотя у него же не вся сила, а только половина. Он с сомнением посмотрел на очертания своих рук.. Однако при одной только мысли об этом Цинхуа расплылся в улыбке. Они с Мобэем официально поженились! Даже как-то не вериться. Что-то, что могло навечно остаться в его мечтах, но внезапно воплотилось в реальность. Эти мысли дают внезапный прилив сил, а озеро, ставшее снова обычной водичкой с водорослями, спокойно отпускает свою жертву. Цинхуа всплыл, не спеша подниматься на сушу. Вместо этого он выглянул на берег, теперь ощутив всю тяжесть мокрых волос, и, казалось, в них застряло пару водорослей. Что ж, ситуация не так плоха, как могла бы быть. Но где же Мобэй? Заклинатель растерянно оглянулся. На Востоке отряд северного войска, среди них, в большинстве, мелькали Восточные. На Северо-Востоке он заметил выделяющиеся одежды Шэнь Цинцю, что активно размахивал мечом, а другие боялись его даже коснуться. Ша Хуалин тоже не отставала. Но внимание привлёк холодок слева. Именно там и нашёл нужную себе фигуру Цинхуа, но совсем не так, как он ожидал. Его король стоял на коленях, склонившись, а над ним навис тот самый старейшина и что-то шептал. Руки, расслабленные до этого, непроизвольно сжались в кулаки и потянулись к поясу, но ожидаемой ручки меча там не оказалось. Точно! Меч он оставил в карете, понадеявшись на силу Мобэя. Да уж... Думай Цинхуа, думай! Лёд, да? Теперь он обладал магией льда. А сейчас он в озере. - Что ж, прости волшебное озеро, но мне придётся немного позаимствовать твоей водички, - прошептал Цинхуа, задерживая дыхание и опускаясь под воду. Сейчас просто надеялся, что все слишком заняты сражением, чтобы заметить какое-то шевеление в воде. Но на мгновение Цинхуа замер и задумался. А как Мобэй управляет льдом? В его представление демон делал пару движений рукой, про себя говорил «Трах-тибидох» и всё, враги свергнуты, другие убиты, а он стоит довольный и идёт решать свои королевские дела. Может, попробовать также? Но, поводив пару раз под водой рукой, он лишь почувствовал себя глупцом и отмёл эту дурацкую идею. И что делать-то?! Единственная мысль пришла, когда он вспомнил рпг-игры с магией из его прошлого мира. Может, попробовать представить? Цинхуа закрыл глаза, расслабился и вытянул руку вперёд, представив, как в ней появляется длинный красивый, а главное удобный одноручный меч. Спустя минуту заклинатель удивлённо распахивает глаза и таращиться на тонкий ледяной меч, буквально выросший из ничего. - То есть, я теперь Эльза? – С глупым смешком бормочет Цинхуа, выплыв на поверхность. Он покрутил в руках оружие, стараясь получше рассмотреть. Отдалённо был похож на его, заклинательский, но более комфортный, и легко лежал в руке. Да-а, чудеса да и только! Осталось только понять, как добраться к Мобэю. Цинхуа снова выплыл на поверхность и аккуратно поплыл в левую сторону. Так, основные силы были сосредоточены в Восточной стороне и плавно сдвигались за Северо-Восток. Обычные вояки не хотели вмешиваться в политические разборки: их главная задача умереть, защищая своего господина, или принести ему победу. Ему же лучше. Шан Цинхуа поджал губы при виде коленопреклонённой позы его Мобэя, а руки уже зачесались дать по этим зазнавшимся мордам. Лицо Мобэя было неожиданно напряжённое, а по вискам стекал пот. Видимо, успели дать яд. Чёрт, ну это перешло все границы! Ладно бы его убили, но так нагло заявляться к королю, это ж ещё надо суметь. Шан Цинхуа встал из воды, одним взмахом руки убирая с себя мешающие капли. Злость застилала весь разум, но заклинатель старался не просто идти у неё на поводу, а придержать её для удобного случая. Она и будет спусковым крючком, чтобы нанести удар, а пока надо ещё добраться до туда, никем не замеченным. Самая простая стратегия – держаться ближе к лесу. Деревья отлично скрывали его, а на пути вряд ли попадутся большие отряды, максимум демонов пять, которых он с лёгкостью убьёт. И вот, ещё пять стволов, и эти глупые сошки будут разгромлены. Конечно, полностью полагаться на эффект неожиданности не стоит, но он будет основным в битве, задача ранить максимальное количество демонов. - Эй, человечишка, не надоело ещё в кошки-мышки играться? – Грубый голос неожиданно прозвучал совсем рядом. Оглянувшись, человек увидел демона, видимо, с Запада, так как тот успешно сливался с посеревшим лесом и был совершенно не заметен с первого взгляда. - Уйди, ты мешаешь, - отчеканил Цинхуа. Первостепенной задачей было спасти Мобэя, а уже после разбираться со всяким сбродом. - Хах, жалкий человек заигрался в героя. Ну ничего, сейчас твоя смерть наступит. – Ещё одна раздражающая черта, которую он прописал почти всем демонам, это гордыня. И он даже рад этому. Долгие разглагольствования или игра в кошки-мышки с жертвой помогали Цинхуа позвать либо короля на помощь, либо самому управиться с демоном, а сейчас нанести точечный удар в сердце и стряхнуть в лезвия чужой прах. Их разделяло всего пару деревьев. Этакая черта, пересекнув которую, осталось лишь два варианта: убить или быть убитым. Надо сделать всё аккуратно, чтобы не подставить под удар Мобэя ещё сильнее. Но неожиданно он встретился со взглядом синих глаз и замер. В голове эхом пронеслось его имя голосом короля. На пробу беззвучно прошептал: «М-Мобэй? Ты в порядке?», и только после подумал, какой же это глупый вопрос! Но волнение за его Мобэя было сильнее. А вдруг у него какие-то травмы, которые он не заметил?! «Цинхуа. Нападай через тридцать секунд. Я подстрахую, хоть и многое не смогу. Они вкололи в меня паралитический яд с Юга. После я перенесу нас в наш дворец.» Цинхуа отсчитал ровно тридцать секунд и бросился на группу демонов. Пару погибло сразу от удара в сердце, некоторые отбили нападение. Но сбоку послышался скрипучий голос старейшины: - Ещё раз дёрнешься, и твоему королю конец. Как ты надоел, жалкий человек. Вечно портишь планы. Как ты вообще умудрился выжить? Как королевство демонов допустило такое недоразумение? - Нет! – Крикнул со всей силы Цинхуа и топнул ногой. Сердце нещадно заболело только от мысли, что ему придётся расстаться со своим королём. Он столько пережил, столько прожил ради того, чтоб всё так закончилось? Слёзы обожгли щеки холодом, как и всё вокруг. Протерев затуманенные слезами глаза, заклинатель подошёл к Мобэю и глубоко поцеловал. Он не знал, сколько часов прошло с того, как он упал, но только сейчас понял, что очень соскучился. – Я очень скучал, пойдём домой, - попросил он, отпинывая обмороженный труп другого демона и прикасаясь лбом ко лбу Мобэя. Для него сегодня достаточно приключений и переживаний. Уже завтра ему снова нужно будет заполнять разные бумаги и документы, объясняться с братцем Огурцом, разбирать бумаги на пике и многое-многое другое, но сейчас он хотел насладиться временем, проведённым с его супругом (или, как минимум вывести яд у него из организма). Пусть всё вокруг будет как раньше, но он понимал, что уже как раньше не будет.