В тот день

      Джени снится, как они с Саймоном однажды заблудились, отправившись в поход. День выдался солнечным и теплым, но на вершине их встретил пронизывающий ветерок. И все же, было приятно, когда мужчина сжал ее прохладную ладонь в своей теплой и обнял, от чего Джени сразу стала согреваться. Они долго смеялись, вертя в руках бумажную карту, потому что мобильная сеть ловила плохо. Вскоре Джени расстелила плед и они сели перекусить, чтобы подумать над тем, в какую сторону двигаться дальше. Вид с этой точки открывался изумительный, поэтому жалости от того, что они немного исказили запланированный маршрут, никто не испытывал. — Это все из-за тебя, — шутя, прокомментировал Саймон. — Эй, с какой это стати? — Джени пихнула мужа в бок. — Вначале ты никак не могла собраться, все время забывая что-то положить. А теперь выглядишь настолько прекрасной, что я просто смотрел всю дорогу только на тебя, а не на карту. — Хитрец! И в чем моя вина? — Нельзя быть такой восхитительной, — Саймон защекотал Джени по животу и аккуратно уложил на плед, целуя желанные губы. — Если у меня в волосах окажется хоть одна мерзкая букашка, милый, я убью тебя своими руками. — Прошептала Джени после поцелуя, но была прервана новым, еще более страстным.       Проснулась Джени на подушке, мокрой от слез, и несколько часов провела без сна.       Как часто мы скитаемся в лабиринтах собственных мыслей, которые частенько расходятся с тем, что мы чувствуем? Наверное, постоянно. Когда нам хочется одного, а делаем мы в итоге совершенно противоположное, опираясь на мнение окружающих, осуждение со стороны родных или собственные сомнения, которыми активно подкармливает общество. Выбор есть всегда, но чаще мы выбираем то, что удобно или правильно, не желая двигаться против течения. Джени по возможности старалась жить в ладу с сердцем, и до сих пор отказывалась принять тот факт, что ее выбор привел к тому, что единственной любовью в ее жизни осталось творчество.       Этери размашисто подписала несколько важных бумаг, которые положил перед ней муж. Сегодня жутко раскалывалась голова, и обезболивающая таблетка не помогала. Хорошо справлялся алкоголь, но пить все время выглядело бы слишком для женщины ее положения. Она устало откинулась на спинку кресла и помассировала виски пальцами. — Почему ты вечно решаешь все за других, Роджер? — В смысле? Мы же обо всем договорились. — Мужчина нахмурился, глядя на жену. — Я предлагала тебе отписать часть бизнеса детям. –Я надеюсь и сам еще долго побыть у руля своей компании. — Ну, конечно. Но ты все всегда решал за других. Где и на кого будут учиться наши дети, сколько у нас будет детей, и где мы купим дом. Что я не должна работать, не должна общаться с теми, кто тебе не приятен и многое другое. — Казалось, что обиды накопленные годами, рвутся наружу, не разбирая формулировок. — Я мужчина и я главный в семье. — Но твоя семья — это мы. — Разве я был тебе плохим мужем, а Саре и Мэту плохим отцом? — Нет, — Этери качает головой, но разве этого всего мало, что все в этом доме подчинялось ему, и она в том числе. Только сейчас, когда почти вся жизнь осталась позади, Этери казалось, что она пропустила очень много в сравнении с другими. Даже жить в рамках планов и расписаний ее приучил именно Роджер. — Так откуда твои беспочвенные претензии? — Я устала. — Ну, так отдохни, расслабься, в конце концов. Пообедай со своими подружками, перемойте мне косточки. — Извини, я лягу сегодня в другой комнате. — Как хочешь. — Роджер махнул рукой, показывая, что разговор закончен. В конце концов, ему всего лишь нужна была подпись, а не выяснение отношений. За своими проблемами в бизнесе он едва ли замечал, какой раздражительной и увядающей в последнее время становится его некогда жизнерадостная жена. Ссорились они очень редко, поскольку Этери всегда старалась уступать мужу. Однако в последнее время такие стычки становились чаще от нежелания одной рассказать правду и сложностей в работе другого. Но Роджеру было удобнее списать все это на нервотрепку, которая окружала его повсеместно, и часть которой он неизбежно тащил домой.       На улице солнечно, и Этери с подругами располагаются на летней открытой веранде небольшого уютного кафе, заказывая три лимонада и выбирая столик чуть подальше ото всех. Они начинают беседу с отвлеченных тем, посмеиваясь, и подшучивая друг над другом, но по мере течения времени все сводится к одному вопросу. — Ты не хочешь рассказать нам, как все прошло? — Нет, — Этери пожимает плечами, втягивая трубочку в рот и допивая остатки лимонада в стакане. — Не было ничего, поэтому и рассказывать нечего. — Как так? — удивляется Ширин. — Тебе не понравилась женщина? — Нет, с женщиной то, как раз все было в порядке. Проблема в том, что я большой любитель строить планы, да так и не привыкла к тому, что зачастую реальность идет мимо этих самых планов. Не все в этой жизни можно предусмотреть. — Хорошо, а на что тогда была похожа ваша встреча? — Этери задумывается на пару минут, позволяя образу Джени заполнить свои мысли. — Будто сам дьявол в обличии женщины пришел за кем-то вроде меня. — Она теребит кругляшок апельсина, украшающий край стакана с лимонадом, чувствуя, какими липкими становятся пальцы. Совсем как от волнения, и сладко и страшно сделать шаг навстречу. — Ну вот, первый раз не всегда бывает удачным. — Подруги поглаживают Этери по спине. — Поэтому, мы считаем, что тебе точно стоит попробовать еще раз. Позвони и организуй все на свой вкус.       Еще пару дней все мысли Этери занимает выбор: поддаться искушению, позволить себе забыться в чужих объятиях и дать позаботиться о себе, или перестать маяться дурью. Второе выглядит привычно, ей не раз приходилось жертвовать собственными желаниями в угоду семьи. Но никто ничего не делал для нее. Так что же плохого в том, если ей хочется получить удовольствие, пусть и за деньги, если это позволит ей, наконец, познакомиться с чувственностью собственного тела? К тому же, Джени и правда была очень привлекательной, чего только стоило одно ее прощальное прикосновение, которое взбудоражило внутри так много чувств.       Этери подходит к зеркалу, оглядывая себя. Улыбается искренне и не зажато. Гладит себя ладонью по животу и бедрам, заправляет за ухо выбившуюся прядь. На этот раз она готова пойти до конца. Женщина набирает номер и ждет. — Сервис приятных услуг. Чем могу помочь? — Это миссис Эшен. Я бы хотела повторить свой заказ. — С той же женщиной? — Да. — Этери даже мельком не вспоминает о том, что Джени заменяла тогда совсем другую. — В том же месте? — Да, все верно.       В номере все точно так же, как было в прошлый раз. Много света и белизна, что бросается в глаза. Этери даже просит поставить свои любимые цветы — белые лилии, но тут они почему-то выглядят совершенно неуместно, так же, как она сама. Хотя на этот раз встреча была вполне обдуманным и взвешенным решением с ее стороны. Да и позвонила для заказа она сама. Пора перестать бегать от ответственности и получить, наконец, то, ради чего все это затевалось. И все равно Этери нервничает, расхаживая из угла в угол по просторной комнате и поглядывая на часы. Наливает себе виски, и делает пару глотков.       Когда в назначенное время раздается стук, она уже не думает над тем, что правильно, а что нет. Однако по ту сторону двери ее встречает совсем не Джени, а совершенно другая женщина с каштановыми волосами. Она гораздо старше. Этери стоит в дверях, оторопев, пока незнакомка с улыбкой проходит в номер, сразу же желая приступить к делу. Женщина ее совсем не слушает, медленно закрывая дверь. И в очередной раз чувствует, как ее ожидания рухнули. — Я не знаю, как так получилось. — Неуверенно произносит Этери, вместо приветствия. — Извините, я бываю излишне напористой, и это может отталкивать. Но обещаю, что в постели вы не пожалеете. — Незнакомая женщина берет Этери за руку, чуть сжимая пальцы, и вкладывает в ее ладонь бокал с виски, который блондинка оставила на прикроватной тумбе. Она нарушает личное пространство, и это уже вызывает неприятие. Совсем не так, как было с Джени. — Похоже, это все какая-то ошибка. — Этери глотает алкоголь, словно сок. В голове десяток мыслей и это не дает оценить ситуацию разумно. Незнакомка же по-хозяйски наливает в свой стакан виски, подходит близко и касается пальцами кожи на открытых руках Этери, которая сегодня надела платье. По телу ползут мурашки, только не от предвкушения удовольствия, а скорее от раздражения. Ситуация совершенно нелепая, но Этери даже не смешно. — Будем делать все по порядку, если хочется ярких ощущений. Обещаю, массу приятных впечатлений. — Этери ощутимо вздрагивает и отстраняется от чужих прикосновений. — Я этого не хочу. — Блондинка допивает виски из своего стакана, но продолжает цепляться за него, словно от этого зависит ее благополучие. — Я знаю, кто вы, в прошлый раз приходила Джени. — Незнакомка заходит за спину и касается плеч, слегка сжимая, но и этого недостаточно и никак не помогает расслабиться. Наоборот, Этери вытягивает спину еще больше. — Вы та дамочка, что помешана на времени и расписании. — Точно, и в этот раз я хотела видеть именно ее. — Этери игнорирует последние слова собеседницы, оборачиваясь к ней лицом. — Но вы сами просили, как в прошлый раз, а в прошлый раз на ваш заказ была именно я, но в последний момент пришлось отдать его Джени. Мое имя Сильви. — Мне это ни о чем не говорит. — Она была права насчет тебя. — Усмехается Сильви, переходя на «ты». Недотрога, каких еще поискать. С такими скучно, потому что они во всем готовы себе отказывать, лишь бы никто ничего не подумал плохого. — У меня с этой девочкой ничего не было. — Зачем-то оправдывается Этери. — Джени женщина. Не стоит обманываться внешностью. — Сильви качает головой, в один глоток опустошая свой стакан. — Я ее не знаю, и у нас ничего не было. — Еще настойчивее повторяет женщина. И все же любопытство берет верх. — Что она обо мне сказала? — Джени творческий человек. Поэтому сформулировала это, как ты была «горьковато-сладкой». — Хорошая попытка, но нет, это не работает. Вам пора идти. — Обеспеченные и воспитанные по всем правилам, вы все так похожи. Двигаетесь маленькими шажками, вечно не можете определиться с выбором. А на деле вы просто одинаковые и однообразно скучные, но изо всех сил стараетесь показать всем, что не такие. — Это ошибка. Прошу вас, уходите. — Это не ошибка, это все твоя нерешительность. Ты не знаешь, чего хочешь, кроме того, к чему привыкла. Думаешь, ты такая серьезная, важная и каждое утро начинаешь с правильного завтрака. Салоны красоты, маникюр, косметолог и массаж. Но время идет, не только на твоих дорогих часах, но и вокруг тебя. — Сильви обходит блондинку по кругу, больше не прикасаясь, но находясь очень близко. Навязчивый запах ее парфюма раздражает обоняние. Тон ее насмешлив и полон неприкрытого яда, тут же хочется стряхнуть с себя весь этот негатив. — Ты мечешься, а жизнь проходит мимо. Чем ты думаешь, мы от тебя отличаемся? — Этери оборачивается к женщине, остановившейся возле столика. На идеально накрашенных губах усмешка. Слишком самоуверенная и наглая. — Я и Джени никогда ничего не отдаем взамен. Ни одной чертовой живой душе. А как насчет тебя? — Убирайся! — Не думала, что это так тебя заведет и ты намокнешь. — Даже сейчас Сильви умудряется задеть за живое. Намеренно или нет, Этери все равно. Ей хочется остаться одной и побыть в тишине. — Забирай свои вещи и выметайся. Нам не о чем говорить. — Ее карие глаза темнеют от злости. Сильви наклоняется к уху женщины, не желая растрачивать слова впустую. — Я надеюсь, ты найдешь то, что ищешь или думаешь, что ищешь. А когда найдешь, надеюсь, сполна получишь от этого удовольствие и перестанешь ставить себя выше таких, как я или Джени. — Сильви спокойно забирает сумку, и уже в дверях оборачивается. — Подумай, над тем, что услышала. — Когда дверь за ней закрывается, пустой бокал из рук Этери летит в направлении той же самой двери. От злости горит лицо, и дрожат руки. Она совершенно не чувствует приятной отрешенности, которая наступает после выпивки и тяжело опускается на постель. Это в последние годы у Этери появились секреты, не только от мужа, но и от родных. Захотелось восполнить многое, что она пропустила, наслаждаясь своей зоной комфорта. А раньше все было не так. Слезы против воли выступают на глазах и катятся по щекам, вызывая в памяти моменты из прошлого.       Они живут хорошо и обеспеченно. Порядочный муж, двое детей, огромный дом и множество друзей, с которыми дружат семьями. Деловые обеды и ужины, совместные поездки в отпуск и за покупками. Но последнее слово в этом идеальном мире всегда оставалось за мужем, и Этери всю жизнь казалось, что так положено и правильно. Разве не этому учил ее пример родителей и других родственников? В семье все держится на мужчине, кроме воспитания детей, домашнего уюта, и других вещей, которые отданы исключительно на долю женщин. Ей ведь толком и выбирать никогда не приходилось, потому что Этери полностью полагалась на человека, которого любила и уважала всю свою сознательную жизнь. Она доверяла ему во всем, и каково же было ее разочарование, когда она поняла, что тысячи женщин живут совсем не так. Они сами выбирают, где работать, куда им идти и где будет учиться их ребенок. Они сами строят свою жизнь и не ждут одобрения от близкого человека. Они живут, а ее жизнь просто плыла по течению, и даже им управляла не она.