Часть 6
26 июня 2023 г., 16:59
– Миссис Эшен, доктор Дэшиел ждет вас. – Этери расслаблена и без страха входит в кабинет. Хуже новости, что жить тебе осталось недолго, вряд ли можно услышать в этих стенах. Мужчина с задумчивым видим листает распечатки диагнозов, молча показывая женщине присесть. Несколько минут проходит в полной тишине, слышен только шелест страниц, а после доктор снимает очки, потирая переносицу.
– Лечение больше не работает, Этери.
– Брось Харви, ты ведь не думал всерьез, что случится чудо? – сдержанно улыбается Этери. Она выглядит как человек, который смирился с тем, что ему не под силу изменить. Болезнь любит тех, кто сдается первым, но не похоже, что эта женщина сдалась. Она хорошо выглядит, в идеально отглаженном платье и на каблуках. В ее глазах нет и тени страха перед неизбежным.
– Не думал, но как доктору, мне всегда хочется верить в лучшее, даже если показатели говорят обратное.
– Мы не в сказке. – Пожимает плечами женщина. – Поэтому не стоит кормить меня ложными надеждами. Ты ведь пригласил меня не для этого, верно?
– Да, я уверен, что ты так и не поделилась своим диагнозом с близкими. – Этери отрицательно качает головой. – Пришло время сделать это. Как только болезнь достигнет определенной стадии, симптомы начнут прогрессировать, поверь это необходимо сделать как можно скорее. Чтобы твои близкие не метались в поисках ответов, а смогли хотя бы минимально помочь.
– Хорошо, я все сделаю, но не сегодня.
– Обезболивающие сделают свое дело насколько возможно, но они не всесильны.
– Я понимаю, Но дай мне, пожалуйста, еще немного времени.
– Время от меня больше не зависит. И только тебе решать, как распорядиться тем, что осталось.
И Этери старается радоваться жизни. Она едет с дочерью и невестой сына на крайнюю примерку свадебного платья, любуясь тем, какой совсем взрослой стала ее малышка, что так любила сидеть у нее на коленях и слушать сказки. Как она дает дельные советы будущей родственнице и вообще поддерживает невесту, которую одолевает предсвадебный мандраж. В приятных хлопотах женщина и для себя выбирает платье по случаю. После магазинов, Этери с дочерью Сарой заходят пообедать и выпить кофе. Столик в самом центре зала, и пусть женщина никогда не любила находиться на виду, сегодня ей абсолютно все равно.
Джени уже собирается уходить, потому что на сегодня ее встречи закончились, но краем глаза цепляется за женщину со светлыми кудрями, что сидит в стороне к ней спиной. Прямая осанка, дорогая сумка и пакеты с эмблемами не дешевых бутиков. Нет, она не питает надежд, что это Этери, и все же чувствует внутри какой-то трепет по этому поводу. Женщина не одна и подходить нарушать чужой диалог не хочется, к тому же, она могла ошибиться. Однако когда незнакомка поворачивается в профиль, что-то ища в сумке, Джени получает ответ на свои догадки. Хочется задержаться. Молодая женщина просит повторить свой заказ с десертом, и бросает изучающие взгляды в сторону центрального столика.
Этери выискивает в косметичке карандаш для губ, игнорируя отголоски подступающей боли. Напротив сидит дочь, и женщина старается ничем не выдавать свое состояние. Не хватало еще омрачить сыну предстоящий праздник беспокойством о себе. Она выкручивает карандаш, открывает зеркальце и почти подносит его к губам, когда по руке проходится судорога, что заставляет выпустить карандаш из рук, и он оказывается на полу.
– Вы обронили. – Звучит рядом до боли знакомый голос. Этери смотрит на свою пустую подрагивающую ладонь, а потом поднимает глаза на ту, кто протягивает ей выпавший карандаш. Женщина выглядит испуганной, но не знает от чего больше. Усиливающаяся боль временно отходит на второй план. Джени она не видела с того дня, как сбежала от нее в гостинице, но молодая женщина приветливо улыбается, как и прежде.
– Спасибо, вы так любезны. – Этери кивает ей, забирая свою вещь и провожая молодую женщину взглядом.
– Мам, что с тобой? Ты словно призрак увидела. – С тревогой интересуется Сара, протягивая ладонь чрез стол и сжимая мать за руку.
– Ничего, просто задумалась видимо и карандаш выпал из рук.
– Мне кажется, ты побледнела.
– Не говори ерунды, я просто устала. – Вымученно улыбается Этери. – Сегодня был насыщенный день. Дай мне двадцать минут, и мы сможем поехать домой. – Она хватает сумку и быстрым шагом направляется вслед за Джени в сторону уборной. Чертовы таблетки должны помочь быстро, иначе в таком состоянии она не сможет сесть за руль. Остановившись возле умывальника, женщина выуживает из сумки баночку с таблетками, непослушными пальцами пытаясь открутить крышку.
– Помощь нужна? – Джени у соседнего крана споласкивает руки, вытирая бумажным полотенцем. Этери смотрит на нее сквозь отражение в зеркале, а потом замечает, что сама действительно выглядит белой и бледной, но виновата явно не усталость.
– Что ты здесь делаешь? – раздраженно звучит в ответ, когда Этери разворачивается к ней.
– Не знала, что ресторан - твоя собственность. Я тут обедала, как и множество других людей. – Молодая женщина аккуратно вынимает у нее из подрагивающих рук пузырек с таблетками и открывает крышку, мельком читая название.
– Сколько?
– Хватит одной.
– Воды принести?
– Нет, у меня есть. – Джени дожидается, пока женщина достанет свою бутылку с водой из сумки и вкладывает таблетку между ее губ. Таблетка начинается растворяться еще от слюны, оставляя на губах горечь. Молодая женщина следит за тем, как Этери выпьет таблетку в три больших глотка воды.
– Ты в порядке? – Джени сжимает блондинку за плечо, заглядывая в глаза. Женщина кажется слишком бледной и слабой. И причина точно не в этой внезапной встрече.
– Да, сойдет. Таблетка подействует быстро. – Этери снова оборачивается к зеркалу, оглядывая себя. Растирает пальцами щеки, чтобы они стали чуть розовее. Собирает растрепавшиеся пряди волос, скалывая непослушные кудри в прическу. Джени наблюдает за каждым жестом, словно ищет, за что зацепиться. Дрожь в пальцах почти пропадает, значит ей и правда становится лучше.
– Почему ты не выпила ее за столом, в более подходящей обстановке?
– Я не…не хочу, чтобы дочь беспокоилась и видела меня такой. – Этери морщится, признавая свою слабость почти перед чужим человеком. Она наклоняется ниже и ополаскивает лицо водой, как хорошо, что сегодня нет макияжа. Джени протягивает ей бумажное полотенце, промокнуть лицо. Женщине становится даже приятно от такой неожиданной заботы. Джени не станет ее осуждать, ей по сути вообще все равно, что с ней происходит. Она просто оказалась рядом.
Глубоко вдохнуть и выдохнуть несколько раз, одернуть одежду, еще пара глотков воды, мятная жвачка и Этери улыбается, подкрашивая карандашом губы. В каждом жесте уверенность и стать. Минута слабости закончилась. В зал они возвращаются порознь.
Тем же вечером Джени хочет нарисовать профиль Этери, и сидит, склонившись над рабочим столом с кусочком угля в пальцах. Она представляет красивую женщину, возраст которой берет свое, но это ничуть не портит ее обаяния. Острые скулы, заостренный подбородок, большие глаза, тонкая дуга бровей и полные губы, изогнутые усмешкой. Она прикладывает уголь к белизне листа и начинает рисовать. Кудрявый завиток, маленькая горбинка на носу, пара складок на внешнем уголке глаза, длинная шея. Только линии выходят неровными и толстыми, будто женщина и вовсе не умеет рисовать. Джени почти рычит от бессилия, сминая очередной лист бумаги, и кидает его в корзину для мусора. Пальцы черные от угля, но она все равно растирает ими виски, заставляя не думать о том, какой разбитой и потерянной она увидела эту женщину в ресторане. Джени узнала таблетки, Саймон получал такое же обезболивающее после реанимации. И судя по виду Этери, она тоже принимает его не просто так, ведь рецептурный препарат нелегко получить в свободном доступе. Слезы катятся по щекам, пока Джени размазывает их по лицу грязными пальцами. Кажется, что весь ее мир состоит из смерти и боли, что в той или иной степени преследует, крепче сжимая свои тиски.
***
Целая неделя посвящена последним приготовлениям и самой свадебной церемонии. Множество гостей и новых лиц, Этери проникается праздничной атмосферой, наслаждаясь каждой минутой от подготовки до самого торжества. Пока чем-то занят, кажется, что время не проходит впустую. Она, как любая мать, счастлива за детей, которые обрели любовь. Даже Роджер становится мягче на эту неделю, потому что всеобщее веселье не может обойти его стороной. Он нежен с женой, и поддерживает суматоху вокруг. На несколько мгновений Этери даже кажется, что все, как раньше. Нет никакого смертельного диагноза, муж не приходит после работы взвинченным, и они счастливы. Но молодая женщина, занимающая ее мысли в последнее время, возвращает ее к реальности. Если бы все было хорошо, стала бы она искать на стороне? Когда официальные поздравления заканчиваются, Этери подходит обнять сына и его теперь уже молодую жену, целуя каждого в щеку. – Будьте счастливы, дети! – в уголках ее глаз наворачиваются слезы от трогательности момента. У счастья нет времени, пола или возраста. Быть счастливым может позволить себе любой, надо только понять в чем оно твое счастье. – Обязательно будем, как вы с папой. – Улыбается Мэтт, сжимая материнскую ладонь. – Нет, будьте лучше нас. – Этери еще раз обнимает новоиспеченных супругов и возвращается к своему месту. У нее начинает болеть голова, и от громкой музыки звенит в ушах. Она считала своим счастьем уютный дом, здоровых и образованных детей, которые реализуются в жизни. Хорошего мужа, что будет поддержкой и опорой. И вот оглядываясь назад, приходит осознание, что дети выросли и выпорхнули из-под материнского крыла в самостоятельную жизнь. Муж давно и крепко влюблен в свой бизнес, а что любит она сама? И кто теперь ее поддержка и опора? Она сама. Ведь даже близкие подруги не знают о том, что ее время неумолимо подходит к концу. И последнее, о чем думает замужняя женщина это об удовольствии с другой женщиной. Головная боль усиливается, что терпеть становится все сложнее. Этери шарит в сумочке, и кладет на язык таблетку, запивая горечь алкоголем. Боль притупляется, затуманивая разум и оттесняя неприятные ощущения на второй план. Пора рассказать всем, что будет дальше. И еще, в этот самый момент Этери как никогда отчетливо понимает, что больше не хочет сбегать от своих желаний. Никаких больше неловких извинений и поцелуев, которые словно крадешь у других. Она может испытать и страсть, и удовольствие, и все, что только захочет, пора позволить себе быть собой.***
В гостиничном номере пахнет кондиционером для белья, что смешивается с ароматом лилий, которые Этери принесла с собой. Белые, с изогнутыми плотными лепестками они дополняют убранство комнаты и напоминают женщине свою спальню, в которой эти цветы есть всегда. Она долго вглядывается в большое зеркало у двери. Подведенные глаза, помада на губах и легкий слой румян. Рассматривает кожу на лице, покрытую сеточкой морщин. Проводит пальцами по складкам на шее и выступающей коже на подбородке. Упругость теряется со временем, несмотря на всевозможные новшества в бьюти индустрии. Единственное, чего не могут дать тебе деньги – это время. Оно беспощадно и неумолимо забирает твои годы, твое здоровье и все твои планы на жизнь. Этери поправляет блузку за поясом юбки, разглаживая несуществующие складки. Распускает сколотые волосы, взбивает их пальцами, придавая мягким кудрям объем и улыбается открыто и легко. Она не обязана быть молодой и идеальной. Больше нечего бояться. Она отдала этой жизни все, что только могла. Пора взять что-то взамен. Стук в дверь раздается ровно в назначенное время. Джени по-хозяйски проходит, снимая верхнюю одежду и обувь. Они устраиваются на диване, молча глядя друг другу в глаза. Джени, наконец-то, не чувствует сопротивления, которое в предыдущие встречи стояло между ними. Она позволяет Этери сделать ровно два глотка из стакана, а потом терпеливо забирает его из ее теплых пальцев. Сжимает женщину за руку и медленно поднимается вместе с ней, направляя к постели. – Помни, только то, что захочешь ты. – Медленно складываются в слова ее соблазнительнее губы. У молодой женщины чуть смугловатая кожа, что контрастирует с белизной гостиничного номера, светлой одеждой самой Этери и белыми лилиями. Джени чарует одними только прикосновениями, чувственно оглаживая плечи и руки стоящей рядом женщины. Ее пальцы неторопливо распускают бант на вороте шифоновой блузки, не разрывая при этом зрительный контакт. Джени касается верхней пуговки на блузке Этери, расстегивая и открывая больший участок кожи. Затем еще одну и убирает руки, чтобы снять свою рубашку. Мелкие пуговки выскальзывают из петель, полы темной рубашки расходятся в стороны, открывая красивую грудь в обрамлении восхитительного белья. Этери закусывает нижнюю губу от такой картины. Ведь они только начали, а внутри нее уже словно разгорается пожар. Прелюдия позволяет отключить голову, забыть о тревогах и проблемах, комплексах и недовольствах собой. Ты погружаешься в яркие сексуальные чувства и теряешь ощущение реальности. Кажется, только сейчас она осознает, как для женщины важны прикосновения, но не животное желание сразу уложить в постель и овладеть, а именно процесс прелюдии. Джени сжимает ее ладони в своих, и тянет к своему телу, прижимая и нежно направляя вдоль по коже к груди, а потом к плечам. Этери нетерпеливо стягивает рубашку с ее плеч. Джени подается всем телом к ней, вплотную прижимаясь к щеке, вызывая дыханием мурашки на женской коже. – Не спеши, чем дольше продлится прелюдия, тем сильнее будут твои ощущения и твой оргазм. Сегодня ты получишь желаемое. – Очень тихо шепчут ее губы, заставляя непроизвольный стон сорваться с губ Этери. В процессе образуется больше естественной смазки, многократно усиливается сексуальное желание, позволяя сделать удовольствие макcимально приятным. К тому же, прелюдия способствует ускорению возбуждения, которое позволит получить яркий оргазм. Ведь они встретились именно за этим. Само предвкушение удовольствия кружит голову, вызывая импульсы, после которых ощущения от секса становятся более глубокими, острыми и насыщенными. Джени обнимает ее за талию, вытаскивая блузку из-за пояса юбки, и продолжает восхищенно и трепетно освобождать женщину от одежды, наблюдая за реакцией. Брюнетке нравится эта прелюдия. Как тяжело и часто начинает дышать Этери, слегка постанывая от любого прикосновения. Какими темными становятся ее глаза, и все больше смелости появляется в собственных ладонях, которыми она нежно проводит по спине Джени, чуть вжимаясь короткими ногтями в кожу. Это стоило того, чтобы ждать. Брюнетка улыбается маленькой победе. Чтобы помочь женщине получить максимально приятные впечатления от близости, надо как следует ее расслабить и Джени хороша в этом искусстве. Тонкие пальцы ползут вниз от пояса женской юбки, расстегивая замочек, гладят бедра, стягивая юбку. Молодая женщина прижимается к теплу тела Этери и легкими поцелуями касается ее подбородка, а затем губ. Ее пальцы ловко расправляются с застежкой лифчика, стягивая его с плеч Этери и роняя рядом с юбкой. Возникает инстинктивное желание закрыться, но Джени качает головой, мягко сжимая запястья женщины и не давая ей бежать от самой себя. Не сегодня. Они прижимает Этери к себе, заставляя обнаженной грудью касаться ткани ее белья на груди, от которого Джени избавляться не торопится. Чувствительные соски при трении с тканью получают еще больше непривычных ощущений, и Этери снова стонет, прекращая все попытки сдерживаться. Джени целует ее, сжимая в ладонях порозовевшее лицо и заставляя поднять голову, медленно прижимаясь губами к шее. Поглаживает руками обнаженные плечи, покрывая короткими поцелуями подбородок. Смотрит в глаза светловолосой женщины с улыбкой и один ее вызывающий взгляд кажется многообещающим. Этери проводит пальцами по спине вдоль позвоночника Джени, расправляясь с застежкой лифчика жадно желая почувствовать больше. Это зрелище возбуждает не меньше, чем весь процесс прелюдии. Она прикасается к лицу Джени, заправляя за ухо упавшую на глаза темную прядь, и тянет ее к себе, целуя напористо и страстно, словно демонстрируя, как сильно ей хочется, чтобы Джени сделала приятно. – Я в твоем распоряжении. Постель похожа на белый чистый лист, куда Джени опускает свое чувственное творение. На них не осталось одежды, только два тесно прижатых друг к другу тела. Ласка, словно сладость, стекает с пальцев Джени на кожу Этери, медленно и тягуче, волнуя и приближая к удовольствию. Брюнетка гладит ее не идеально плоский живот, касается кожи с растяжками, сжимает в ладони грудь, выкормившую двоих детей, и любуется тем, как Этери от накопившихся ощущений зажмуривает глаза, не в силах как-то по-другому выразить себя. Все несовершенства, порождающие прекрасную женщину, открытую к удовольствию и страсти. Джени позволяет Этери чувствовать себя желанной, открывая новые грани желаний в своем казалось бы уже все испытавшем теле. Удовольствие нельзя спланировать или подчинить рамкам, тело само распорядится в процессе, от того почти все происходящее для Этери кажется новым и ранее неиспытанным. Она прислушивается к телу и ощущениям, откликаясь на прикосновения Джени. Брюнетка нависает над ней, заставляя раздвинуть ноги, целуя в губы и прижимаясь ртом к шее, где бьется венка. Прогибается в спине, опускаясь ниже. У Джени пирсинг на языке, и шарик сережки ощущается, когда брюнетка касается сосков на груди, раздразнивая и без того возбужденную плоть кончиком языка, а после сжимая между губами и чуть оттягивая. Ее колено прижимается к промежности, надавливая на чувствительную плоть. Это безумно приятно и подогревает остроту собственных желаний Этери, которая забывает про чувство неловкости и стеснения. Женщина стонет, сжимая в кулак волосы Джени и прижимая ее голову максимально близко к себе. Ладонь брюнетки опускается в самый низ живота, касаясь обильной влаги. Поглаживая без давления и увлажняя пальцы, Джени усиливает ласку. Круговые движения чередуются с легким нажимом и движением вверх-вниз. Но даже такая деликатность заставляет Этери чувствовать себя уязвимой. Каждая эмоция отражается на разомлевшем лице. Два пальца проникают внутрь, двигаясь медленно и размеренно. Большой палец касается клитора, круговыми движениями. Джени чувствует эту смену, как дыхание женщины под ней становится более сбивчивым, но снова замедляется, лишая ее чувства наполненности и срывая с ее губ разочарованный полувздох. Брюнетка опускается ниже, оставляя поцелуи на внутренней поверхности бедер Этери. Ее тело чрезмерно чувствительно и подчинено напряжению, что сосредоточилось приятной тяжестью в самом низу живота. Джени касается клитора, шарик сережки в языке раздразнивает плоть движениями по кругу, а после она проводит языком вверх-вниз более активно, чередуя в касаниях мягкий и твердый кончик языка, которым касается входа. Этери извивается под ней, начиная ерзать на месте в поисках более тесного соприкосновения на грани удовольствия. Джени касается бедер женщины руками, фиксируя ее на месте. Прибавляет к ласкам языка пальцы, и снова двигается внутри нее, наращивая темп, и бедра женщины подаются ближе, подстраиваясь под движения. Несколько толчков достаточно, чтобы ощутить, как мышцы сокращаются, сжимая пальцы плотным кольцом. Пик удовольствия накрывает Этери с головой, позволяя познакомиться с тем, что такое оргазм. Напряжение пропадает, взамен в каждой части тела ощущается слабость. Даже кончики пальцев будто покалывает… Кульминация сексуального возбуждения открывает для Этери мир чувственного наслаждения, с которым ее познакомила Джени. Женщина всецело погружена в собственные ощущения, что закрывая глаза полностью растворяется в этом чувстве полного расслабления. Джени касается губами ее лба и ложится рядом, мягко сжимая ладонь женщины. Этери не способна связано мыслить или говорить, зато с удовольствием прислушивается к тем чувствам, которые переполняют тело, получившее разрядку. Оказывается, если не отказываться от желаний, можно познать намного больше, не контролируя при это ни себя, ни происходящее вокруг.
