Будь счастлив без меня

— Ибо, ты как печка! — Сяо Чжань легонько перемещает Ибо, чтобы тот хотя бы немножко сместился с его груди. Еще тяжелый такой. Сяо Чжань мягко улыбается, поглаживая мягкие вихры. Ибо сонно трется носом о Сяо Чжаня и сиплым, еще не проснувшимся голосом уточняет: — Ты хочешь сказать, что я горячий? Сяо Чжань фыркает, не прекращая поглаживать Ибо, который просыпается окончательно и приподнимается, опираясь на локоть: — Чжань-гэ хочет сказать, что я очень, очень горячий? Ибо делает какое-то нелепо-угрюмое лицо, которое, видимо, должно символизировать его горячесть и неотразимость, а потом наклоняется, целует смеющегося Сяо Чжаня и вскакивает с кровати, получив напоследок хлопок по бедру — Сяо Чжань целился к заднице, но промахнулся. — Чжань-гэ-э-э! В голосе Ибо радости наполовину с деланным возмущением, причем последнее «гэ» доносится уже из ванной, где он включает воду и начинает осторожно шуметь — вдруг Сяо Чжань еще будет досыпать. Но нет, сегодня большой день. И хотя эта неделя считается отпуском, во время которого они вернулись на родину из Японии, оно больше похоже на концентрированную безумную неделю бюрократического ада. Сяо Чжаню надо дооформить документы на продажу старой, махонькой квартиры и покупки другой, а потом еще встретиться с риэлтором, чтобы новую квартиру можно было сдавать. Юрист заверил, что все это возможно провернуть, и с доверенностями все в порядке. Но все равно, все равно. Сяо Чжань пытается потянуться в кровати, сдается, встает и настраивает себя на рабочий лад. Сегодня будет большой день.

***

К вечеру Ибо становится подозрительно внимательным. Пытается делать вид, что ничего не происходит, но Сяо Чжань уже изучил этого маленького засранца — наверняка готовит какой-то сюрприз и пытается не проколоться. Сяо Чжань старается подыгрывать, хотя какое-то неспокойное предчувствие не дает расслабиться до конца. Ибо, занимавшийся танцами в детстве и очевидно еще скучающий по ним, ведет Сяо Чжаня на местную «танцевальную битву» — она проходит в на удивление симпатичном клубе на окраине. Всю дорогу туда Ибо совсем уж палевно бросает взгляды на Сяо Чжаня, словно пытаясь считать его реакцию, но когда Сяо Чжань решается поговорить, потому что он тоже не железный и все как-то слишком подозрительно, они приезжают, Ибо обступают его друзья, восхищенно разглядывающие Сяо Чжаня и не особо скрытно поздравляющие его с таким крутым партнером. Это все немного странно, но и отчасти льстяще, поэтому Сяо Чжань немного расслабляется, да и Ибо выглядит спокойно, как в родной стихии. Ибо вырывается от друзей, подходит к Сяо Чжаню, держит его за талию и шепчет в самое ухо, чтобы его было слышно поверх общего шума: — Сейчас я тебя с кое-кем познакомлю. Доверься мне, хорошо? Ибо ласково ведет носом по виску Сяо Чжаня, это их привычно-нежный жест заботы, какой-то кошачий, но у Сяо Чжаня от этих слов сердце начинает заходиться в груди. Он послушно идет за Ибо на каменных ногах, улыбается рабоче, чтобы не распугать людей вокруг и останавливается вместе с Ибо перед миловидной девушкой в свободных спортивных штанах и маленьком топике из плотной ткани. Ибо ее представляет, но у Сяо Чжаня такой гул в голове, что он не слышит. Механически кивает, пожимает руку. Девушка бросает на Ибо вопросительный взгляд, у них происходит немой разговор. Причем видно, что девушка с чем-то не согласна. Ибо вздыхает, что-то говорит одними губами, девушка закатывает глаза, но соглашается. — Идем! Ибо тащит Сяо Чжаня к импровизированной сцене. У Сяо Чжаня желание сбросить руку Ибо, узнать, что происходит, но Ибо выглядит счастливым, довольным и даже каким-то почти одухотворенным? Сяо Чжань его таким никогда не видел. Что бы сегодня ни произошло, Сяо Чжань обязательно поговорит с Ибо, просто, видимо, позже. Танцы немного отвлекают Сяо Чжаня от тяжелых дум. Он следит за танцорами, даже выбирает себе фаворитов, любуется Ибо, которому не стоится в толпе зрителей, который волей неволей повторяет за танцорами какие-то маленькие движения, связки. Как будто пытается запомнить на будущее. А та девушка — Мо Яо, как узнает Сяо Чжань после объявления ведущего — танцует не так, как все. Она пластична, но движения ее резкие, отточенные. Она выделяется среди всех. Сяо Чжань пытается себя убедить, что Ибо поэтому и подошел их познакомить, что они знакомы, что он о ней наслышан, но червячок сомнений все равно никуда не девается. Елозит внутри, мешая наслаждаться вечером. Под конец, когда запыхавшиеся танцоры уставше получают символические призы (Мо Яо заняла второе место, а первое — какой-то сумасшедше быстрый парень, он сверхчеловек, не меньше), Ибо опять становится немного странным, тащит Сяо Чжаня к одному ему известному входу, но Сяо Чжань останавливается. — Ибо, что происходит. Приходится говорить чуть громче, чем он привык, потому что в клубе все еще бьют биты фоновой музыки. Не так громко, как на выступлениях, но все же заметно. Ибо замирает, как заяц на посадочной полосе. Глаза мечутся, он явно решает, что и как лучше рассказать, но их окликает паренек, который первый подбежал к Ибо в клубе: — О, вы здесь. Сейчас я тогда Яо-яо позову. Ибо кивает и виновато чешет затылок. Сяо Чжань бы его пожалел, но хочется узнать правду до прихода Мо Яо. — Понимаешь, Чжань-гэ, — Ибо смотрит на Сяо Чжаня нежно и моляще одновременно, убийственное зрелище, — я хотел сделать тебе сюрприз. Сяо Чжань кивает, это он уже понял. Просто вся интуиция ему трубит, что сюрприз ему не понравится, а потому желательно сорвать обертку до того, как она бомбанет. Ибо подходит ближе, берет обе руки Сяо Чжаня в свои и как-то не к месту, медленно, как будто запечатывая, сообщает: — Я тебя люблю. И они не так часто это говорят, не так давно оба смогли произнести эти слова, чтобы не поторопиться, чтобы оно распирало изнутри, хотя и сидело там уже долго-долго. Но вот сейчас это почему-то вызывает какое-то чувство отчаяния. Сяо Чжань знает, чувствует, видит, что Ибо не врет, не юлит, что он имеет в виду сейчас только это и именно это, а потом сдается на милость судьбе, не выпытывает дальше и, погладив тыльную сторону ладони Ибо большим пальцем отвечает: — Я тоже тебя люблю. Ибо весь подается на него телом, как будто не может не притянуться, но замечает подошедших людей. — Сяо Чжань, я хотел тебе представить, ну, мы тут договорились с Яо-яо, у нас целый план был… Ибо запинается, Мо Яо вздыхает, подходит поближе и шипит на Ибо: — А я тебе говорила, что план ужасный! Сяо Чжань мысленно с ней соглашается. Это все становится больше похоже на попытку детей в шпионы, чем что-то серьезное и опасное. Червячок внутри уже давно уполз, еще на признании Ибо, но сейчас становится почти нормально. Почти. Мо Яо протягивает руку куда-то за спину Сяо Чжаня, оттуда выходит тот инопланетно-гуттаперчевый танцор. Как же его? У него еще псевдоним был, не китайское имя. — Познакомьтесь, мой парень, Ли Хуэй. Тот кивает в ответ и прижимается к Мо Яо, которая в его нежных, почти осторожных объятьях сразу выглядит не острой и колкой, как до этого, а гармонично защищенной. Сяо Чжань запоздало понимает, что они, наверное, истинные, настолько они красивы вместе. Мо Яо смотрит на Ибо и шепчет так, что слышно всем: — Ты или я? Ибо мнется, Мо Яо шикает: — Я говорила, что план говно. Ли Хуэй прыскает, откашливается и говорит, впервые при Сяо Чжане: — Может, тогда я? Мо Яо удивляется, но ее взгляд смягчается и наполняется такой любовью, что Сяо Чжаню даже неловко при этом присутствовать. Наверное, он сам так же смотрит на Ибо. — Ну давай, а то мы уже тут затянули этот спектакль. Сяо Чжань с ней солидарен, и вообще эта девушка с каждой секундой нравится ему все больше и больше. Ли Хуэй обращается к Сяо Чжаню и говорит спокойно и четко. И хотя его слова ударяют по Сяо Чжаню лучше поставленного хука, ровный и уверенный тон позволяет ему вернуться в реальность: — Ибо и Яо-яо хотели показать вам, что они истинные, но что их метки погаснут, так как они любят не друг друга. Но вышло очень криво. Яо-яо не хотела такой демонстрации, считая ее излишней. А Ибо хотел, чтобы вы сами увидели и вам так было спокойнее. Сяо Чжань во время этой речи находит Ибо глазами, тот смотрит испуганно, но упрямо. Делает шаг к Яо-яо, смотрит вопросительно на Сяо Чжаня. Ждет отмашки. Сяо Чжань просто кивает. У него нет ни одной схемы поведения в голове. Ни одного готового решения. Он немножко умирает внутри, но верит, знает, что через это надо пройти. Мо Яо бросает взгляд на Сяо Чжаня и с Ли Хуэем, который все еще держит руку у нее на спине, касается пальцами Ибо. Они оба дергаются. Сяо Чжань пытается понять, где, где будет татуировка. И что это все означает. Но до того, как он успевает это продумать, Ибо уже отстраняется от Мо Яо и как-то по щенячьи, радостно, облегченно смотрит на Сяо Чжаня. Мо Яо только улыбается уголками губ, вдаваясь назад в объятья Ли Хуэя. Ибо подходит к Сяо Чжаню почти осторожно, не совсем понимая по его взгляду, чего ждать, но Сяо Чжань просто стискивает его в объятьях и держит его так, не желая выпускать. Ибо пахнет так, как утро, когда они просыпаются вместе. Как поцелуй ему в ключицу поверх футболки после пробежки. Как жадные поцелуи в конце рабочего дня, когда в офисе гаснет свет и закрыты жалюзи. Ибо то ли вздыхает, то ли смеется в его объятьях. Больше похоже на сбитый вздох. Сяо Чжань почему-то начинает гладить его по спине, успокаивая. Он понимает, что его мальчик волновался куда больше его. И что ему хотелось, чтобы Сяо Чжань был спокоен, чтобы был счастлив. А в итоге переживал больше всех. Сяо Чжань стискивает Ибо еще раз, сигнализируя, что можно ненадолго разлепиться. Ибо все равно его обнимает, просто уже не так заполошно. Сяо Чжань прокашливается, обращаясь к Мо Яо: — Кхм, а как вы узнали, что вы, ну, вы будете… Сяо Чжань не знает, как сформулировать вопрос правильно, чтобы не переступить черту. Мо Яо вздыхает: — Ну, оно понятно было, когда мы познакомились на танцах. Мо Яо, такая крутая и собранная, все же наклоняет голову чуть в сторону и Ли Хуэй, почувствовав это, чмокает ее в щеку, а она продолжает: — Поговорили тогда, решили не касаться, хотя уже понятно было, что и у него любовь всей его жизни и у меня… вот… Она впервые за разговор тушуется. Сяо Чжань смотрит на нее с каким-то щемящим чувством. Он не знает почему, но она ему очень нравится как человек. Он ее понимает, чувствует. Догадывается, что она, проведя параллель между чувствами Ибо к Сяо Чжаню, невольно подтвердила, что и у нее такие же к Ли Хуэю. И, видимо, она не так часто произносит эти слова. Они ей тяжело даются. Сяо Чжань деликатно отводит глаза, когда Ли Хуэй ее поддерживающе приобнимает и мимолетно кладет голову ей на плечо, чтобы тут же выпрямиться. — И дальше этот перец, — нотки у Мо Яо в голосе становятся привычно звонкими, — решил, что обязательно нужна наглядная демонстрация! Ибо делает шажок от Сяо Чжаня, триумфально поднимая палец в воздух: — Но ведь получилось? Мо Яо вздыхает: — Боже-е-е. Ли Хуэй беззвучно смеется за ее спиной, а потом, оглядев всех присутствующих, вежливо, но твердо говорит: — Мы пойдем, у нас поезд. Надо успеть. Сяо Чжань кивает, прощается со всеми. Потом поворачивает к себе Ибо, который избегает смотреть в глаза: — Ибо. Тот просто утыкается лицом в ключицу и бормочет в нее: — Ну ведь получилось. Сяо Чжань сдается, посмеиваясь в родную макушку и поглаживая самого родного человека по спине: — Получилось, получилось.

***

Ибо сидит на стоящем чемодане перед паспортным контролем, ударяет ногой по твердому боку. Сяо Чжань успокаиваще кладет ему руку на плечо и Ибо замирает, а потом смотрит с явно гениальной идеей в глазах. Сяо Чжань подсобирается, понимая, что сейчас ему выдадут. Ибо не разочаровывает: — А ты ведь расскажешь об этом случае Ян Мину? Ему же для книги пригодится! Сяо Чжань вздыхает. Он и сам об этом думал, он еще не совсем готов, но, наверное, это будет лучшей оливковой ветвью для его несостоявшегося соулмейта: — Наверное. Ибо вскакивает с чемодана, начинает тарабанить тихонько: — Нет, ты только подумай! Идеально же будет! Черт, надо было раньше ему рассказать. Он же успеет это вставить в книгу? Сяо Чжань мягко поглаживает предплечье Ибо пальцами: — Успеет, успеет. Потом прокручивает в голове и уточняет: — А Мо Яо не будет против? Ибо замирает, задумывается: — Я спрошу, да, обязательно. Но не должна. Она про это многим говорит. Считает, что «надо разрушить стигму, связанную с ожиданиями от навязанного ожидания». Ну или как-то так. Ща ей напишу. Сяо Чжань ласково смотрит на сгорбленную спину Ибо, когда тот садится обратно на чемодан и что-то быстро печатает в телефоне. Да, надо будет связаться с Ян Мином. Они общаются, но довольно редко. Ян Мин, встретивший свою любовь в анонимном Клубе Потерявших Соулмейта, был настолько потрясен чужими историями и тем, как их много, что, после доброго подбадривания от Лин Лина, его партнера, решился написать книгу о своем опыте, а потом понял, что хочет рассказать не только о себе, но и о тех, кто прошел через то же, что и он. И отозвалось очень много людей. Сяо Чжань вздыхает. Наверное, он никогда до конца не избавится от чувства вины перед Ян Мином, хотя тот уже много раз говорил, что не держит зла и что сейчас счастлив, как никогда, но… — Готово! Она, наверное, ответит уже когда мы дома будем. И Сяо Чжань улыбается от того, что они оба уже зовут их маленькую, аккуратную квартирку в Японии домом. Сяо Чжань кивает, смотрит на табло с мигающими цифрами, названиями городов, и думает, что его дом, там, где сердце. А оно сейчас сидит на чемодане, отстукивая одному ему известный ритм пяткой. — Ибо, идем, открыли регистрацию на рейс. Ибо вскакивает, хватает одной рукой чемодан, второй запихивает в карман телефон и ненадолго, пока не пришлось показывать паспорт и билет на контроле, переплетается пальцами с Сяо Чжанем, уверенно сжимая руку. Сяо Чжаню хочется расцеловать его прям здесь и сейчас. Но надо немножко подождать. До дома. До их с Ибо дома. Сяо Чжань улыбается и делает шаг вперед.