Глава 3
20 марта 2023 г., 13:20
Оказалось, что быть центром общего внимания пришлось ей по нраву. Это чувство воодушевления от лёгкого бунтарства настолько понравилось девочке, что хотя бы пару раз в неделю она вытворяла что-нибудь эдакое, после чего обязательно состоялся разговор с классным руководителем. Поначалу всё было тихо и спокойно, и даже не вызывало злости у преподавателей, лишь снисхождение в силу возраста девочки. Всегда это только были мелкие шалости, которые больше вызывали смех у окружающих и гордость за саму себя у девочки. Но однажды в мае случился урок физкультуры, где Мацумото-сенсей решил научить их правилам футбола. На свою голову, как говорится.
Как показала практика, футбол — это не то, чем хотела бы заниматься Хина. Об этом говорило и разбитое окно кабинета второгодок. Кто-то из одноклассников присвистнул: мяч долетел аж до второго этажа! Пусть девочке и понравилось ощущать на себе восторженные взгляды, но этого она точно не желала. Тогда она ещё посмотрела на учителя с опаской, а тот, присев на корточки, держался руками за голову. Уж простите, сенсей, она действительно сделала это не специально.
Учителям пришлось вызвать её родителей в школу, чтобы лично побеседовать о возмещении убытков. Пока Хина ожидала их возле кабинета учительской, удобно примостившись на полу прямо возле двери, она встретила того балбеса, что в самый первый учебный день был соучастником той забавной сцены. Он, на удивление, не был в окружении своих одноклассников, которые обычно шатались около него, считая его крутым и весёлым. Рядом с ним шла запыхавшаяся женщина, её шоколадно-каштановые волосы очень мило выбились из пучка. Хина подумала, что та бежала ранее, о чём красноречиво говорило чуть покрасневшее лицо. Удивительным образом оба были похожи друг на друга, почти как две капли воды, что сразу было понятно — идут мать и сын.
А вот на лице мальчика красовался здоровый такой фингал чёрно-фиолетового цвета! И сам он, хмурясь, быстро перебирал ногами, стараясь не отставать от своей мамы. Растерянно взглянув на него, она тихим голосом сказала подождать его здесь и скрылась за дверьми учительской. Ему же не оставалось ничего, кроме как прислониться спиной к стене напротив кабинета, с тяжёлым вздохом сесть на пол и уткнуться взглядом в свои ботинки.
Вообще, на первый взгляд, парень выглядел довольно симпатично, по мнению девочки. Возможно, сказывалось детское «милашество», но, извините, не всех детей можно было назвать милыми. Иногда встречались несколько неприятные на вид ребята, настолько, что Хине не хотелось долго с ними разговаривать. Это было довольно лицемерно с её стороны, потому что она всегда была сторонником фразы «не суди книгу по обложке». По крайней мере, она хотела быть таким человеком. Но про этого мальчика нельзя было так сказать — он и в самом деле был милым! Хотя лицо, именно лицо, а не внешность в целом, по большей части было придурковатым, на её взгляд. Может быть, не веди он себя как дурак, она бы и внимание не обратила на него.
Кто знает, возможно они могли бы даже подружиться? Всё таки тех ребят, что вечно околачиваются рядом с этим парнем, девочке сложно было представить в роли его друзей. Он — магнит для девочек, потому что те действительно считали его красивым, и потому часто пытались обратить его внимание на себя. А ещё он задиристый и любил ставить других на место, как, например, старался сделать это с Хиной. Его харизма, успехи на уроках физкультуры, миловидность и, казалось бы, добрая натура делали своё дело, поэтому каждый считал своим долгом попробовать подружиться с ним. Даже в её классе первогодок уже ходят разговоры о крутом третьегодке, который «такой классный!». Самая настоящая популярность.
Если быть честной, у Хины тоже не раз возникало желание мирно поговорить с ним, познакомиться и, может быть, даже подружиться. Ведь он единственный казался таким интересным в обществе всех этих детей. Как никак, она считала себя взрослой в этой среде, потому что сознание её всё ещё подкидывало воспоминания о прошлой жизни. Пусть с каждым днём ей всё сложнее было вспомнить разные мелочи, но основные события до сих пор были такими же яркими, словно она всё ещё жила в том мире.
— Не надоело меня рассматривать? — буркнул он, даже не поднимая голову в её сторону.
— Любуюсь твоим макияжем, — Хина поднялась со своего места и, подойдя с хитрой улыбкой к мальчику, села на корточки напротив него. — Знаешь, тебе очень идёт! Какой специалист это сделал? Может, я возьму у него пару занятий.
С начала учебного года прошло чуть больше месяца. За это время эти двое непозволительно часто встречались на территории школы и также непозволительно часто устраивали ссоры, которые иногда едва до драк не доходили. Он, обалдевший от такого напора от девчонки (подумать только, девчонка!), что не только отвечала на все его язвительные комментарии ещё более язвительными, но и сама нередко его задирала. И она, получавшая удовольствие от очередной словесной победы над этим балбесом. Честно говоря, часто обычное слово «мелочь», вылетающее из его уст, было поводом для очередной словесной перепалки. Какая она мелочь? Где должное уважение к девочкам? После такого всякое настроение на перемирие пропадало.
— Не твоё дело, — с недовольством выплюнул тот, опустив голову ещё ниже.
Странный он. Впервые за время их, с позволения сказать, знакомства он такой… тихий. И немногословный. И даже какой-то отрешённый. Наверное, у него действительно случилось что-то серьёзней, чем обычная мальчишеская потасовка. Навряд ли он был бы так обеспокоен дракой и полученным фингалом. Не то чтобы он часто с кем-то дрался… Честно говоря, Хина видела это только единожды, когда он из благородных мотивов защищал девочку от какого-то грубияна, что решил позадирать ту за просто так. Хотя и дракой это было сложно назвать. Или ему было стыдно показаться перед ней в таком виде, боясь, что тем самым она увидит в нём слабака? Мальчишкам во все времена не нравилось, что их могут посчитать слабыми. Особенно, если таковыми их посчитает девчонка. Это же такая трагедия, так нельзя оставлять!
Молчание затянулось, и Хина хотела было всерьёз поинтересоваться, что же такого у него случилось, что он такой непривычно тихий, хотя обычно заткнуть его удавалось только учителям. Всё таки, было немного неловко в этой ситуации. А ещё стыдно из-за своих необдуманных слов. В груди неожиданно всё сжалось от осознания, что ему может быть действительно плохо и что лицо и кулаки его, которые были всё ещё покрасневшими, нещадно болят. Видеть обычно весёлого и лёгкого человека таким… разбитым было нелегко. Как бы сильно он не бесил её в отдельные дни, сейчас она чувствовала только порыв сочувствия и желание помочь. Ведь он на самом деле добрый, хоть и задира. Что же случилось такого?
Однако ей помешала резко открывшаяся дверь учительского кабинета. На пороге стояла обеспокоенная мать девочки, а позади неё отец со сжатыми в тонкую полосочку губами, но искрящимися от смеха глазами. За их спинами она разглядела ту женщину, с которой пришёл её «друг». Та нервно беседовала о чём-то с сенсеем, но расслышать хотя бы крупинку разговора не удалось — дверь закрылась так же быстро, как и открылась.
Только отступившие волнение и лёгкая тревога снова подступили к грудной клетке. Если и привлекать всеобщее внимание, то не таким образом. Девочка никогда не хотела, чтобы её родителей вызывали в школу и, более того, платили штраф. Всеми фибрами души она надеялась, что заплатить придётся совсем немного, чтобы родители не сильно расстраивались. Хотелось бы, конечно, чтобы они вообще не расстраивались из-за своей дочери.
— Подумать только, моя дочь — хулиганка! — отец драматично вздохнул и покачал головой. — Когда в следующий раз решишь разбить окно или учинить ещё какой-нибудь беспорядок, предупреди меня, чтобы я успел отложить денег.
— Я не виновата, что окно оказалось не в том месте и не в то время, — насупившись, произнесла Хина, но под тёплым взглядом отца стало немного спокойнее и она позволила себе слегка расслабиться.
Чем Хине нравился Сэтору, так это пониманием. Хотя бы в этом случае он принимал во внимание, что девочка ещё ребёнок и что эта ситуация действительно была случайностью, а не жестом протеста в честь чего-то невообразимого. Глава семейства знал свою дочь лучше всех остальных. И что он знал наверняка, так это то, что она, будучи совсем беспристрастной к хулиганству, совершенно точно не совершала свои действия из плохих намерений. К мелким шалостям, типа устроить смешные для одноклассников сцены во время урока, да. Но она точно не была хулиганкой.
— Больше нет никаких… проблем?
— Всё в порядке, — Тошико нервно улыбнулась. Кажется, она сильно перенервничала из-за вызова в школу. — Пообещай мне, что больше такого не повторится.
— Да, мама, я даю слово. Ни одно окно этого здания не пострадает из-за меня.
Женщина улыбнулась уже более спокойно и погладила дочь по голове. Она верила в слова девочки, но боялась, что это был не последний случай вызова в школу. Опустив руку с головы на спину, она легонько подтолкнула Хину и они вместе направились в сторону выхода.
Мальчик, наблюдавший исподлобья за ними, изрядно удивился. Эта девчонка? И разбила окно? Даже он такого не позволял себе. Он подумал, как бы отреагировала его мать, если бы из-за него пострадало имущество школы. Наверное, она была бы такой же испуганной, как и мать девочки. Хотя… Нет, она была бы очень встревоженной. Ведь она такая суетная у него. Но даже разбив школьное окно или испортив что-нибудь ещё из школьного имущества, он чувствовал бы себя куда менее виноватым перед ней, чем сейчас. Мальчик снова уткнулся взглядом в ботинки и нахмурил брови. Подумать только, он ввязался в драку…
