Darkness and light

      Нет, нет, нет. Это же глупая шутка? Да какой маг, какой проэкт, он вообще ничего не понимает и это делает лишь хуже. Отец должен был сказать, он должен был... — Я не понимаю. — Голос подаёт Хван. По лицу телепата видно ясно его полное заблуждение. — Что именно? Хёнджин, мне кажется, ясно тут всё как белый день. — Мисс, это же невозможно. — Со Чанбин, да? Твой контроль авены поражает и я очень впечатлена, но это всё, что я могу сейчас объяснить. Мы сами не знаем как действует сила твоего друга и как это сказывается на нём. Возможно даже такое, что он теряет запас авены собственный или же наоборот - её восполняет, становиться сильнее за счёт каждого из тех, кого истощил. — Убил. — Истощил. Это более подходящее слово, Хван.       Джисон слушает абсолютно каждое слово, запоминает каждую букву молча.       Голова болит. — Кора, это никак не вяжется. Вы говорили нам привести парня, мы думали, что он или маг телепат, или один из шпионов Вериты. Сейчас же вы заявляете, буд-то этот хилый мальчишка - эксперимент, подопытный каких-то безумцев, которые хотят истребить нас благодаря нашей же жизненной силе. Звучит до жути абсурдно. Он даже не знал. что имеет хоть какую-то силу до сих пор. — Командир выходит вперёд, заслоняет спиной Хана и свой отряд. Он смотрит прямо, в глаза Ведьмы. В такую-же пустоту, как и его. — Минхо, ты знаешь, что я не совру вам. Подтверждение моим словам ты видел сам. — Это просто невероятно. Предоставьте мне документы, которые вы получили от его отца. Покажите хоть что-то.       Джисон хмуриться, выходит перед Ли и опирается руками о стол женщины. На его лице улыбка с лёгким оскалом, в глазах давно полыхают огни. —У меня к вам один единственный вопрос. А нет, два. — Глянув назад, на весь отряд, друга и командира Хан возвращается к голубым глазам Ведьмы. — Как давно вы знали, следили и собирали информацию? — С твоих пяти. Ты начал проявлять способности и пришлось прибегать к подавителям. — Я в отряде Минхо, как понимаю. Моя задача?       Ведьма усмехается напору мальчишки. Каждый из отряда начинает понимать, что это уже давно перешло рубеж игры.       Началась война на выживание и всё зависит от стороны, которую выберет Хан Джисон.

***

      Сон исчезает после стука в дверь новой комнаты. Хан открывает глаза, морщится и говорит тихое "Да?". Дверь приоткрывает Феликс. Он улыбается натянуто, бегает глазами по синим стенам. — Как твоё плечо?       А, да. Ещё одна интересная штука. У каждого из членов отряда "STRAY" есть отпечаток на коже. Как персональное клеймо командира. У каждого отличается форма и место, но неизменным остаётся боль сожжённой кожи и руки наносящего. Это всегда делает Минхо, всегда, как говорили парни, без дрогнувшего мускула, но Хан видел, как чёрный маг пытался сделать быстрее, гладил по голове, успокаивал того уже после и хвалил выдержку синевласки. Его удивлённое лицо по окончанию Джисон будет помнить давно. Прошла ведь уже неделя. — Нормально. Почти уже не чувствую. — Извини, это клеймо нас связывает и помогает Хёнджину со связью. Оно.. — Нужно, да. Минхо говорил. И ты тоже. Уже пятый раз.       Ликс поджимает губы, но быстро реагирует на жест Хана прилечь рядом. Он прыгает на кровать, старается не трогать его плечо в алых бинтах, но всё равно льнёт тому под бок, обнимает. — Минхо готовит завтрак. — Мгм.       Джисон съехал с той квартиры, его переселили к себе братья Ли. Как говорила Ведьма - это лучшее место и для тренировок и чтоб сам командир сумел приглядывать за новичком. Ему выдали комнату чем-то похожую к той, что была у Минхо, но со шкафом, множеством растений и одним зеркалом у стены. Панорамное окно в такой же чёрной раме, голубые плотные шторы, которые, вероятно, сам Хан никогда не станет полностью заслонять. Сам парень до сих пор не осознал что случилось. От матери он не берёт трубки уже вторые сутки. Больно слушать человека, который сам же и врал ему с самого рождения. Она знала о силе, знала о чёртовом эксперименте и сама же играла под дудку отца.       Голова болит сильнее, надо выпить обезбол. — У меня болит голова. — Тыкая вилкой в тарелке куски салата новоиспечённый маг поднимает взгляд на Ли старшего. — Ликс уже давал тебе лекарство Чонина. Значит это не от физического состояния. Может из-за отсутствия подавителей. Твоя сила возвращается, авена заполняет тело и оно пытается приспособиться. — Какой ты умный. — Джисон цокает и подпирает щеку ладонью укладывая руку на стол.       Чёрные глаза вглядываються в душу, пытается вырвать сердце и отдать ужасному монстру в темноте ночи. Почему ему не страшно? Этот тёмный омут почему-то манит, успокаивает. В нём хочется утонуть. — Спустись в подвал. Будем проводить тренировки. Сегодня с тобой я. — Стой, ты о чём?       Но Ли не слушал. Он спокойно встал, положил тарелку и приборы в посудомойку да лишь после этого ушёл наверх листая очередную энциклопедию. — Не обращай внимания. Оденься лучше свободнее, он может оттачивать мастерство боя. Иди, я уберусь.       Ликс тут как яркое солнце. Светит, пытается помочь всем, чем может, даже Йору кормит. Кота телепат привёз на следующий день как к ним приехал новый жилец. Оказалось, что у братьев есть уже три кота, и сам чёрный котёнок неплохо с ними поладил. Иногда кажется, что он им как младший брат родной. Удивительные эти животные, сам Хан хотел бы быть как щенок. А что? Ничего не волнует, кормят, играют любят лишь существование. Это кажется таким заманчивым... Ли младший следит за всеми, уже четырьмя, питомцами. Он бегает возле них, сидит иногда а диване в окружении комочков шерсти пока учиться или играет. Весь дом именно он обставил растениями, добавил сюда уют и тепло.       Ли старший - как луна. Он часто сидит тихо, читает книги или готовит, уезжает в клинику да приезжая оттуда - сразу идёт спать. Он как призрак в старом особняке. Его сложно заставить много говорит - больше слушает, но именно Минхо поливает все растения, осматривает малыша Йору. В моменты, когда Хан видит его с котами - сердце почему-то теплеет. Эта картина выглядит уютной, такой мирной, словно в кресле и не сидит представитель сильнейших магов, не он может отсечь голову кому-то или рубить своими лезвиями даже металл. Чёрт, он точно запомнит это всё до гроба.       Хан тут как затмение. Он чаще сидит в комнате, спит с котёнком и выходит лишь если нужно что-то крайне сильно. Он пропадает на работе до позна, засиживается в студии рачи пока Чан не начнёт ругаться. Иногда Чанбин проводит его под дом братьев, они разговаривают, а бывает Со и заходит с ним на радость веснушчатому телепату. Хан заметил, что клеймо обоих как точная копия друг друга, но не стал спрашивать. Мало-ли. Только у Ликса это клеймо под рёбрами, на левом боку, а Со носит знак на предплечье. Последнее время парень всё меньше разговаривает с людьми без надобности, держит всё в себе после случая в кафе. — Извините, но этот кофе остыл. Тут вообще лёд. — Посетитель яростно сложил руки на груди поблёскивая дорогими часами. — Вы заказывали айс. — Нет, это должен был быть латте. — Айс. — Ты, тупоголовый мальчишка, думаешь я не помню что сам и заказал?! — Чёртов мужик срывался на крик, поднимал шумиху. Его огромное пузо, как казалось Сону, еле влезло за столик. Хотелось, чтоб идиота придавило плитой. — Хотя о чём я? Вы, педики, ж все тупые! — Извините? Если хотите я принесу вам обычное латте, но заплатите вы за оба. — А что? Правда тебе не нравится и решил на мне ещё и денег срубить? Лишь чёртовы гомики волосы так красят! На тебе, мелкое отродье. — Куски льда летят куда-то на фартук, но холодное кофе попадает прямо в лицо.       Джисон стоит в ступоре, сзади бармен уже выходит з-за стойки пока клиент не начинает задыхаться прямо на глазах. Его кожа бледнеет, высыхает и морщиться в паре секунд, сидящий за соседним столиком Минхо срывается с места, хватает за плечи Джисона, к себе жмёт. — Перенапрявь, ты его убьёшь. — Ли говорит шёпотом, в его руках Хан - бомба. — Он заслужил. — Хан-и, нет. Прошу тебя.       Опять эта форма имени, эта ласковость и страх в голосе. Никакой стали, нет того режущего чувства по горлу. Минхо его околдовал, точно. — Я не умею. Не знаю даже как сейчас это делаю. — Ты сейчас что-то чувствуешь, так? Поверни это чувство наоборот, переверни вверх тормашками, представь как авена идёт к нему обратно, ну-же!       Джисон закрывает глаза когда мужчина уже синеет, через кожу видны вены. Он сосредотачивается на прибывающей силе, на том, что чувствует сейчас и представляет нить, которая соединяет его и обидчика, представляет поток, который идёт от его тела, собирается в брюхе клиента. У него вышло. Мужчина попал в больницу, никто не понял что случилось. Говорят - аллергия.       Очередная крыса жива.       Люди стали проблемой и Ли решил учить Хана самостоятельно, так как его магия почти не затрагивает командира, что удивительно. Ещё до клейма это было видно, а во время самого "нанесения" вовсе странно. Их знак дракона общий, но у каждого разная форма и каждый болит из-за чего маг пытается защититься инстинктивно. Из-за опасности.       Каждый из парней проявлял способность, но не Хан.       Ликс от боли вытянул из головушки брата парочку воспоминаний, которые восстановить уже не выйдет. Он потом долго извинялся, плакал то-ли от боли физической, то-ли от моральной. Минхо сидел с ним и день и ночь, спал рядом и всячески помогал с жжением. Хван вовсе попытался вскипятить мозг Ли старшего перезагружая все его мысли, прогоняя паралельно с ними и другие одновременно. Чонин, на короткое время, смог словить авену по телу мага, ускорить его сердце, но Чанбин смог зайти глубже, надавить на артерии, перекрывать доступ крови к мозгу из-за чего командир мог отключаться даже на пару секунд, возвращаться в сознание и по кругу, но Джисон не делал ничего. Минхо думал, что он вытянет, по крайней мере, половину запаса авены, вот только из этого всего слышен был лишь крик, а потом и вовсе лишь тихий скулеж. Он жался ближе, пытался спрятаться у того в рубашке, но не предпринимал ничего, а ведь мог даже убить. Хотелось даже правда прекратить, оставить бедного мальчишку в покое, но хватка на плече становилась практически стальной и лишь одно слово "продолжай" заставляло цокнуть, вонзать раскалённое лезвие глубже, пропитать магией участок кожи настолько, чтоб ожог не сошёл до старости. Впрочем так и будет.       Магические ожоги можно вырезать, стереть, но те появятся снова, проступит на поверхность с адской болью напомнив, что он часть чего-то одного. Он часть отряда STRAY. Он - маг.