Реквием снегов

В воздухе витал запах ржавеющего металла и сырости прогнивших деревянных досок, что не давали проникать в темницу свету. Раздался хриплый, до жути болезненный и еле слышный кашель, а следом загремели цепи. Изнеможённый мужчина только проснулся, не зная даже день сейчас или ночь. Он все ещё пытался сопротивляться своим оковам как бы бессмысленно то не было. Бледная кожа исполосована шрамами и рубцами, сплошь полна синяками и ссадинами. Запястья и лодыжки, скованные тяжелым холодным металлом, покрыты темной запекшейся кровью. Но уже казалось будто кровь вовсе не течёт, а сердце почти не бьется. От продолжающейся тупой боли даже дышать не представлялось возможным, легкие будто сдавила многотонная плита. Алая жидкость больше не ударяла в голову, не мешала мыслям, которых правда тоже совсем не было. Боль не прекращалась. По затылку, словно аккуратным лезвием, выводили круги, сводя с ума. Но это всего лишь мелочи, как бы плохо не было физически, самое отвратительное, то что пугало больше всего- безысходность.

Он не справится.Он не вернётся. Он-лжец.

••• Холод пронизывал, а ветер все нарастал, пробирая до самых костей. Один из солдат, верхом на лошади, сжал крепче саблю, сжал до побелевших костяшек. Его съедала злость, что подпитывала желание сражаться. Противник знал о них всё, знал из-за этих чертовых иностранных предателей. Правитель несколько дней назад уехал с поля боя, возможно считал, что его армия легко справится с противником, а может, как говорят злые языки, попросту струсил. Но истинная причина не имела значения. Снег валил не переставая, белоснежные хлопья застилали взор, на двадцать шагов впереди ничего нельзя было увидеть. Они уже отступили на пятьдесят вёрст, оставалось лишь бежать в Дневск. Пытаясь хоть как-то сдержать врага, пессонский размахнулся со всей силы метя в лошадей двух других кавалеристов. Удар. Серая кобыла пошатнулась и с грохотом опустилась на землю, уже давно темную от крови и пороха. Даже бесконечная белая метель не могла скрыть эту грязь. Ещё один взмах, но на этот раз мимо, лишь скрежет металла о металл. Силы были на исходе, но собрав волю в кулак мужчина начал замах. В третий раз поднять саблю воину не удалось. Мужчина повалился с лошади, жгучая боль под грудью не давала сделать и вздоха. Он пытался подняться, но не чувствовал даже собственных конечностей, густая кровь растекалась по снегу. Рядом промелькнули копыта лошадей, неизвестно товарищей его или врагов. Ночью не переставало заметать дорогу, снег покрывал землю белым одеялом, не мог правда он замести следы потерь. Конница оказалась отброшена к самым границам Дневского уезда, левый и правый фланги полностью разбиты и разобщены. Свеатцкие войска подошли тихо, зная заранее всё, вплоть до расписания часовых. Паника нарастала, солдаты не знали кого винить. Возможно если бы не предательство капитана Приземного полка шансы на сплоченность имелись бы, но этим было подорвано всё доверие к иностранцам, солдаты и офицеры даже не могли взять в толк, что и из-за их халатности чужая армия смогла легко и бесшумно пробраться в лагеря. ••• Стук копыт, скрежет свежего снега, завывающий ветер и непроглядная тьма, пускай первые лучи рассвета и пробивались сквозь темные тучи. Владислав дышал сбивчиво, подгоняя уставшего вороного коня все сильнее. На нем не было царских одежд и ружья при себе. Вслед за правителем следовали четыре сотни верных солдат, они без устали прорывались к ратному месту. На ходу люди что то кричали царю, от чего на душе у того становилось все тяжелее. Пятьдесят тысяч солдат…. Разгромлены…. Конница бежала… предательство… Почти на ходу мужчина спрыгивает с лошади. Ошарашенный часовой распахивает глаза, пытаясь сказать что нибудь вразумительное. Он даже не смотрит на военного, быстрым, тяжелым шагом, он добирается до дома старосты, где и расположился генерал с советниками. ⁃ В- вашество… ваше превосходительство. Немолодой мужчина, с седой козлиной бородкой и такими же бакенбардами, ошарашено вскакивает. По привычке кланяется, снимая меховую шапку и лишь через пару мгновений осознаёт, что делать этого не стоило. ⁃ Генерал Новиков. Голос, мирный и тихий, по сравнению с всепоглощающей бушующей яростью в болотных глазах. Правитель вернулся неожиданно, и судя по всему не зря. ⁃ Кто планирует выступать в ближайшее время? Самого Антона Новикова назвать человеком невысокого роста нельзя было, но Владислав все равно смотрел на него сверху вниз, с высоты целой головы.Офицеры опускают глаза, а генерал стыдливо качает головой. -Мы не знаем о том, что происходит на правом фланге, но. Правитель пытливо всматривается в присутствующих, негласно веля ускориться. -Капитан Резальский, с оставшейся кавалерией и тремя тысячами пехотинцев под управлением генерала Шанского планируют дать отпор врагу. Войскам Шанского удалось оказать сильнейшее сопротивление. — Сильнейшее сопротивление значит… Выражение лица Владислава стало мрачнеть, они практически проиграли, а ему тут рассказывают про удачное сопротивление, вздор! Вовремя подоспел один из офицеров личного состава правителя. -Многие иностранцы из центральных построений бежали, как и полковник Приземского полка Некларт бежали и сдались, один из немецких офицеров- Фон Бель, был убит своими же солдатами. Лесовиский и Макленский стояли достойно, но лишь Вейденскому удалось принести в жертву вражеских офицеров и даже ранить Эрика II, а генерал Новиков оказывал сильную поддержку с тыла. Парень почти задыхался, ещё не придя в себя после поездки и беготни за бумагами. К доверенному помощнику он относился очевидно куда уважительнее чем к Новикову и его «прихвостням», а потому взгляд его чуть смягчился. ⁃ Тогда где этот великий полководец- Шанский. Ведите. Никто не посмел спорить, и вот седлают новых лошадей, надевают доспех те, кто понадеялся, что здесь они и останутся. ••• Владислав прибыл в лагерь меньше чем за три часа, что для расстояния почти в сто пятьдесят вёрст казалось невообразимым. В небольшой деревушке горел свет почти в каждом доме, а издалека виднелся даже дым печей. Владислав замедлил скакуна, осматривая «лагерь». Взгляд зацепился за высокую фигуру в темно-зелёном камзоле и песцовой шубе. Не изменяя своей манере правитель спрыгнул с лошади, в этот раз его уже ждали. ⁃ Слава о вашем войске не даром разносится быстро, также быстро как вы и о чужой славе узнаете. Мужчина чуть прищурился, оценивающе смотря на генерала. Прежде видится в живую им не приходилось. Шанский поклонился. ⁃ Но в это раз узнать о противнике мы не смогли… Генерал произнёс это будто без тени стыда, словно не из-за этого они потеряли столько людей. ⁃ Я рассужу об этом позже. А пока, возьмите моих людей. Мы должны выжить из этого похода все возможное. В руках этих солдат не только людские жизни и территории, а также гордость всего государства! Шанский не выглядел особо впечатленым речью Царя, но не смел сказать и слова, сейчас он скорее готов был капитулировать чем сражаться до последней жизни, но он всего лишь генерал, как бы абсурдно для простых людей это не звучало, по сравнению с повелителем- его слово ничто. Ветер успокаивался, и метель прекратилась, но тучи и не думали пропустить хотя бы луч солнечного света. Это было сражение лоб в лоб. Два отряда конницы застыли, глядя друг на друга. Победа в этом сражении возможно и не решит исход войны, но решит исход битвы, каждый это понимал, а потому смириться с тем, что он не примеряли никакой тактики, а лишь шли друг на друга с мечами и мушкетами, было невероятно тяжело. Пару мгновений и первый выстрел. Всё как будто очнулось ото сна, звенящая тишина уступила место лязгу металла, стуку копыт и крикам солдат. Вот была пролита первая кровь. Отсечена первая голова, несколько лошадей переломали ноги, удивительно как в этом хаосе все ещё удавалось понять кто против кого воюет, даже разные доспехи слабо помогали когда ты в дьявольской агонии ярости и боли размахиваешь клинком. Пехота и ещё несколько солдат верхом как раз подоспели. Сложно было уследить за ходом сражения даже наблюдая со стороны, хаотичная смена позиций, никакой слаженности со стороны обоих войск. Владислав сражался вместе со всеми, пускай и не в первых рядах, но саблю держал наравне с остальными, он не хотел даже думать о том, что может проиграть, не верил что Господь позволит это. Но Господу было плевать. Ветер просвистел в ушах, а вернее пуля от мушкета, она не задела даже шлема, но выпущена была с близкого расстояния, выстрел показался сильным. Мужчина сражался не верхом, пробирался к переднему ряду, несмотря на крики кого-то из офицеров. Какой из него правитель если он не сражается среди первых? Эти размышления внушали уверенность, затмевавшую разум, затмевавшую настоящее положение дел. Царь хватается за ружьё когда понимает, что размахивать клинком смысла нет, в голову сразу лезут мысли о том, что по сравнению с противником их вооружение чуть ли не средневековое, но правитель быстро отгоняет их, концентрируясь. Удар, ещё удар, а затем перед глазами все будто плывет. Владислав ударяется спиной о холодную землю, задевая кого-то ещё, из глотки вырывается сдавленный хрип. Мужчина рывком пытается встать, используя ружьё как опору. А затем выстрел, прямо в голову, шлем катится по снегу, на ветру развиваются темные кудри, свист воздуха, крики солдат на разных языках, столкновение металла и пороха. Разум будто раскалывается. ⁃ Как же. Владислав пытается что-то произнести, лёжа на земле, но его хватает лишь на хриплую фразу. Вдруг приходит неизвестный страх, паника накатывает волна за волной и в первую очередь за свою жизнь. Лошадиное ржание, мужчина резко пытается подняться, устремляя взгляд вверх. Верхом на гнедом коне. На него взирает человек в доспехе. Таком же чистом, будто он и не участвовал в сражении, шлем закрывал голову, оставляя лишь прорезь, сквозь которую можно увидеть глаза. Но правитель смотрит не туда, а на герб на груди. Герб королевского дома. Король Свеаты-Великий воин. Когда то эти слова были для него несколько смешными, Эрик II- мальчишка, для которого война началась в возрасте ещё даже не совершеннолетнем. Но в минуты когда Владислав слышал о его победах в сражениях, в сражениях где король самолично вёл войска, его не мог не одолевать гнев и, пожалуй, азарт, но никогда не страх. Именно же сейчас он боялся. Удивительно за самого себя, боялся не только погибнуть здесь, но и проиграть войну, проиграть войну против ребёнка на троне великой державы. Эрик восседал неподвижно Владислав лишь услышал слова которые почти не мог разобрать из-за ветра, и пускай он слабо понимал смысл. Он запомнит. ••• Через несколько часов мужчина молча сидел во главе стола «для переговоров», как его несправедливо назвали, ведь был это обыкновенный обеденный столик, где не умещались даже пятеро взрослых мужчин. ⁃ Генерал Новиков, Генерал Шанский, я надеюсь вы поддержите нашу инициативу. Говорил Генерал Колоколов, тот самый заведующий полками из центра. Казамский и Крутцкий- с левого фланга, что бились с противником почти на равне уже согласились, за неимением другого выбора. Колоколов пускай и ощущал грозный взгляд царя, но продолжал ждать ответа и настаивать на капитуляции. ⁃ А вы ведь говорили, что каждый согласен и принесёт что то в жертву этому перемирию, не думали что лучше все же в проповедники пойти, излагать информацию «по своему» они любят. ⁃ Ваше превосходительство я… ⁃ Что ты да ты? Уже сорок лет ты, а все никак в толк не возьмёшь что наглость природная -воля не твоя, а моя доброта и снисходительность. Первым заговорил Новиков. ⁃ Я согласен с Колоколовым и остальными. Мужчина поклонился. ⁃ Нам не стоит вести войну на истощение. Царь усмехнулся. ⁃ Уж не знаю кто там истощён, но по моему в ваших рядах, с учетом сколько народу было изначально, можно будет сейчас и двойные пайки выдавать и по два мушкета в руки. ⁃ Ваше превосходительство, мы и подумать не могли… Руки генерала едва заметно начали дрожать. ⁃ Ну да, я заметил что думать вообще не ваше дело, оно и правильно, есть же советники да чиновники, только что-то дельных идей и мыслей, по мимо обогащения собственных карманов, от них не поступало. Новиков запнулся, глядя уже в пол, Шанский помрачнел на глазах, а Крутцкий-самый молодой из всех, сжал кулаки в гневе. Колоколов собирался вмешаться, но Алексей (Шанский) преградил ему путь жестом. ⁃ Ну что же вы так, многоуважаемый, пускай наш проповедник вещает, может Господь смилостивится и пошлёт в голову наших военачальников светлые мысли. ⁃ Царь Владислав, я также принимаю решение о капитуляции. Шанский вышел вперёд, всем видом демонстрируя свою решительность. ⁃ Принимаете? Мне казалось, что принимаю решения только я, но пусть будет по вашему. Посылайте на переговоры, только чтобы не были посыльные такими же как наши разведчики. Правитель махнул рукой, приказывая военачальникам удалиться. Сам он немедленно должен был отправиться в Линту. «Север рано или поздно пойдёт на юг»