Обретая свободу

      В этот вечер было по-особенному знойно. Казалась, что сама природа отговаривает девушку идти в Разведку. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, уступая место сумеркам и растущей луне. Кадеты, как по линеечке, стояли на своих местах по стойке «Смирно!», ожидая появления главнокомандующего Эрвина Смита и начала этой роковой церемонии. Невыносимая духота, повышенная влажность и сумасшедшее волнение мешали спокойно дышать. Ладони обливались холодным потом, а с носа рекою текла вода.       Кэтрин стояла в первом ряду, прямо перед главной сценой. Слева от нее уверенно стояла холодная как лед Микаса, а рядом с ней, не скрывая своего страха, на дрожащих ногах — Армин Арлерт. Справа, постукивая от ужаса зубами, были Кони и Саша. Остальных разглядеть не удавалось из-за высоко поднятой головы, которую курсанты должны были задрать вверх при виде главнокомандующего Разведкорпуса. Позади, еле слышно до ее ушей доносилась тихая молитва, которую без остановки шептала Криста. Их было около пятидесяти человек, малая часть, которая выжила после битвы за Трост. Те, кто еще находятся в лазарете, лично скажут свое решение командиру Эрвину, который должен обойти каждого и продемонстрировать свою пламенную воодушевляющую речь.       Если Армин и Микаса уже смирились со своей участью, решив быть с Эреном в Разведке, которому так и не разрешили выйти из темницы и поприсутствовать на церемонии, то Харрис все еще стояла в полном неведении, какой путь ей выбрать. Было даже как-то обидно за парня. Его насильно заставили примкнуть к Разведке. Хоть он и грезил мечтами об этом с самого первого дня в Кадетском училище, но последнее слово все же должно было остаться за ним здесь и сейчас. Но против решения суда не попрешь.       Инструктор Кис Шадис что-то бормотал на сцене, но никто не слушал его нудную и пустую речь. Все ждали его. Голубоглазый блондин ступил на деревянный пол, громко отстукивая своими армейскими сапогами. Эрвин Смит львиной походкой прошелся до середины сцены, окинув суровым взглядом всех присутствующих, и начал свою речь. Его ровная спина и сложенные за ней руки так и кричали о его превосходстве над молодняком.       — Я командующий Разведкорпусом Эрвин Смит. Сегодня вы выбираете свой путь, принимаете очень важное решение. Я здесь для того, чтобы лично попросить вас присоединиться к нам. За последние три года, пока вы проходили обучение в Кадетском училище, погибло более шестидесяти процентов солдат. Я понимаю ваш страх. Ужасающие цифры. Увы, это суровая реальность нашего мира. Присоединившиеся через месяц уже будут участвовать в походе за стену. Тридцать процентов из них не вернется. В течение нескольких лет большинство из вас погибнет.  Однако тот, кто выживет, станет героем с высочайшими шансами на выживание, — сделав небольшую паузу и прикрыв глаза, он продолжил, — теперь, зная все это, останьтесь здесь, если вы готовы рискнуть своими жизнями. Подумайте как следует. Готовы ли вы предложить свое сердце человечеству.       Со всех сторон раздались тяжелые вздохи и шептания. Позабыв про команду «Смирно!», все начали крутить головой в поисках поддержки. Кэти стояла как вкопанная, не смотря ни на кого. Она боялась передумать. Увидеть страх в чужих глазах и сбежать отсюда, сверкая пятками. Уставившись в небо, девушка принимала важное решение, за которым пойдут серьезные последствия.       — Это все. Остальные могут быть свободны.       «М-да уж, ну и сказанул же ты, Эрвин.»       После столь трагичных последних событий и такой откровенно запугивающей речи солдаты один за другим начали покидать площадь. Коленки девушки задрожали. Она все так же стояла, как дура и пялилась в небо. Ей было проще не знать, кто сейчас уходит. Боясь увидеть знакомые лица и встретиться с их отговаривающим взглядом, она ждала, когда все уйдут.       Спустя пару минут томительного ожидания образовалась гробовая тишина. Только когда последние голоса утихли, Кэти отважилась опустить голову вниз, цепляясь за недовольное выражение лица Эрвина. Девушка искренне не понимала его недовольства. В чем оно заключалось? В том, что осталось три калеки после такой взрывной речи или в том, что Кэтрин не послушала его и не выбрала престижную службу в Военной Полиции.       — Все, кто остался. Я рад, что вы отважились и пошли на такой серьезный шаг. Завтра вас распределят по комнатам и отрядам. Жду всех в восемь утра у главных ворот Разведкорпуса. А сейчас назовите свои имена, чтобы вас добавили в списки. Этим займется капитан Леви.       Откуда ни возьмись, появившийся темноволосый мужчина привлек всеобщее внимание. Эрвин быстро удалился со сцены, уступая место своему товарищу. Какие же они были разные. Если Эрвин буквально задавил присутствующих строгостью и ответственностью, то Леви добил своей отрешенностью и безразличием. Его невозмутимое лицо не выражало ровным счетом ничего, лишь немного уставший взгляд выдавал его человечность.       Слева направо, с самого начала кадеты начали называть свои имена. Если с первым рядом было все понятно, Кэтрин четко видела тех, кто остался: Микаса, Армин, Саша и Кони, то все, кто был позади, оставались для нее загадкой. И когда послышался тонкий писклявый голосок Кристы, девушка, уже не скрывая удивления, резко развернулась и чуть не уронила челюсть на землю от шока, что сковал ее. Криста, Имир, Райнер, Бертольд, Жан и еще несколько кадетов, чьих имен она, к сожалению, не помнила, стояли с прижатой к груди правой рукой, называя свои имена.       — Какого черта? — Это было единственное, что слетело с ее уст в этот знойный вечер.       В восемь утра, как и было приказано, выпускники стояли у ворот Разведкорпуса, неуверенно озираясь по сторонам. Стоявшие были похожи на кучку маленьких щенков, чья мать погибла в подворотне, оставляя их на произвол судьбы. Иными словами, не описать их поведение. Ночь для всех стала тяжелой и бессонной. Никто не сомкнул глаз и на секунду переваривая принятое решение и воображая, какая судьба его ожидает. Ранним утром из корпуса пытался сбежать один кадет, который вчера записался в Разведку. Лишь к утру до него дошло, какую глупость он совершил. Но деваться было некуда, списки уже были готовы, и, приняв свою нелегкую участь, он явился к главному корпусу, как смертник к своему палачу.       Эрвин встретил солдат на удивление добродушно и тепло. Как будто вчера не с его уст слетала суровая правда. Перед ними стоял совершенно другой человек, такой же уверенный и ответственный, но в то же время добрый и домашний, что ли. От него веяло отцовской заботой и защитой. Позабыв, зачем Кэти сюда пришла, она широко улыбнулась, радуясь тому, что наконец-то вернулась домой.       — Кэти, все хорошо? Твоя улыбка пугает меня, — дергая девушку за рукав, спросил Армин.       Ничего не ответив, она продолжила разглядывать знакомые пейзажи. Старый раскидистый дуб, подкрашенные белой краской стены главного корпуса, запах свежескошенного сена и ржание лошадей со стороны конюшен. Все было, как и три года назад.       После небольшой экскурсии, которую провела Петра, всех распределили по комнатам. Как и было положено, девочки отправились в женское крыло, а мальчики в мужское. Тихо шепнув на ушко, Петра предложила Кэтрин занять свою прежнюю комнату и жить одной, но та любезно отказалась от такого щедрого предложения. Девушка не хотела выделяться еще больше, да и к девочкам за три года очень привыкла. Комнаты для солдат ничем не отличались от тех, что были в Кадетском училище. Две двухъярусные кровати, два письменных стола и стула, один большой деревянный шкаф. Но в этот раз им повезло больше, так как у девушек была угловая комната, и им досталось целых два окна. Одно из них выходило на плац, из-за чего в комнате будет весьма шумно, а другое — на главные ворота, возле которых растет местная достопримечательность в виде могучего дуба. Перед глазами блондинки сразу же промелькнули ее старые «покои» с видом на конюшни, от чего на душе стало тоскливо. Все же бывшая комната была более уютной и привлекательной.       Несколько первых дней прошли сумбурно. Кэтрин ни с кем не разговаривала, лишь перекидывалась несколькими фразами с друзьями и кивала головой. Она избегала убийственный взгляд Жана, который так и кричал о том, что им нужно поговорить. Но девушка абсолютно не хотела этого делать. Ей нечего было ему сказать. Было страшно услышать, что единственной причиной его вступлению в Разведку стала она. Хорошо, что мужские и женские комнаты находились в разных зданиях, и они будут встречаться только на заданиях и в столовой. Вечно бегать от парня не получится, но немного времени, чтобы все обдумать, ей точно не помешает.       Прошло уже две недели, как друзья вступили в ряды Разведки. Времени ни на что не хватало. Нужно было быстро осваиваться и привыкать к новому режиму. Ранний подъем, утренняя тренировка, завтрак, лекции Ханжи или Эрвина, уроки ближнего боя, обед, дневной сон, вечерняя тренировка с УПМ, ужин и отбой. Режим был схож с тем, что был в Кадетском училище. Главное отличие было в том, что вечером у них было больше свободного времени, и каждого из кадетов распределили по небольшим отрядам, которые возглавляли сливки армейского общества. И по счастливой случайности Кэтрин попала в отряд к капитану Леви. Помимо нее здесь были Эрен, Микаса, Армин и Жан. Девушка так старательно избегала своего молодого человека, а он взял и сам напросился в ее отряд. Не побоялся заявиться в кабинет к командиру и буквально потребовать перевести его из группы Ханжи в группу Леви. Эрвин, конечно, немного опешил, но стерпел такое неподобающее поведение и все же разрешил ему примкнуть к капралу. Ссылаясь на то, что парень сам нашел себе наказание. И теперь девушка выполняла все поручения капитана под пристальным и внимательным взглядом своего возлюбленного. Лучше и не придумаешь.       За все это время Кэти ни разу так и не заглянула к Эрвину. Объяснять, как она пришла к решению примкнуть к ним, не входило в ее планы. Чего не скажешь о Ханжи. Она была на седьмом небе от счастья, приметив девушку еще у ворот. Вечерние посиделки в ее заваленном всяким хламом кабинете стали частью обычного распорядка дня.       Бедный Эрен Йегер переехал из одной тюрьмы в другую. Его новым домом стала подвальная часть Разведкорпуса, то есть сырая холодная темница. Друзьям было разрешено его навещать и проводить с ним время, что не могло не радовать. Все остальное время он был, как и другие товарищи, на тренировках или в столовой.       Через месяц новоиспеченные солдаты отправятся за стену. Девушка старалась как можно меньше думать об этом наводящим на нее леденящий ужас событии. Отвлекали только тренировки, на которых капитан пугал их предстоящим походом еще больше. Вообще, присутствие в его команде стало для Кэти настоящим испытанием. Спустя три недели она уже не знала, куда себя деть. Хоть на стену лезь. Тренировки в Кадетском училище показались ей детским лепетом по сравнению с тем, как их мучил этот молодой и свирепый мужчина. Изнуряющий бег, таскание тяжестей, которые девушке и не снились. Жестокий ближний бой, после которого она не могла сходить в душ без вскриков. Таким было командование капитана Леви. Девочки в комнате уже привыкли к вечным синякам юной блондинки и молча помогали ей обрабатывать их, каждый раз благодаря Бога за то, что не попали в его отряд. Нужно было продержаться всего один год, а после они уже станут полноценными участниками Разведки и будут под командованием командира Эрвина. Кэтрин мечтает дожить до этого долгожданного события и остаться целой и невредимой.       Еле-еле передвигая ногами, девушка тащилась на очередную вечернюю тренировку. Сегодня был очень тяжелый день, усталость валила с ног, но тренировку никто не отменял, благо, что ее проводила Петра. Значит, команда раньше закончит и уйдет спать. Эта мысль грела душу, заставляя девушку уверенно топать дальше.       Подойдя к нужному месту, она встала как вкопанная, не веря своим глазам. Капитан Леви смотрел на нее равнодушным, нечитаемым взглядом. У Кэт тут же открылось второе дыхание, и она была готова развернуться и бежать, лишь бы не пахать, как лошадь, из последних сил.       — Сегодня тренировки не будет. Армин должен был передать, — безэмоционально произнес он. Армина она видела последний раз еще днем. И как она должна была догадаться, что тренировки не будет? Как самый ответственный солдат, девушка пришла сюда одна, навстречу к дьяволу. Развернувшись и ничего не ответив капитану, Кэтрин направилась в сторону женского крыла.       — Я не разрешал тебе уходить, — с ноткой раздражения он продолжил, — Раз уж ты здесь, то тренировка состоится.       Девушка стояла к нему спиной и ощущала абсолютную безнадежность. Угораздило же ее прийти сюда именно сегодня. Почему она? Где провинилась? За что ей такое наказание? Медленно развернувшись на своих двоих, девушка еле слышно прошептала:       — Но, капитан, здесь же никого нет. Мне позвать остальную группу?       — Нет. Считай, что тебе повезло. Начнем с разминки.       «Повезло? Он это сейчас серьезно?!»       Кэтрин молча выполняла все, что говорил капрал. К ее удивлению, тренировка была самой легкой за последние три недели, проведенные здесь. Они вместе разминали шею и плечи, выполнили несколько упражнений на растяжку и немного поприседали. От него не исходила привычная строгость и раздраженность, он не был суров и деспотичен, скорее весь его внешний вид кричал о дикой усталости, которую тот старательно скрывал. И зачем? Если ты устал, можно просто отдохнуть. Девушка совсем не понимала этих трудоголиков. День и ночь Эрвин, Леви и Ханжи работали без остановки. Она даже не удивилась бы, если они совсем не спят. Все солдаты страдают от недосыпа и ходят как мертвецы, раздраженные и злые, но эта троица поражала своей стойкостью.       — Капитан, почему бы вам просто не отдохнуть? — Задала Кэтрин интересующий ее вопрос. На что Леви лишь вздернул бровь и бросил недовольный взгляд в ее сторону.       «Ну вот, опять. Что я такого спросила?»       Решив проигнорировать девушку, он приказным тоном попросил ее подойти ближе.       — Начнем с простых захватов. Покажи, чему вас, бездарей, научили в Кадетском училище. Твоя задача повалить меня на землю.       — К сожалению, я не так сильна, как Вы в ближнем бою. Уложить Вас на лопатки непостижимая задача.       — Я не спрашиваю, что ты можешь, а чего нет. Это приказ. Выполняй.       «Да он издевается! Ну ладно!»       Не успев и глазом моргнуть, блондинка уже лежала лицом в песке. Перекатившись на лопатки, она вопросительным взглядом уставилась на капитана.       — Ты же не думала, что я буду стоять и ждать, когда ты соизволишь напасть первой. Запомни, медлить в битве, значит проиграть. Твои движения должны быть точными, быстрыми и продуманными на десять шагов вперед. Ты должна правильно оценить противника перед собой, — вставая в стойку, произнес мужчина, — Его рост, телосложение, взгляд, движения рук и головы. Каждую деталь, которая могла бы помочь тебе выиграть бой, ты должна знать еще до начала битвы. Порой, чтобы оценить ситуацию, у тебя есть всего секунда, и ее хватит сполна.       Сбив девушку с ног в очередной раз, капитан посмотрел на нее с какой-то грустью или тоской в глазах. Она не могла сказать, что это точно было, потому что ранее не замечала у него подобных эмоций. Он всегда холоден и отстранен. Раздражение — единственное, что показывает мужчина публике. А тут что-то новенькое.       Невольно засмотревшись на изменения в лице капитана, Кэт пропустила удар в живот, от которого перехватило дыхание. Для него эта не игра, а настоящий, мать его, бой не на жизнь, а на смерть.       Ее самолюбие было задето. Кэтрин не любила проигрывать. И подумав, что в бою все средства хороши, она прыгнула на него, повиснув на шее. Картина была восхитительная. Пыльная и грязная она вцепилась руками в шею капитана и висела на нем как мешок с картошкой, пытаясь обхватить того ногами за талию, ну или за что получится. Спустя несколько секунд безуспешных попыток мужчина попытался скинуть девушку, но, запутавшись в ногах, полетел вниз вместе с ней.       Приземление было не таким болезненным, как она ожидала.  Рука мужчины на светлой макушке значительно смягчило его, за что девушка была несказанно благодарна. Она была готова возмущаться и бухтеть, но стоило ей открыть глаза, как сердце тут же остановилось. Лицо капитана было в миллиметре от ее. Они почти касались друг друга носами. Рука нежно и аккуратно придерживала девичью голову, а второй капитан пытался удержать равновесие. Парень смотрел в шоколадные глаза, не отрываясь ни на секунду. Разгадать, о чем он сейчас думает, было невозможно. Ее глаза судорожно забегали по строгому лицу.  Надеясь спрятаться от внимательного взгляда, девушка часто моргала, но он ловил ее снова и снова. Девушка тонула в глазах цвета пасмурного неба. Ей было некуда деться с тонущей лодки. Она медленно опускалась на дно. Легкие горели, а тяжесть мужского тела давила на грудную клетку, словно толща воды. Его рука потянулась к ее лицу. Очень нежно и бережно он смахнул светлую прядку с потного лба и томно выдохнул, отчего щеки девушки залились краской. Кэтрин казалось, что прошла целая вечность. Все вокруг стихло. Бешеный ритм сердца заглушил все звуки вокруг. Ей казалось, что она сходит с ума.       Леви же смотрел на девушку, словно на незнакомку. Словно впервые видит ее лицо. Ровный маленький нос, красивые пухлые губы, слегка сморщенный лоб и глаза, бездонные, завораживающие. Сладкая, тягучая карамель манила. Парню казалось, что его затягивает это липкое лакомство. Ему хотелось тонуть в ней. Выбившиеся из прически платиновые пряди щекотали нос. Пальцы сами потянулись к нежной молочной коже. Почему? почему ему так хочется касаться ее? Время как будто застыло, позволяя паре узнать друг друга.       — Кэти?       Как только до ушей донеслось имя девушки, пасмурное небо вновь сменилось свинцовыми тучами. И быстро встав со своей подчиненной, не забывая подать ей руку, капитан недовольно посмотрел на подходящего к ним парня. Жан бросил на девушку испепеляющий взгляд и по всем правилам поприветствовал капитана. Она же, в свою очередь оказалась между двух огней, чье пламя обжигало со всех сторон. Кэт знала, что это был за взгляд. Жан ревновал. А это добром не кончится.       — Что-то случилось? Ты искал меня? — Попыталась она хоть как-то разрядить обстановку.       — Нет, я шел в свою комнату.       — Который час? Уже был отбой?       — Будет через двадцать минут.       — Вот так! Капитан, значит, тренировка окончена? Я свободна?       — Да, — сухо выдавил он и, пройдя мимо девушки катастрофически близко, направился в сторону главного корпуса.       Парень и девушка еще какое-то время стояли в тишине, боясь потревожить ее. Она неуверенно топталась на одном месте. Было очень некомфортно находится рядом с недовольным парнем. В какой-то момент обстановка накалилась до предела. Между ними словно прошла смертоносная буря, которая стерла с лица земли все живое. Девушка ждала от него хоть слова, но он молча смотрел на нее таким взглядом, как будто на него вдруг снизошло озарение. Как будто он познал истину, которую всю жизнь искал. На мгновение ей показалось, что в его глазах блеснула искра безумия. Спина тут же покрылась неприятными мурашками. Глубоко вдохнув, она наконец-то взяла себя в руки и заговорила первой.       — Мне пора. Нужно успеть забежать в душ до отбоя, — отводя взгляд в сторону женского крыла, быстро протараторила девушка. Жан внимательно наблюдал за каждым ее действием.       — Я провожу тебя.       — Не стоит, я сама дойду. Иди, отдыхай. Слышала, тебя сегодня здорово загонял Эрд.       — Я провожу тебя, — приказным тоном уверенно сказал он. Спорить с ним было бесполезно, и, кивнув ему в ответ, пара направилась в сторону женских спален.       Вся дорога прошла в тишине. Парень шел немного позади, отчего область между лопаток девушки горела огнем.       «Он что, дыру во мне решил просверлить?»       Девушку начинала злить вся эта ситуация. Ее интересовал всего один вопрос. Что такого она сделала на этот раз? Мысли ее молодого человека всегда были непредсказуемыми. Было сложно понять, как сильно он накрутил себя сейчас.       «Неужели он приревновал меня к капитану?»       В голове Кэти это казалось абсурдом. Такого просто не могло быть. Вспомнив о сильнейшем воине человечества, сердце девушки начало биться быстрее. Что на него сегодня нашло? Персональная тренировка, да еще и ближнего боя. Что вообще творится в головах у этих мужчин? Наверное, ответа на этот вопрос она не узнает никогда. Разбирая по полочкам свои мысли, девушка и не заметила, как они дошли до нужной двери. Приоткрыв ее, она обнаружила, что девочек еще нет, что было весьма странным. Ведь до отбоя осталось всего нечего.       — Они в лаборатории у Ханжи, — коротко оповестил ее спутник. Грустно опустив голову вниз, малышка Кэти поняла, что сегодня спит одна. От безумной ученой теперь не сбежишь до самого утра. Бедные девочки, угораздило же им попасться ей на глаза.       — Значит, сегодня их можно не ждать, — усмехнувшись, она вошла внутрь, оставляя молодого человека в дверях. Отворив скрипучую дверцу шкафа, девушка взяла полотенце и, сильно сжав его в руках, начала собираться с мыслями, — Жан, я хочу поговорить. Дождись меня. Я быстро приму душ и вернусь.       После ее слов молодой человек перестал хмурить брови и, пройдя вглубь комнаты, плюхнулся на кровать. Наглости ему не занимать! В грязной одежде взял и развалился на чистом покрывале. В другой ситуации девушка бы немедленно отчитала его за подобную выходку, но не сейчас. Она была слишком измотанной и уставшей и кроме как о прохладном бодрящем душе, не могла ни о чем думать.       Струйки воды успокаивали разгоряченный ум и приятно охлаждали кожу. Кэти долго стояла под слабым напором, смывая с себя усталость и неприятные мысли. Но долгожданного расслабления так и не произошло. Парень, сидевший в комнате, не давал ей покоя. Им необходимо было поговорить и расставить все точки. Никаких запятых. Только жирную и большую точку. У нее было достаточно времени, чтобы разобраться в себе и своих чувствах к этому человеку. Чуда не случилось, и любовь не накрыла девушку с головой. Она четко понимала, что не испытывает к нему этого глубокого чувства, но и отпустить его не могла. Они многое пережили вместе. Жан стал для нее своего рода маяком в кромешной тьме. Парень всегда был рядом и поддерживал. Лишиться такой заботы было преступлением, но и врать самой себе больше не хотелось. Выдавливать улыбку и раскрывать объятия человеку, которого совсем не любишь, было уже противно. Девушке было ужасно стыдно за свое поведение. Она давала ему ложную надежду, откладывая разговор на потом. И вот что из этого вышло. Парень вступил в Разведку, чтобы быть с ней. Хоть он никогда в этом и не признается, что именно она стала основной причиной его решения. Ей казалось, что у них нормальные, здоровые отношения, но на самом деле все было иначе. Постоянные ссоры, его вечные обиды и сцены ревности, которые доводили Кэти до чертиков. Она устала. И, приняв непростое для себя решение, намеревалась поделиться им с Жаном в подходящий момент, но его так и не наступало.       «Сейчас или никогда! Решено!»       Выйдя из душа, девушка поняла, что забыла взять сменную одежду. После тренировки ее форма была вся в грязи. Леви совсем не пожалел юную красавицу, и она то и дело валялась на земле. Чертыхаясь себе под нос, Кэти покрепче обмотала короткое белое полотенце вокруг груди и босыми ногами потопала в спальню навстречу своей судьбе.       Простояв какое-то время у двери и не решаясь войти внутрь, она всячески успокаивала себя, краснея от собственных мыслей. Полотенце, едва прикрывающее пятую точку, то и дело сползало. Мокрые волосы неприятно прилипали к коже, отчего становилось очень холодно. В эти моменты девушка всегда задумывалась о новой стрижке. Но каждый раз, разглядывая себя в зеркале, она восхищалась своей густой и длинной шевелюрой, и мысли о ножницах мгновенно исчезали из головы. Со стороны она выглядела чертовски сексуально. Капли воды медленно стекали по шее, продолжая свой путь по острым ключицам и прячась в ложбинке груди. Девушка всячески пыталась выжать свои волосы, но бесчисленные попытки не увенчались успехом. С первого этажа донеслась громкая команда «Отбой!», а это означало, что ей нужно как можно скорее скрыться за дверью и не попасться в таком виде на глаза часового.       Скользнув внутрь, Кэт прижалась лопатками к шершавой деревянной двери и закрыла глаза. Руки крепко держали полотенце, а ноги тряслись от волнения. Жан стоял к ней спиной и смотрел в окно. Солнце давно скрылось за горизонтом, уступая место таинственным сумеркам. В комнате было темно. Лишь пламя одной свечи, стоявшей на тумбе, слабо освещало помещение.       — Жан, — голос предательски дрогнул, — ты не мог бы выйти на пару минут? Мне нужно переодеться.       Наконец парень соизволил обратить свое внимание на краснеющую девушку и, развернувшись, прищурил глаза. Скрестив руки на груди, он облокотился о край подоконника и встал в ожидающую позу.       — И?       — Переодевайся.       — Что? — Пришла очередь девушки выкатывать глаза. Кэти не верила своим ушам.       «Он хочет, чтобы я разделась прямо перед ним? Ну уж нет! До такого уровня отношений мы явно не дошли.»       — Не говори глупостей. Выйди. Я переоденусь, и мы поговорим. Жан, я очень устала сегодня. Хочу пораньше лечь спать. Ты же знаешь, что рано утром у нас будет тренировка с Леви, а это значит, что нам нужно как следует отдохнуть, — принимаясь искать пижаму на полке, произнесла девушка.       — Леви значит. В каких же ты с капитаном отношениях, раз может так легко фамильярничать с ним? — По голосу было понятно, что он очень зол. Блондинка даже не заметила, как назвала капитана по имени. Дурацкая привычка из детства, ничего не поделаешь. Ей казалось, что она научилась контролировать свой острый язык и спустя три года называла всех по всем правилам. Видимо, из-за сильной усталости брякнула, не подумав.       — Что за чушь ты несешь? Каких еще отношениях? — Терпение девушки было на пределе. Жан раздражал ее так сильно, что хотелось врезать ему прямо здесь и сейчас. Желание поскорее закончить неприятный разговор пересилило гордость. Если не сделать этого, то она пол ночи будет выслушивать его одиночный концерт. Договорить ей не дали, силой впечатав тело в шкаф и затыкая рот страстным поцелуем. От неожиданности Кэти выпустила полотенце из рук, и оно полетело на пол.       Парень буквально вжимался в желанное обнаженное тело, бессовестно блуждая ладонями по каждому участку кожи. Табуном неприятных мурашек оно отзывалось на чужие руки. Девушка пыталась вырваться из мертвой хватки, но в ответ на любое сопротивление получала лишь синяки от его пальцев, которые как иголки вонзались в кожу. Было больно, страшно и противно. Мокрым языком он вырисовывал дорожки на девичьей тонкой шее, а руками грубо сжимал грудь.       — Отпусти меня! Жан, ты сошел с ума?!       — Заткнись! — Грохот от его удара разнесся по всей комнате. Врезав кулаком в дверцу шкафа и оставив там огромную дыру, парень поднял на девушку взгляд. Встретившись с неконтролируемой яростью и похотью в его глазах, на нее вдруг нахлынул приступ паники. Она, наконец, осознала, что парень больше не владеет собой и не ведает, что творит. На секунду Кэти задумалась, чем может закончиться эта ночь, и от дикого испуга на глаза навернулись слезы.       — Прошу тебя. Перестань. Остановись! — Не сдерживая эмоций, уже во всю рыдала та. Но он будто не слышал ее мольбы и продолжал свою пытку. Схватив блондинку за талию, он небрежно бросил ее на кровать, отчего та больно ударилась поясницей о перекладину. Резко вскочив, девушка прибегла к бегству, чем усугубила ситуацию. Прижав ее лицом к стене, как опасного преступника и зажав рот ладонью, парень закопошился. Кэти услышала, как звякнула пряжка его ремня. Глаза от ужаса расширились еще больше.       «Он хочет меня изнасиловать?»       Девушка брыкалась и кричала сквозь закрытый рот, пытаясь сделать хоть что-нибудь, но все безуспешно. Она вдруг поняла, что выбраться из рук насильника просто невозможно. А как же ее тренировки ближнего боя? Самооборона? Для чего их учили три года, если она не может дать отпор одному человеку? Отчаянье подкралось незаметно и уже во всю владело ситуацией. Неожиданно парень остановился и больше не двигался.       — Ты думаешь, я слепой? — Его хриплый голос раздался возле правого уха.  — Я вижу, как вы смотрите друг на друга. Скажи, как давно тебя трахает капитан Леви?       — Да что ты несешь?! — Дождавшись благоприятного момента, Кэт таки смогла оттолкнуть его от себя и, схватив покрывало с кровати Саши, прикрыла свою наготу.       — Что я несу? Да ты представляешь, что я вообще чувствую? — Переходя на крик, не прекращал парень, — Да, дорогая, я пошел за тобой в этот чертов ад. Только из-за тебя я здесь. Не нравится? Вот тебе правда, которую ты наверняка не хотела бы знать. Я отбросил все свои мечты, чтобы быть с тобой. А что я получил взамен? Девушку, которая избегает меня неделями, игнорирует все мои попытки поговорить, прячется, бегает, флиртует с вышестоящими по званию и спит с капитаном своего отряда.       Его слова лезвием прошлись по ее сердцу. Правда оказалось болезненной для них обоих. Девушка была не готова ее принять. Хоть в глубине души и знала ее.       — Да, я действительно избегала тебя. И на то это у меня были свои причины, никак не связанные с тобой или кем-либо другим. В моем сердце поселились смятения еще до падения Троста. Я дала себе время все обдумать и разобраться в своих чувствах. Я понимаю, как тебе было больно, и за это прошу прощения. Но не надо приплетать в наши разборки всех в подряд. Обвинять меня в измене, которой никогда не было, и искать мне новых кавалеров, это низко с твоей стороны. Ты прекрасно знаешь, что у меня никого не было, но при этом подливаешь масла в огонь. Сядь и давай нормально поговорим.       — Я знаю, что я вижу и чувствую. Мне не нужны твои пустые разговоры. Я говорил тебе не раз, что ты моя и останешься только моей. Я не собираюсь тебя ни с кем делить.       — Я не собственность и не лошадь, чтобы кому-то принадлежать. Я свободный человек и в праве сама принимать решения, с кем мне быть, а с кем нет! — Перебив его на полуслове, кричала Кэти. Ей был противен этот разговор и этот человек. Хотелось, чтобы все поскорее закончилось, и он убрался отсюда. — Раз уж на мирный разговор можно и не рассчитывать, то скажу прямо, как есть. Мы не можем быть вместе. Я не испытываю к тебе того же, что и ты ко мне. Я очень сожалению, что у нас все так произошло, но все же надеюсь на твое понимание и разумность! Причиной нашего расставания служат не другие люди, а мы сами. Я прошу тебя принять мое решение.       — Решила все сама? Даже не хочешь знать, что я думаю по этому поводу?       — Жан, я прошу тебя, успокойся. Я же тебе…       — У меня один ответ, и он останется неизменным. Ты моя. Поняла? Моя.       Девушка явно не ожидала такой реакции. Парень, словно обезумевший от голода волк, бросился на свою добычу, снося все на своем пути. Она была удивлена, как к ним никто не зашел. Казалось, что в комнате стоит ужасный шум и своими действиями Жан поставит на уши все женское крыло. Схватив девушку за руку, он швырнул ее на пол. Она прочертила голой спиной по деревянному полу, оставляя на коже бесчисленное количество заноз и царапин. Не успев опомниться от удара, парень уже оседлал ее сверху, пытаясь связать руки ремнем. Сил сопротивляться не было. Кэт видела, как ее детские попытки вырваться приносили ему удовольствие. Но она не могла просто смириться со своей участью, напоследок плюнув ему в лицо. — Я ненавижу тебя, ублюдок.       После чего в щеку прилетела смачная пощечина, от которой она чуть не потеряла сознание. Заметив затуманенное состояние девушки, парень хотел воспользоваться ситуаций и закончить начатое, но громкий хлопок не дал ему этого сделать.       Кто-то с ноги буквально вышиб дверь и в мгновение ока оказался позади Жана. Мощный удар в челюсть откинул парня в сторону, позволяя Кэт прийти в себя и отползти к стене. В темноте она никак не могла понять, кто был ее спасителем. Да и не важно. Она была ему безмерно благодарна.       Подойдя к растерявшемуся Жану, молодой человек начал избивать его с особой жестокостью. В одну секунду девушке показалось, что сейчас он его попросту убьет. И рванув к парню, она закрыла его собой от удара.       — Прошу, остановитесь. Не трогайте его! — Зажмурившись, девушка раскрыла руки, закрывая бездыханное тело парня, ненароком показывая спасителю свою упругую грудь. Гордость была стерта и уничтожена. Подумаешь, кто-то еще сегодня увидит ее голой. От всего произошедшего девушку накрыл приступ. Она сидела на холодном полу и рыдала, не в силах остановиться. Показалось, что ей нечем дышать, и рваные вздохи начали слетать с ее уст. Плеч коснулась легкая ткань, отчего девушка тут же вздрогнула. Крепкие мужские руки укутали ее в покрывало.       — Встать сможешь? — раздался до боли знакомый голос, и Кэти наконец-то распахнула глаза. Она с трудом могла разглядеть мужской силуэт. Пламя свечи давно погасло, лицо опухло от слез, а мокрые волосы закрывали глаза. Отрицательно мотнув головой, до ее ушей донесся тяжелый вздох, а после девушка уже была подхвачена и прижата к сильной груди.       Леви вынес из комнаты мокрую, заплаканную, укутанную в какое-то покрывало и полностью разбитую девушку и унес в неизвестном направлении. Ей было все равно, куда они идут. Лишь бы подальше отсюда. На душе было паршиво. Розовый, маленький хрупкий мир рассыпался на тысячу осколков.