Our honeymoon

— Вот же кретин! Смотри куда прешь, мудак тупой! — мужчина в темно-синем костюме вскидывает руки и осуждающим взглядом провожает странно одетого японца. Проводница охает, звенят стеклянные бутылки и в этой суете полосатый рукав утягивает с тележки несколько пластиковых упаковок с печеньем и тут же исчезает во внутреннем кармане пальто. — У вас все в порядке? — уточняет у девушки парень напротив. Она кивает, лепечет вежливости на японском и толкает тележку дальше. Мимо окон пролетает другой состав. — И зачем я так? — вновь возмущается парень в костюме. — Импульсивное желание. Я вижу — надо брать. — Ага. — Что это вообще… «Золотая рыбка»? Я этого просто не понимаю. — Это реально проблема. Поговори с кем-нибудь, чувак. Хотя бы с бабой своей, они уж в этом разбираются… — Во-первых, она не баба, а во-вторых… — Что? Почему это она не баба, я чего-то о тебе не знаю? — Блять, Лимон, не строй из себя кретина, молю… — Она с сюрпризом у тебя или что? Знаешь, у травмированных людей суть проблемы часто выливается в странный незакрытый гештальт. Мой тебе совет: закончим задание, бери отпуск и езжай в Тайланд, там у них полно такого добра. — Как ты с темы психологов перешел на баб с членами? — парень поджимает губы и смотрит на напарника с искренним непониманием. — Ага, — Лимон щелкает пальцами, — попался. Сам же сказал «баба». — То есть ты последние три минуты втирал мне эту поебень, отлично зная, что я имел в виду? — Лимон хрюкает в кулак, сдерживая смех. — Не важно, просто ты противоречишь сам себе, ясно? Не цепляйся к словам. — «Боже, у него дергается глаз, он меня сейчас убьет… Блять, Вишня, где ты потерялась?» — Это я цепляюсь к словам? Ты уверен, что не шутишь? — Не-а. — Я тебя убью, чувак, клянусь, только дай мне доставить сраный кейс и этого полу-Покера… — И агрессию тебе проработать не помешает. — Ты щас допиздишся! — Интересный факт: вас двоих уже слышно в другом вагоне. — дискуссию прерывает женский голос, отчего Лимон выдыхает. — Вам ехать вместе еще два часа, и мне не хотелось бы по приезду к боссу тащить два трупа. — Sup, Вишня. — Лимон улыбается девушке с кудрявыми светлыми волосами. — Ты в курсе, что твой бойфренд хочет девушку с членом? — Ого. — девушка вытягивает лицо в притворном удивлении и легко перемахивает через колени мужчины в костюме, усаживаясь на свое место у окна. — Не стоило оставлять вас одних надолго, верно, милый? Лимон не видит, но знает, что Вишня переплетает свои руки с руками его напарника прямо под столом. На лице того расслабляются мышцы, поджатые губы приоткрываются, но это заметно только наметанным глазом, для остальных людей в лице серьезного и агрессивного мужчины ничего не меняется. «Господи, благослови Вишню» — мысленно произносит Лимон. — Как твоя прогулка? — он снимает пальто и, свернув, передает девушке. — В поезде шестнадцать пассажирских вагонов — 10 экономов и 6 бизнес класса. Соответственно, два служебных вагона, — она разводит указательные пальцы в стороны, — каждый в разных концах состава. — девушка опускает руки и забрасывает пальто на верхнюю полку. — Вот так. — У тебя просто феноменальная память! — Лимон вздыхает, прикрывая рот рукой. — За сколько перескажешь число Пи? — За тысячу долларов. — усмехается Вишня. — Да ну тебя. — он закатывает глаза и девушка смеется от души, на что ее сосед толкает ее в бок. — Господа и дамы, я напомню, что мы на очень серьёзном задании. В особенности ты, — он указывает на хихикающую девушку, -это пиздец как важно для закрепления твоей репутации перед боссом, понятно? — Милый, ну я же просила мата поменьше… — А что сама на это всегда отвечаешь? — вставляет Лимон. — Ебало поуже или как там? — Напомню, никаких имен, пользуемся позывными. — невозмутимо продолжал тот. Лимон, Вишня, — он обвел их пальцем и показал на себя, — и Мандарин. — Вопрос! А если с моего рта все-таки сорвется оговорочка по Фрейду? — подняла руку Вишня. — Это будет ужасно в любом случае, какой контекст ты бы не имела ввиду. — Например? — заинтересовался Лимон. — Если мы будем заниматься любовью во-он в том туалете в конце вагона, я перестрахуюсь замотаю ей рот скотчем, — Мандарин касается плеча девушки — без обид, милая. — Эй, ребят, давайте без ваших фирменных номеров, ладно? Хотя бы сегодня. Я все еще не отошел от того случая в Бруклине. — Я подумаю. — Вишня подмигнула Лимону и уставилась в окно. По стеклу вдруг забарабанил дождь. — Чувак, я клянусь, эта работа ее испортила. И ты еще сверху постарался. — О чем это ты? — Вспомни, какой мы встретили ее три года назад! Платье, туфельки… — И что изменилось сейчас? — девушка улыбнулась, разводя руки в стороны, и продемонстрировала свой внешний вид. — Такая же юбка. На каблуках, к сожалению, далеко от пули не убежишь, но ради тебя я готова и потрудится. — Тогда у тебя из-под юбки не торчало ножей штук восемнадцать! — Ш-ш-ш! — зашипел Мандарин, призывая к тишине. — Я вообще-то просил об осторожности. — Нас скорее выдадут дурацкие позывные, чем диалоги о насущном. Почему из всех фруктов мира, ты выбрал лимон и мандарин? И ягоды к ним затесал каким-то хером… В отражении темного стекла мелькнула светлая панама и Вишня обернулась. Средние волосы, зеленая кофта. Телефонный звонок. О чем он гово… — Эй, Вишня, ты вроде мастер вправлять мозги, не поможешь? — девушка поспешно выплыла из своих мыслей, подключаясь к спору своих напарников. — Вам в прямом смысле или в переносном? — Да это даже не моя кровь, бро! — Вот именно, нахуй! Может еще распахнешь пальто и все остальные полюбуются? — Да, пусть посмотрят на его галстук! — заступилась за Лимона Вишня. — Я сама ему выбирала. — Боже, да что с вами не так? — Мандарин хмурит брови и трет глаза рукой. — Я уже говорил, что мы на серьезном задании? — Что-то раз семьсот уже. Мы поняли. — Вишня поправляет блузку, усаживаясь назад. — Не похоже. — Милый, мы просто не растрачиваем свою энергию раньше времени. — девушка мягко проводит рукой по его пиджаку и останавливается где-то на бедре. — И тебе не стоит. — Ну я же вас проси-ил. — Лимон отворачивается в сторону. — У вас будто свидание, а я третий лишний. — Вот поэтому ты и лимон, Лимон. Вечно кислый. Никто не любит лимоны. — Фигня это, чувак! — запротестовал тот. — Лимонад, лимонные дольки… — Что, горло болит? — Лимонное безе… — Лимон не отступал. — Понесла-ась… — пробормотала девушка. — Лимонный кекс! — Прости, ты говоришь о лимонах? — Просто сойдитесь на том, что ты любишь лимоны и ненавидишь позывные, ладно? — устало посмотрела на них Вишня. — Иначе сейчас я начну возникать насчет своего нового имени. — Чувак, я с удовольствием на это посмотрю. Кто примешивает ягоды к цитрусовым? — Это долгая история. Наш спящий красавец проснется с минуты на минуту. — Не волнуйся, я ему напомню. — улыбается Вишня. — Как насчет того. чтобы сходить в бар после задания? — Давай мы хотя бы доживем до его конца… — Мандарин покосился в сторону пассажира, сидящего через проход.

***

11 октября, 2021 год, 23:34 Бронкс, ночной клуб «Jimmy Ryan's»

— Я ничего не хочу слушать. У нас полно других исполнителей, который щедро мне платят, да еще и не распугивают посетителей своими заунывными песнями. — Но, Джерри, я же заплатила за две недели! — девушка стояла посреди душного прокуренного служебного помещения, а Джерри сидел на подоконнике и всё курил, курил, курил. Не спасало даже открытое окно. — Я дам тебе выступить сегодня последний раз. А деньги за следующую субботу пойдут на покрытие твоих расходов в баре. — он тушит бычок в переполненной пепельнице и на пару минут наступает передышка. Хорошо, что хоть она собрала волосы перед тем как прийти сюда. — Джерри, пожалуйста! я специально прихожу в позднее время, чтобы меня послушали нуждающиеся в этом люди. Согласись, в эту дыру редко заглянет кто-нибудь, кто ищет веселья или драки. — Не называй так это место! — огрызнулся он и девушка опустила глаза. — Иначе вылетишь отсюда прямо сейчас. — Хорошо, прости. — она теребит в пальцах подол платья. — А что насчет моих постоянных слушателей? — Они у тебя вообще есть? — Джерри хохотнул так язвительно, что что-то сжалось в груди. — Один джентльмен со своими приятелями появляется тут стабильно каждые выходные. Самый дальний столик от людей, самый ближний к сцене. Он точно расстроится, если я… — Ну так иди и скажи ему прямо, что хочешь с ним перепихнутся пару раз, пока он не сдохнет, а потом счастливо жить на его состояние! Знаю я вас таких девок… — Джерри, я, блять, этого не говорила! Я сказала, что мне нравится тут работать, что я плачу тебе аренду ровно в срок и столько, сколько надо, и не вижу никаких ебаных причин отказывать мне в дальнейших выступлениях!!! Последние фразы она почти прокричала и теперь нависла над Джерри, который, привыкший к подобным сценам, не повел и глазом. — Я сказал. — достал из кармана пачку. — Разговор закончен. — вынул сигарету и всунул ее между сухими тонкими губами. — Тема закрыта. — чиркнула зажигалка. — Козёл. — бросила девушка и поспешила убраться из комнаты, пряча раскрасневшиеся от гнева щеки, пока Джерри пускал ей в догонку первое облако едкой затяжки. Хлопнула дверь, залепленная наклейками. Молясь на не сильную сигаретную вонь и нахождение духов где-то в кармане, она в два прыжка преодолела крутую лестницу. Мимо пронеслась музыка, спокойный и даже немного сонный бармен, пустая болтовня каких-то мужчин и вот звенит стеклянная безделушка на двери. Еще хлопок — и по ногам хлещет теплый ветер. Теплый для коленей и холодный для горячего от подступающих к горлу слёз. Нет-нет-нет, она не будет плакать! — Боже, ну ты и мудак, Джерри. — девушка запрокинула голову, сдерживая слезы. Почему же ей так не везет? Духи все же оказались в кармане и открутив золотистую покоцанную крышку, девушка щедро вымыла в жидкости запястья и растерла по шее. В нос ударил сладкий запах, сладкий настолько, что ей захотелось разбить флакон о грязный асфальт. Почему он видит в ней объект привлечения внимания старых алкоголиков? Почему не хочет признать тот факт, что ее выступления держат это место в седле? «Ну почему ты не можешь прийти в короткой обтягивающей юбке и просто потрясти задом перед молодыми парнями?» — однажды спросил Джерри: «И народ потянется, и тебе не нужно будет так поздно приезжать и уезжать, а?» «Не знаю. Наверное, потому что это буду не я настоящая?» Снова зазвенел китайский колокольчик, но девушка даже не обернулась. Последнее выступление. Последний раз она увидит бар со сцены, последний раз настроит аппаратуру… боже, а потом куда? — Девушка, у вас сигаретки не найдется? — Я не курю, извините. — отреченно отвечает она. Предположим, она найдет новое место для выступлений. Но аренда места там будет раза в два дороже, а стипендии едва хватает на оплату квартиры… Значит, нужно взять вторую работу и на время забыть о выступлениях в клубах. Буквально месяц передышки. За это время можно и поднять с колен учебу, и привести в порядок свою спальню…и может даже личную жизнь. — Спортсменка? — Певица. А хотя к черту это всё. К чёрту Джерри с его вонючими дешевыми сигаретами, к чёрту вечно пьяного уборщика, болтливого бармена, к чёрту тупую болтовню толстозадых сорокалетних женщин, которые собираются здесь вечерами обсудить свою постель, одежду детей, работу, к чёрту вечно сбивающийся с настроек микрофон, к черту весь этот бар! Плевать, если ее уволили. Сегодня можно все и черта с два она будет выглядеть плохо!.. — И что поешь, певица? — она чувствует запах сигарет, но это ее не раздражает, да и не главное. Хочется повернуться и рассмотреть мужчину, облизать его самым наглым взглядом, но она лишь наклоняет голову набок, чтобы он ее услышал получше. — Если поторопитесь — услышите. — боже, а какое красивое небо! Мимо пролетает состав метрополитена, принося ветер. Ветер поднимает ее волосы, крутит пожухлые листья на земле. — И, да, можно просто Черри. Звенит китайский колокольчик.

11 октября, 2021 год, 22:59 Бронкс, окраина.

В 22:59 на Бродвей стрит домашний кот Мартин, хорошенько извалявшись в мусоре, перебежал на другую сторону улицы, прямо перед черной машиной. Свет белых фар отразился в желтых кошачьих глазах и остановился. Из салона послышалась ругань, а Мартин поспешно смылся в поисках нового мусорного бака. — Бля, если тебе это так принципиально, я сяду за руль! — возвестил голос, после чего хлопнула дверь — из машины вышел мужчина в пальто. Он потянулся к карману, достал помятую пачку сигарет и вынув последнюю, кинул вслед надоедливому коту. Из авто вышел еще один парень, на ходу поправляя пиджак. Он мгновение помолчал, наблюдая как другой выдыхает дым от первой затяжки, а потом вновь начал ныть — Нам стоит оставить машину и пойти пешком, чувак. — курящий остановился и бросил почти целую сигарету к пачке. — С таким дерьмом не шутят. — А еще не шутят с заданиями, которые им поручают, так? — он подтолкнул напарника к пассажирскому сиденью. — Как тебя с твоей гиперфиксацией вообще взяли на эту работу. То суеверия, то мультики… Что будет следующим, паровозик Томас? — В тот момент у меня была гиперфиксация на Людях в черном… — виновато протянул тот. — Прекрасно. Что-ж, — он потянулся к ручке, — в таком случае, сколько раз ты успел мне стереть память? — Двести тридцать пятый был минуту назад. Я просто сказал тебе все, что о тебе думаю. — И как часто ты так делаешь? — А как часто ты ведешь себя как полный мудак? — Я сейчас могу поехать и резко затормозить, отчего ты, я надеюсь, сломаешь себе нос о стекло. — Двести тридцать шестой. Езжай давай. Мы должны быть на месте через полчаса ровно. — Двести тридцать шестой. Езжай давай. Мы должны быть на месте через полчаса ровно. Хлопает дверь черной машины и фары, сверкнув в грязных окнах, исчезают за поворотом. Они выезжают на главную улицу и набирают скорость. С пассажирской стороны приоткрывается окно. — Чувак, ты осторожней, тачка новая. Нам другой до конца недели не положено. — Ой, да брось. — парень стряхивает пепел в окно и поправляет пальто. — Если в салон попадет немного пепла, никто не умрет. Это тебе не голову размозжить наркоторговцу, верно, Лимон? — он поворачивается к напарнику, делая очередную затяжку. — Вот там действительно была жопа. И мне еще пришлось тебе помогать все это убирать. — Тебе пришлось отмывать только лобовое стекло. А я собирал его мозги по всем задним сиденьям и стеклам! Нахер ты вообще об этом вспомнил?! — Дружеское напоминание, чтобы ты не забыл, в чем заключается наша сегодняшняя работа. — В том, что не нужно стрелять в людей внутри салона? — И это тоже. По крайней мере, я надеюсь, что сегодня мы обойдемся без крови в тачке. Куда мы едем, напомни? — Среднестатистический бар на окраине. Название не помню, но адрес во-он там. — парень, названный Лимоном кивает на бардачок. Второй вынимает оттуда листок бумаги. — «Jimmy Ryan's». М-да. И кто наша сегодняшняя жертва? — Каждые выходные там зависает один крупный наркоторговец. Он вроде как раньше работал на босса, но потом кинул его и ушел на дно. Я до конца не вник, но нам нужно поговорить с ним как мы умеем, и забрать деньги с последней партии. При хорошем исходе, мы даже можем оставить ему жизнь. — Это мы решим по ситуации. Он будет один? — бычок улетает в окно. — Не известно. — Вооружен? — Лимон вцепляется в руль и молчит. — Ну? — Это тоже…неизвестно… — Заебись! — он раздраженно хлопает руками по коленям. — Меня фактически выдергивают из отпуска, и пихают на первое попавшееся задание, с нулем информации! И еще, — он начинает активнее ерзать, — запихивают в эту тупую молодежную одежду! Я выгляжу как придурок. — Мне кажется, если бы в зассатый бар пришли двое мужчин в приличных и дорогих костюмах, это бы привлекло больше внимания, чем обычная одежда. — Лимон отрывает взгляд от дороги и разглядывает напарника. Синие джинсы, коричневая водолазка и рыжая замшевая куртка. — Нормально ты выглядишь, Мандарин. Лет на пять моложе. — Блять, Лимон, хочешь сказать, что я похож на подростка? — Если уж и похож, то я тоже. Тебя устраивает перспектива выглядеть по-дурацки вместе со своим напарником? Мандарин смотрит на него, а потом свет фонаря падает на его лицо, освещая улыбку. — Более чем. Машина сворачивает еще дважды в переулок, путая следы на всякий случай. После очередного поворота, Мандарин кладет руку на руль. — Стой. Оставь ее тут, у черного входа. Стоит понаблюдать за ним. Лимон послушно глушит двигатель. Гаснут намытые фары, погружая подворотню в темноту. Мандарин на пассажирском что-то ворчит, поправляя воротник, а потом с грохотом отворяется дверь, и он сразу замирает. На крыльцо выходит парень в черной джинсовой жилетке, длинные черные дреды собраны в хвост. За ним семенит девушка в до неприличия короткой юбке и ярко розовой блузке с глубоким вырезом. Она хватает его за руку, что-то шепчет на ухо, хихикает и вертит худощавым задом. Парень развязно отвечает на ее заигрывания, раскуривая наскоро скрученный косяк. Лимон многозначительно смотрит на напарника и осторожно приоткрывает окно. — Джеррик… Милый, ты такой секси в этой рабочей рубашке… — похоже, девица уже не совсем ясно мыслит. «Джеррик» критично осматривает лицо своей подружки, делает затяжку, опускает взгляд ниже… — У нее сиськи побольше будут… — разочарованно шиит он. Стеклянные, от количества выпитого и скуренного за вечер, глазки девушки округляются, но прежде чем она успевает задать вопрос, парень сжимает ее грудь в руках, да так сильно, что она вскрикивает от неожиданности. — Сладкий, ты ч-чего!.. — Возьмешь его в рот прямо тут? Давай, я же вижу что ты этого хочешь… — он толкает ее вниз и кладет руки на свой ремень. Проститутка на мгновение выходит из роли, на лице появляется растерянность, но потом ее сменяет широкая улыбка. — А ты любишь по жарче, Джеррик… — пальцы с розовым облупившимся лаком скользят по поясу, умело расцепляя пряжку ремня. Лимон наклоняется к напарнику и шепчет на ухо: — Вот и вся наша ценная информация. Так и напишем в отчете: дешевая шлюха отсосала Джеррику, курящему травку у черного входа. — Мандарин разводит руками, мол, что я уже сделаю. Девушка напротив них продолжает свое дело, уже спуская с парня штаны, как вдруг их идиллию прерывает телефонный звонок. — Продолжай, киса… — Джерри делает еще тяжку и отвечает на звонок, пока проститука водит руками по его полувставшему члену. — Йо, Эд! Как жизнь, чувак… Ага… Да не жалуюсь. Ты по какому поводу звонишь вообще? Так… Ну да, конечно. Краб и до сих по появляется тут каждые выходные… Да-да-да, поэтому я еще и не уволил эту дуру, — он всасывает очередную порцию дыма, — ты прикинь, походу ему действительно нравятся ее завывания, ха-ха!.. По хорошему, мне-е стоит отваливать ей как минимум половину того, что мы загребаем за его товар, как никак, она единственное наше преимущество… — проститутка давно пустила в ход свой рот, но Джерри настолько обкурился, что уже ничего толком не чувствует. Ага… Да…стоп, подожди… Серьезно? Опять? Да брось, его уже давно никто не ищет, нахера ему опять ложится на дно?.. — Джерри сосредоточенно слушает болтовню на другом конце трубке. — Ага. Да. Я понял. Пока, чувак. — в трубке идут гудки, пока Джерри буравит взглядом пустоту. — Бля-я-ять… — выдыхает он, массируя виски. — Блять, блять, блять!!! — растерянность переходит в гнев и Джерри выворачивается из хватки своей подружки и влетает обратно в клуб, на ходу застегивая ширинку. — Сладенький, ты куда? — блондинка бросается ему вслед и двор погружается в тишину. Только Лимон барабанит по панели. — И что мы извлекли из сего действия?.. — Очень много всего. — Мандарин что-то вырисовывает на листке бумаги, а потом тыкает ее в лицо напарнику. — Смотри, все просто. Краб — это тот, за кем мы приехали. Он толкает товар тут, в этом клубе. И судя по словам этого укуренного, сегодня его последний визит сюда. дальше мы опять потеряем его на несколько месяцев. — Чувак, да ты гений!.. Я из его болтовни вообще ни фига не понял… — Потому что надо было слушать, а не смотреть, что вытворяла эта деваха. — Мандарин хлопает дверью и вновь одергивает куртку. Лимон выходит следом, закрывая машину. — Нет, ты бы видео что она там исполняла!.. Это просто… -он улыбается. — По-хорошему, заткнись нахер. У нас еще семь минут. Обойдем дом с этой стороны и придем с другой улицы. Мне не помешает размять ноги.