В омуте чувств и желаний

Мы с ребятами пришли к их другу Гене, который очень громко играл на барабанах. -Я не вижу Ваши руки – прокричал парень, здороваясь со всеми. -О, а это у нас кто? Новая подружка? -Скорее, старая Гендос. Карина, это Гена. Гена, это Карина – быстро представил нас парень. - Че стряслось? Че Кисуля, менты за жопу взяли? -Не кипишуй, у нас в этом смысле все нормально. Это другая тема, надо чтобы Мела отпустило. -А что такое? – Киса протянул парню телефон с видео. *** Через пару часов, все уже были нормально накуренные, кроме меня. Кто-то же должен следить за этими придурками. И все было относительно хорошо, пока Гене не пришла идейка на счет дуэлей. И вот мы уже ехали к отцу Гены домой, не спрашивайте, как они меня уговорили. -Нет, мы никуда не поедем, ночь на дворе. Вы все обкуренные. Я против – это все, что я успела сказать до того, как меня закинули на плечо и потащили к машине. А потом еще и уселись с двух сторон от меня, чтобы я не смогла сбежать. Я стояла на стреме у машины, пока мальчики пошли отвлекать отца Гены. -Пацаны, погнали, получилось – услышала я крик Гены. Мы уже ехали в машине, когда Гена рассказывал историю о том, как у его отца появился этот старинный гарнитур. И всю обратную дорогу, эти обкурыши игрались с пистолетами и орали на всю машину. А я между прочим сидела между ними. Когда мы приехали в логово, Хенк отливал пули, а Киса чистил гарнитур, при этом довольно ухмыляясь смотрел на меня, и мотал своей головой в стороны. Потом они достали откуда-то манекен и стреляли в него из гарнитура. Пока я спокойно наблюдала за ними со стороны, покуривая сигареты. Мне не очень нравилась идея с дуэлями. И то какие последствия они могут за собой понести. *** Мы стояли у берега, где проходили съемки и ждали Мела, который снимался в массовке. Режиссер что-то недовольно говорил в громкоговоритель, но я не обращала на это внимание. Мое внимание привлек Киса, который закинул мне на плечо свою руку, и активно высказывался на счет Спилберга. Стоило мне на несколько секунд отвлечься, как Мел уже что-то натворил. Спилберг вскочил со своего места и подбежал к Мелу. -Ушлепок, ты что творишь? Ты нихера не понял, что тебе сказали- наезжал на Мела режиссер. -Вали отсюда, вали отсюда я тебе сказал- Спилберг толкнул Мела в плечо, и получил от парня пощечину. -Я требую сатисфакцию, вечером пришлю секундантов – уверенно проговорил Мел, и ушел. *** Хенк и Киса ушли к режиссеру договариваться на счет дуэли, меня хотели взять с собой, но я отказалась. Мне очень не нравилась эта идея с дуэлями. И я была против участия парней в этом. Они так легкомысленно относились к этому, что мне казалось, что только я понимаю всю серьезность ситуации. Ведь кто-то может погибнуть, если это будет Мел? Я не хочу терять друга, которого только недавно обрела вновь. Я сидела на крыле самолета с бутылкой пива в руках, по моей щеке скатилась слеза. - Ты чего тут одна, звездочка? – до меня донесся голос Вани. -Ты плачешь, малышка? Что случилось? – парень обеспокоенно сел рядом со мной, и коснулся рукой моей щеки разворачивая к себе лицом. И вот я смотрю в его прекрасные, полные заботы глаза, наши лица находятся в опасной близости с друг другом. Глаза парня опускаются с моих глаз, на губы - Я боюсь его потерять, Кис. Я так боюсь – прошептала я и слезы потекли рекой с моих глаз. -Тише, тише звездочка. Пойдем ко мне – парень поставил мое пиво рядом с нами, и пересадил меня к себе на колени, и крепко прижал к груди. -Ну ты чего, звездочка? Не плачь, Мел нас не оставит, слышишь? Все будет хорошо. И мы вернемся завтра полным составом, я тебе обещаю - Честно? Ты обещаешь? – слова парня подействовали на меня лучше любого успокоительного -Конечно, ты только не плачь. Мы всегда будем рядом. Я всегда буду рядом – последнюю строчку парень сказал очень тихо, но я все же ее услышала и на моем лице промелькнула маленькая улыбка. *** 7:01 загорелись цифры на экране телефона. Мы уже были в Рыбачьей бухте и ждали Спилберга. Я стояла рядом с нашим врачом-нариком, парни что-то громко обсуждали, пока не пришел Спилберг. В руках он нес две коробки пиццы и пиво. -Там дорогу короче развезло, блин и водила застрял. Пришлось идти пешком – оправдывался режиссер. - А это, вот это вот все, зачем? – спросил Киса, намекая на то, что принес Спилберг. - В общем пацаны, я в общем всю ночь не спал, думал там всякое – мужчина вытащил две бутылки дорогого алкоголя. -Это однозначно косяк, каюсь. Но вот кто, без греха ведь так? Егор, ты вообще правильно мне врезал, приехал какой-то хер с горы, еще девчонку соблазнил. Да, я сам из глубинки, у нас бы за такое, сразу ноги обломали. -Ну вот у нас даже круче получается – сказал Киса -Да, у вас круче, да конечно круче. Поэтому, я хочу Егор, попросить у тебя прощения и заочно у Анжелки, конечно. -Ахринеть, а. А компенсация? – спросил Гена - Компенсация, конечно не вопрос. Сколько надо? -Слышь, а почем нынче девственность Спилберг? - спросил Киса -Будет, я не принимаю извинения – сказал Мел. Я до последнего надеялась, что он передумает. Хенк заряжал пистолеты, Киса рассказывал правила. А у меня в груди все сильнее разрасталась тревожность. Руки уже начали трястись, как у нашего врача, у которого была ломка. Я нервно достала сигарету и пыталась ее поджечь, но у меня никак не получалось. Наконец, после сотой попытки она подожглась, когда парни начали расходиться по позициям. Мелу уже явно было плохо, его стеклянные, почти пустые глаза взирали на Хенка -Если что скажи моим, что я в Петербурге – эта фраза ранила меня еще сильнее. Сейчас мой лучший друг детства, один из самых близких мне людей, мог лишиться жизни. Слезы уже давно прокладывали себе дорожки на моих щеках, а мысли были заполнены только совместными воспоминаниями. Когда-то в детстве мы бежали по берегу с палками, плескались в воде, ныряли под волны, собирали камни, играли в догонялки. Сюда мы в первый раз сбежали с уроков, в начальной школе и нас все очень долго искали. А потом нам дали таких люлей, но тот день все равно был самым запоминающимся в моей жизни. Здесь мы прощались, когда я уезжала. Здесь они говорили, как будут по мне скучать и Мел в том числе. Это место хранило в себе много наших самых светлых воспоминаний, и сейчас оно может окрасится кровью Мела, кровью человека, который читал мне свои стихи, когда родители ругались по ночам. Мела, который всегда подбадривал меня и всегда был рядом, они все всегда были рядом. Но теперь он может оставить нас, оставить, а им будто все равно. Они будто не понимают, чья жизнь стоит на кону. Мы же всегда были вместе, пока я не уехала, но и после этого они не разлучались. И вот сейчас, мы можем все остановить, но никто не собирается сделать и шага. Я была так рада, вновь обрести друзей, и сейчас я так не хочу терять их опять… Два выстрела разнеслись в округе, я резко открыла глаза. Мел стоял на месте, а вот Спилберг лежал на земле. А по его белой футболке быстро расползалось красное пятно. Врач кинулся к нему и начал осматривать рану. Мела тошнило. - Не выживет, задета важная артерия. Три-четыре минуты и все – Спилберг отчаянно бурчал, что не хочет умирать. Все были на нервах и не знали, что делать. Я, выкинув сигарету в сторону, подбежала к Спилбергу и схватила его за ногу, и начала тащить - Мальчики, помогите – крикнула я, и они сразу подбежали. Мы дотащили Спилберга до лодки, и закинули его туда. Гена побежал за Мелом, и посадил того в лодку рядом со мной. Мы отплыли от берега и начали закидывать в карманы режиссера камни, Киса привязывал к его ногам веревки. Мы скинули его с лодки в воду.