Дождливый март

      Прогулка по рельсам оставила глубокое и светлое воспоминание с парой ассоциаций. Не могу теперь без улыбки взглянуть на пути, что недалеко от моего дома. Они совсем не те, по которым ты гулял, но восприятие есть восприятие. Ничего не могу поделать.       Сегодня у меня не отвратное настроение, поэтому, закинувшись хорошей дозой самых разнообразных обезболивающих, иду к тебе. На самом деле я хотел просто погулять, но сам не заметил, как зашёл в твой район. «Так, значит так» — ничего против я не имел. — Привет, хочешь увидеться? Погода хорошая, да и я сегодня не дэд инсайд, — усмехнуться — всë, что я могу. — М. Мы когда-нибудь нормально договоримся о встрече?       Молчу, потому что очень сомневаюсь на этот счёт. — Жди. Я быстро.       Рад, как я рад! Ты бы знал. Убираю телефон в карман и с улыбкой гляжу на прохожих, ловлю себя на мысли, что выгляжу странно, но меня это мало волнует. Я бы даже сказал, что мне по-настоящему похуй на косые взгляды.       Интересно, в глазах этих людей я алкаш или нарик? — Обколол себе все ноги, угараю, по синтетике угараю, по природе… — но петь для меня — совсем крайность. Я лишь жив, а не бьюсь в экстазе от осознания, что жизнь прекрасна.       Выходишь из подъезда. Загляденье: в кожанке, тотал блэк, брутал-метал, как говорится. — Ну и чего сегодня? — спрашиваешь, немного наклонившись.       А я опять дважды-два, когда это пройдёт? — Да просто соскучился. Сегодня у меня всë хорошо.       Лезу обниматься, ты вроде бы согласен. Приобняв меня за плечо, стойко терпишь мимиМишную атаку. — Как у тебя день прошёл? — вопрос банальный, но о чём бы ты ни говорил — я бы слушал бесконечно долго. — Неважно. Ты просто постоять хотел или хоть какой-то план был? — Ну-у-у-у, — я лишь улыбаюсь, надеясь, что ты снова угадаешь. — Ну? — Тут относительно недалеко есть рельсы…       Тихо смеёшься, опять приобнимая меня за плечи. — Понял, понял, Мишка, пойдём.       В ногу петровскими шагами направляемся во тьму рощи, что близ многоэтажек. Там можно напороться на неприятную встречу и даже не одну, но иначе никак. Имею наглость взять тебя за руку, уже придумал оправдание: «страшно», и пускай в моём кармане вот уже несколько лет покоится нож, а самой темноты я не боюсь — сказать можно что угодно.       Странно, но ты сжимаешь мою ладонь крепче, а не выпускаешь её. Я краснею или это суховей обдувает щёки? Ох, кто бы мог подумать, что жизнь сыграет со мной злую шутку и даст человека, который будет бесконечно смущать меня, не поддаваясь этому сам?       Роща прошлась без приключений, выходим на тротуар вдоль дороги. Руку хочу отнять, чтобы не было осуждения, но ты не отдаёшь. Меня это почему-то радует. Меня сейчас, в целом, многое будет радовать. Зря я что ли с самым лучшим мальчиком гуляю? Ну, мальчиком… Ты и разрешил себя так называть, но где мальчик, когда Vater?       Время позднее, а мы только вышли к главной улице, которая приведёт нас к другой улице, по которой мы пройдёмся, найдём дворы, пойдём по дворам, налево, прямо, прямо, опять, снова, направо и пути.       Эта ночь явно будет долгой.