знаете что?

«знаете что?» [01:48] «я лежу в кровати о сынмина прямо сейчас?» [01:48] Сынмин тихо смеется, уткнувшись подбородком в изгиб шеи, и вглядывается в экран телефона через плечо Чонсу. Bubble светит своими белыми, слишком яркими окошками с сообщениями в темноте. Сынмин пожелал фанатам спокойной ночи привычным голосовым сообщением еще десять минут назад, когда их с Джисоком комната пустовала, а свет еще был включен. Но сейчас пришел Чонсу, устроившись у него на груди, словно наглый кот, и сам только дорвался до телефона, чтобы написать пару слов на ночь. — Серьезно? — только и спрашивает Сынмин, крепче обхватывая чужую талию руками. Ответом ему служит лишь ленивый зевок и пальцы, снова принимающиеся клацать по клавиатуре. «кровать о сынмина только что была захвачена, ха-ха» [01:48] «теперь она моя» [01:48] — Тебе интересна только моя кровать? — обиженно шепчет Сынмин. — Вот что с людьми делает жизнь в гостиной… Боже, я не хочу стать таким же черствым однажды. — Если бы мне была интересна только кровать, я бы лег на место Джисок-и, пока он не вернулся, — дуется Чонсу, и Сынмин отвечает ему легким смешком: зная Джисока, можно было предположить, что Чонсу проснется вместе со всем общежитием от громкого визга ровно в тот момент, когда господин Квак соизволит вернуться в свою комнату. О нет, от него Чонсу не спасут даже мило надутые во сне щеки, и постель придется предоставить ее хозяину немедленно. — Значит, тебе интересен кто-то, кто спит в этой кровати? — ухмыляется Сынмин и позволяет себе оставить крошечный поцелуй под ухом, от которого — он уверен — у Чонсу ползут мурашки прямиком до пяток. — Да, — отвечает Чонсу, продолжая что-то строчить, тихо стуча ногтями по экрану, но Сынмин уже не смотрит: глаза слипаются. — И этот кто-то — я. — Ага, как же. Телефон наконец потухает, и темнота давит с новой силой. Сынмин прикрывает глаза, устало потирается щекой о плечо Чонсу и протестующе мычит, когда тот привстает, чтобы кинуть смартфон на тумбочку. Приземляется он с диким грохотом, но Чонсу только обессиленно вздыхает и устраивается у Сынмина под боком, даже не пытаясь вернуть на свои места все, что упало. А Сынмин даже не пытается ворчать о своих многочисленных кольцах, которые не должны валяться на полу. Чонсу цепляется за футболку на его спине и прижимает ближе к себе. Сынмин обнимает его в ответ, так и не открывая глаз, закидывает ногу на бедро и чувствует, что в сон клонит только сильнее, когда пальцы Чонсу легко поглаживают спину, выводя непонятные узоры, а теплое дыхание мажет прямо по щекам. — Спокойной ночи, — шепчет Чонсу на ухо, и Сынмин ощущает мягкую улыбку этим самым ухом.