No regrets

Дори всё так же довольно махал хвостом - вычищен конь был идеально, и к тому же ему, как и остальным коням, налили воды, так что пил он весь день вдоволь. Чтож, теперь пришла очередь Минхо напиваться за чужой счёт. Бан сидел за тем же столом, где они накануне обедали с градоначальником. Как только Ли опустился на стул, хозяйка принесла им по кружке пива. Но напряжения между ними это нисколько не разбавило. Бан достал колоду - уже использованную - и предвещая возмущение соперника, передал ему в руки: — Крапа на ней нет. Можешь убедиться сам. Новую достать негде. Раздраженный вздох и закатанные глаза стали снисходительным согласием. Осмотрев рубашки всех карт, Минхо протянул колоду обратно. Бан, сдавая для первого кона, решил, что это будет последняя вольность, которую он позволит гостю, но для этого ему сейчас действительно следовало собрать мозги в кучу и призвать всю удачу на свою сторону. Слишком много хлопот. Играл он, в конце концов, достаточно расслабленно, потягивая пиво и едва смотря в сторону карт на столе. Чего нельзя было сказать о Минхо - он не сводил с шерифа глаз, стараясь не пропустить момент, когда тот попытается сжульничать. Чувствуя, что карты в его пальцах уже начинают скользить от нервного пота, он понял, что занят чем-то не тем, особенно, когда первая партия закончилась его победой. — Чёрт, - Бан опустошил свою кружку и звонко поставил на стол, прежде, чем начать заново сдавать карты. Самолюбие Минхо постепенно насыщалось, так что он уже перестал смотреть на шерифа как на говно и немного даже расслабился. — Ты слишком опрометчивый и несдержанный, - но разговаривать с ним уважительно Ли не собирался, хоть тот и был явно старше. Бан не ответил, молчаливо соглашаясь с замечанием. Возможно, он даже принял это к сведению, поскольку следующую партию ему удалось выиграть. Минхо, конечно же, предпочитал думать, что тому просто повезло. Прикончив по второй кружке, мужчины принялись за третью партию - Ли раздавал карты, пока Бан отчего-то неотрывно следил за ним. Напряжение, которое было между ними вначале, будто сново вернулось и было внезапно пробито голосом шерифа: — Ты меня… Прости, в общем, - Минхо еле удержался, чтобы не присвистнуть от приятного удивления. Эти слова явно дались Бану с трудом, - Как только Йенни начинает грозить опасность… У меня просто все тормоза слетают. Ты ему, к тому же, ещё и больную ногу подстрелил, так что… Внутренне поощряя себя за великодушие, Ли Ноу решил перестать дуться на Бана - тем более, после того, как он-таки нашёл в себе силы извиниться, то есть, признать поражение в этом вопросе, строго говоря. — Да понял я, - раздражённо рявкнул Ли, - Лучше б ты вместо этих оправданий стрелять его нормально научил. Вот за что стыдиться стоит. — Да вот, не поверишь - не знаю уже, что с ним делать… - шериф устало подпёр голову рукой, - Он на скорость по всем мишеням идеально попадает - со ста шагов может в самый центр… — Но как только в человека надо выстрелить - так трясётся, как осиновый лист? - закончил за него Минхо. Бан кивнул. Что ж, парнишка рос в достатке, хлеб и честь у сверстников ему вряд ли приходилось отвоёвывать. Ну а человека убить… Ли Ноу сам не знал, почему ему лично это было так легко - будто комара прихлопнуть. Наверное, потому что его ствол всегда был направлен только на паразитов и мерзавцев. В кого-то вроде себя он бы тоже, наверное, стрелять не стал. Без причины. Третья была снова за Минхо. Шериф выругался, принимаясь мешать карты, а Ли, допив пиво, начал сверлить его взглядом. В его голове крутилась куча вопросов, но выудил он самый приличный: — Что ты в нём нашёл?.. Такого?- у него в мозгу в принципе не укладывалось, как может мужчина любить мужчину, но он надеялся хоть сейчас что-то понять. — В Йенни? - тот задумчиво подмял губу, - Я обычно на такие вопросы шучу что-то пошлое, но при даме воздержусь, - он улыбнулся хозяйке и та ответила тем же, мило хихикая, - Да ничего конкретного. Сначала жалость - мальчик в эту глушь не просто так с простреленной ногой приполз. Потом желание помочь, защитить. А потом я просто понял, что уже не смогу без него. — И давно таких добрых в шерифы набирают? Только Минхо умел вот так сделать комплимент и уколоть одновременно. Бан выпад оценил, залившись высоким смехом. — Раньше я таким не был, - пояснил он, - мне кажется, я улыбаться-то научился, только когда его встретил. — А зря. Улыбка у тебя красивая - столько девочек мог бы склеить… Бан снова расхохотался, удивляясь тому, что Минхо не умер со стыда - учитывая, КАК эта шутка звучала в их контексте. Но Ли совершенно не испытывал дискомфорта, напротив, звонко хохотал вместе с ним. Крис пришёл к выводу, что всему виной алкоголь. — Не такой уж ты и мудак, Бан, - констатировал Ли, совсем уже превратившись в довольного кота с блестящими глазами. Открытый и простой - он совсем не вызывал больше неприязни. Что-то опасное в нём точно было, но как этого избежать, догадаться было не трудно: не лезть к определённому парнишке с лисьими глазами. В остальном, чутье Ли видело в нём хорошего, в общем-то, человека. — Зови меня Крис, Ли Ноу, - он улыбнулся и подал руку, начиная их знакомство заново. — Для тебя - Минхо, - сказал тот, отвечая на рукопожатие. Расходились уже в ночи - оба пьяные вусмерть и в самом лучшем расположении духа. Минхо уже думал отправиться спать, не забыв попросить хозяйку сразу принести себе в комнату воды, однако, что-то его дернуло отправиться вслед за Баном. Тот шёл ровно, напрягая, видимо, для этого все силы. Минхо от алкоголя вообще никаких проблем с координацией не испытывал, зато говорил и делал всё, что вздумалось - поэтому, сейчас тихо, словно кот, он шёл вслед за новым приятелем. Он почему-то знал - куда, а точнее, к кому тот направится, и его распирало пьяное любопытство. Наконец, Крис добрался до нужной улицы и зашёл в дом. Минхо весь превратился в слух - и оказалось, очень удобно для него, что комната Ян Чонина находилась на первом этаже с окном на противоположную от входа сторону. Даже если его заметят - не успеют выйти - он быстрее скроется, петляя между домов. —... разобрался с тем охотником за головами? - спросил знакомый юношеский голос. — Ага, за твою жопу лично порешал, - Минхо услышал, как тот с пьяну слишком сильно хлопнул дверью, - Славный он малый, на самом-то деле… — Вот! А я говорил - тебе стыдно станет! — Стыдно, - резко изменившимся голосом возразил Бан - теперь он снова походил на свирепого волка, готового наброситься на добычу, - Как он и сказал, мне должно быть только за то, что кое-кто стрелять так и не научился. Чё за хуйня, Чонин? - не контролируя нарастающую громкость голоса, он, вероятно, всё плотнее зажимал парня в угол, - Я что говорил в таких ситуациях делать? — Бежать… - робко ответил тот. — А ты что сделал? - уже почти кричал Бан, - Хуйню ты сделал, вот что! — Я попытался отстоять свою честь! - пискнул парень, собрав в кулак всю смелость. Минхо едва удержался от того, чтобы не ударить лоб ладонью. — Какую нахуй честь? - хлопок руки о кожу всё же разрезал сухой ночной воздух, - Не напомнишь, когда она у тебя была вообще? На секунду мир будто замер, как будто кто-то остановил киноплёнку. Лицо перекосило, а кулаки сжались. Ведь действительно. Парниша изначально был лишён даже шанса на уважение со стороны других. Он, возможно, этого не понимал - не хотел понимать, чтобы совсем не сломаться. Старался из себя что-то представлять, стремился к этому. Но Бан был прав, и спорить с этим глупо. Только это не отменяло того факта, что Минхо сейчас хотел разбить ему лицо. Ткнуть мальчика носом в это дерьмо было, всё равно, что ударить инвалида и сказать "Ну, давай сдачи! А, ой, ты же не можешь!" Тем более, учитывая, в каких отношениях они состояли, подобное слышать было просто отвратительно. — Прости, - раздался после неприятной паузы ставший вдруг тихим голос, - Прости, Йенни… Ты знаешь, меня часто заносит, особенно по пьяни. Я ж сам, блять, нихера не лучше - точно не мне тебя отчитывать. Я просто очень… За тебя испу… Причина, по которой Бан не договорил, состояла в весьма однозначных звуках, в ночной тишине слышных особенно отчётливо. Минхо боялся, что его стошнит прямо здесь и вся шпионская миссия провалится, поэтому он поглубже вдохнул прохладный воздух, подмечая, что запах нагретых солнцем камней впервые за долгое время не раздражал его. Картина того, как двое мужчин сближаются, соприкасаются дыханием и сливаются в поцелуе, сама собой возникла в его голове - пришлось опереться о стену, едва удерживаясь от желания хорошенько приложиться этой самой головой о кирпичи - может, тогда впредь подобных мыслей возникать не будет. — Ничего, - почти прошептал парень всё ещё дрожащим голосом, - Я ж тебя знаю: даже когда я стану сильным, ты все равно будешь за меня волноваться и рожи бить… Вот увидишь - я тогда с тобой тоже так делать буду! Обяза… Теперь Крис не дал ему договорить, прижимая, судя по глухому удару, к двери и вырывая тихий стон. Минхо стоило бы подумать о том, чтобы ретироваться к себе в гостиницу, но в его голове сейчас было предательски пусто от шока. Эти двое… Осмыслить это всё мозгом он пока был не в состоянии, ибо алкоголь из крови никуда не делся, хотя насчёт этого Ли уже начал сомневаться - можно было ещё догнаться под такой-то цирк, - но осуждать их на уровне собственной внутренней морали как раньше он уже не мог. Они действительно были чем-то важным друг для друга. Ссорились, ругались, мирились - как настоящая пара. Переживали друг за друга и сражались… — Крис, Крис, стой, - Чонин срывающимся полушёпотом запричитал поверх… Уже слишком однозначных звуков, - Рана… Открыться может… Бан нехотя оторвался от его тела, выругавшись себе под нос. — Давай, сегодня я просто постараюсь для тебя? - юноша тут же добавил, видимо, не найдя в глазах напротив одобрения, - Тем более, я тебе должен за спасение… Уже в который раз… — Ты не обязан, - Минхо удивился, что голос Бана способен был звучать так мягко. — Нет, мне это нужно, - резко оборвал его Чонин. Они снова набросились друг на друга, а Минхо уже сползал спиной по стенке. Боже, ещё один развратный звук - и он точно очертя голову побежит куда глаза глядят. Этот звук не заставил себя ждать, сразу перетекая в тихий, довольный рык Бана, поэтому Минхо быстро поднялся и направился прочь. Город спал. Фонари на домах, казалось, лишь делали тьму в закоулках гуще, но опасности это не внушало. Было тихо, словно на кладбище, и гул в голове получилось заглушить только глубоким шумным вдохом. Набрав полную грудь сладкого прохладного воздуха, Ли Ноу выпрямился и широким шагом направился к гостинице, надеясь, что правильно помнит дорогу. Он был очень рад, но только тому, что его сейчас никто не видел в таком состоянии. В голове крутилось только одно - пиздец. Влетев в свою комнату, он тут же налил себе воды, огромными глотками опустошая стакан. Пришлось поймать себя на небезосновательных опасениях за сегодняшний сон - он после такого и глаз не мог сомкнуть так, чтобы не представлять… Он уже не особо был благодарен судьбе за то, что те развратные звуки были ему знакомы - ему довелось однажды получить подобного рода ласку. Это был один из тех случаев, когда скучающая влиятельная женщина не могла рисковать своим статусом и доверием мужа, а попробовать странствующего молодого красавчика хотелось - вот и приходилось проявлять изобретательность. Он помнил, как его уверенность вмиг куда-то испарилась, когда женщина опустилась на колени между его расставленных ног и уже принялась расстегивать ремень. Он тогда придержал её плечо рукой, вопросительно заглядывая в глаза и чувствуя себя настолько неловко впервые со времен первого раза. Женщина объяснила, что на следующий день из длительной поездки должен был вернуться её муж, поэтому она не хотела рисковать. "Но, у меня есть для тебя пара других трюков. Поверь, тебе понравится…" - улыбка искусительницы заставляла подчиняться, - "Закрой глаза и не открывай, пока я не скажу. " Он послушно прикрыл глаза предплечьем. Ли Ноу был хорош собой и недостатка в женщинах не имел - со своими партнёршами он перепробовал, наверное, все возможные для нормального человека позы, но что-то подобное ему предлагали впервые. Холодный воздух в сочетании с горячей женской ладонью на его достоинстве были уже привычным ощущениями. Совершенно новым стало что-то большое, такое же горячее и скользкое на головке. Это что-то приятнейшим образом обвело её по кругу и чуть спустилось, касаясь уздечки. Минхо бы позволил себе довольный стон, но осознание взорвалось в мозг раньше. Опустив руку с подлокотника кресла, он, как и рассчитывал, вцепился в шелковистые кудрявые волосы - от шока слишком сильно сжав. Женщина, однако, это восприняла как призыв ускориться - и не успел Минхо придумать, как её остановить, но так, чтобы произнеся это, он не умер со стыда, - она насадилась на его член почти до основания, заставляя вскрикнуть. Это были невероятные ощущения. Поднимая и опуская голову, она то освобождала пульсирующий ствол из сладкого, горячего и скользкого плена, то снова погружала, совершая при этом такие движения языком и горлом, о которых додуматься можно было разве что в бреду - но это работало, черт возьми. Минхо уже и забыл, как красиво звучат его стоны и как распаляюще они действуют на женщин. В очередной раз с причмокиванием выпустив его изо рта, она тихо попросила открыть глаза. Он тут же это сделал и опустил взгляд, но не выдержал и секунды, возводя глаза к небу и надеясь, что он не умрёт прямо сейчас или уже умер. До сих пор при одном воспоминании об этих хитрых глазах и растянутых вокруг его головки губах у него начинает вставать. Он тогда едва не забыл предупредить о подступающей разрядке - но было уже поздно. Женщина только начала отстраняться, как белая струя брызнула ввысь, оседая густыми каплями на её лице. Минхо лишь выдавил из себя смущённое извинение, напоминая цветом помидор. Она его слова проигнорировала, гораздо больше интересуясь - понравилось ли ему. Чтобы ответить, ему понадобилось продышаться холодным от контраста с температурой тела воздухом. "Я думаю, праведники в райском саду получают меньше удовольствия, чем я сейчас". Услышав такую лестную похвалу, она гордо засияла, предлагая уже вылетавшему из кабинета Минхо заглянуть сюда как-нибудь ещё. На деле же всё было не совсем так. Его телу всё однозначно понравилось, а вот с мозгом были проблемы. В его голове просто не укладывалось - как столь унизительные для дающей стороны ласки могут быть настолько приятны для принимающей? Да, женщины, в принципе, имели в сексе более пассивную позицию, но хотя бы удовольствие всегда получат оба. А здесь… Касаясь ртом настолько грязного места… Не получая от процесса ничего… И при этом всём ещё стоя на коленях, будто раб перед хозяином… Нет, это просто ужасно. Поэтому сейчас, услышав до дернувшегося члена знакомый причмокивающий звук, Минхо просто отказывался верить, что ему это не привиделось или приснилось. Боже… Мужчина… Вставал на колени перед другим мужчиной? "Может, это любовь?" - покачиваясь из стороны в сторону на кровати думал он, - "Я где-то слышал, что для некоторых людей она выражается в самопожертвовании…" За всю двадцати шести летнюю жизнь он влюблялся раза два, а любил из них - один. Со скрипом он мог представить себе нечто подобное, но здесь… Более того, Чонин ещё и упомянул, что ему это… Нужно. После очередного мысленного потока ругательств, которые, видимо, успеют стать его молитвами за сегодня, Минхо вновь попытался собрать мозги в кучу, выпивая ещё стакан воды. Что ему могло быть "нужно"? "Ну, учитывая очевидный косяк, - получить наказание… " Предположение смотрелось логично. Чтобы желать подобного, надо, конечно, быть мазохистом, но Чонин как раз походил на такого человека. Мысль "Нахера мне вообще это знать?“ он пока отодвинул подальше. "Но не может же быть только в этом дело? Крис бы ему не позволил долго страдать подобной хернёй, он слишком сильно его опекает… " "Точно! Отношения же - вещь двухсторонняя. То есть, если сместить фокус с ощущений мелкого на ощущения Криса… Возможно, ему нужно было не унизить себя, а доставить удовольствие ему? В качестве… Благодарности? И проявления ответной заботы? Господи, какого хера я думаю об этом уже третий час?" - он с досадой осушил третий стакан, видя, что стрелка часов уже приближалась к утру, - "Я точно больной извращенец!" Он наконец снял сапоги и плюхнулся в кровать, надеясь, что мысли оставят его в покое. "Интересно, Крис тоже ради него может?... " Представить этого человека на коленях перед кем-то, казалось бы, невозможно: весь из себя такой сильный, мужественный… Но Минхо уже не раз пронаблюдал, на что он готов ради своего пацана. Почему-то он был уверен, что и на это - тоже. Он бы уже действительно себе чем-нибудь въебал, чтобы хоть так поспать… И не представлять... Вообще никогда больше ничего не представлять.