No regrets

Чонин открыл глаза, когда где-то за дверью скрипнул высокий стул у бара. Он всё ещё лежал в кольце тёплых рук, и надо было бы подумать о том, как выползти из-под них, не разбудив при этом Криса, но... Ему было так тепло... Юноша опустил пальцы на горячую кожу, осторожно провёл по заметным нитям вен, пытаясь унять собственный трепет... Сон Криса всегда был таким хрупким... Его могло спугнуть невинное дуновение ветра за окном, громкий разговор снаружи - почти любой звук. Чонин всегда так удивлялся, что и в этом сильном мужчине есть что-то настолько нежное... Нежнее, наверно, было только сердце. Хитрые, ловкие лисьи лапки со всей доступной мягкостью разжали тёплые оковы. Пятясь от кровати назад, юноша ликовал, что Крис всё же каким-то чудом не проснулся. Подрагивая от непривычной прохлады, он заворожённо смотрел на мерно вздымающуюся грудь, на спокойное, умиротворённое лицо с мужественными, но мягкими чертами. Этот человек был его безопасным местом, его крепостью - недолго, но... достаточно. Шальная мысль вернуться, нырнуть снова в спасительное тепло - сделать вид, будто ничего не было, - отсекается безжалостно и бесповоротно, с улыбкой на лице. Хватит. Хватит прятаться, Ян Чонин. Холодная одежда бесшумно ложится на кожу - Чонин даже дышал через раз, стараясь не издавать лишних звуков... Оказавшись по ту сторону двери, он не спешил выдыхать - по коридору до зала шёл молча, на цыпочках... Знал уже, как свои пять пальцев, где пол особенно скрипучий - и петлял пьяной змейкой. Ничего хорошего его дальше не ждало... Но почему-то настроение было особенно приподнятым, а в груди стучала решимость. Вдруг у барной стойки обнаруживается знакомый силуэт. — Бин? - юноша подходит к другу, - Что ты здесь делаешь? — Как видишь, - он кивнул шляпой на пустой стакан. — Чего это ты?.. - Чонин недовольно свёл брови. — Да так... Стоило юноше услышать эту интонацию, как он сразу развернул уголовника на себя - тот поддался, словно тряпичная кукла. Это очень плохо. — Слушай, я тут подумал... - начал было тот, не спеша выглядывать из-под широких полей шляпы. — Только не говори, что бросишь меня, - оборвал Чонин, заглядывая в узкие щели глаз. — Может, так, и правда, будет лучше... - не унимался Чанбин, который под градусом совершенно себя не контролировал. — Не будет, - отчеканил юноша, - Я всё решил. Окончательно. — Ты уверен? - мужчина притянул его ближе за шиворот, - Это... Потому что... Потому что я так сказал? Совесть не давала ему покоя. Он не понимал, почему. Он же наоборот подмывал друга поступить по совести - так почему же собственная так бунтовала... — Нет, - Чонин поправил другу растрёпанную чёлку, - Ты просто открыл мне глаза. — То есть, ты хочешь спасти... Его? — Да... Воспоминания проносятся перед глазами согревающим пёстрым потоком... Он давно запретил себе вспоминать - иначе сердце начинало ныть и рваться сквозь клетку рёбер туда, к нему... А удержать его на месте получалось лишь напоминая о собственной никчёмности каждый раз, отчего идея затянуть вокруг своей шеи петлю потуже становилась всё привлекательнее. Поэтому он старался. Правда, старался себя переучить, переломать, заставить забыть и смириться. Убеждал себя, что у него получается. Крис тоже помогал... Но отчаяние росло с каждым днём всё больше и больше - он будто постоянно что-то упускал, что-то вечно было не так... Хотелось бы верить, что это временно, но... Почему тогда сейчас так легко? Почему сейчас он готов в секунду отказаться от всех своих стараний? И почему теперь сердце уже не рвётся, а просто мирно стучит, ожидая... Ожидая встречи. С ним. Звонкий смех. Невинные касания по поводу и без. Крохотные, тёплые руки - всегда на нём - и держатся, и поддерживают... Глаза жжёт нестерпимо. Как он мог?.. Как он вообще посмел?.. Убить бы себя за такое - и эта мысль греет даже больше, чем надёжные, сильные руки. Он пытался убедить себя, что у него просто нет выбора. Что он не виноват, что такова его судьба... Даже господин Минхо так сказал... Правда, он тогда говорил лишь о погоне, но... "Разве с тех пор ты стал сильнее? Разве теперь выстоишь против кучи воров и наёмников?" Ему казалось - это здравый смысл. Он ничего не сможет, пока он слаб... Но сколько бы он ни оправдывался - стоило лишь мелькнуть в памяти смеющимся, наивным глазам в россыпи веснушек - и чувство вины выжигало очередную чёрточку на клетке из его страха. Пришло время её сломать. — Я хочу... Увидеть его. —Одумался, наконец, - видя, как юноша стыдливо опускает глаза, мужчина тут же пожалел о сказанном. Он поднялся и сжал друга в объятиях. Ему стоит меньше болтать... — Ты молодец, - он слегка похлопал широкой ладонью по спине, не зная, что ещё сказать. Он вообще не любил открывать рот по пьяной лавке - мог запросто ляпнуть лишнего... Например, сейчас он бы обязательно сказал, что защитит этих двоих даже ценой собственной жизни... Что будет с парнями до конца, пока вся эта заварушка не уляжется... Что всё будет, как прежде... Но это были бы слова на ветер. Частично - но этого уже хватило, чтобы промолчать. — Ты был прав, Бин, - юноша зарывается носом в потёртую кожу старой куртки, - Я не могу... — Что не можешь? — Врать... — Лучше бы ты себе врать разучился, - мужчина потрепал чернильные пряди, - И ЕМУ тоже врать не вздумай. Скажи просто как есть. — Я и не собирался, - металлом впилось в грудь, - Он должен узнать обо всём... - вдруг хрупкое тело вжимается сильнее, - Просто... Представляешь... - всхлипы отчаянно давились внутри, - Насколько ему будет больно?.. — А вот теперь я тебя узнаю, - Бин отстранился и хлопнул юношу по плечу, - Не вешай нос! Просто помни... - его тон смягчился, а взгляд потеплел, - Что делаешь всё правильно... Две фигуры исчезли в тумане. Чонин побежал к конюшням. Грязь хлюпала и плескалась под сапогами. Сердце колотилось как бешеное - неужели... Неужели, это всё? Неужели, наконец-то, он сделает то, что должен? Кони были готовы, и через несколько минут ещё две фигуры поехали по тому же маршруту. Другого пути не было - город окружали пески, и кроме как по участку брусчатки, ведущего к Красным Камням, безопасно выехать было нельзя. Молочный туман скрывал всё впереди, и лишь тёмная полоса дороги под ногами дарила уверенность, что они едут в правильном направлении. Вдруг Чанбин будто вспомнил о чём-то... Он повернулся в седле, окидывая взглядом город - уже можно было заметить размытый свет в некоторых окнах... — Стой, Йенни! - почти шёпотом скомандовал он. Юноша повиновался, удивлённо поглядывая на друга. Тот всматривался в оставленный позади город и будто ждал какого-то сигнала... Сколько времени прошло - неизвестно, но в конце концов Чанбин опустил голову, поправляя шляпу, и развернулся обратно. — А теперь погнали, - так же тихо сказал он, - Во весь опор. Нам долго ехать, нужно ускориться. И они рванули дальше в туман. Две тени стремительно исчезли в кольце прицела. Мушка, направленная в голову большой, всё ещё виляла от нервной дрожи... "Я точно об этом пожалею... "