Дом монстров.

Вопрос Дакоты привел парня в чувство. Он резко распрямил полусогнутый локоть и прижал руку к туловищу. Снова забыл, что люди себя так не ведут... Октавиан указал направление легким плавным жестом и произнес. - Необходимо пересечь всю деревню и немного пройтись по лесу. Знаете, я и сам здесь впервые. Юноша начал плавное медленное движение в указанную им сторону. - По крайней мере именно этот путь, мне любезно указали местные. - Ха-а-а... так вы и сами не уверены в правильности выбранного пути. Уставив руки в бока талии, она качнула головой, как указывающий жест, после чего вьющееся вокруг неё пятно собралось единым сгустком, который пополз по тропинке в сторону, указанную Аланом. Туманная масса стремительно уходила вперед, а вот Дакота неспешно следовала рядом с парнем, изредка поглядывая по сторонам и чаще шла практически вслепую. Верно было подмечено, что Дакота не имеет при себе оружия, потому в моментах неуверенности и незнания отправляет паразита на изучение местности. Сейчас её глазами был Морак, а он, хоть и не рад, но вынужден следовать указаниям носителя, будучи одним из низших существ, ведь его существование отныне всецело зависит от неё, а девушка активно этим пользуется. Сейчас её голова была забита мыслями о том, сможет ли приобрести необходимое ей оружие здесь. Но, скорее всего, это будет сложно, ведь складывалось ощущение временного парадокса. Все выглядит таким старым, далеким, а она, как временная аномалия, отличается от действующей эпохи. Даже этот странный мужчина более похож на местного. Октавиан неспешно, прогулочным шагом шел рядом с Дакотой. Язвительное высказывание девушки, задело самодовольную и тонкую натуру благородного фея. - Миледи. Твердо произнес он. - Уверенность в чем бы тони было, понятие растяжимое. Уверен ли я в правильности выбранного пути? Безусловно. Уверен ли я в том что местные жители не способны на обман. Конечно же нет. Однако следует полагать, что людям живущим здесь, нет особого дела до странников. Идентифицировать коими, нас с вами, не составит особого труда, для человека прожившего большую часть жизни в этой деревне. А потому вероятнее всего, человек просто скажет то что первое придет ему в голову, лишь бы сократить общение с незнакомцем к минимуму. А первым на ум обычно приходит правда. Ведь правду знают и ей лего пользоваться, а на создание лжи, несомненно нужно время, хоть и не слишком много для большинства людей, но в разговоре это все же заметно. Голос Алана стал чуточку ниже, а тембр сменился на более обволакивающий и густой. Парень будто бы по щелчку пальцев превратился из наивного простачка в серьезного солидного мужчину. Также изменился и язык его тела, если до этого он мог показаться немного неуклюжим, то сейчас все его движения выглядели ровными и плавными, как подобает аристократу. С лица пропала легкая ненавязчивая улыбка, а брови опустились чуть ниже. Сейчас парень казался более холодным и отстраненным, он не выражал ни каких эмоций и говорил быстро и четко, ни разу не запнувшись и без пауз. Его шаг немного ускорился. Вот кто, а Дакота не любитель длинных и сложных высказываний. Она привыкла к четкости, краткости и информативности. Наверное поэтому уже на словах мужчины "Уверен ли я в том, что местные...", а далее она погрузилась в собственные мысли, не сводя бокового взгляда со своего собеседника. Было забавно наблюдать, как переменилась личность от простого умозаключения. Это было даже в какой-то степени забавным. И вот, от своих раздумий девушка отвлекается на моменте "... это все же заметно." Похлопав широко раскрытыми глазами, кажется, она и сама поняла, что пропустила слишком много, но, прикрыв веки, склонила голову на бок, едва ухмыляется уголком темных алых губ: - Оу, прошу прощения, я пропустила ваш долгий монолог. Когда сам Алан ускорился, это, наверное, могло говорить о том, что он был.. раздражен? Может быть, пока точно судить сложно. Но несмотря на то, она легко подстраивается под его темп шага, сложив руки у себя за спиной. - Оказывается, задеть мужское эго так просто... - произносит она свои мысли вслух, как бы специально цепляя своего попутчика. Это было заметно по прищуру глаз и широкой, подобно чеширской, улыбке. Наверное, такое поведение обусловлено долгой совместной жизнью с паразитом. Обычно это он любитель кого-нибудь подстрекать, а девушка изредка так делает из-за скуки. Услышав в ответ на свои слова, пресное "я прослушала", Алан уже было собирался повторить все вышесказанное. Но его оборвал очередной язвительный "укол". И тут то наконец до него дошло, что им попросту пытаются манипулировать, хотят вывести на эмоции и посмеяться с того как он потеряет лицо. Десятилетия жизни в светском обществе, научили Октавиана сохранять самообладание в беседах со многими неприятными личностями. Ни один мускул не дрогнул на лице парня когда он проговорил следующее. - Не могу с вами не согласиться, миледи. Мужское эго и вправду хрупкая вещь. Доводилось мне как то общаться с одним чиновником, пренеприятнейшая была личность. Высокомерный и заносчивый. Лично мне никогда не доставляло удовольствия беседовать с подобными ему. И даже более того, я нахожу подобных ему людей скудоумными, необразованными и недостойными. Октавиан повернул голову к Дакоте и легонько улыбнулся, интригующе сверкнув глазами. Дакота склонила голову на бок, наконец, постаравшись выслушать до конца своего собеседника, но в её усталом взгляде так и читалось "ску-у-ука". Но, быстренько собравшись, она выпрямляется, опуская руки, а затем ускоряет шаг, выступая впереди попутчика и разворачивается к нему, продолжая идти спиной вперед. - На самом деле, вас от него разделяет лишь сомнительное понятие заносчивости, при этом вы совершенно одинаково высокомерны. Выдержав пол минуты паузу, девушка продолжила: - Значит ли это, что вы определяете себя "нормальным", просто потому что не общаетесь сам с собой, так как считаете себя тоже недостойным для общения с вашей личностью? Это - есть истинное внутреннее противоречие аристократов. Пока другие для вас - пыль, вы не замечаете, что являетесь такой же пылью, лишь от другого предмета и считаете, что именно этот предмет определяет вашу важность и ценность. Выдыхая, она возвращается в исходное положение, уже шагая рядом с мужчиной. Прикрыв глаза, она погружается уже в собственные размышления высказанного. Для кого-то бред сумасшедшего, коим его может определить и собеседник, что естественно, а вот девушка часто наблюдала за подобными людьми, да и по множеству рассказов Морака несложно было посудить, ведь паразит прожил приличные 500 лет, будучи бродячим духом и сейчас его сковывает лишь заключенный с Дакотой контракт. Теперь Октавиан точно был уверен, что никогда раньше еще не встречал подобных этой даме людей. А потому его любопытство разгорелось с новой силой. Слова Дакоты смутили юношу, можно было даже заметить как он немного покраснел и отвел взгляд в сторону. За всю его жизнь еще никто и никогда не говорил ему ничего подобного. И по какой то непонятной даже самому Октавиану причине, ему это понравилось. В голове даже пронесся образ Дакоты, но с фейскими крыльями за спиной, в доспехах и клеймором в раках. Капелька пота проступила на лбу у парня, и он начал дышать чуть тяжелее. Наконец взяв себя в руки фей ответил. - Вы совершенно правы, миледи. Живя в роскоши мы порой забываем, что значит быть человеком. Разменивая себя на всякие мелочи, не заслуживающие внимания. На лице парня снова появилась дружелюбная улыбка. Но теперь он смотрел на Дакоту взглядом изображающим не просто заинтересованность, а нечто большее. Разные чувства смешались воедино и казалось вот вот вырвутся из тела. Но позволить себе подобное парень не мог. С трудом сдерживая свои порывы, он сам того не замечая сократил дистанцию между ними, подойдя достаточно близко. Продолжая периодически поглядывать на девушку и с интересом ожидать, что же произойдет дальше. Из мира собственных мыслей её вывели слова Алана. Он подтвердил её слова, что было неожиданно. Ранее она получала негативную реакцию на подобного рода высказывания. Что уж там, все только и видели, как она разговаривала сама с собой или искусно кого-то убивала. Это зрелище куда приятнее, чем её состояние "истерии", когда с телами она не церемонится и просто кромсает несчастного. Если б она действительно была феечкой, то прекрасные крылья были сломлены в неприятном прошлом, а сейчас это человек с отравленным паразитом сознанием. Замечая подобную заинтересованность, она склоняет голову на бок и изгибает брови в явном непонимании ситуации. Ранее ей приходилось одурманивать и привлекать внимание других мужчин, но то была целенаправленная игра, чтобы выудить необходимую информацию, играя необходимую роль. А сейчас, кажется, возник интерес к ней... самой? Хотя осознание настоящего "я" давно стало слишком туманным и если бы её спросили "Кто ты?", девушка перебрала бы множество вариантов и ролей, так и не осознав того, кем является на самом деле. Даже сейчас - лишь оболочка, чтобы скрыть травмы прошлого, постараться их забыть. Поправив черные вельветовые перчатки на ладонях, она вернула свой взгляд на дорогу, так как вернулся Морак. Возвращаясь и скрываясь за спиной своего носителя, существо исчезает с поля зрения. Сейчас Дакота замечает, что они уже вышли из деревни и находятся на пути через лес. - Могу я задать странного толка вопрос? - обращается она к Алану, но взгляд её по-прежнему направлен лишь на дорогу. В голове у Октавиана сейчас был полный бардак. С одной стороны он намеревался просто напросто проводить Дакоту до особняка, а после по возможности понаблюдать за ней. Поначалу он воспринял данную ситуацию скорее как игру, нежели чем что то серьезное. С другой стороны, впервые с того момента как он покинул Фейвальд, человек смог его по настоящему удивить. В данный момент ему было сложно сосредоточиться на чем либо конкретном и потому юноша решил просто отпустить ситуацию. Пусть все будет так как будет. Все его мысли сейчас были заняты Дакотой и ни о чем другом он думать не мог. - Да конечно, что вас интересует? Алан уже было снова собирался начать сверлить Дакоту взглядом, но что то не давало ему это сделать и он продолжал смущенно отводить взгляд в сторону. Без долгих прилюдий, как только ей дали положительный ответ, Дакота краем глаз взглянула на Алана, все еще пытаясь понять его поведение. - Какого человека вы во мне видите? Следует сразу понять, ошибочны ли его представления о ней или нет. Если таковые действительно не правильны, значит следует сразу дать понять, что она не самый безопасный вариант для времяпровождения. Опасна, словно хищник. Змея, что перед поглощением жертвы, сперва изучает её, долго выслеживает, а потом внезапно бросается, пронзая острыми клыками и затуманивая разум ядом. Ранее уже были смельчаки, что пытались приручить такого зверя, но, как показывает история, закончилось это плачевно. Каждый плел музыку для её ушей по-разному, но ни каждый был готов к тому, что такими попытками подписывают себе смертный приговор. Дакота была бы готова идти на контакт с кем-либо помимо своих коллег по делу, но Морак является главной тому помехой. Он питается отрицательными эмоциями, болью, истерией. Без этих чувств носитель будет для него бесполезен, ведь не чем будет восполнять силы. Хотя, как сказал сам паразит, Алан может быть восприимчив к ощущению присутствия постороннего существа, и странно то, что его пока проигнорировали. Пожалуй, это значительно отличие от тех "смельчаков", что когда-то пытались найти в ней частичку необходимого человеку социума. Услышав вопрос девушки Алан без раздумий ответил. - Я вижу в вас воительницу, столь сильную и прекрасную, но обременëнную непосильным ношей. До Октавиана не сразу дошло, что именно он только сказал, а когда дошло было уже поздно. Парень покраснел от смущения и протëр лицо рукой слегка прикрывая его. Парень остановился, он положил правую руку себе на грудь в область сердца и склонив голову произнес. - Прошу прощения, миледи. Мне не стоило этого говорить. Я не хотел вас как то оскорбить. Сердце Октавиана бешено стучало, но он старался не подавать вида. Дакота слушала ответ на свой вопрос, также краем глаз глядя на собеседника. Ответ похож на предыдущие, пусть в другой форме, но суть та же. Многие считают, что её недуг нечто тяжелое и мешающее, и ни кто не подумал о том, что благодаря этому проклятию она выживает. - Это он меня "непосильной ношей" назвал?! - возмущенно воскликнул паразит, появляясь за спиной своей подопечной. Как только тот хотел увеличить между собой и девушкой расстояние, Дакота хватает его за задымление с головы, имитирующее волосы, на что тот опять возмущается, размахивая руками: - Пусти, я ему покажу, кто тут "ноша непосильная"! Девушка лишь выдыхает, перетягивая на себя туманное облако черного цвета и прикрыла глаза, отвечая недовольному: - Успокойся уже. И вот, она замечает, что Алан остановился, а она уже сделала несколько шагов вперед, из-за чего пришлось обернуться. Он извинялся. За что? А, кажется он решил, что её как-то задели его слова. Отрицательно покачав головой, она ставит руки в бока, а после смотрит в сторону: - Расслабься. Не прозвучало ни чего оскорбительного, но если тебе так важно моё прощение, то считай, что я не обратила на это внимание. Кого-то прощать - не моя компетенция. Я - палач. Отворачиваясь обратно в сторону пути, по которому еще предстояло пройти до того самого дома, девушка опустила руки: - Следует продолжить идти, если мы хотим добраться до темноты. Да, сейчас она достаточно легко перешла на "Ты", а вот признак это того, что она доброжелательно настроена к попутчику, или же наоборот выжидает момента воткнуть кинжал со спины между ребер - другой вопрос, и многие так и не находят на него ответа, ведь для неё все равны, независимо от её внутренних убеждений или общепринятой морали и статуса. Услышав слова Дакоты, парень поднял голову. Улыбка с его лица пропала, сейчас оно выражало печаль и глядя на него можно было подумать, что он вот вот расплачется. Октавиан медленно продолжил движение. Юная дева зовущая себя палачом, тронула сердце его сердце, ведь ему были знакомы ее чуства. Взглянув на мгновение ей в глаза он увидел себя прежнего хладнокровного убийцу, военного преступника убивавшего ни в чем не повинных мирных представителей Благого дома. Ужасы войны, что он пережил вновь пронеслись у него перед глазами. Однако после всего ему помогла восстановиться любящая сестра, родители и товарищи. А эта девушка похоже была совершенно одинока, ей не с кем было разделить свою боль. И от этого Октавиану стало еще печальней. - Вы правы, нужно добраться до темноты. Тихо и печально произнес юноша и продолжил идти рядом с Дакотой.