Дом монстров.

Замечая изменение в его лице, она, кажется, начинает немного злиться, о чем говорили сдвинувшиеся к переносице брови, глаза прикрыты, а подушечки пальцев правой руки приставила ко лбу. Коим жестом она успокаивала собственную раздражительность. - Послушай. Это конечно может и быть грустно, хотя я не до конца понимаю, что именно. Но это ведь не повод так киснуть. Опуская руку с лица, девушка выдыхает, расправляя плечи и расслабляя мышцы лица. Дакота хоть и имеет достаточно скверный характер, но это вовсе не означает, что она совсем бесчувственная. Раздражение, вызванное чужой грустью, возникает скорее из-за невозможности что-то сделать, а не "просто потому что". Моральная поддержка? Чуждое ей понятие. Все время вьющаяся вокруг неё тень то и подстрекала её на ужасные действия, чтобы подпитывать самого себя, а для самой Дакоты это возможность существовать далее. И все таки, между ними есть разница. Пока Алан когда-то убивал невинных, девушка охотилась за головами настоящих ублюдков среди "золотых людей" Японии, а вот метод убийства вытекает либо из пожеланий и суммы заказчика, либо её настроения в день исполнения дела. Якудза - организация, которая не прощает ошибок. Чаще всего эти ошибки происходят из-за излишнего проявления чувств, поэтому девушка научилась сохранять хладнокровие даже в те моменты, когда Морак пытался вызвать в ней истерию из-за мании крови. Наконец, парень решил продолжить путь, на что Дакота одобрительно кивнула головой, продолжая путь. Внутри, кажется, все кипело от злости, вызванной его тихим и печальным тоном голоса, но у той внешне лишь веки левого глаза вздрогнули в нервном тике, пришлась закрыть глаза. - О-о-о - довольно протянул паразит, проявляясь позади своей подопечной, сложив свои туманные руки той на плечи - а вот и закусочка, хе-хе. Дакоте пришлось открыть глаза, чтобы повернуть голову и взглянуть на своего счастливого паразита: - Сгинь уже. Марок наигранно изобразил на своем лице одновременную грусть и негодование: - О нет, и куда же мне деться? - Не знаю, куда-нибудь. - сразу последовал ответ той, и начала махать рукой, чтобы отогнать от себя темный сгусток тумана. Фей молча брел по лесному тракту опустив голову и смотрел себе под ноги. Услышав от девушки пренебрежительное "Сгинь уже", он резко свернул с дороги и так же медленно пошел в лесную чащу. Октавиана снова захватили воспоминания о войте. Повсюду кровь, трупы, отрубленные части тел и крылья, множество отрубленных и сломанных крыльев. На этой войне он потерял старшего брата, его звали Коцит и именно он сейчас должен был быть главой дома Аурелиус. Коцит был старше Октавиана почти на сто лет, он был куда сильнее и мудрее своего младшего брата. Все подданные любили его за доброту и отзывчивость, но больше всех его любил Октавиан. Он души не чаял в старшем брате, почти все детство парень провел с ним, так как его родители часто были заняты. Они как никак Герцог и Герцогиня и являются приближенными самой Королевы Воронов, входя в совет невидимых, так что долг обязывает. Поэтому получилось так, что Октавиана с младшей сестрой Лукрецией растил их старший брат. Вспоминая сейчас о брате, фей до сих пор не может себя простить, что в тот злополучный день не полетел с ним. На границе отряд Коцита попал в засаду, они успели отправить сообщение о том чтобы им выслали подкрепление. Но подкрепление прибыло слишком поздно, отряд был наголову разбит превосходящими числом силами противника. Среди подкрепления был и Октавиан. Он прорубался сквозь ряды врага, размахивая мечем и осыпая неприятеля боевыми заклинаниями. Но когда наконец увидел бездыханное тело брата лежащее поодаль от гущи сражения, не смог больше поднять оружия и кинулся к нему, упал на колени и разрыдался. Стех пор юноша больше не принимал участия в боевых действиях, а вскоре война и вовсе закончилась. В очередной раз подписанием мирного договора и в очередной раз перейдя в состояние холодной войны. Когда Алан свернул с дороги, Дакота останавливается, сперва вопросительно изгибая брови. Ведь идти, вроде как, было нужно в другую сторону. Лишь спустя не долгую минуту до неё доходит, что адресованную паразиту фразу он мог воспринять на свой счёт. Когда ладонь ударила девушку в лоб, из её уст раздалось раздражительное и достаточно громкое: - Твою мать, Морак! Опуская ладонь, та вставляет руки в бока, оборачиваясь к своей несчастной тени. - И вот что мне теперь делать? За ним идти? Взгляд ее был грозный, не довольный. От того даже самой существо пришло в ужас, однако понимая, что сделать ему ни чего не смогут, расплылся в ехидной и длинной улыбке: - Ну, судя по его "растоптаному" видочку, зайдёт на территорию какого-нибудь зверя и... БАЦ! Нет паренька, хи-хи. В какой-то момент ее лицо сменилось на яркое выражение фразы: "замечательно". Разводя руками, девушка вопросительно изгибает брови: - И что, предлагаешь идти, проверять, а в случае - спасать? У меня даже оружия с собой ни какого нет. Паразит искривился, его сильно задели эти слова. - Ну, у тебя есть я. Хоть и не силен как раньше, но выиграть время для совместного побега смогу. - Что ты задумал, нечистый? - раздалось ее проницательное и недоверчивое. Она слишком хорошо его знает. - Ой, да ладно тебе, весело же будет! Закатывая глаза, она оборачивается в сторону, куда ушел новый знакомый. Разумеется, пока она общалась со своим "недугом", он уже и затерялся посреди деревьев. Но, ни чего не остаётся. Следуя в сторону, где она видела его перед тем, как отвлечься, одновременно смотрела по сторонам, прислушиваясь к каждому стороннему шороху. Так, понимая, что прошла уже достаточно далеко, останавливается и, приставив обе ладони ко рту для более громкого звука, пытается позвать несчастного: - Алан! Уловив тишину, по которой ее зовут лишь эхом пронесся на небольшое расстояние по чаще, Дакота вновь кладет руки себе на талию и хмурится, прикрыв глаза: - Вот ведь бл*ть... - раздалось тихое и раздраженное ругательство с ее уст. Октавиан брел по лесу все глубже и глубже погружаясь в свои воспоминания когда услышал как Дакота кричит "Алан!". Он тут же пришел в себя и расправив крылья взмыл в воздух. Поднявшись достаточно высоко и осмотревшись, ему удалось сквозь густую листву разглядеть силуэт девушки. Вокруг нее все также вилось темное пятно, а по одаль от них располагался красивый малиновый куст. Слава Богине она в порядке, Октавиан уже было подумал, что с девушкой что то случилось и она зовет на помощь. Фей медленно опустился на землю рядом с кустом и спрятав крылья сорвал несколько ягод. А после также медленно и почти неслышно подошёл к Дакоте. - Миледи. Вы звали меня? Произнес он кладя одну из ягод себе в рот. И так, она ожидает в течение еще какого-то времени, пока не решает все высказать вновь своему паразиту-неудачнику, как вдруг за спиной раздается голос. Оборачиваясь, она сначала встает в готовую для нападения стойку, выставляя перед собой расправленные ладони рук, как пальцы напряглись. Однако, не замечая для себя опасности, выдыхает, и выпрямляется расслабляясь. - А, вот ты где... Неспешно так подходя и вставая к тому почти в плотную, она продолжает: - Давай-ка кое-что проясним... Её рука быстро хватает собеседника за кончик уха, медленно потянув за него вниз. Прям как заботливая мамочка, что сейчас готова своему потеряшке уши надрать. На лице той все по прежнему было сердитое и раздраженное выражение лица, лишь губы растянулись в ухмылке, а на свободной руке начинает загибать с указательного пальцы: - Во-первых, если уж решили идти вместе, то и прийти мы должны вместе. Во-вторых, я городская сумасшедшая и не надо воспринимать все, что я говорю всерьез. В-третьих - та пыль, которую ты видишь вокруг меня, зовут Морак, и часто я разговариваю с ним. В-четвертых, если тебе необходимо уединиться со своими размышлениями о несчастном прошлом, то просто дай мне об этом знать и я дам тебе время, черт возьми. Vous m'avez compris? (ты меня понял?) Последнюю фразу она произносит с характерным французским акцентом, а все благодаря матери, что была оттуда родом. Парень склонил голову в ту сторону, в которую его потянула рука Дакоты. - Je vous ai compris. (Я вас понял.) Скривив гримасу боли, выдавил из себя пристыженый фей, на ломанном французском. Но ягоды из руки так и не выронил. - Простите меня, миледи. Я очень перед вами виноват. Но прошу вас, пожалуйста, отпустите меня. Жалобно процедил Алан. Но услышав слова девушки о Мораке он переменился в лице и не дожидаясь пока девушка его отпустит произнес. - Оно говорящее? Так подождите, то есть вы тоже его видите? Хммм... Продолжая стоять в странной позе и делая умный вид Октавиан снова завис задумавшись, о том что только что услышал. - Подожди-ка... Хотела бы она того сразу отпустить, только замечает кое-что странное... Держа того за ухо, начинает нащупывать, что его уши, оказывается, другие, чем она их видит... Пытаясь понять, в чем дело, она подушечками пальцев слегка нажимает на кончики ушей, где может их коснуться, но глаза видят лишь пустоту. - Интересно. Опуская руку, она ставит ладони себе на пояс, делая шаг назад, чтобы немного увеличить расстояние между ними. На высказывание по поводу паразита, она прикрывает глаза, выдыхая: - И слышу, и вижу. Да, он говорит. А еще иногда даже бывает полезен. А кто ты, черт возьми, такой? Вопросительно изгибая брови, она продолжила наблюдать за Аланом теперь за чем-то очень ей непонятным. Увидев реакцию девушки и услышав ее вопрос, Алан резко схватился за то ухо, за которое она его держала. Парень понял почему девушка так отреагировала. И раз уж она раскрыла ему свою тайну и не смотря на всю внешнюю холодность, отчужденность и безразличие, все же свернула с дороги в лес, что бы его разыскать. Фей решил раскрыть ей свою настоящую личность. От Алана начал исходить радужный свет, вспышка была не слишком яркой, а после нее голова парня начала как бы растворяться в воздухе. Лицо стало полупрозрачным, а под ним проступило новое, но уже совсем другое, покрытое шрамами. Темно серая кожа, желтые светящиеся глаза с черной склерой и длинные заострённые уши, а его блестящие длинные цвета воронова крыла волосы стали белыми и отливали серебряным блеском. Из за спины показались два бледных крыла, похожие на крылья насекомых, а если быть точным то на крылья мотылька. - Позвольте представиться заново, как подобает. Алан приложил правую руку к груди и галантно поклонился. - Лорд Октавиан, сын герцога Флавия из дома Аурелиус. Я архифей, миледи. Глаза девушки крайне чувствительны к переменчивому освещению. При возникновении радуги, она прикрыла глаза ладонью, а вот паразит сформировался рядом в виде мужской фигуры и лишь растянул свою белоснежную улыбку по самые уши, смыкая ладони на уровне груди... ну или что-то похожее на неё. И вот, когда светомузыка закончилась, она опускает руку, чтобы разглядеть новый внешний вид своего знакомого. Да, теперь он выглядел значительно иначе. Непривычно серая кожа, заостренные уши, серебряные волосы, странного вида глаза... Да и к тому же крылья не выглядели слабыми, хотя у насекомых они обычно довольно хрупкие. Да кто ж этих существ разберет, как они устроены? До сего дня она видела лишь двух тварей - Морака и вампиров. Теперь фей. Кажется, в её глазах читалось полное непонимание или же "вот это маскарад". Однако, она приподнимает руки в локтях перед собой, поворачивая голову в сторону паразита: - И что мне теперь с "этим" делать? Тот лишь ехидно посмеялся, прищурив свои глаза: - Сама разбирайся. Когда брови девушки нахмурились, из её уст раздалось четкое ругательство: - Чертила. Это было довольно сильным оскорблением для паразита, ведь он считал чертей, демонов и подобных самыми низшими существами. Возмущенно, он начал махать руками: - Да за что ты так со мной обращаешься?! Однако, она уже даже бровью в его сторону не повела, продолжая рассматривать мужчину. Сложив руки на поясе, Дакота задумывается. Эти официальные приветствия, представления... все это было так давно и предпочла бы забыть. Но воспитание в её семье было достаточно строгим. - Прошу прощения, была бы на мне хотя бы юбка, тогда смогла бы поклониться в ответ, но в данный момент я исключаю подобные... модели поведения прошлого. Лишь сейчас до неё доходит, что Алан, точнее, Октавиан, назвал своё настоящее имя. Следует ли поступать также? Вряд-ли. По именем, которая она назвала ему, девушка живет достаточное количество времени, и если сейчас её назовут настоящим, она наверняка не откликнется. - Итак... ты... вы. Наверное не просто так использовали маскировку. Думаю, стоит её вернуть и продолжить путь. Надеюсь, что назвав мне своё настоящее имя, в будущем вы не будете жалеть. На последнем высказывании её лицо выражало ничего. Для кого-то сохранить своё имя в тайне - очень важно, к тому же, для таких паразитов, как её, это возможность как можно крепче уцепиться за носителя и Дакота понимает, какой риск вызывает её знание. Морак также знал, о чем подумала его подопечная, но он сделает вид, что ни чего не слышал. На какое-то время. Ни кто не способен знать, что может задумать это существо. Сняв с себя иллюзию Октавиан наконец смог рассмотреть Морока. Так как его обзору больше ничего не мешало. Из слов Дакоты он сделал вывод, что она с существом связана давно и находится в достаточно хороших отношениях. Фей перевел свой взгляд на мрачную тень возле девушки. - Сэр Морак, прошу простить, что не смог расслышать вас ранее, впредь я буду внимательнее. Юноша доброжелательно улыбнулся и перевел взгляд на Дакоту. - Все в порядке, я знаком с человеческими обычаями и понимаю что в современном мире среди людей кланяться не принято. К сожалению ничего не могу поделать со своей привычкой. А насчет маскировки, вы это верно подметили. Лицо октавиана начало обволакивать полупрозрачной маской, которая быстро приняла человеческие черты, волосы начиная от корней стали темнеть и мгновение спустя приобрели прежний вид. А крылья скрылись под одеждой словно бы втягиваясь в тело юноши. Перед Дакотой снова стоял тот самый Алан Льюис, ни чем не отличающийся от прежнего себя. - Насчет моего имени не беспокойтесь, те кто его знают не захотят иметь со мной дел. На удивление это прозвучало не пафосно или самодовольно, а с некоей ноткой грусти в голосе. -И да, если вам так будет удобней давайте перейдем на ты. Фей указал в сторону тракта и немым жестом предложил к нему вернуться. Дакота лишь положительно кивнула головой, но продолжать дискуссию касаемо имени не стала. Морак же на приветствие и извинения со стороны фея лишь прищурил глаза, ехидно пытаясь разглядеть в нем все мерзкие отростки души, однако вскоре скрылся в тени своей носительницы. Идти было еще не мало, так что девушка решила добраться до дома как можно скорее.