Каждый может быть несчастным (счастливым)

Ночь – во-истину прекрасное время суток. Когда большая часть людей спят, а некоторые сидят и смотрят на звëзды. Сидят, мечтая о чëм-то.        А что, если ночью кто-то выговаривается? Говорит о своих проблемах, глотая слëзы? Просто. Потому что друзей нет, поддержки нет — человек сходит с ума.

***

Уже около 01:00. Всё клоны давно уже спят крепким сном. Кто-то храпит, а кто-то спит со своим королем. Ромео и Феликс. Они такая милая парочка, если честно. Оба яркие и весëлые. Хотя много в их жизни ссор. Феликс влюблен в короля своей масти и ревнует его к каждой девушке. О как же долго он терпел. Пока его король отдыхал, валет черви плохо спал и ел. Позитив его пропал, ему было плохо. Как хорошо, что Ромео не слепой. За Феликсом началась слежка, король очень переживал. Долго до него доходило, что его валет его любит не как друга или короля, а как парня. В первый раз королю черви пришлось обращаться за помощью к Данте. Рома со своими знаниями о любви не смог понять, что сам влюбился. — Данте, ну не может быть такого, что я в него влюбился и сам этого не осознал, – отчаянно прозвучал голос Ромео. — Друг мой, всë бывает впервые. Влечение и любовь две разные вещи. И ты наконец познал вторую, – спокойно и мелодично сказал Данте, он радовался за друзей, хотя показать это должным образом не пытался. — Спасибо, король буби. Я очень тебе благодарен. – сказал Ромео, спустя пару минут тишины. Он уже был твёрдо уверен в том, что сейчас пойдёт делать. Выйдя из комнаты бубнового короля он отправился в комнату Феликса. — Фель, можно, пожалуйста? Разговор есть. – мягко произнёс Рома, ему было слегка страшно. Серьёзные разговоры всегда трудно ему давались. — Д-да, можно, входи. – голос Феликса дрогнул, ведь он не ожидал именно этого гостя. Его король редко вспоминал о нём без веской причины, а ещё реже подходил именно поговорить, а не жалеть и успокаивать. — Феликс, послушай, — жёлтые волосы качнулись в сторону, вошедшего и начавшего с порога говорить Короля, — я тебя люблю. Ты, будешь моим... Парнем. – ему не впервой признаваться в любви, однако сейчас всё было по-другому. Последнее слово Ромео очень не хотел добавлять. Он хотел чтобы Феликс был его, и больше не чей. — А?... Да. – на глаза валета черви накатили слëзы, слезы радости. Он светил своей улыбкой, похожей на солнце. Наверное странно, что он так быстро поверил королю, но это не столь важно. Ромео подошёл к Феле и обнял его так сильно, как никого до этого. Теперь Феликс облокотился на своего короля, сидя так, чтобы его голова была уткнута в плечо его парня. И... Поцелуй, мягкий и страстный. Язык Ромео любопытно пробрался в рот Фели, на что последний лишь покорился. Он не был против того, чтобы его король был доминантом, его это устраивает. После этого Рома кусает ключицу желтоволосого, слушая стон неожиданности. Он был до того сладок, что хотелось ещё больше. Опрокинув Фелю на постель спиной, он навис над ним. Хотелось большего, но Ромео сдержался, еще слишком рано. Вот поэтому они сейчас спят вместе, наслаждаясь объятиями любимого и видя хорошие, а может и эротические сны.

***

Пик сидит на подоконнике и думает о новообразовавшейся паре. Звëзды ярко сияют на темно-синем небе, будто дырки на полотне. На голубые небеса накинули синее полотно, но оно, к сожалению, оказалось дырявым. Так и получились звëзды, случайно, но не зря. Теперь они приносят радость людям, которые любуются на эту красоту часами, а может и ночами на пролëт. — Почему? Может я тоже хочу ласки. Того, чтобы меня называли милым, добрым или любимым. Обнимали, когда мне плохо, – такие мысли частенько посещали голову Пика. Он был обычно холоден ко всем, но это тоже не очень легко. Ему приглянулся один зеленоволосый парень, его валет. Как так? Он этого не знает, просто в один момент, когда Вару попросил его покатать на спине, он согласился. Его смех был подарком Пику на всю жизнь, но вместе с этим и проклятием. Он стал зависеть от этой улыбки, от звонкого смеха. — Нет, нет, нет! Пик, нельзя! Ты не достоин любви! Тебе нельзя любить, не смей даже мечтать! – твердил себе король пики. Это было сложно. Особенно когда ты желаешь любви и ласки, то тебе буквально закрывают рот и сажают в клетку. Оставляют в одиночестве. Глаза были сухими, но слезы хотели литься. Им тоже нельзя. Глаза начали слипаться, он зевнул. Сколько ночей он так уже не спит толком? Две, пять или десять? Пик не знает и знать не хочет. Он в любом случае готов делать так ещё хоть столько же. Его ничего не остановит.

***

Вару сегодня не спалось. Открыв окно, он наблюдал за ночным небом и его красотой. Никто не рушил возникшую тишину, пока пятый не услышал бормотание, которое, судя по всему, доносилось из комнаты Пика. — Интересно, о чëм эта псина говорит. Чë он не спит в такой то час, – мысленно он задал себе эти вопросы, ведь скажи он хоть слово, его бы услышали. Прислоняться к стенке как дебил он не стал, мало ли что его король там говорит. Это не его дело. Но что же тогда делать, ведь спать не хотелось от слова совсем. — Пойду воды попью что-ли, – пронеслось в голове у Вару, после он сразу же встал и, открыв дверь, потопал на кухню. Достав стакан и спокойно налив воды, он опустошил ёмкость за пару десятков секунд. Убрав обратно кружку он уже хотел пойти назад в комнату как вдруг услышал шум открывающейся двери. — Это Пик? – стало интересно, угадал ли он или же нет. Ведь если не Пик, то кто? Мысленно эти слова звучали очень громко в его голове, будто он сказал это вслух. Скрипы пола в такт шагам неизвестного говорили о том, что этот кто-то приближается к кухне. — Ты почему не спишь, рогатый? – поинтересовался Вару от нетерпения. Он давно заметил, что с Пиком что-то не так. Он подобрел, синяки под глазами стали в разы больше и заметнее. А сам он всегда ходил вялый и уставший, будто ночью не спит. Каково же было удивление пятого клона, когда он понял, что был прав. Остался лишь один вопрос. Почему он не спит, и уже, видимо, не первую ночь? — Не твое дело, валет, – по привычке буркнул восьмой клон. Он был сонный, но до края грустный. — Больно надо, – обиженно буркнул Вару. Он собрался уже было уйти с кухни, как его позвал голос короля. — Останься, пожалуйста, – обычно грубый голос Пика теперь звучал ранимо и обречённо. Зеленоволосый впал в ступор, он не ослышался? Это было неожиданно, но возражать не было желания. Вару так и стоял на пороге кухни спиной к Пику, не зная, чего ожидать. Пиковый король подошёл и обнял со спины своего валета. Головой он зарылся в мягкие кудри, что пахли весной. Шок Вару был просто неимоверный, он первые минуты даже не мог пошевелиться, а потом. А потом он понял, что выходить из этих тёплых объятий ему совершенно не хочется. Это странно. Он обычно против любых контактов с клонами и людьми, а тут. — Пик, пойдем, нужно ложиться спать. – тихо-тихо, шёпотом сказал Вару засыпающему на нём Пику. Будить спящего не очень хотелось, но пришлось. Одновременно пиковые сделали шаг в сторону их комнат, ну, так и побрели, в обнимку. Вару решил вести Пика прямо в его комнату и уложить спать, а потом самому пойти. Его всë же пробрало на сон и глаза немного слипались. — Пик, у тебя тут холодно! – Вару от неожиданности прикрикнул. Уложа короля на кровать, он решил закрыть окно. Как Пик ещё не заболел? Никому не известно. Он уже собрался уходить, как вдруг жалобный голос прошептал еле слышно. — Не уходи, – Пик просто хотел тепла. Человека рядом, которому он доверяет. Сквозь сон он увидел своего героя и им оказался Вару. Как всегда красивый и очень милый. Лицо Вару было покрыто румянцем, он смущался как девочка. Это было чертовски мило. Может, король пики умудрился по-настоящему влюбиться? Первый раз и на всю жизнь. Безгранично сильно, он был к нему привязан.

Нет! Это просто привязанность. Но чертовски сильная...

Вару не знал, что же ему делать. Подойти к сонному Пику и лечь с ним в одну кровать или уйти в свою комнату, где будет холодно, ведь пятый забыл закрыть окно, и уснуть в холодной постели в одиночестве... Вару ушел. Ему по большей части было плевать, просто играл интерес. В комнате было холодно, видимо Пик напомнил пятому о старых ранах, которые со временем покрылись коркой. Он не хотел давать волю чувствам, он не слабак! — Чëрт! – вскрикнул зеленоволосый клон от воспоминаний. Ну нет! Он будет разбивать в кровь кулаки, рычать или кричать, но один. Он никогда не будет жаловаться кому бы то ни было. Даже если для этого придëтся кусать собственные пальцы.

***

— Блять! Я слабак! – шипение было злым, но агрессия направлена на самого себя. Пик встал и открыл обратно окно, это его наказание. — Лучше я замëрзну насмерть. А лучше, заболею, а другим об этом ни слова не скажу. Будет тяжело и больно, но я это заслужил, – злорадно бормотал восьмой себе под нос, говоря о себе. Он лежал в холодной кровати без одеяла.

Нет тепла внутри, не будет тепла снаружи.

Хочется, чтобы сейчас кто-нибудь зашёл в комнату к пиковому королю, но этого не случится. Он не ждет помощи, хотя остатки его человечности до сих пор верят в эту чушь. Как наивно. Он уснет через каких-то два с лишним часа, дрожащий и опечаленный. Он не достоин лучшего. Если умирать, то в гордом одиночестве и с болью в груди. В его жизни никогда не проглянëтся солнце сквозь тëмные тучи. Там только вечно льёт дождь и гудит ветер, ураган. Ни одной живой души, только серость. Еще с далёкого детства он знал, что ночью можно делать всë, что хочешь. А днём нужно подчинятся вечно пьяным и строгим родителям. Терпеть всё побои, ведь это он в них виноват, терпеть всю боль, которая уже лилась за край. Оставалось лишь ненавидеть. Ненавидеть всех, кто рядом.

***

Когда не знаешь что же делать, Нужно лишь идти по краю. Между правдой и обманом, Будто ничего не знаю. Врать всем без видимого страха. Ждать, когда же ударят вновь. Ждать своего судна краха,

Чтобы увидеть на льду кровь.