Об этом узнает мой отец

После того, как Робер и Валентин были переданы им в руки коменданта Багерлее, Алва позволил себе краткий визит к Ричарду. Проверка содержания заключённого вполне могла расцениваться как исполнение порученного ему дела. — Вот здесь, ваша милость. И остальные двое — здесь недалеко. Я постарался сделать всё для вашего удобства. Прошу, проходите. Как закончите — просто стукните в дверь. Ворон с трудом сдерживал себя, слушая эти медовые излияния коменданта. Когда камеру Ричарда наконец-то открыли, он быстро вошёл внутрь и сам закрыл за собой дверь. Увидев визитёра, лежавший на кровати Дик сел и первым делом взволнованно спросил: — Где Айрис? — В относительной безопасности. Здесь, в крепости. В достойных условиях. — Таких же стандартных? — с горькой усмешкой произнёс Дик, окидывая взглядом свою маленькую полутемную камеру с жёсткой кроватью, столом и стулом, привинченными к полу. — Я сказал — достойных. Айрис разместили как знатную особу. Это всё, что я мог для неё сделать, — Алва сел. После паузы Дик глянул на Ворона исподлобья и тихо сказал: — Я, видимо, должен вас поблагодарить? И за неё, и за себя? Всё ведь могло быть намного хуже, верно? Рокэ отвернулся в сторону: — Нет. Не должны, Ричард. У меня просто не было чёткого приказа на этот счёт. Иначе, всё действительно было бы намного хуже. И ещё может быть будет. Я тогда мало чем смогу вам помочь. Ричард вскочил на ноги, подскочил к столу и опёрся на него руками, нависая над Вороном: — Да что здесь в конце концов происходит? Приказа? Кто может вам приказывать? Соберано и герцогу Талига? Вы сами всегда говорили, что смеете всё! Что изменилось, господин первый маршал?! Рокэ поднял на раскрасневшегося собеседника полный боли взгляд: — Ты сам сказал, Дикон. Я не имею права это обсуждать. Ричард отшатнулся, сел обратно на кровать и обхватил голову руками: — Не имеете права… Что значит — не имеете права? Первый маршал… Робер тоже — первый маршал, но он не ведёт себя так странно… Хоть и тоже давал клятву… Страшная догадка пронзила Дика. Он опять вскочил на ноги и принялся ходить по камере из стороны в сторону. — Так вот, в чём всё дело! Вы же говорили об этом в Лабиринте! Что мы поклялись кровью, а значит теперь должны подчиняться всем вашим приказам! Иначе попрощаемся с землями… А вы ведь тоже поклялись кровью… Фердинанду! И теперь он вам приказывает всё, что захочет… О, Создатель! Почему я не подумал об этом раньше! Всё ведь было так очевидно! Комендант говорил, что вы явились в Багерлее сами… Потом это ваше молчание… Это ведь тоже был приказ, верно? А потом вы вдруг заговорили… Значит получили на это разрешение и новый приказ! Ричард застыл посреди камеры: — Он приказал вам убить Альдо… Войти в доверие, присягнуть и убить… А потом положить корону к его ногам… Так всё и было… Ворон встал, не глядя на Ричарда подошёл к двери, и стукнул в неё кулаком. Зазвенели ключи. — Прощайте, Ричард. Неизвестно при каких обстоятельствах нам придётся увидеться вновь. И что я должен буду сделать. Прощайте и простите. Если сможете.