В ад только перед тобой, в рай после тебя.

«Если твоя рука в моей руке Я чувствую, что счастлив.»

После одностороннего признания в любви прошло пару недель. Вопреки здравому смыслу, логике и разуму, Му Цин сбегал в Призрачный город при любой удобной возможности, чтобы просто побыть с демоном. Его душа пела рядом с князем. А тот, в свою очередь, делал всё и даже больше, чтобы бог улыбался и чувствовал себя комфортно. Каждый каприз или желание дорогого гостя выполнялось немедленно, безукоризненно. Если бы бог попросил разобрать город по кирпичикам, демон тотчас сделал это и глазом не моргнув! Каждая улыбка генерала, словно, распускала цветов бутоны, в мёртвом сердце непревзойдённого. Ему даже казалось, что оно бьётся, когда Му Цин рядом. Хоть это и невозможно. — Вот так? - бог войны в попытках выкинуть нужное число, повторил движения рук демона. Он поднял стаканчик, но ничего не вышло, там красовались четвёрка и двойка. Не так плохо, но и не хорошо. Му Цин цикнул. — Давай ещё раз покажу. - непревзойдённый обошёл стол, и оказался рядом. Его большие ладони накрыли руки бога. Лицо Му Цина сразу же залилось багровой краской. Они уже не единожды держались за руки, но он смущался, словно впервые. — Просто признайся: ты меня дуришь! Нет никакого выгодного и правильного положения! — Хорошо, ты меня раскусил. - признал он. — Ах ты! - зашипел бог войны, точно змея. — Я просто хочу держать тебя почаще за руки. И это как повод. Не злись. Генерал пробубнил что-то невнятное себе под нос, но злиться перестал. Сейчас он был похож на сердитого кота, которого погладили против шерсти. Так мило. Демон не удержался и наклонился к лицу бога, желая слиться с ним в нежно - страстном поцелуе, но тот резко отвернулся. Хуа Чэна, словно, кипятком ошпарили. Когда он уже поймет? Бог его не любит, а просто позволяет демону любить. И он уже должен радоваться. — Прости. - еле выдавил князь из себя. — Ты... Я отвернулся не потому что мне противно или типо того. Не придумывай ничего. Я отвернулся потому что мой путь вознесения запрещает плотские утехи и употребление алкоголя, иначе моя сила ослабнет. Ресницы Хуа Чэна на единственном глазе дрогнули. — Причина правда только в этом? Му Цин уверенно кивнул головой. Непревзойдённый засмеялся. — Не волнуйся, ты не ослабнешь. Я поделюсь своей духовной энергией. Если хочешь - можешь всю её забрать! Мне не жалко! — Всю? Ты готов отдать всю свою энергию лишь за поцелуй? — Да. - краткий и наполненный решимостью ответ. — Умалишённый. Извращенец. - бог снова залился краской. — Ладно... Один... Один поцелуй. - сдался генерал. Хуа Чэн встал на колени перед богом, заставив того широко открыть глаза в удивлении. Теперь бог смотрел сверху вниз на демона. Князь подался вперёд и их губы слились в лёгком поцелуе. Демон не торопился, пробуя на вкус губы любимого. Смакуя. Му Цин сам приоткрыл их, разрешая углубить поцелуй. Их языки сплелись между собой. Демон не забывал во время поцелуя передавать часть силы. После поцелуя Му Цин не поднимал взгляда. Он чувствовал себя странно. В груди был пожар, всё полыхало. Внизу живота приятно покалывало. Это было ново для него. — Ты как? - участливо спросил демон. — Не знаю... — Не понравилось? — Не знаю... Скорее понравилось, чем нет... Думаю, мне пора. - Му Цин вскочил со стула, перевернув тот. — Ты же ещё придёшь? - скрывая панику, спросил демон. — Да. *** Влажная дорожка из поцелуев прошлась по шее, кончик языка обвел ключицу. В янтарных глазах было смущение, желание, пелена удовольствия. Каждый поцелуй демона вызывал табун мурашек. Он, не знавший плотских утех, таял в этих руках, словно мороженое на солнце. А демон видя отклик, распалялся лишь больше. С каждой встречей они заходили всё дальше и дальше. Останавливаться на пол пути было невыносимо, но пока бог не даст согласия, Хуа Чэн никогда не перейдёт черту. Его язык начал играть с соском бога. Тот в свою очередь от возбуждения стал твёрдой горошиной. — Ах! - стон вырывается из уст генерала. Тело находится в эйфории. Разум давно отошёл на задний план. Му Цин долго сопротивлялся собственным чувствам, вовремя останавливая сие действо, но больше не мог. Он действительно желал большего. Поцелуев, укусов и обжигающих объятий ему было мало. Он хотел стать единым целым с демоном. — Давай... Сделаем... Это... - грудь бога вздымается от тяжёлого дыхания. — Я... Не хочу... Быть эгоистом... И не хочу... Один получать удовольствие. - и Му Цин впервые берёт инициативу в свои руки. Он переворачивает демона, оказываясь сверху. Он чувствует себя неуверенно, но отступать поздно! Он пытается повторять за демоном, вкладывая всю страсть, что в нём есть. Он осыпает тело демона неумелыми, но чувственными поцелуями, не задерживаясь долго на одном месте. И демон тоже начинает стонать. Сидя на князе, Му Цину начинает что-то упираться в бедро. Что-то, что быстро увеличилось в размере раза на два. Му Цин облизнул засохшие губы и пальчиками дотронулся до выпирающего бугорка, слегка сжав тот. Хуа Чэн сладостно рыкнул и схватил Му Цина, опять меняясь с ним положением. Теперь демон возвышался над ним. Он стал избавляться от остатков одежды, что мешала - та полетела в угол комнаты. Они оказались полностью обнажённые: не только телом, но и душами. Хуа Чэн облизнул палец и аккуратно стал вводить его в нутро бога, подготавливая к большему. Тот сначала сжался от напряжения, но вскоре расслабился, махая бедрами навстречу. Немного погодя в нём было уже три пальца. Хуа Чэн вытащил их, мышца снова сжалась плотным кольцом. Он приставил к входу свой возбуждённый орган. — Готов? - еле слышно спросил он, вместо ответа Му Цин обхватил демона ногами и притянул его лицо к себе, сливаясь в поцелуе. Медленно, не разрывая поцелуя, демон ввёл половой член в любимого, расправляя его внутренние складки. Было узко и горячо. Он остановился, давая ему привыкнуть, а потом стал медленно двигаться. С каждым разом наращивая темп. Скоро они стонали оба во всё горло от удовольствия, что накрыло их с головой. Последние толчки и оба содрогнувшись, приплыли к оргазму: мощному, головокружительному. Выйдя из партнёра, Хуа Чэн лег рядом, приобнимая бога. Му Цин же прижался к нему поближе и без сил закрыл глаза. Хуа Чэн ласково улыбнулся, любуясь своим сокровищем, Му Цин же сладко заснул. Во время занятия любовью, Хуа Чэн не забывал передавать духовные силы богу, но тот всё же, отправился от удовольствия и бессилия, в мир сновидений. Князь нежными движениями ладони гладил растрёпанные волосы бога. — Счастье, пожалуйста, будь вечно. Пусть эти мгновения не заканчиваются...