Другой пугающий хищный и опасный Хао
22 марта 2023 г., 18:54
С горем с пополам Йо всё же пришёл домой, когда город ещё был поглощён ночным мраком, а Хао крепко, но тревожно, спал. Асакура постарался зайти в их жильё как мог тише. Проскользнув незаметно в квартиру, Йо ужаснулся, бросив взгляд на часы: два пятнадцать! В голове скользнуло леденящее: «Хао убил бы меня! Хорошо, что он сейчас спит!» Но, как говорится, помяни чёрта…
Вот и Хао явился. Аоки бесшумно стоял в кухне, с интересом наблюдая, что же будет делать Йо.
— А говорил, что к твоему возвращению я буду на работе… Нехорошо обманывать, дурашка, очень нехорошо, — покачав головой протянул Аоки.
— Хао, привет, а ты чего не спишь? — спросил Асакура как ни в чём не бывало.
— Без тебя не могу уснуть, солнце, ты заставил меня нехило волноваться, — с хищной улыбкой ответил молодой человек.
— Ну, тогда пойдём уже спать? Я вернулся, теперь ты сможешь уснуть! — весело проговорил Йо.
— Уже? Даже не расскажешь, как прошла встреча? А я так надеялся послушать… — расстроенно протянул Хао.
— Да Рен ничего не рассказал о своей невесте почти, сказал, что нам достаточно знать, что она красивая, добрая и умная; впрочем, Рен есть Рен, нельзя от него чего-то требовать. Фотографию тоже не показал, не хочет, чтобы мы разглядывали его невесту. Вот и весь рассказ, а ещё, правда, я не уверен, что могу тебе это сказать, но ты был прав: Рен когда-то поцеловал Хоро-Хоро — быстро изложил суть Йо.
— Я знаю, что был прав. У них же всё на лицах написано. Два парня, которые постоянно друг друга подкалывают в шутку, очевидно же, что это не из неприязни, а, напротив, замаскированное проявление симпатии, чтобы никто не догадался о ней — ровно проговорил Аоки с полным осознанием своей неотразимости.
— Ты слишком умный, Хао, не люблю эту самодовольную ухмылку, так и подмывает её стереть, — пожаловался Йо, подходя вплотную к Хао.
— Я тоже скучал, родной, — Асакура мягко увлёк Хао в нежный долгий поцелуй, на который Аоки начал с присущими ему остервенелостью и ненасытностью отвечать. Парень вжал Йо в стену, с глухим рычанием исцеловывая его шею и губы, не забывая при этом оставлять лёгкие укусы, которые расцветали алыми цветами, добавляясь к предыдущим, которые уже ставшим сиреневыми. Йо чувствовал, что сердце вот-вот сбежит из груди, ноги вдруг охватила такая слабость, что парень вынужден облокотиться на стену. С губ Асакуры сорвался слабый стон, который заставил Йо мгновенно вспыхнуть румянцем, что мягко растёкся по бледным щекам. Парень ощутил волну жара, которая медленно прокатилась по телу снизу вверх, так, что стон перешёл в неприлично-громкий вскрик. Бедный Йо ещё гуще покраснел, не понимая, что с ним происходит.
— Да, меня тоже возбуждают твои стоны и крики, солнце, — прорычал Хао, вплотную прижав Асакуру к стене и нависая над ним. Хищный взгляд Хао беззастенчиво и слишком похотливо ходил по телу Йо. Асакуре это не понравилось: никогда ещё Хао не казался таким другим, пугающим, хищным и опасным…
— Ч-ч-что ты несёшь? — от страха перед таким другим Аоки Йо начал заикаться, что выражалось не только в дрожащем голосе, но и в сердце, которое куда-то предательски падало.
— А что я такого сказал, м, солнце? Как-то ты дрожишь. Замёрз? Вроде бы тепло, — пожал плечами Хао.
— Нет, ты странно ведёшь себя, Хао, — выдохнул Йо.
— Думаешь? — пугающе тихо прорычал Аоки.
— Одна просьба, солнце, — запомни: ты — мой, и я волнуюсь, когда тебя нет рядом; с учётом того, что, как оказалось, твои друзья делят одну голубую реальность, я несколько опасаюсь отпускать тебя впредь куда-либо с ними, понимаешь? Ты только мой, и это не обсуждается, — всё тем же угрожающим шёпотом вкрадчиво проговорил Хао, — а, если вдруг кому-то из твоих дружков это неясно, я оставлю на твоём теле свой отпечаток в надежде, что это послужит тебе напоминанием и уроком, так что, будь добр, приготовься немного потерпеть боль, — с мрачным упоением проговорил Хао.
***
Аоки не пошутил, когда сказал про боль, — Йо это понял, когда сильные руки Хао сильно прижали его к столу на кухне, а острые зубы оставили болезненный до искр из глаз и крови, которая маленькими капельками сочилась из истерзанной шеи молодого человека, след. Всё потемнело в глазах от возбуждения, когда Аоки упёрся затвердевшим пахом Йо между ног, оказавшись сверху и вжав тело Асакуры в холодный твёрдый стол. В тот миг Йо испытал сковывающий страх. Сердце бешено стучало, но на этот раз не в сладком упоении, а в паническом страхе. — Х-Хао? Что ты собираешься делать? — выдавил парень ослабевшим дрожащим голосом. — О, не беспокойся, солнце, ну разве я давал тебе поводы для беспокойства когда-нибудь, — так ты, кажется, сказал мне перед уходом на гулянку с друзьями? — с лёгкой иронией в стальном голосе проговорил Хао, — и всё-таки, надеюсь, ты усвоил, что я не собираюсь тебя ни с кем делить: ни с Ренни, ни с Хоро-Хоро, хотя, думаю, им и без тебя нескучно. — Да понял я! Буду крайне признателен, если ты с меня слезешь, Хао, а то мне что-то упирается в пах, — глотая от стыда слова, выдавил из себя Йо, чуть не плача. — Очень жаль, но я обещал потакать любым твоим желаниям, так что, придётся покориться, — расстроенно проговорил Хао, слезая с Асакуры послушно возвращаясь в вертикальное положение. — А теперь я спать, если можно. Ты идёшь? — тихо сказал Йо. — Иду, — ответил Аоки. Йо прошёл к спальне, прислушиваясь. Аккуратно раздвинув сёдзи, Асакура вошёл в холодную, словно неживую и оттого неуютную комнату, не переставая прислушиваться. Так ничего и не услышав, Асакура нарушил хрупкую тишину: — Хао, зачем ты так бесшумно ступаешь, словно опасаешься себя выдать перед кем-то? — проговорил Асакура, уверенный, что адресат услышал его. — Не знаю, само так получается, — хрипло ответил Хао, мягко подходя к Асакуре сзади. — Стой! — скомандовал внезапно Йо, когда почувствовал чужие руки на своей груди, обхватившие сзади. — Прости меня, солнце, ты мне очень дорог, я сожалею, что испугал тебя и истязал… Обещаю, впредь я буду ценить каждый миг, который ты мне даришь, — прошептал Хао, чувствуя, как обмякает в расслаблении тело Йо у него в руках. — Я тебе верю, солнце, и верю в тебя, — мягкий шёпот Йо растворился в тишине комнаты. Парень отдался в объятия Аоки, утыкаясь ему в шею, чтобы своим ровным спокойным дыханием вызвать волну мурашек по нежной коже. — Спасибо, Йо, я этого не забуду, обещаю, — ласково выдохнул Хао, прикрывая глаза и со спокойным наслаждением прижимая к себе Йо, — я рад, что ты со мной сейчас. — Спи, Хао, — прошептал Асакура, проваливаясь в сон с улыбкой от той мысли, которую оставил Аоки висеть в воздухе: Асакура тоже был рад, что сейчас лежит с Хао в одной кровати и всё хорошо.
