Половина

***

Спустя несколько часов, обстановка не поменялась, а стала только хуже для Кимико, Аказы и Цуками, но только не для Доумы. В его голове было так светло и весело. Ему нравилось мучить малышку Кимико, смотря как ее любимый ничего не может сделать, так еще и пацан с редкой кровью тут, останется на десерт. Ну разве это не прекрасно???? Кимико уже не чувствовала боли. На ее прежде прекрасных белоснежных руках, на прекрасной коже, теперь красовались багровые метки, которые пробивали ее кожу, и кое-где даже кости. Аказа тоже больше не дергался. Он висел, прикованный за все конечности к стене, его голова повисла, не в силах смотреть на то, как мучают его девушку, а он не в силах ничего сделать. Ему было противно от самого себя. Почему он сейчас здесь? Почему Кимико и Цуками страдают? Почему он до сих пор ничего не сделал? ПОЧЕМУ ОН ТАКОЙ БЕСПОЛЕЗНЫЙ????? Смотреть было больно, чувствовать было больно, да даже жить было больно, когда ты понимаешь, что не смог уберечь тех, кого ты любишь… Малыш Цуками, висел на стене совсем недалеко с Аказой. Мерзавец заковал мальчика так, что он поломал обе ноги и обе руки. На его голубых глазах не было слез, вместо этого, там красовались кровавые следы боли и отчаяния. Мозг ребёнка не хотел верить в то, что такие твари как Доума действительно существуют, и то, что демон не оставит его в живых, а поглотит, сожрёт, уплетая его плоть, и засасывая в себя его кишечник, как рамен, обливаясь его редкой кровью, пачкая в ней свои пальцы, а затем закрывая глаза и облизывая их, с широкой улыбкой на лице, оголяя острые зубы. Вся эта картина не наводила на Цуками сильного ужаса. Он спокойно, и умиротворенно ждал своей смерти, понимая, что спасет его только лишь чудо, но ведь чудес не бывает. Доума продолжал изливать и мучить душу и тело Кимико, покрывая уголки ее губ своими кровавыми поцелуями, и сжимая ее руки до боли. Он любил проводить пальцами по ключицам, любуясь морщинками на лице Кимико и облизывать ее сладкую шею, слушая ее еле слышные стоны. — Ты стала такой послушной Кимико, мне нравятся твои прекрасные тёмные волосы, они напоминают мне смерть. Приподняв тело девушки, и посадив ее себе между ног, он стал расчесывать ее спутанные волосы, стараясь быть кое где нежным, а где-то специально грубым. При таких моментах, девушка не издавала не звука. Он вырывал ей клочки волос, прижимал к себе, царапал ее ноги, но Кимико была непоколебима. Она молилась и надеялась, то что ее кто нибудь да спасет, но чудес не бывает… — Ох моя милая Кимико, нравится ли тебе наш театр? Прекрасно, не правда ли? — сказал Доума, приобняв мученицу одной рукой, а второй, расширив ладонь показывая вокруг. — Господин Аказа, мой лучший друг! Почему же вам так скучно? Неужели вам не нравится? — грустно протянул Доума, изображая грусть. Дальше Доума, начал рассказывать Аказе, почему этот праздник в его честь. Дождавшись подходящего момента, Кимико увидела что Доума направил свои острые и ледяные сосульки на Аказу, и в последний момент, девушка собрала все последние силы в кулак и силой мысли отвела сосульки в сторону. Да, девушка смогла немного освободить свою силу. Для этого пришлось хорошенько постараться, но всё равно этого было недостаточно. Кимико смогла избавиться от яда всего лишь в одной руке. Лёд врезался в стену, и разбился на кусочки. Быстро обернувшись, Доума недоумевающие посмотрел на Кимико, лицо которой пылало яростью и ненавистью. — А-а, ты хочешь поиграть.??? — говорил демон, затягивая веревки на теле Кимико ещё сильнее, — что ж, тогда давай поиграем! Боль вновь пронзила полудемона, и издав пронзающий крик, Кимико потеряла сознание. Недолго думая, Доума отнес Кимико своим служанкам. — Цуюри, Хокито, будьте так добры, выкупайте; вылечите, насколько это будет возможным; накормите; переоденьте и причешите эту девушку. Ах да, оденьте её… Ммм… Оденьте её во что-то белое, а в волосы вплетите белые лилии. Во время отсутствия Доумы, Аказа сломал цепи и смог выбраться. Когда Доума стоял спиной, парень попытался ударить его, но даже и не понял, как оказался истерзан до полусмерти, валяясь на полу. — Аказа, мой лучший друг, понравилось ли тебе представление? Знаешь, шея Кимико такааая вкусная, слюнки текут. Да и сама малышка Кимико тоже ничего. Красивая и пахнет вкусно, её запах пьянит… Она вызывала у меня восхищение и покорность, когда терзала моё тело. Ах, это были незабываемые ощущения! А сейчас она сама стала покорной, это ли не счастье, Аказа? И да, мой лучший друг, советую приготовиться, потому что дальше будет финал и поверь мне он будет грандиозным! Аказа проговорил что-то нечленораздельное, но Доума чётко услышал слова: — Г.гори в.в аду,.ублюдок. Доума «печально» улыбнулся и отошёл от истекающего кровью Аказы.

***

Кимико очнулась только через час. Девушка лежала на коленях Доумы. Демон гладил её по волосам, плечам, талии и ногам. Кимико приподняла голову и оглядела себя. Руки и ноги всё ещё были связанны злочастными верёвками, но не сильно. Но Кимико знала: скоро её кожу снова будут разрывать, терзать внутренние органы и обмораживать конечности. Девушка поморщилась. Незажившие раны всё ещё сильно болели. — Оооо, моя малышка Кимико, очнулась, — Доума оскалился и поцеловал Кимико в висок, — Пойдём, моя милая, ты должна оценить старания моих служанок. Не успела Кимико опомниться, как её подхватили под живот. Доума поставил девушку возле зеркала и Кимико оглядела себя. Она была одета в белое кимоно и лишь внизу были вышиты маленькие снежинки. Пояс и рукава были усеяны алмазами и слегка поблёскивали. Волосы Кимико были заплетены в косу, а также в них были вплетены лилии. — Зачем меня так нарядили? — холодно спросила Кимико. Она вдруг уловила какой-то странный запах… Крови? Но откуда? — Ну как зачем… Доума хитро улыбнулся и взял Кимико на руки. Положив её на кровать и навалившись сверху, демон посмотрел на неё своими радужными глазами. — Кимико Кибутсуджи, выйдешь ли ты за меня? Кимико обомлела, затем рассердилась. Доума ведь хотел поиграть, так? Она ему подыгрывала, притворяясь покорной и сломлённой, чтобы преспокойно составить план избавления от этого мерзавца и адаптировать своё тело к яду, терпя его пытки. Но это… Это было уже чересчур, дальше так продолжаться не может. Она уже было открыла рот для высказывания гневных речей, но Доумы приставил палец к её рту. — Господин сам недавно предложил мне эту идею, малышка Кимико. Ты же понимаешь, что твои дни сочтены? Рано или поздно твой отец поглотит тебя. Если ты выйдешь за меня и родишь Господину внука, то сможешь продлить свою жизнь на год. Целый год, моя милая Кимико. Правда в конце концов тебя все равно съедят. Господин разочарован в тебе, такая дочь, как ты ему не нужна. Он считает, что от твоих детей будет куда больше пользы, чем от тебя. Господин сможет наконец-то воспитать себе хорошего наследника. Сначала это должна быть ты, но как видишь ты не оправдала ожиданий своего отца. Господину ты нужна лишь для того, чтобы он смог стать восприимчивым к солнцу, когда поглотит тебя. А также Господин поглотит и Аказу, и Незуко впридачу, ведь они тоже могут находиться под солнцем. Ну так что? Моя малышка, ты согласна? Девушка вымученно рассмеялась. — В твоих мечтах, больной ублюдок! — Ооо, вот как, — обиженно сказал Доума, — Тогда у меня для тебя небольшой подарок! Демон взмахнул рукой и показался истерзанный Аказа. Доума нехило накачал его ядом и восстанавливался он долго, а точнее за последний час Аказа практически не восстановился. Доума как «самый лучший друг» Аказы, положил того на колени Кимико и её белое кимоно окрасилось кровью. Раздался визг девушки: — Что ты с ним сделал?! Я тебя ненавижу!!!!!! Доума тихо отошёл и сел в кресло, которое находилось в тени. Кимико погладила Аказу по щеке и из её слез полились слёзы, капая на лицо демона. Ресницы Аказы начали подрагивать и он медленно открыл глаза. — Кимико… — Аказа, Аказа! Тебе больно, что он сделал с тобой, Аказа?! — Всё… нормально… — демон закашлялся кровью. — Зачем, зачем ты пришёл сюда?! — Спасти тебя… — Ты поступил безрассудно! Зачем ты пришёл один, без подмоги, да ещё и умудрился Цуками с собой взять! Не надо было так поступать, Аказа! — Это. Это и есть твоя благодарность за то, что я хотя бы попытался спасти тебя?! — Аказа снова зашёлся в приступе кашля. Его лёгкое было пробито. — Это всё из-за ревности, да?! Ты хотел, чтобы за своё спасение я благодарила лишь тебя?! — Да… Да и что с того?! — А ты не подумал о себе, в конце концов о Цуками?! Доума молча и с интересом наблюдал за ссорой Аказы и Кимико. — Интересно, они поубивают друг друга? Ох, это было бы прекрасным зрелищем, — пробормотал себе под нос Доума и сжал руку в кулак. Верёвки на руках и ногах Кимико сжались и струйки крови потекли на простынь. Девушка зарыдала с новой силой, прижимая к своей груди Аказу. — Пожалуйста… Только не умирай…

***

Уломао с Кокушибо должны были скоро подойти к дому Кимико и Аказы. Девушка взглянула на своего возлюбленного, но Кокушибо был почему-то напряжен. Она взяла его под руку. — Что-то не так, Кокушибо? — Нет, нет, всё хорошо… Просто… Странное чувство. Услышав это, Уломао забеспокоилась. Она потянула за руку Кокушибо. — Тогда пойдём скорее! Я хочу поскорее увидеть Цуками! К дому Кимико и Аказы пара добежала в два счёта. Уломао распахнула дверь. — Кокушибо… Дома никого нет! Где Цуками?! И Кимико?! — Я чувствую… Энергию Второй Высшей Луны и крови Кимико. Кокушибо огляделся и подошёл к луже засохшей крови на земле. — Кокушибо.Только не говори, что… — Все трое у Доумы, — твёрдо сказал демон, — И нам лучше поторопиться, если мы хотим спасти их. И кажется Вторая Луна стала сильнее. Повторять два раза не пришлось и Кокушибо с Уломао побежали в храм Доумы.

***

Неожиданно Кокушибо остановился и взялся за рукоять меча. — Что, случилось что-то? — Уломао не хотела терять ни секунды. Она хотела поскорее добраться до храма этой Второй Высшей Луны и прикончить своими руками. — Кажется здесь кто-то есть… — Кокушибо посмотрел своими шестью глазами в густые заросли деревьев, — Выходи, не прячься… Цукиро Хиношиму. С дерева спрыгнул парень, которому было на вид лет 19. Волосы к него были жёлто-рыжими, тёмно-карие глаза. Одет он был в тёмно-серую форму истребителей, а сверху было синее хаори со звёздами. На левом глазу была повязка в виде желтой звезды. — Уломао, познакомься, это Цукиро Хиношима, он мой приспешник, я спас его три года назад от Гёкко. В его серьёзные раны случайно попала кровь Гёкко и он стал наполовину демоном. Практически как Кимико. Парень наклонил голову. — Приятно познакомиться, Уломао.? — Уломао Мерроу, Столп Роз. — Приятно познакомиться, Уломао Мерроу. Я обладатель Дыхания Звёзд. — Мне тоже приятно с тобой познакомиться, Цукиро. Не сочти меня грубой, но мы с Кокушибо торопимся. Я должна спасти своего брата, а также подругу с её парнем. Я бы с удовольствием с тобой поговорила, но не хочу терять драгоценное время. Парень слегка улыбнулся. — Я могу вам помочь. Три счастливое число, что думаешь, Кокушибо? Демон в ответ закивал, казалось, будто он и не слышал вовсе Цукиро. Он перевёл на парня три пары глаз. — Цукиро. Могу ли я попросить у тебя немного крови? Понимаешь ли… Кокушибо быстро рассказал Цукиро о Кимико и её способности. Парень задумался. — Честно скажу, не знаю получится ли у меня. В конце концов я не Кимико, у меня не настолько хорошо развиты способности, как у неё. Но попробовать стоит. Но не обещаю, что ты сможешь находиться под солнцем 24 на 7. Цукиро выпустил когти и впился в кожу Кокушибо, перекачивая свою кровь. Уломао всё это время переминалась с ноги на ногу. Ей не терпелось поскорее уже срубить голову этому Доуме. — Мы можем выдвигаться, — наконец сказал Кокушибо.

***

Храм никем не охранялся и поэтому троица смогла без проблем пробраться внутрь. Кокушибо повёл Уломао и Цукиро за собой. Остановились они возле больших и белоснежных дверей. Не долго думая, Кокушибо с ноги вынес двери с петель. Перед ними открылась такая картина: Кимико сидела на большой кровати, её красивое белое кимоно было испачкано в крови. Аказа лежал на её коленях. У него не было одной ноги и руки, лёгкие были пробиты, а кости переломанны. Он не мог вот так просто умереть, даже с такими ранами. Он демон, поэтому ещё дышал, через невыносимую боль. Кимико гладила его волосы и голову. Слёз уже не было. Была только тупая боль где-то в груди и с каждой секундой разрастающая ненависть к Доуме и самой себе. Она слабачка. Её силу и способности вот так легко и просто заперли. Неужели это конец? Кимико не хотела впадать в уныние и отчаяние, это бы означало, что Доума победил и сломал её волю. "Это не конец, ещё есть шанс! Старайся, ради Аказы, ради Цуками, ради своих друзей, ты должна противостоять Доуме! Но.. Есть ли смысл в этом? Нас в любом случае убьют, хоть старайся, хоть не старайся... Так.. Может... Это всё же конец?.." Голова девушки гудела от этих двух голосов в её мыслях. Её сердце разрывалось на две части: продолжать бороться или всё же принять поражения?... Девушка не чувствовала уже даже боли, несмотря на то, что верёвки вошли ей в спину и вышли через живот, обвивали её талию, вонзались глубоко в тело и органы. Кимико смотрела только на Аказу, не видя и не слыша ничего вокруг. Очнулась девушка от радостного возгласа Доумы: - Оооо, мои дорогие друзья, вы посетили мой храм, я так польщён! Кокушибо, ты даже привёл с собой девушку, как милоо! Правда малышка Кимико всё же получше, но твоя девочка тоже ничего. Уломао и не слышала демона. Девушка смотрела на своего младшего брата. Цуками был прикован к стене, а руки и ноги были поломаны. Руки Уломао сжались в кулаки, ярость и ненависть наполнили её сердце. Кокушибо взял её за руку. - Не торопись его убивать. Сначала освободи своего брата, а я с Цукиро позабочусь о Доуме и Кимико с Аказой. Уломао кивнула и кинулась к своему брату, отбивая атаки Доумы. - Я попытаюсь освободить Кимико и Аказу, - сказал Цукиро и очутился возле них на кровати, - Почему вы не регенерируете, вы же демоны? Кимико подняла голову и посмотрела на парня. Она видела его впервые, но он тоже был.. Полудемоном? - В верёвках яд, который изобрёл мой отец. Я не могу... Моя сила.. Аказа... - на глазах девушки выступили слёзы, - Яд блокирует силу и регенерацию, я не могу ничего сделать! - Не нужно плакать, мы здесь, мы вас спасём, - Цукиро осторожно коснулся плеча Кимико, боясь навредить и так уже измученной девушке. Её белые руки были изодраны в мясо. Но Цукиро не обратил на это внимание. Он смотрел в глаза Кимико. Они были прекрасны, такие красные, словно рубин. И эти красивые глаза обрамляли не менее прекрасные чёрные густые ресницы. Но Кимико уже опустила голову и вновь принялась гладить лицо Аказы. Парень выругался про себя. Ну конечно, Уломао же говорила, что здесь её подруга и парень этой подруги. Неожиданно верёвки резко вышли из тела девушки, разбрызгивая повсюду кровь. Кимико, стиснув зубы, выдохнула. Цукиро разрезал своим мечом атаку. - Зачем же ты трогаешь, мою малышку Кимико? Ммм? - Успокойся, Доума, она не твоя, - Кокушибо встал перед Второй Высшей Луной. - Кокушибо, неужели ты будешь со мной драться? Мы же друзья! Шестиглазый демон раздражённо достал свой меч. - Твои друзья это ты сам, и твои фальшивые эмоции. - говорил Кокушибо, взмахнув мечом и отведя его в бок. - Да неужели? А как же ваша Кимико! А, вот же она! - злобно смеясь говорил Доума, с намонатыми на кулак волосами Кимико, и собственно, с ней самой. - Ублюдок! Да как ты смеешь?! - заорал Цукиро смотря на испуганную до полусмерти девушку, из глаз которой вновь лились слезы. Размахнувшись мечом, полудемон встал в позу и накинулся на Доуму. Но за секунду до удара, Цукиро увидел что Вторая Высшая Луна, закрыл собой Кимико, и понимая что может попасть ей прямо по шее, отскочил. - Ах, как же это прекрасно, не могу описать! Спасибо, малышка Кимико, что спасла меня, ты мне больше не нужна. - сказал Доума, и с огромной силой отбросил Кимико в сторону стены. Ты с грохотом врезалась в неё, и потеряла сознание. Цукиро был на взводе. На его лбу начали появляться вены, которые становились всё больше, и казалось что они вот-вот лопнут. Его порыв ярости прервал Кокушибо, взяв за плечо и отведя в сторону. - Успокойся Цукиро, я сам с ним разберусь, помоги Кимико и Аказе. - Если хочешь сражаться, ищи равного по силе. - сказал Кокушибо, смотря на Доуму и готовясь к атаке. - Будь по тво- не успел договорить Доума, как тут же лишился пол головы. - Оу, что это было...? Повернувшись Доума увидел Уломао Мерроу, на лице которой вздулись почти все вены, а в глазах пылала боль и ярость. - Ах, это так мило, человек защищает демона, твоя девочка довольно ничего, Кокушибо.! - Гори в аду, сукин сын...- шипела Уломао, пылая от ярости. - я никогда тебе не прощу то, что ты сделал с моим братом! Сказав это, девушку оттолкнуло в стену, поломав ей рёбра. Замахнувшись чтобы нанести второй удар, Доума уже готовился к огромному фонтану крови, как вдруг его атака была отбита Кокушибо. Первая Высшая Луна ударил Доуму по торсу, отчеканив его его тело надвое, и замахнулся ещё раз чтобы лишив его конечностей. Боевые техники Кокушибо поражали девушку, она не могла отвести от парня взгляд. Ударив мечом Доуму наперекосяк и разрубив ему пол тела и голову, Кокушибо повернулся к Уломао, и сев на корточки перед ней, быстро заговорил: - Уломао, ты ранена, тебе нельзя сражаться, хватай Цуками и беги, мы с Цукиро справимся. - Но я хочу помочь тебе! - возразила Мерроу, и на её плече оказалась твёрдая рука демона. - Я не хочу чтобы ты пострадала, бери брата и убе- - БЕРЕГИСЬ!!! - крикнула Уломао, и Кокушибо наклонился и отскочил в сторону, схватив Доуму. - БЕГИ, УЛОМАО! - кричал Кокушибо, еле сдерживая Вторую Высшую Луну. Взяв Цуками, что был без сознания на руки, Уломао, выбежала из храма, прыгая по елям.

***

Сидя у койки рядом с Цуками, Уломао осторожно поглаживала брата по маленькой ладошке, смотря на его белое как снег лицо. - Прости меня Цуками, что не уберегла тебя. - говорила девушка прижимая его руку к своей щеке. - прости меня. Поймав взглядом Шинобу, Уломао подойдя к ней, спросила: - Шинобу! - Да Уломао? - натянув фальшивую улыбку на лицо спросила Шинобу. - Скажи, Цуками будет жить? - спросила девушка, испуганно смотря на Шинобу? - Да, но на восстановление понадобиться много времени, - отвечала Столп Насекомого - около трёх месяцев. - Ясно, спасибо. - грустно ответила Уломао, и направилась к выходу.

***

Сидя у себя в скромном поместье, Уломао чётко продумывала план. Её руки беспощадно строчили надписи на бумаге, в которых она отражала план действий. Шинобу запретила ей куда либо ходить с такой травмой, но разве она станет слушаться? Собравшись с силами, и начистив свой клинок для свежей крови, девушка легла спать, решив встать в 4.00 утра. Ворочаясь в кровати, она долго не могла уснуть, её мысли были заполнены местью, но глубоко выдохнув, она закрыв глаза, пробормотала: " Будь что будет, но победа моя. "