шалости на стриме

— Нежные мои, привет-привет! Виолетта улыбается широко, помахав в сторону камеры своим зрителям. Видит краем глаза кучу сообщений, лыбится ещё шире, хотя уже некуда и делает глоток рэдбула из бокала для вина. Хрустит шеей, поставив его, а потом вздыхает. Спрашивает, облизав пересохшие губы: — Что делать будем, бусинки? Смешарики или пацанки? Или поболтаем? И читает чат, в котором куча сообщений про пацанок и про смешариков. Головой едва заметно качает, потому что не понимает, как выбрать, тем более чат летит очень быстро. Видит сообщения про Дашу и чуть краснеет, потому что Каплан сейчас в душе находится. Представляет на секунду её, обнаженную и прижатую к кафелю, прикрывает глаза, мгновенно заводясь и краснея. Ругается мысленно, потому что нельзя показывать влечение, возбуждение. Ничего нельзя. — Даша занята сейчас, потом придёт, ребят. Она курилку берёт, делая несколько затяжек, а потом включает пацанок. Смотрит на себя в то время, вздыхает грустно, потому что вроде и выглядела лучше, а вроде и несчастнее была. от кого: дашенька❤️ малыш, ты загналась? хочешь перерыв? Даша всегда смотрит её стримы, поэтому удивляться сообщению не стоит. Малышенко аккуратно сообщения открывает, чтобы не спалиться перед зрителями ещё сильнее, а потом, прикусив нижнюю губу, печатает быстро. кому: дашенька❤️ все ок, зай. ещё минут тридцать и перерыв. от кого: дашенька❤️ 💓 Подняв голову, Вилка видит сообщения в чате по типу: «ахаха, с коллегой переписывается», «секс по переписке?», «нюдсы шлёт, а?» и хохочет, прикрыв красное лицо татуированными ладонями. Выдавливает из себя звонкое: — Да заебали, ах-ха-ха, мы с Дашей просто коллеги, че вы придумываете. *** — Коллеги просто, а, малыш? Даша ухмыляется и прижимает свою девушку, между прочим, к стене. Бедра оглаживает через домашние шорты и на шее показательные засосы оставляет, о которых, возможно, они потом пожалеют. Вилка глаза прикрывает и голову в сторону откидывает, ещё больше открывая шею. Бормочет в ответ: — Палиться нельзя, Даш. Иначе нам пиздец. Та прекрасно это понимает, но хочет поиграть. Любит играть со своей девочкой. Очень любит. Каплан пальцами по промежности прямо через нижнее белье и шорты скользит, заставляя Виолетту дернуться и застонать, а потом на ухо шепчет: — Иди за стол, Ви. Но звук пока не включай, как и изображение. У меня одна идея… Тебе понравится. Отпускает Малышенко, которая вся красная и взмокшая. Темноволосая слушается, хотя волнуется от чего-то. Горящий взгляд Даши её немного напрягает и сильно возбуждает. Вернувшись в комнату, где стоят мониторы, Вилка садится на розовый компьютерный стул. Её девушка заходит следом, улыбается нежно и ярко, а потом, смотря на удивленную Малышенко, под стол к ней залезает, где места, как оказалось, достаточно, чтобы сидеть там. Ладони на бедра кладёт, а потом с помощью приподнявшейся Виолетты спускает с той белье и низ домашней одежды. Между ног устраивается и шепчет: — Запускай стрим, малыш, только не забудь, что палиться нельзя. Вилка сглатывает. Руки дрожат сильнее, чем обычно, когда она включает камеру и звук. Видит донаты, вздыхает и читает: — Анечка, восемь евро. Ви, Даша совала свои ножницы в твою розетку? Малышенко смеётся, прикрывая красное лицо руками, а Каплан, которая едва сдерживается, проводит указательным пальцем по влажным складкам девушки. «Снова подкладку стирать», — думает, а потом, чувствуя, как Вилка вздрогнула и бёдрами чуть вперёд подалась, коснулась клитора кончиком пальца. Потерла нежно, размазывая смазку, а потом по бедру слегка стукнула, мол «читай дальше». И Виолетта послушалась, прикрыв рот ладонью. Вздохнула, а потом, сделав глоток энергетика, произнесла хрипло: — Тысяча рублей от Слойки с сыром. Ви, спасибо за то, что вдохновляешь на изменения… — Малышенко втягивает воздух судорожно, чувствуя мокрый язык, скользнувший вверх по бедру. Жмурится и, вновь открыв глаза, продолжает, — жизни. Можно от твоей коллеги привет? И губы облизывает, произнося: — Слойка с сыром, и тебе тоже спасибо, что… следишь за нами. Бусинки, Даша… — Ви тяжело дышит, выпивая почти весь рэдбул разом, чтобы не стонать, потому что Каплан внизу палец внутрь вставляет, языком на клиторе рисуя самые красивые картины, — у Даши голова сильно болит, она придёт по… позже и передаст привет. Я запомнила. И вздыхает, потому что её девушка совсем страх потеряла и быстро двигаться начала, приближая Вилку к оргазму прямо на виду у четырёх тысяч людей. Девушка головой покачала и бёдрами дёрнула, пытаясь сделать это незаметно и отодвинуться от ласкающих пальцев и языка, но Даша не позволила. Она её за бедро свободной рукой прижала к стулу сильнее и языком быстрее заработала. Виолетта открыла следующий донат, хотя язык заплетался (прямо как язык Даши на её промежности) и зачитала дрожащим голосом: — Тысяча пятьсот от… Иридиума? Ви, признавайся, твоя коллега под столом? Каплан под столом укусила девушку за бедро, чтобы не смеяться, а Малышенко, вся красная, покачала головой: — Ах-ха-ха, Иридиум, привет… Ну и фантазия у вас, ребят. Вам бы с такой фантазией, — она прервалась, потому что Даша ввела внутрь ещё один палец, заставляя закатить глаза, — книги писать, а не донаты. Пара нежных толчков, поглаживание клитора большим пальцем, ладони, сжатые в кулаки и сильная дрожь бёдер. Виолетта читает донаты, не особо понимая, что к чему. Ей жарко очень, до безумия. А Дашенька мажет языком, собирая обильную смазку, пальцами внутри двигаясь аккуратно и сильно. Когда оргазм уже близко, когда тепло окутывает так сильно, что дышать нечем, Вилка собирает все свои силы в кулак и говорит: — Ребят, пись минутка, посмотрю, как там мама Даша. И отключает камеру вместе с микрофоном. Стонет тут же громко, жмурясь и прогибаясь в спине, а Каплан ускоряется. Хлюпанье, всхлипы и стоны, Виолетта ладони в многострадальные волосы девушки запускает, пальцами сжимая, и поясницу вверх поднимает. Кончает, наконец-то, а в глазах звёздочки появляются. По лицу пот течёт, а по стулу смазка. Даша улыбается, слизывая, встаёт. Притягивает к себе стул вместе с Малышенко и, нагнувшись, целует. Нежно очень, ласково, поглаживая заднюю сторону шеи кончиками пальцев. А та хрипит, отвечая на мокрые поцелуи, чувствуя, что ноги ещё дрожат. Когда поцелуй разрывается, девушка шепчет: — Охуеть… стрим. Каплан хмыкает и губами прикасается к виску Вилки. Шепчет также тихо: — У нас в подписчиках, кажется, ясновидящие. Или ты слишком открыто выражала свои эмоции, зай. Малышенко фыркает, краснея и улыбаясь, а потом натягивает на себя одежду. Даша идёт делать макияж, напоследок поставив ещё один засос на любимое тело. Виолетта включает камеру и звук, волосы поправляет и говорит: — Мама Даша скоро придёт, бусинки, не переживайте. Она красится. И получает комментарии: «А трусы чьи на полу, Вил?», «Ахаха, рил, че за трусы?», «Даша потеряла?)» Малышенко брови поднимает, оборачивается, а на коврике лежат её трусы, чёрные, которые её девушка стянула и которые Ви забыла надеть из-за стресса. Дашенька, смотревшая стрим в другой комнате, смеётся в кулак, видя растерянность и красные щеки своей девушки. Все-таки её идея была исполнена лучшим образом.