Его рыжее солнце

      На работе вновь одни бумаги, участливые лица и кивки. От него не требуется ничего сверх его деятельности, но мужчина и сам готов предложить свои услуги, когда с ним начинают диалог. Раз в пару месяцев находится семья, которая желает устроить похороны по определенным традициям и взглядам. Чжун Ли хорошо помогал в такие моменты управляющей похоронным бюро Ваншен своими советами. Зачастую люди и сами тянулись к обаятельному мужчине, что своим спокойствием и ответственностью обходил все углы.       Ему посчастливилось, если так можно выразиться, увидеть множество лиц людей: от едва родившихся до самых старых, от изувеченных ранами до иссушенных болезнями и голодом. Чжун Ли никогда не паниковал, не пытался создать образ доброго дядюшки, но его профессионализму многие поддавались. Спокойствие, ответственность, умение создать образ — все это очень ценилось в любом роде деятельности.       И сколько бы разных эмоций не проявляли люди, приходящие к ним по не самым радостным причинам, у них всегда был свой сценарий: печаль и скорбь в глазах любящих, равнодушие и расчетливость в лицах «прохожих» и едва ли скрытая лицемерная радость у тех, кто готов вцепиться в наследство. От всего этого разнообразия устаешь…       Вот и сейчас, идя домой после изнуряющего дня, наполненного встречами и договоренностями, Чжун Ли спокойно провожал маршрутки, автобусы и такси ленивым взглядом кор-ляписовых глаз, что многим западали в душу. Мужчина видел безмятежность детей, их смех и радость, он с наслаждением впитывал в себя легкость влюбленных и беспокойство школьников со студентами.       — Чжун Ли! — его догоняет хозяйка похоронного бюро и хватает за локоть. — Постойте же, — она улыбается ярко-ярко, будто бы не она час назад похоронила человека, пока ему была отведена роль заполнителя бумажек.       Молодые люди столь быстро привыкают к смерти. Может быть, сыграла роль преемственность?       — Завтра у вас выходной, Чжун Ли, — глаза девушки блестят огнем, ловя драгоценные минуты отдыха перед новым витком рекламы их бюро. — Так что наберитесь сил на предстоящую неделю. Нам понадобятся ваши знания почти на каждый день.       Девушка смеется с промелькнувшей ассоциации и ненадолго отпускает мужчину, позволяя проехать велосипедисту. Она вновь цепляется за руку Чжун Ли.       — Вас что-то беспокоит, Ху Тао? — голос выдает заинтересованность, на мгновения стряхивая безмятежность.       — Дело слабо идет, — она вдруг спотыкается о неровную плитку, но ее успевает удержать крепкая рука. — Но вы не думайте! Пусть живут.       Чжун Ли кончиками губ улыбается и выдыхает. Спокойствие в мире — прекрасно.       — Так что завтра даже не думайте приходить!       Ху Тао отбегает чуть вперед, поправляя свое пальто и шляпку, попадая шагом на лужу. Брызги едва не долетают до брюк замедлившего свой шаг мужчины. Он укоризненно прищуривает свои глаза, но довольно усмехается детским выходкам девушки.       — Тогда до послезавтра, Ху Тао.       Она кивает и машет ладонью, запрыгивая в удачно подошедший автобус. Чжун Ли же продолжает свой ход, обходя расползающиеся от дождя лужи. Люди спешат домой, толкаются в заполненный транспорт и ругаются на конец рабочей недели. Мужчина продолжает следить за тем, как сверкают огни на темнеющих улицах, как расползается свет по дороге, теряясь в отражении. Бесконечный шум немного отвлекал от раздумий. Город вырос за последние десятилетия так стремительно, что в памяти невольно закрадывается мысль: а когда все произошло, где потерялось то время, и что он забыл в каменных джунглях, заполонивших поля…       Шум дороги прервался громким шорохом и мяуканием в подворотне. Еще сильнее замедлив свой шаг, Чжун Ли повернулся в сторону темного проулка, в котором едва-едва работала лампа. Обычные коробки, множество осколков стекла от бутылок и битва между бродячими котами. Обычная ситуация в городе. Но то ли сыграл выходной, то ли просто был интерес к таким маленьким событиям, Чжун Ли завернул в переулок и стал наблюдать за разворачивающимся боем.       Один против троих. Рыжий с белыми лапками кот прыгал по коробкам, словно река, он оборачивался вокруг нападавших и атаковал спокойно, расчетливо, как казалось человеку. Огромный дымчатый кот, пока его собратья отвлекали шустрого мальца, решил взять того на таран. Рыжий осознал себя в клубке с тремя котами, позарившимися на его территорию. Работая на инстинктах и адреналине, кот вцепился когтями в глаза напавшего. Вздыбленная шерсть, крики боя и возмущения жильцов дома из окна приструнили всех четверых.       — Да сколько можно уже! Проваливайте отсюда в Бездну! — ор мужчины внезапным громом ударил по животным и человеку.       Чжун Ли, очнувшись от созерцания уличной битвы, с каким-то наслаждением смотрел, как шипит рыжий кот, как сверкают его синие глаза и как сердито и недовольно уходят его противники. В этом виделась жизнь и смелость. Кот, заметив человека, не ушел. Сел перед своим домом и склонил голову, как бы давая понять, что он может что-то ему сказать.       — Необычно, — только и смог, усмехаясь, признать Чжун Ли.       Мужчина кивнул победителю и осмотрел местность. Магазин, кажется, где-то поблизости был. Стоит поблагодарить за интересную сцену сильного, но худощавого кота.       — Подождешь? — Чжун Ли указал головой на вывеску круглосуточного магазина и довольно усмехнулся, заметив, как рыжик наклонил голову.       Стены с кормом мужчина прошел мимо, задержался лишь у охлажденного мяса. Ему самому стоило бы взять что-то домой. Размышляя, чем сегодня будет ужинать и какого будет коту есть мясо, Чжун Ли провел в здании добрых полчаса.       Рыжий кот лениво сидел на отвоеванных коробках и смотрел, как люди выходят из здания и спешат по своим делам. Вот наконец появился тот человек в темном пальто и с длинным хвостом. Прямо как у него, только двигать он им предупреждающе не может.       — Заждался, да? — мужчина достает из пакета лоток с вкусно пахнущим мясом и надрезает ключами пленку. — Только не спеши.       Рыжик спрыгивает вниз, мягко касаясь лапами сырого асфальта и вгрызается в сочное мясо. Приятно. Не та тухлятина, которой он вынужден питаться каждый день, а хорошая вырезка. Мужчина знал толк в мясе. Тот, будто бы раздумывая, наблюдает за котом и в итоге садится на корточки, придерживая ткань.       — Молодец, — рука в перчатке тянется к голове кота, когда он заканчивает есть. Однако он плавно уходит в сторону и хитро наклоняет голову, облизывая довольную моську. — Верно. Еда за представление, а до ласки дело не дошло пока. — Чжун Ли усмехается, щуря свои желтовато-рыжие глаза, кивает в согласии.       Кот лениво запрыгивает в склад из коробок и продолжает наблюдать за действиями человека. Давно к нему не проявляли доброты. Но ведь на этом все. Никто дальше не заходит. Насколько его хватит?       Хватает и на следующий день, и еще на парочку, а потом он обнаруживает рядом с ним и какую-то девушку. Пара заходит к нему в течение недели. Они говорят о работе, следят за повторяющимися драками. И в какой-то момент он начал замечать за собой желание показать себя с лучшей стороны. Уже не просто защитить свое место, но и вызвать мягкую улыбку на лице человека, появляющуюся в моменты его победы.       Вообще в месяца такого состояния у него не так много возможностей. Но он из раза в раз возвращается на это место, где когда-то давно стоял домик с сотнями цветов. Рыжик довольно ест вырезку, подставляет голову и ждет этого пронзительного взгляда. Одобрение? Ласка? Как давно не хватало чего-то такого… Все же в его образе жизни сложно найти друзей.       — Вам стоит его забрать, Чжун Ли, — Ху Тао держит зонтик и со смешинками в глазах следит, как ее сотрудник и друг подкармливает уличного кота. — Он уже совсем вам как родной.       — Думаешь? — Чжун Ли действительно задумывается об этом, переводит взгляд на довольного кота, который уже сам тянет свою голову к его руке. Он быстро переключается на еду и урчит от тепла в желудке. За эти дни успел набрать вес и стать сильнее.       — Да, — Ху Тао поворачивается в сторону улицы и резко прощается с мужчиной. — Послезавтра вновь выходной! Так что решайтесь.       Девушка бежит по лужам в сторону остановки, пугая прохожий и заливисто смеется, пока Чжун Ли провожает ее отеческим взглядом и усмехается тепло-тепло, поглаживая шерстку кота рукой. Кот никак не отреагировал на прощание. Наклонив голову, он гордо прошел в сторону своей крепости, знатно вымокшей за пару часов дождя. Чжун Ли кивает на прощание и уходит дальше, отдаваясь тишине вечера, чувствуя, как за ним вновь следят неизменно глубокие синие глаза кота.       Работа в этот день отошла на второй план. Внутри сидело противное чувство и мысли путались. Что-то было не так. Вечером стало хуже, когда непоседы не обнаруживается в его подворотне, что заняли крупные изодранные коты, когда у подъезда Чжун Ли, съедаемый самыми разными предположениями, увидел его, сжавшегося в комок.       — Тшш, солнце, все будет хорошо, — мужчина беспокойно осматривает тельце с почерневшей от грязи и крови шерсткой, пытается вспомнить ближайшие ветклиники, но ни одна уже не работает. От собственной ярости на этих крупных взрослых котов, от опасения за ставшее родным создание он закипает внутри и медленно выдыхает. Как быстро он все же привязался. Сейчас Чжун Ли может лишь промыть раны и попытаться обработать то, что возможно.       Приняв такое решение, мужчина осторожно поднимается к себе домой и вдыхает запах холода. Квартира хорошо проветрилась за день его отсутствия. Кот дрожал и тихо, будто бы сдерживаясь, поскуливал от боли, что заполнила его тельце. Так и не сняв пальто, он зашел в ванную и положил в тазик кота. Осторожно придерживая голову его маленького солнца, Чжун Ли плавными движениями омывал тельце.       Все оказалось не так уж плохо, но количество царапин пугало. Да и шея оказалась разодранной. Аккуратно подсушив кота мягким полотенцем, Чжун Ли обработал все полученные ранки и легонько почесал не пострадавшую чудом макушку.       — Непоседливый ребенок, — мягкая улыбка показавшаяся на лице человека настолько увлекла кота, что тот мысленно вздрогнул. — Чайльд, назовем тебя так, солнце.       Урчание, раздавшееся так внезапно, стало приятным сюрпризом как для мужчины, так и для вновь обретшего имя кота. Чайльд. Совсем как дитя. И почему в голове ни одного протеста? Чайльд. Как когда-то давно…