Его рыжее солнце

      В этом состоянии легко потеряться, легко забыть о том, что он здесь не на всю свою жизнь. Слишком уж теплыми были ладони мужчины, слишком ласковыми были ленивые почесывания. С вечера по утро Чайльд мог всецело забирать внимание мужчины на себя. От простых игр, которые забавляли обоих, до просмотра какого-то фильма на ноутбуке.       Легко забыться, пропитаться благодарностью и легкостью, стать игривым взрослым котом, отвечающим на привязанный фантик к нитке или лазерную указку. Просто отвлечься от попыток спрогнозировать будущее, когда тебя вычесывают с таким удовольствием так, что остается лишь урчать и подставлять живот. Очень легко поддаться инстинктам этого тела и скинуть ручку со стола, запутаться в одеяле или же просто укусить подрагивающий палец под тканью.       Вот как прямо сейчас, когда Чжун Ли остается спать каких-то пару минут. Чайльд выжидает нужный момент. Внутренние часы у мужчины хорошие, давно настроенные. Потому стоит поймать его за секунду до пробуждения. Хвост ходит из стороны в сторону, вот! Вот она его добыча! Палец ноги дергается в предутреннем пробуждении, и Чайльд прыгает, игриво впивается зубами и когтями в одеяло, зная, что это тот еще неприятный момент, однако он не может устоять от такой пакости.       — Чайльд, — Чжун Ли подскакивает от пронесшейся колкой боли и выдыхает, усмиряя разбушевавшееся сердце. Не в его возрасте просыпаться от таких атак. — Проказник, иди ко мне.       Черты лица мужчины острые, в уголках глаз собралась сеточка морщин, стоило ему улыбнуться настроенному на игры и движения коту. Чайльд ложится возле лица и терпеливо ждет тяжести руки на своем теле. Каждое утро сопровождается маленьким ритуалом. И пока Чжун Ли просыпается, Чайльд с ленцой водит из стороны в сторону хвостом, подставляя голову для «доброго утра».       — Сегодня буду поздно, — Чжун Ли верит, что каждое слово Чайльд осознает и понимает. — Так что можешь погулять подольше.       Чайльд, неспешно провожающий человека на работу, спотыкается об свою лапу и смотрит с неверием. Он знает? Когда успел заметить?       — Не напрягайся, — мужчина садится на корточки и проходится пальцами по отросшей шерстке на месте заживших ран. — Я не против твоих прогулок. Только возвращайся.       Легко забыться в столь теплом ощущении доверия и любви. Пусть даже и такой, что характерна хозяину к питомцу. Пусть у него еще около полутора месяца на все. Наверное… ведь так легко потерять нить все более истирающихся воспоминаний.

***

      — А вы изменились, Чжун Ли, — Ху Тао ловит чуточку рассеянный взгляд своего работника и улыбается ярко, будто бы застала за непозволительно детской шалостью. — Прямо как несколько лет назад. На вас очень хорошо повлиял ваш кот.       — Так заметно? — Чжун Ли усмехается глазами, поддаваясь устроенной паузе в работе и отбрасывая нахлынувшее раздражение от закончившихся ничем отношений.       — Конечно! — Ху Тао заваривает пакетированный чай и падает на диванчик для посетителей. В ее движениях беззаботность молодежи. Чем-то даже такая активность напоминает Чжун Ли Чайльда. — Вы стали больше улыбаться, быстрее уходить домой и меньше задерживаетесь на улице.       Мужчина протяжно выдыхает и скрещивает руки на груди, откидываясь на спинку кресла. Возможно, он действительно поменялся. Но сказывается ли это на его работе?       — Только не думайте себя больше нагружать! — Ху Тао будто бы читает мысли и развеивает все сомнения. — Чжун Ли, вы отличный работник. Мне только в радость видеть вас более расслабленным и довольным жизнью.       — Спасибо.       Для кого-то такой разговор вышел бы слишком странным. Не каждый может столь просто общаться со своим начальством. Однако для их небольшой компании такие отношения допустимы. За окном щебетали птицы, оповещающие весь мир, что совсем скоро лето, разъезжали машины и шагали по своим делам люди. А им же предстояло провести еще три часа за разбором всех дел и договоров. Хотя душа стремилась обратно домой, ведь его там ждали.

***

      Пока стояла хорошая погода, Чайльд пользовался возможностями открытого окна. За Чжун Ли была привычка проветривать помещения, когда он уходил на работу. Единственные разы, когда окна оставались закрыты, стояли дожди. Чайльд в такие дни спал на подушке Чжун Ли или забирался под одеяло, ожидая возвращения человека. Сегодня же светило солнце.       Рыжее тельце переваливается через окно и точным движением оказывается на ветке. Где работал Чжун Ли, Чайльд не знал. Ведь мужчина всегда только возвращался через его проулок, но никогда не ходил утром. Может, он успел пройти мимо окон его здания? Или все дело в пыли? Как-то же заметил его исчезновения. И все же сегодня Чайльд был намерен поискать объявления о продаже квартир или номеров в отелях, объявления о которых висели на многочисленных столбах и информационных досок. Пока мозг чист и не поддается обаянию человека, стоило позаботиться о приближающемся обороте.       Вот только все поиски были напрасны. Он помнил прошлые номера, однако будет ли возможность воспользоваться телефоном? Чайльд не был уверен. Пробегая мимо луж и стараясь не захватить никакой грязи, он с неудовольствием понял, что день почти подошел к своему концу. Придется возвращаться назад.       Уже находясь возле дома, синие глаза ловят на его ветке пташку. Внутри заиграл азарт охоты. Давненько он не ловил никого. Медленно подбираясь к сидящей птице, Чайльд загорался потерянным ощущением предвкушения. С Чжун Ли было приятно, но эта кипящая энергия тела не выносилась в полной мере.       Птица, заподозрив что-то неладное, нахохлилась, готовясь взлететь в любой момент. Но охотнику этого не надо. Чайльд готовится сделать рывок и прыгает вперед. Пташка издает пронзительный вскрик и трепыхается в пасти кота. Чайльд же довольно запрыгивает в открытую форточку, ловит задумчивое выражение Чжун Ли.       — Молодец,       Вот уж за чем было любопытно наблюдать, так за выжидающим котом. Чжун Ли возвращался домой, когда заметил знакомую рыжую шерстку на дереве. Его солнце терпеливо двигалось к дичи по голой ветке. Сможет ли поймать? Птица то не слепая. Наверное. Решив не мешать развлечению лишним шумом, мужчина зашел домой. Остаток охоты он успел поймать лишь немного. Запрыгивающее тело в квартиру смотрелось как никогда комично. Воробей, зажатый в пасти Чайльда, не подавал признаков жизни.       — Вот только, — Чжун Ли выставляет руку вперед, ожидая привычного бодания, — я так плохо тебя кормлю? — взгляд полный осуждения, полученный в тот момент, многое сказал мужчине. — Ладно, охотник, беги со своей дичью на кухню, я пока приготовлю чего-нибудь.       Чайльд уже не слышал его, внимательно изучая вкусовую составляющую пташки. Все же что-то на улицах города было приятнее домашнего заточения.

***

      — Чайльд? — Чжун Ли хмурится, скрещивая пальцы в замок. — Он довольно умный.       — Другими уличные коты не бывают, — Ху Тао делает глоток заваренного Чжун Ли чая и блаженно щурится: ее сотрудник умел многое. — Но я не об этом. Сами рассказывали, что кот может зависнуть над книгой, пока лежит у головы. Или, — глава ритуального бюро ищет что-то более интересное, — те разы, когда он спокойно находился в воде и даже не дергался. А еще слишком быстрое доверие! Не может быть такого у тех, кто живет на улице.       — Он мог просто витать в своих мыслях и любить воду, — на лице проскакивает улыбка, а кор-ляписовые глаза прищуриваются в предвкушении новых идей Ху Тао, — многие коты на самом деле хорошо ее переносят и могут купаться. А на счет доверия, — Чжун Ли не особо знал, как себя должно вести животное, прожившее на улице по виду два-три года, — может, он понял намерения?       — Ладно, что творится в мыслях кота, я и сама не знаю, но вода… Ее не любят уличные коты! — девушка отставляет кружку и приподнимается с гостевого кресла. — Они прячутся в дождь и стараются уйти от грязи.       — Все коты любят чистоту, — Чжун Ли бы согласиться с ее суждениями, но ему интересно, что в итоге скажет Ху Тао.       — Уф, Чжун Ли, мне кажется ваш кот необычный, — наконец она сдается. — Все мои знакомые, у кого есть коты, ни разу мне не рассказывали о их любви к книгам или излишней эмоциональности.       — Может, они не хотят признаваться тебе, что тоже ведут беседы с теми, кого приручили? Люди порой замечают в своих любимцах куда больше, чем прохожие.       — В этом ничего особенного, — девушка вспоминает о рассказах своего друга и сдается. Что-то после множества историй Чжун Ли ей не давало покоя. Однако зацепиться было не за что.       — Потому Чайльд самый обычный кот с излишней любовью к воде и статьям.       Ху Тао взмахнула руками и перевела их разговор в более рабочее русло, не желая больше что-то говорить дорогому во многих планах сотруднику. Чжун Ли же с искрами в глазах следил за ее мимикой, читая переживания и легкую досаду, пока дома Чайльд пытался сработаться с ноутбуком.