***
На отчётном концерте вокальной студии «Звучание» было не так много народа. В основном пришли родители учеников и те, кто ходят на все мероприятия дворца культуры. Адель и Арс числились в составе первых. С дочкой на руках они сели на первый ряд с краю, чтобы хорошо видеть Яру, но так, чтоб она сама не увидела папу. Алёны, как и ожидалось, не было на концерте. Списала она все отсутствие на то, что у младшей был утренник, а там обязательно нужно быть. И чтобы хоть как-то развеселить Кьяру, Аделина купила ей нежный букетик цветов и упаковку авторского шоколада знакомого кондитера. Перед выступлением они уточнили у преподавателя, можно ли будет подарить всё сразу после выступления, и получили положительный ответ. Женщина была только рада, потому что на последние выступления к Яре никто не приходил. Аделина чуть ли не расплакалась прямо там, ей было жаль Кьяру. Мишель же всеми силами старалась увести родителей от скучного разговора в зрительный зал. Сначала она тянула маму за руку, а когда поняла, что всё бесполезно, отошла к папе. Арсений сразу взял дочь на руки, предотвращая попытку побега. Мишель захныкала и потянулась к своим волосам, заплетённым в два хвостика с помощью бантиков. — Вниз! Папа! — звонко сказала девочка, дёрнув ножками. — Прошу прощения, — извинился Попов, опустившись вниз. Он поставил Мишель на пол, сев рядом на корточки. — Ты уже пойти хочешь? — Да! — Дель, пойдём? — спросил Арсений, беря дочь за руку. — Да-да, конечно, — кивнула Аделина и взяла вторую руку дочери. Концерт начался в 18:00 ровно. Открывали его танцовщицы из студии, занимавшейся в кабинете по соседству. Они сразу же придали радостного настроения, а номера сменяли друг друга так резво, что не было понятно, когда чей номер кончался. Даже Мишель увлечённо смотрела за представлением, хлопая и громко смеясь. Адель то и дело поправляя платье на дочке. В один момент, когда была слишком весёлая песня, девочка попросилась встать, и Аделина помогла ей. Мишель неловко переминалась с ноги на ногу и махала руками в такт музыке. Цветное освещение рисовало на стенах и полу кружки, которые веселили малышку. — Делька, я на секунду, — шепнул ей на ухо Арс, показывая на телефон. — Давай, успей к номеру только, — кивнула Аделина, возвращаясь к танцу Мишель. Внезапно к ней в первом ряду подсела женщина, снимавшая весь концерт на телефон. Задорные мелодии продолжали литься и колонок, и Мишель пыталась подпевать и смеялась. Даме рядом это очень не понравилось, поэтому она решила высказать недовольство матери ребёнка. — Можете, пожалуйста, успокоить свою дочь? Она мешает записи, — сказала женщина, показывая в телефон. — Она у вас чересчур громкая, у меня все услышат её вместо песни. А я, между прочим, всегда выкладываю качественные сторис. — Это ребёнок. Она не сможет тише. Тем более, что она не мешает никому, не сможет перебить громкие колонки, — ответила Аделина, продолжая помогать дочке в танце. — Вы просто не понимаете! Блогерам нужно делать нормальный контент! Вам, дилетантам, не понять, — фыркнула дама, да настолько комично, что Адель непроизвольно хихикнула. — Меня знаменитости смотрят! Моё видео лайкал сам Антон Шастун! — Да ладно... Тогда девушке захотелось засмеяться женщине в лицо. Ситуация была сюрреалистичная до невозможности, и Адель делала, чтобы Арсений побыстрее пришёл. И пока дама продолжала возмущаться, начался номер Кьяры. Арс почти добежал до своего места, с громким звуком садясь на сиденье. Женщина хотела снова было начать ссору и нравоучения, но взглянув на Попова, который кратко поцеловал жену в щёку, она покрылась румянцем и пересела. Рассказывать о конфликте Аделина не спешила — Кьяра начала высоко петь. Из колонок заиграла знакомая до боли мелодия, сидящая на подкорке к каждого жителя России и СССР. Слышу голос из Прекрасного Далёка, Голос утренний в серебряной росе. Слышу голос, и манящая дорога Кружит голову, как в детстве карусель. Кьяра стояла на сцене в красивом серебристом платье и пела, но глаза судорожно искали хоть одно знакомое лицо и выглядели грустно. Даже Мишель успокоилась и устремила взгляд на сцену, глядя на сестру. Адель то и дело утирала глаза, держа мужа за руку. Арсений восхищённо смотрел на дочь, а на каждой высокой ноте сердце сжималось до размеров атома. Прекрасное Далёко! Не будь ко мне жестоко, Не будь ко мне жестоко, Жестоко не будь! От чистого истока В Прекрасное Далёко, В Прекрасное Далёко Я начинаю путь. Песня завершилась так неожиданно, что будто бы Адель вернулась в свою реальность из сказочной страны. На глазах высохли всё слезы, и сил хватало только на то, чтобы прокричать громкое «браво». Аделина взяла дочь на руки, а Арсению поручила дарение букета. Попов подозвал Кьяру, и девочка сначала не поверила. Она недоверчиво взглянулась в темноту сквозь ослепляющее освещение, но когда узнала папу и Адель, широко улыбнулась и подбежала. Мужчина помог ей взять букет и конфеты в руки и спуститься к сцене. Там уже он спокойно обнял и поцеловал дочку, похвалив. Аделина улыбалась, глядя на эту картинку, потому что отношения отцов и детей для неё были чем-то сокровенным и душевным. Кьяра подошла к Адель и крепко обняла её. С Мишель она проделала то же самое. Дочь Аделины и Арсения Яра до этого видела лишь по видеосвязи. — Какая ты уже большая! — обнимая сестру, говорила Кьяра. — Мишка, поздоровайся, — подтолкнула её Адель. Мишель широко улыбнулась, выдавив «привет» без буквы «р» и мах рукой. — Это твоя сестра, — Аделина чмокнула дочь в щёку, снова беря её на руки. — Яра. Повтори. — Яла! Кьяра рассмеялась, снова прильнув к папе. Арсений обнял её и наклонился, чтобы вручить билеты. Глаза девочки вмиг округлились, когда она прочитала направление и дату вылета. Она запрыгала на месте, громко взвизгнув. Об отпуске с папой она мечтала два года. — Мама уже собрала твои вещи, — подмигнул ей Попов. — Ты только посмотришь и решишь, что тебе ещё надо, а мы с Аделиной заедем за тобой вечером. — Ура! Спасибо! — напоследок клюнув отца в щёку, Кьяра убежала переодеваться.***
Солнце в Турции жарило не по-детски. Ещё не наступило 12 часов, а лучи жгли, словно хотели уничтожить землю. Аделина лежала под зонтом, наблюдая за плещущейся в бассейне семьёй. Арсений катал Мишель в кругу с капюшоном от солнца. Кьяра использовала всевозможные горки, входя в воду на большой скорости. Во дворике был слышен лишь детский хохот. Адель увлеклась чтением, когда удостоверилась, что всё и все в порядке. Уже почти шоколадная кожа девушки контрастировала с белым лежаком, сразу выделяя её. — Снежок, давай к нам! — позвал её не менее белый Арсений. — Аделина! Давай! — поддержала его Кьяра, и Мишель вдобавок ударила ручками по воде. Девушка лишь покачала головой, пробормотав слова о том, что почитать невозможно с ними, но всё же сняла очки и сланцы, входя в прохладную воду. Волосы, туго завязанные в пучок за затылке, всё равно намокли, когда Арс брызнул на неё водой. Адель охнула и рассмеялась, огревая его порцией воды в ответ. И вскоре все присоединились к этому, хохоча. Второй шанс, данный Попову, был полностью верным.