Папочка (Daddy Issues)

Please tell me who I am Guess i don't have a choice All because I liked a boy — Sabrina Carpenter

      Рождественский бал был в самом разгаре.       Тысячи паривших в воздухе свечей освещали огромную залу, по праздничному украшенную остролистом и еловыми ветками. В самом центре возвышалась пушистая ель с бесчисленным количеством огоньков, игрушек и бантиков. Под ее ветвями расположился подмосток для струнного оркестра. Все музыканты были не выше домашних эльфов. Скорпиус сказала, что это был знаменитая американский группа, что приехала по приглашению его матери.       Часть гостей, уже подвыпивших и развеселившихся, кружила третий, а то и четвертый круг вальса. Другие, предпочитающие более спокойный досуг, сидели за небольшими круглыми столиками и болтали, ели и даже играли в карты (несмотря на неодобрительные взгляды), пока между ними скользили официанты в черных смокингах.       Это были сливки общества. Большинство из них Омелия видела только на страницах Пророка (а то и школьных учебников). Они и сейчас сверкали, словно их окружили вспышки камер.       Сон наяву!       Она ждала этот вечер с первого дня приезда, но сладостное предвкушение праздника испарилось через пятнадцать минут, когда Омелия поняла, что светская атмосфера душила точно корсет роскошного платья, зашнурованного на ее талии.       Потому что это напоминало пытку.       Улыбаться незнакомым людям и слушать как Скорпиус снова и снова рассказывает про Хогвартс, про важность выпускного года и сдачу ЖАБА, про будущую практику в Минестерстве… А потом шутит, что его дама заскучала и пожимает очередному кому-то-там руку, прощаясь. Чтобы меньше, чем через две минуты повторить все это опять.       Самое страшное, что ему это нравилось.       Так что когда Скорпиус оставил ее одну, чтобы встретить их школьных друзей, Омелия поспешила спрятаться в тени балконов.       Огромная мраморная колонна послужила укрытием от ярких огней и оказалась отличным пунктом для наблюдения. Отсюда было удобно разглядывать всех присутствующих, не рискуя быть замеченной.       И Омелия вот уже двадцать минут неотрывно смотрела на Драко Малфоя.       Хозяин поместья стоял в менее людной части зала, держась ближе к стене и о чем-то переговаривался со своей женой. Время от времени к ним подходили гости, улыбаясь и приветствуя хозяев важными кивками.       Он держался холодно со всеми. Его вежливая улыбка оставалась бесстрастной, он избегал рукопожатий, все диалоги заканчивались быстро. По его лицу нельзя было прочитать о чем он думает или как относится к определенному человеку, но со стороны создавалось впечатление, что он просто терпит каждого, кто оказывался рядом.       Примечательно, что редко кто из гостей обращал внимание на Асторию Малфой. Большинство ограничивались приветствием, но некоторое не делали и этого. В такие моменты лицо Астории белело, и она становилась похожей на фарфоровую куклу.       Для Омелии оставалось загадкой почему при таком отношении у всех гостей, поговоривших с супружеской парой, был довольный вид. Словно их обсыпали комплиментами, а не безучастно слушали.       — Поможешь отвлечь отца? — шепот со спины.       Омелия вздрогнула, оборачиваясь. Она не заметила как Скорпиус вернулся.       — Что? Зачем? — спросила она, надеясь, что Скорпиус не заметил куда она пялилась все это время.       Скорпиус хитро улыбнулся.       — Мы хотим принести немного веселья на этот тухлый вечер.       Омелия скептически посмотрела на парня.       Она старалась не показывать радость, что запрыгала в желудке. Ей захотелось похлопать в ладоши и закружиться, как маленькому ребёнку.       Слишком хорошо, чтобы быть правдой.       — И как я должна это сделать? — Омелия покосилась в сторону хозяев поместья, — он ведь стоит в толпе гостей. Еще и твоя мама рядом.       — Да не парься, — Скорпиус махнул рукой, — порасспрашивай его о чем-нибудь. Главное, чтобы он сам говорил, иначе он будет просто делать вид, что слушает тебя. Тогда все будет бесполезно.       На последней фразе Скорпиус выпучил глаза, а потом хихикнул, будто он рассказывал шутку. От парня пахло чем-то резким.       — Ты что, пьян? — Омелия наклонилась к нему, принюхавшись, чтобы удостовериться, — теперь понятно, где ты ходил все это время.       Скорпиус пожал плечами вместо ответа.       Омелия сжала губы. В попытке добиться от отца внимания, он перестал походить сам на себя.       — Зачем его вообще отвлекать? — Омелия вернулась к теме, — Разве вы собираетесь размахивать свертком с травкой прямо перед лицом твоего отца?       Пару лет назад у ребят повелась привычка курить волшебную полынь. Эффект сильнее чем от алкоголя, а травянистый запах не вызывал подозрений.       Скорпиус закатил глаза.       — Ворота, — сказал он так, словно это слово должно было прояснить все, но пазл в голове Омелии не сложился.       — Ворота? — переспросила она.       — Да. Ворота. Особняк окружен защитным барьером. Типа Протего, но гораздо мощнее. Отец связан с ним и сразу же узнает кто и что попадает внутрь. А сейчас, когда дом набит людьми, которых он ненавидит, его паранойя наверняка достигла предела.       Скорпиус с презрением посмотрел в сторону отца и хмыкнул.       Омелия открыла рот раньше, чем подумала. Желание оправдать старшего Малфоя было сильнее нее.       — Зачем ты так? Он ведь твой отец.       Скорпиус скривился.       — Ты еще его и защищаешь? — сказал он.       — Никого я не защищаю! — теперь уже Омелия оправдывала саму себя, — я о тебе переживаю. Ты постоянно злишься без повода с тех пор как мы приехали. Тебе стоит расслабиться.       — Я и пытаюсь это сделать, если ты не заметила! — повысил голос Скорпиус.       В их сторону обернулось несколько человек и Омелия приставила ко рту указательный палец, зашикав.       — Тише! Не надо так орать.       — Мерлин, когда ты стала такой душной?       Омелия осеклась. Сначала она испугалась, что если она перегнет палку, то Скорпиус психанет и откажется от ее помощи. Потом — осознания что ее уже не заботит как он к ней относится. Пусть он произнесет хоть миллион грубых резких слов — внутри будет тихо. Пусто.       Нервы Омелии натянулись сильнее, чем струны тех скрипок, на которых сейчас играют музыканты оркестра.       Возможно она ничем не лучше Скорпиуса. Возможно она также как и он, собирается потерять саму себя, ради лучей внимания Драко Малфоя.       Ладно.       Она подумает об этом потом.       — Извини, — тихо сказала она.       Скорпиус кинул быстрый взгляд на часы.       — Нотт ждёт меня у ворот. Ты будешь помогать или прочитаешь еще одну лекцию?       Омелия вздохнула. Ссориться не хотелось. Но не потому что она боялась поругаться. А потому что ей было все равно.       — Хорошо. Я придумаю что-нибудь, — сказала она.       На лице Скорпиуса засияла улыбка. Омелия вновь поразилась его способности менять эмоции по щелчку пальцев.       — Ты лучшая! — воскликнул он.       Чмокнув девушку в губы, Скорпиус схватил ее за плечи и, повернув к себе спиной, легонько подталкивая вперед.       — Осторожно, он умеет читать мысли, — кинул напоследок Скорпиус.       Внутренности Омелии похолодели.       — Что? — прошипела девушка, — с этого и нужно было начинать!       Но когда она обернулась, Скорпиус уже скрылся из виду.       Омелия сглотнула, переводя взгляд на хозяина поместья. Она набрала в легкие побольше воздуха, пытаясь успокоить себя. Сердце билось в груди слишком медленно и слишком гулко, напоминая бой барабана.       Драко Малфой был легилиментом.       Замечательно.       Просто шикарно.       Собравшись с силами, девушка покинула свое укрытие и зашагала в сторону супружеской пары, растягивая время и стараясь на ходу сообразить хоть какой-то план действий. В голове летал ветер. Все о чем она могла думать — как сильно она волнуется.       Когда Омелия подошла достаточно близко, то заметила, что лицо Астории исказила непонятная эмоция. Женщина пристально смотрела на мужа, пока тот говорил ей о чем-то с равнодушным, практически скучающим видом. Ее белоснежная кожа становилась все бледнее с каждым его словом, в то время, как мужчина даже не смотрел на нее, лениво отведя взгляд в сторону.       После очередной фразы ее подбородок дрогнул, она с силой сжала пальцы.       Омелия могла расслышать ее ответ. Голос Астории дрожал от гнева, напоминая шипение змеи.       — Как ты смеешь обвинять меня…       — Мисс Шервуд, какой приятный сюрприз, — перебил жену мистер Малфой.       Омелия замерла.       Малфой смотрел на нее, полностью игнорируя рядом стоящую женщину, которая тоже перевела взгляд на Омелию. На фоне своего мужа, Астория выглядела истеричкой в своем молчаливом бешенстве.       Но разве могло это иметь значение, если серые радужки Драко Малфоя пронзали ее насквозь. Она чувствовала как трепещет ее сердце. Так бы и стоять под этим взглядом, пока не растаешь как воск горящей свечи.       В голове всплыло предупреждение Скорпиуса.       «Осторожно, он умеет читать мысли».       Наверно, не стоит смотреть ему в глаза. Хотя навряд ли такая мелочь как зрительный контакт остановит опытного легилимента. Такого, как волшебник перед ней.       Омелия сглотнула.       Нужно сказать что-то. Что-то, что заставит говорить его.       Задать вопрос.       Омелия открыла рот, но тут же закрыла его обратно, как рыба, выброшенная на сушу. Вот как она чувствовала себя рядом с Драко Малфоем.       Рыба без воды.       Во рту сухо, в голове — пусто.       И эти глаза, ох.       Язык прилип к небу. Она чувствовала как горят ее щеки.       Скорпиус зря переживал. Если Драко Малфой сейчас залезет к ней в голову, то найдет там только собственное отражение.       Молчание затянулось. На Омелию выжидающе смотрели две пары глаз.       Поскорей бы вернулся Скорпиус, Мерлин.       — Скорпиус оставил вас в одиночестве, мисс Шервуд? — спросил мужчина.       Черт.       Омелия вновь открыла рот, не произнеся не звука. На уме ни одной идет. Спроси сейчас как ее зовут, она бы не ответила.       Мужчина сделал шаг ей навстречу, протягивая руку.       — Надеюсь, тогда вы позволите? — сказал он.       Сердце ударилось в грудь. Омелия смотрела на протянутую ей руку, не желая понимать это жест.       Не одна Омелия не могла понять, что происходит. Тонкие брови Астории дернулись в немом удивлении.       Все не так. Коряво.       И еще что-то. Торчит, прямо на поверхности. Омелия никак не могла ухватиться. Может это было раздражение в чертах Астории Малфой или ее собственный внутренний голос, что тихо нашептывал — обман.       Омелия вновь посмотрела на Драко Малфоя. Стройное тело согнулось в чуть заметном поклоне, рука протянута ей на встречу. Глаза же непроницаемы как мутное стекло.       Она стояла в нерешительности. Найти бы хоть одну причину сделать шаг вперед.       Причин нет.       Ну и пусть.       Омелия невесомо вложила свою ладонь в протянутую ей.       Его пальцы были холодными.       Вот и все, что она успела почувствовать, прежде чем ее тело пробило электричеством и плавно повело вперед.       Он притянул ее к себе, сразу начиная вальсировать, и вот они уже кружились в танце, затерявшись среди других пар.       Омелия боялась дышать. Голова кружилась и перед глазами все поплыло, но это было похоже на сказку, даже несмотря на ощущение, что она поступает неправильно.       Его пальцы касались ее неприкрытой платьем спины, и он был так близко, что она ощущала исходящее от него тепло.       Секунду бездушно протекали одна быстрее другой. Омелия искала повод нарушить молчание.       — Какой чудесный вечер, — она хотела воскликнуть это фразу с восторгом, но получился почти шепот.       Малфой улыбнулся одними губами, но ничего не ответил. Омелия покраснела. Она чувствовала себя такой глупой.       Она осмотрела залу, в поисках Астории Малфой. Женщина продолжала стоять там же, где они ее оставили и сверлила их взглядом. Омелия поспешила отвернуться.       Мужчина вел ее плавно, но при каждом повороте ее сердце сладко замирало. Она чувствовала как как его дыхание шевелит волосы у ее виска, и как пульсирует кровь в ее жилах.       Мужчина наклонился к ее уху.       — Ты прекрасно танцуешь, не стоит так волноваться, — сказал он.       Внутри что то дрогнуло. Омелия покраснела и постаралась как можно незаметнее втянуть в себя воздух. Но он наверняка ощутил мурашки, пробежавшие вниз по ее позвоночнику. Он неотрывно смотрел на нее и Омелия не знала куда себя деть, чувствуя себя голой.       — Спасибо.       Мужчина вновь улыбнулся. Словно намеренно не желая дать ей прийти в себя, он повел ее руку, чтобы она сделала оборот вокруг своей оси. Когда она вернулась в его объятия, он, казалось, притянул ее ближе. Под ее ребрами задул ветер и придал телу такую легкость, словно еще чуть-чуть и они воспарят над всеми этими людьми. Это чувство наполнило Омелию с головой, она совсем потеряла голову.       Мужчина отвернул лицо, теперь Омелия не могла видеть его глаз. Еще секунду назад она не знала куда ей скрыться от его взгляда, а теперь, когда она изучала натянутую на скулах кожу и впалые щеки, больше всего ей хотелось, чтобы он снова посмотрел на нее.       — Знаете я, — Омелия сглотнула, — никогда раньше не танцевала…вот так. Я имею в виду, на настоящем балу.       Мужчина коснулся ее взглядом, практически сразу отводя прозрачные радужки в сторону. Казалось она вырвала его из потока мыслей. Он легко улыбнулся.       — Мх-м.       — Ваша жена так смотрит на нас. Я чувствую себя неловко.       — Не обращай на нее внимание. Она сегодня не в духе.       Это был не тот ответ, на который рассчитывала Омелия. Она опять почувствовала себя полной дурой. Но она не могла вынести молчания. Лучше уж так. Правда в этот раз Малфой опередил ее.       — Омелия, прошу, не портите себе удовольствие. Мысли моей жены моя забота. Вам не стоит об этом беспокоиться.       И вновь улыбка. Вновь он закручивает их руки, заставляя Омелию вращаться, пока та задыхается от мысли, что он назвал ее по имени.       Когда мужчина остановился, крепче прижав ее к себе, она не сразу сообразила, что случилось. Ее грудь тяжело вздымалась, она могла чувствовать исходивший от мужчины жар. Они продолжали держать танцевальную стойку.       Подняв взгляд, она ахнула. Драко Малфой неотрывно смотрел на нее все это время и сейчас, когда она повернулась сразу же нашел ее глаза, наверно, впервые за всю неделю посмотрев в нее, а не сквозь или мимо. Стало страшно до холода в затылке.       — Ты читаешь мои мысли? — не сдержалась Омелия.       Он ничего не ответил, лишь улыбнулся самодовольной улыбкой, от чего у девушки засосало под ложечкой.       Поток аплодисментов заполнил зал.       Девушка вздрогнула, возвращаясь в реальность и отстраняясь от мужчины. Музыка уже не играла и она опаздало присоединилась к другим гостям, растерянно хлопала кланяющимся музыкантам, пока осматривала зал. Лишнее внимание сейчас было некстати.       Астория Малфой испарилась, гости продолжали наслаждаться вечером и, казалось, никому не было до них дела.       Возможно для других людей танец это всего лишь танец. Возможно ей тоже следует так думать.       Все осталось как прежде: тот же зал, та же хрустальная люстра и тот же мраморный пол. Но все было иначе. Словно по щелчку пальцев невидимой руки мир стал другим. И это ощущение въелось в грудь Омелии, она не могла от него избавиться.       Омелия услышала как кто-то позвал ее. Девушка обернулась. К ней приближался Скорпиус.       Секунда. Она отвернулась на какую-то секунду, а когда вернула свой взгляд обратно — его глаза вновь стали стеклянными. Сердце больно сжалось, Омелии было страшно двинуться с места. Словно между ними появилась нить, тонкая и хрупкая как паутинка. И если сейчас она уйдёт, то эта нить обязательно порвется, и кто знает, возможно никогда не появится снова.       Этот стеклянный отрешенный взгляд окутал все туманом. Омелия уже не слышала, что Скорпиус шептал ей на ухо, не чувствовала как он сплетал их пальцы.       Когда Скорпиус потянул ее в сторону, серые радужки исчезли. Он спрятал от нее глаза, отвернувшись. Но несмотря на это, несмотря на ватные ноги, что отдаляли ее от Драко Малфоя, Омелия по-прежнему могла чувствовать невесомые колебания паутинки.