За что мы (не)любим метки

Нелинейное повествование знакомо всем. И чаще\проще всего приходят в голову флэшбеки, используемые авторами. Скачки во времени, чаще всего назад, чтоб вспомнить прошлое и сделать картинку настоящего еще яснее и прозрачнее. А вот не только флэшбэки являются отличительным признаком нелинейного повествования, британские ученые утверждают, что парочка флэшбэков иногда нисколько не мешает линейности сюжета. И вовсе не современное это изобретение, как думают наивные йуные авторы. И тут древние греки потоптались, вы не поверите!!! Еще в «Иллиаде» Гомер нанизывал на одну нить истории, происходящие в разных местах, в разных мирах и, возможно, в разные времена. Простому читателю там сложно разобраться, поэтому повесим модный ярлычок «нелинейного нарратива» и успокоимся. В Махабхарате, говорят, тоже имеют место быть воспоминания героев, видения. Да-да, оно и есть нелинейное повествование. Писатели модернисты в конце девятнадцатого, начале двадцатого века принялись уже намеренно отказываться от линейного, последовательного сюжета. Настало время экспериментов. Цикл «В поисках утраченного времени» Пруста не зря так называется. Неспешное путешествие туда-сюда по временной шкале – история не для слабонервных. Упорядочим эти приемы. 1 Флэшбэк (англ. flash «вспышка, озарение» + back «назад», «обратный кадр», — приём, необходимый для показа неких событий в прошлом) 2 Флэшфорвард (англ. flash «вспышка, озарение» + forward — вперёд, обращение к событиям будущего) Второе используют реже. Но каков эффект! Берем изученную вдоль и поперек «Керри» Стивена нашего Кинга и наслаждаемся. Если все еще кто-то не, то яростно рекомендую с точки зрения разбора на составляющие. Ну, то есть, когда вы перестанете захлебываться восторгом от того, как молодой писатель в своей первой крупной вещи (на самом деле – небольшая повесть) смог сделать настолько верибельную историю. Начинается «Керри» со флэшбэка – заметка в газете от 1966 года про загадочный камнепад на участке вдовы с трехлетней дочуркой, Керри. Вводная сразу оповещает нас, что Керри владеет телекинезом, но никто не знает об этом, даже она сама. Девочка-девушка уже шестнадцати лет, конфликт в школе, конфликт дома и тут же следует первый флэшфорвард, которых будет еще много – отрывок из книги (!), биографическо-исследовательской книги с названием, автором, местом и годом издания… 1981. То есть я-читатель понимаю, что СОБЫТИЕ уже случилось, феномен Керриэты Уайт уже изучен. Но что это за событие? Далее будут вставки с отрывками из интервью с выжившими. Да-да, с выжившими. Я-читатель напрягаюсь еще больше «господи, да что там такого случится-то!», бью себя по рукам, чтоб не заглядывать в финал. Впрочем, это мало поможет, калейдоскоп продолжает вращаться до последней строки. Кинг сделал поразительный саспенс на псевдо-документальной мозаике статей, книг, интервью, протоколов опросов свидетелей, репортажей и вроде как вкраплений линейных событий небольшого отрезка времени в маленьком городке, с маленькими людьми, но большими конфликтами. Мне кажется, что это суперский приём. Не знаю, многие ли пользовались. Наверняка эпигонов было полно – на волне успеха дебютного романа Кинга не могли не появиться подражатели, вольные и невольные. Флэшбэки хороши в драматических, неклассических детективах и мелодрамах с семейными тайнами. Особенно, если будет история, корнями уходящая в прошлое. Таких книг немало, где перемежаются главы условной современности и условного прошлого. Это может быть детство\взрослость героев. Как у того же Кинга в «Оно». Это могут быть истории совсем разных персонажей, выбранных по неясному сначала для читателя принципу. Умелые авторы-интриганы таким образом ненавязчиво сводят героев, если не физически (в силу того, что их разделяют десятилетия, например), то хотя бы ментально, эмоционально. Такой прием поддерживает интерес (да кто они такие, как связаны? Это ж-ж-у неспроста…) создает напряжение, заставляет строить предположения и свои версии. Такого типа истории писала Люсинда Райли – многоуровневые семейные саги со скачками во времени вперед и назад, с вводом загадочных персонажей, чьи истории сплетаются с основными самым причудливым образом. Ну и знаменитую книгу Ф.Флэгг «Жареные зеленые помидоры в кафе «Полустанок» не могу не упомянуть. Ведь истории из своей юности, которые рассказывает старушка-ГлавГероиня нелинейны. Ее носит по волнам воспоминаний, то одно вспомнит, то про совсем другого человека заведет рассказ. Мозаичная картинка вышла на загляденье: объемная, яркая, страшная и добрая одновременно, жиза, как говорится. Флэшфорварды могут быть элементом фантастического допущения, кстати. Видения, пророчества, сны, скачок в будущее на портативной машинке времени. Есть даже сериал с одноименным названием, снятый по одноименной же книге. По сюжету там все люди теряют сознание на 137 секунд, и видят свое будущее через полгода. Ну, кроме тех, кому не повезло в эти секунды лететь на самолете, быть за рулем и т.п. Они просто померли. Далее герои разбираются с загадочным явлением. Зачем это было надо, не могу сказать, не читала, не смотрела. Зато помню отрывочно посмотренный знаменитый сериал «Lost» («Остаться в живых» в нашем прокате) Имеется там сцена со счастливым возвращением одной пары, оказавшаяся ложной – дом, жизнь, беременность; то ли видение, то ли бред, то ли несбывшийся вариант реальности. В книгах, буквами такие фокусы очень сложно соорудить, в кино проще, мне кажется. В кино последние лет двадцать очень и очень активно используется нелинейное повествование. И фантастические флэшфорварды, и флэшбэки во всех жанрах. Очень удобный инструмент оказался для показа подоплёки поступков персонажей, для погружения в прошлое, для создания напряжения. Самые известные фильмы с флэшфорвардом – «Бойцовский клуб» и «Криминальное чтиво». Во втором вообще закольцованный сюжет. Преклоняюсь перед фантазией создателей. 3 Редко используемый прием в нелинейном повествовании – обратная хронология. Начинать с ударной концовки и давать сцены в обратном порядке, это требует не только мастерства. Это требует идеи. Чтоб не просто так, повыпендриваться за-ради постмодернизма и премии в тесных кулуарах, а чтоб эта самая обратная хронология несла смысловую нагрузку. Последовательный сюжет писать безусловно проще. Возьмем для примера избитый до синяков сюжетный троп «сыщик поехал в уединенный отель отдохнуть от трудов праведных, а тут совершенно случайно – никогда не было и вдруг снова – метель, лавина или потоп, отрезаны от мира двадцать приличных человеков и труп в библиотеке». Персонажи будут слоняться-метаться, периодически совокупляясь от скуки, сыщик станет опрашивать за хронометраж. В наиболее подозрительном персонаже сыщик обнаружит приметы своего Истинного (Истинной) и примется тоже метаться-совокупляться. К пятому трупу в библиотеке коварный убивец совершит глупый прокол, сыщик с облегчением выдохнет, что его истинная(ый) белее ангела, хэппи-энд с разоблачительной беседой в каминной, спасатели стучатся в дверь. Что тут можно сделать с применением обратной хронологии? Если сохранять классические уложения детектива, то ничего. Незачем. А вот если я-автор замыслю убойно-мелодраматическое без этих ваших ХЭ, чтоб все заплакали, начну так: прекрасная со всех сторон леди, вся в слезах и губной помаде, бежит топиться с красивой скалы и драматично летит в бушующее море. За ней, не успевая буквально на секундочку, гонится весь в слезах и губной помаде, сыщик. Он громко кричит «не-е-е-е-е-т», с отчаянием вглядываясь в яростный прибой. Его удерживают люди в форме, добрые леди приговаривают: «да и к лучшему, а то бы пожизненное дали» и азартно обсуждают кровавые подробности преступлений бывшей прекрасной леди, которая оказалась маньяком. Потом надо будет расположить кусь текста, в котором красивую маньячку ловят на горячем, разоблачение, посиделки в каминном зале, много-много разговоров и разоблачений всех тех добрых людей, которые тут сколько-то дней метались и беспорядочно совокуплялись в ожидании спасателей. Обязательно про детские травмы всех персонажей, включая спасателей. Можно парочку постельных сцен между трупами в библиотеке. Потом надо будет самый апогей неопределенности и страха, когда неведомый маньяк бродит по отелю, в поисках тех, кто опрометчиво не выбрал себе компанию для потрахушек. Одиночные трупы появляются в библиотеке… Тут надо много философских разговоров в перерывах меж судорожными объятиями. Уместен будет социальный пафос и драки между персонажами по классовому признаку. Самое начало заселения в отель. Можно слизнуть у Кристи идею с одновременным заездом по индивидуальным приглашениям. Но это потырено до нас уже сто раз. Пусть все в разное время, и самые отвратные персы уже собираются уезжать, но лавина\буран\потоп мешают им смыться. А запас презервативов меж тем, закончился. Именно поэтому дальнейшие телодвижения станут продуктивными. Ой, это из другой оперы. Ну ладно, финал, который начало, можно подправить, пусть одна из леди будет не сплетничать на скале, а страстно обнимать унитаз, проклиная всех мужиков на свете. Ну и начало, оно же финал. Надо показать всех, абсолютно всех персов в домашней, мирной обстановке. Можно начать прям с детства, фрагментиками, да, потянет на тысячу страниц, но ладно. Итак, все достают из закромов свои детские травмы. Будущий сыщик, скажем, хотел мягкие игрушки и печь пирожки, а ему покупали пластмассовые пистолетики и водили на дзюдо. Леди-джентльмены жаждали любви мам-пап, но не все получали, кто ремня по попе, кто ключи от Бентли. Ну, вы поняли, чтоб читатели узрели, что все не такие, какими кажутся и всех стало жалко, хоть и хочется прибить. На сладкое останется прекрасная маньячка. Сцена такая: все тот же прибой, почти те же скалы, из воды выползает окровавленное чешуйчатое тело, все в слезах и губной помаде (оттенка кармин от фабрики Красная Заря), тело содрогается в перекрестье солнечных лучей, хвост раздваивается, три ряда грудных выступов превращаются в один и вот уже на четвереньках стоит тощая девица неопределенной расовой принадлежности. Громовой голос подробно рассказывает ей, изгнаннице, условия возвращения – она должна будет добыть пять сердец с определенным геномом, иначе НЛО не взлетит из подводных глубин никогда. Топливо у них такое, понимаешь. Ах да, надо еще выделить пару сотен страниц на вживание девицы в человеческий социум и ее первые робкие попытки найти нужные сердца. Расчленёнка там, то-сё, девица уезжает дальше от побережья и полицейского расследования… Все. Живите с этим. Хиханьки хаханьками, но обратная хронология нужна именно для ударного вотэтоповорота в каждой части. И супер-ударный финал, то есть, начало, которое должно перевернуть все смыслы с ног на голову. Да, при должном умении можно и в последовательном сюжете выдать напряжение в миллион вольт, чтоб у читателя все нервы сгорели к черту. Но это, извините, могут единицы. Да и то сказать, одно упоминание в аннотации о необычной структуре текста может поднять популярность книги. Чисто из любопытства. Сюжет дарю, нобелевку если будет, пополам. 4 Еще бывают смешанные техники. Нарушение хронотопа в рандомном порядке. Имеется одно но. Чаще всего тексты эти настолько постмодернистские и экспериментальные, что читают их обычно из уважения к именитому автору (в надежде на шедевр для избранных) или в юности, в пору поисков эпатажного и выпендрёжного, когда хочется то ли осетринки с хреном, то ли мировой революции. Да-да, чтоб с превосходством смотреть на ровесников: «ты не понял, о чем «Бдыщъ» Сортир Сортирыч Унитазова? Ну чо сказать, бро, ты безнадежен». Упоминала я в других статьях свою давнюю любимку «Дневник, найденный в Сарагоссе». Вот этот древний шедевр туда же. Книга внутри книги внутри книги, рассказчик рассказывает историю, в которой рассказчик рассказывает историю, в которой рассказчик… и далее до бесконечности. Что было раньше – рассказ или рассказчик, курица или яйцо??? Книга угарная, вовсе не элитарная, хотя не всем по душе запутанные сюжеты. Точно также построена и «Шайтан-звезда» Д.Трускиновской. Реально, читать надо без отрыва, чтоб на запутаться кто кому кем приходится, но, когда к середине в голове выстраивается внятная картина мира, ты обалдеваешь от восторга. Это надо такое закрутить! И выкрутить к логичному финалу. 5 Имеется спорный пункт – параллельный сюжет. Некоторые знатные литературоведы относят к нему даже «Войну и мир» Льва нашего Николаевича Толстого. Мол, множество персонажей, ПОВы, как сейчас говорят, то есть, точки зрения разные на примерно одни и те же события. По мне так это просто настоящий большой роман с линейным сюжетом и сотнями героев. Он такой и должен быть, не? «Игра престолов», например, примерно так же устроена, не? Что ж там нелинейного, если в принципе сюжет развивается во времени одинаково, в будущее, для всех, но в разных точках обширного мира. Запараллеленых романтических книг написаны сотни. Одно и то же, но от первого лица её, потом его или его\его в слэше, их если только условно, ИМХО, можно причислить к нелинейному повествованию. Никаких скачков в прошлое, видений, снов, просто про первое свидание, первую НЦу… Для поклонников-то праздник, два в одном, разница только «кто сверху». Ну ладно, не буду строга, бывают всякие, с интересными находками, с действительно разными взглядами на одинаковую ситуацию, которые авторы здорово обыгрывают. Мне кажется, что нелинейным в полной мере можно назвать параллельные сюжеты в таких историях, как «Расёмон». Фильм этот старый, кто позабыл, взгляните из любопытства, Курасава снимал шедевры. Четыре рассказа об одном событии поданы глазами\голосами\восприятием разных персонажей. Кто из этих ненадежных рассказчиков более ненадежен, решать вам. И рассказ Акутагавы «В чаще», по которому снят фильм, почитайте. В мировом кинематографе после этого фильма появился термин «Эффект Расёмон» – про субъективные интерпретации, ненадежных рассказчиков и личное восприятие. Использовать этот эффект принялись с огромным энтузиазмом. Наверняка я позабыла о каком-нибудь ответвлении или особенном, редком разделе нелинейного повествования. Основное перечислила — и хорошо. Читать всё время книги с нелинейным сюжетом может прискучить и самому ярому поклоннику, для разбавки захочется незамысловатой занавесочной истории или бытового фэнтези с хозяйственными попаданками. Хотя, если положить рядом десяток полюбившихся лично мне историй, то окажется, что они разные. И по жанру, и по настроению, и по степени закрученности пресловутых нелинейностей. Они настолько разные, даже в голову не сразу придет, что объединяет их этот самый приём, нелинейное повествование. Из последнего я под сильнейшим впечатлением уже второй месяц от «Кадавров» Поляринова. И год почти от «Повестей л-ских писателей» К.Зарубина. Всем искренне желаю отличного чтения, какие бы временные петли не выписывали хитроумные писатели.