Любимый официант

It was only a sunny smile, and little it cost in the giving, but like morning light it scattered the night and made the day worth living.

из «Of Love & Loneliness: Quotes by F. Scott Fitzgerald»

Попов прокручивает события вчерашнего вечера (до того, как заснул). Арсений совсем не помнит, как очутился дома, в квартире и как вообще дошел, ведь потерял связь с миром еще в час второй их празднования, когда бутылка красного вина закончилась и пришлось лакать то, что имеется, а ночь постепенно сменялась на рассвет, который заливал небо розовой и красноватой акварелью, разбавляя темно-синий и фиолетовый. Он бы и не задумался, что так быстро опьянеет. Но Попов, забив на все, точнее выпив за все, решил хоть немного расслабиться в приятной компании один денечек. Но ему казалось, что все же кто-то его довел до подъезда, а после ушел. Но вспомнить никак не мог. Не можешь — не надо. Хотя кошки скребли о том, отблагодарил ли он того человека за доброту душевную, и гадили из-за страшной мысли не увидел ли кто его из знакомых. Так и не нарисовав полную картину, Арсений отчаивается и принимается за свою интересную работу: проверка электронной почты на наличие новых писем, запросов в инстаграм по поводу какой-то рекламы и сообщения от коллег, заканчивая всё, перечитыванием сценария будущей постановки в театре за чашечкой черного крепкого чая, время от времени плеваясь на некачественную заварку. В это раз представление было немного не таким, как обычно, но со своими требованиями и проблемами. В театре через неделю должны были представить молодёжи «Красную шапочку», где в одной из главных ролей, собственно, был Арсений. Видимо, кто-то решил, что никто лучше него не сможет сыграть грозного и хитрого волка, который обхитрил маленькую девочку. Этому решению актер был только рад, ведь если ему бы не нашлось места, пришлось бы играть эмоциональное дерево из-за нехватки действующих лиц на сцене, но задействовать нужно всех. Нечего без дела ходить, как говорится. Представление готовилось специально для школьников, без сложного смысла и задумки, но все-равно нужно смочь показать и донести какую никакую, но мысль молодому поколению; что театр — место для искусства, которое совершенствовалось и передавалось из века в век, из уст в уста, из книги в книгу, тем самым привлечь внимание людей к актерскому мастерству, соответственно, к театру. В этот раз им улыбнулась судьба или же удача. Все растраты на выступление покрыл богатенький лицей, который и предложил детям возможность поглазеть на представление. А что их богатым родителям? Раз плюнуть скинуться на поход в театр, музей, зоопарк или даже в парк развлечений. Им не важна суть. Им не важны собственные дети и то, чего им хотелось бы. Им важен статус и как можно выше вздернутый подбородок. Жаль, что за громким лозунгом «Если быть, то быть первым!» таится жуткая правда, черствость, эгоизм, а также тщеславие. Но на самом деле стоило бы написать колкую правду: «Мы сходили в музей, театр, океанариум, зоопарк и мы крутые, современные и гордые! Наши дети лучшие! А вы и дальше сгнивайте в своих однообразных школах старой планировки». Острая и режущая язык, но правда… Спустя быстро минувших трех часов, пришло новое сообщение, которое мужчина совсем не ожидал, оттого и удивился, распахивая глаза шире, но все еще допивая остывший и совершенно невкусный чай маленькими глотками. Самое время немного отвлечься от привычной рутины. Шастуууун Ты как вообще вчера дошел? Мы переживали за тебя. 20:03

Арсений Попов

Честно, я абсолютно не помню и, видимо, никто не поможет вспомнить. 20:04

Без особого желания разбираться во вчерашнем, ведь все что было, остается там где было, печатает актер. Шастуууун М-да… Может, это и к лучшему? 20:04 Арсений думает о том, что этот наглый парнишка знает что-то, но отступать от своей позиции «не знаю и знать не хочу» совершенно не желал, но вылить чай в ближайший цветочный горшок и забыть навсегда об этой дряни — да.

Арсений Попов

Возможно, да. Но я цел, здоров и не вредим. Значит приключений вчера не было. 20:05

Шастуууун Даже не помнишь, как мы в клуб пошли и там окончательно набухались? 20:05 — Ну вот зачем он начал?! Господи, Антон, зачем ты об этом сказал? — Вопросительно замычал на всю комнату Попов, даже с ноткой безнадежности, и продолжил: — Как мне жить с осознанием, что я вообще этого не помню?

Арсений Попов

Ничего себе… Не припоминаю 20:06

Шастуууун А еще ты караоке пел, потом с какой-то женщиной спорил, что слова в тексте другие. Она тебя послала, а ты обиженный сидел и не знал, что делать, а после разорвал танцпол в паре с Матвиенко. 20:07 В голове у него лишь одно «ЕБАТЬ! ЕБАТЬ, КАК ТАК?!», такое же кричащее, как этот грозный шрифт. А вспомнить ничего не может, будто память стерло, и страдает от этого, а экстренные лампочки эмоций загораются одна за другой. Гляди, чтоб не перегорели.

Арсений Попов

ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЭТО БЫЛ Я?! 20:08

Все-таки Попов не сдержался, потому что, во-первых, ему обидно из-за рассеянности, и, во-вторых, из-за стыда и страха за свою невменяемость. Стандартная ситуация, когда после веселой ночи ничего не дано помнить. Шастуууун Ну, не я же склерозматик. И не я танцевал на шесте, согнав танцовщицу. 20:10 Волосы дыбом, сердце застыло, и рождается седой волос. Арсений клянётся своей шевелюрой, что седого волоса он не избежал, хотя до старости, как до края света.

Арсений Попов

Какой кошмар! Почему меня никто не остановил? 20:11

Шастуууун Зачем? Мне нравилось, как ты с грацией кошки пляшешь, и это было весело. 20:12 — ЕБ ТВОЮ МАТЬ! Да, что ж вчера произошло! — всё же не сдерживается он и хватается за голову в мимолетной панике, прикусывает ребро руки и видит около двух минут на экране бесконечное «печатает…». Он выжигает экран, боясь прочитать что-то уму и такту не постижимое. Шастуууун Ну, что купился? Не думал, что тебя так легко обвести вокруг пальца. Не ходили мы никуда. А домой я тебя довел последнего, ведь в отличие от вас всех вместе взятых трезвее был. 20:20

Арсений Попов

Ну, ты и козел, конечно! 20:20

Шастуууун От такого же слышу. Два — два. 20:21 Еще через пару минут пришло новое сообщение с наилучшими пожеланиями на спокойную ночь, а за ним же и какой-то мультяшный стикер с милой желтой уткой, которая держит большое-пребольшое красное сердце и дарит всем свою безграничную любовь. Официант пожелал в ответ того же и выключил экран, поставив телефон на блокировку. Смешно, конечно, всем, даже Арсению. Ловко то обдурили, еще улыбка и легкое умиление остались. Эта ловко-неловкая переписка намного лучше, чем все это было бы реальностью. Попов представляет, как хохочет Антон, как ямочки появляются на щеках и как едва заметные складки на лице складываются, а после разглаживаются волшебным образом бесследно, как его глаза блестят, а веки обрамленные пышными ресницами прикрывают сияющие в темноте радужки. За эти несколько коротких дней он успел запомнить смех этого парнишки и даже немного больше. Смеётся то тот почти всегда, так что ничего удивительного в этом нет. Еще этот непонятный счет. К чему он приведет неизвестно, но чертовски интересно. Даже азарт просыпается, который так давно забыт в бытовой жизни Арсения Попова.

***

Понедельник — день тяжелый, если не сказать совсем неподъемный, но это уже про официанта, который заснул поздней ночью и никак не хотел просыпаться, а вот будильник разбить к чертям — безусловно. Сегодня ему нужно заскочить в театр, уложить некоторые трудности на лопатки и уточнить детали, поэтому хочется не хочется, но идти все равно нужно. Одевшись, повозившись по комнатам и немного позавтракав, он вышел из квартиры. Мужчина быстро добрался к знакомому зданию, где часто бывал, по дороге заскочив в кафетерий, чтобы выпить кофе и поболтать с очаровательной официанткой. — Привет, Лясь! — Кричит радостно Арсений через весь огромный пустующий зал. — О, Серый Волк пришел! Здравствуй! — Женщина улыбается широко. Видно, что рада видеть. И продолжает: — Ну, что? Как на новой работе? — Ой, не спрашивай, — отмахивается рукой мужчина и это сеет зерна волнения в сердце главного директора. — Случилось что-то? — Утяшева бегая глазами по силуэту, ищет ушиб, порез и прочее видимое, но спрашивает, чтоб разъяснить проблему внутри. — Нет, нет. Ты что…. Все очень хорошо! Я подружился с коллективом. Они очень хорошие ребята, — с улыбкой ей отвечает, — но все-таки мне немного нервно. Боюсь, что может что-то случится и… — Не говори глупостей, Арс! Все будет хорошо. Они хорошие, взрослые и отвечающие за свои поступки люди. Тем более там Паша есть. Если что-то случилось — к нему, если я не на связи. Он в курсе твоей… — она запинается, боясь это произносить в слух, боясь посыпать солью едва зажившие раны. — Он поможет. Не сомневайся! — Спасибо, Лясь! — Он никогда не будет сомневаться в искренности этой прекрасной женщины. Она ему стала, пусть не родной, но самой настоящей мамой. Она всегда готова его утешить и выслушать, как своего ребенка, а также дать совет или подзатыльник. Арсений любил ее за её честность, ведь когда все плохо, Ляся об этом скажет или подтвердит и поможет выбрать верную дверь, за которой скрыт выход. Она поможет избежать ложных дверей, за которыми скрывается кромешная тьма и комната из крепчайших стен, которые не сломать одним ударом кулака или кувалды. Они еще поговорили о личных проблемах и о предстоящей программе на следующей неделе. В это раз задача не была из сложных, но подойти к выполнению нужно тщательно. Арсений узнал об обновлениях в театре с первых уст. Их ждут новые декорации и несколько костюмов, что является замечательной новостью. В первое время театр еле перебивался с места на место. Не хватало на многое, но они прорвались, находя спонсоров и желающих помочь развиваться искусству. Это всегда им удавалось, к счастью, поэтому постепенно они расцветали. Проведя около двух часов в родном местечке, Арсений взволновано взглянул на часы, попутно прощаясь со всеми, и отправился на следующую локацию «ресторан».

***

— О, привет опоздавшим! — Кричит через всю кухню Антон, только заметив на периферии зрения белую рубашку. — А ничего я не опоздал! — Кричат ему в ответ, завязывая бантик за спиной на поясном черном фартуке, и добавляет: — имею право. — А ничего ты и не имеешь! — Вдруг ни с того ни с сего наигранно злится Шастун, а Позов с Сережей ушами следят за этой перепалкой да ложками мешают в сотейнике каждый свое. — Помнишь наш уговор? Попов пытается вспомнить хоть какие-то договоренности за последние дни, но ничего не приходит на ум, но Антон невовремя напоминает. — Живо мыть посуду! У нас уговор, — дает указания главный повар, сменяя голос на спокойный и нежный, и обращается к девушке, — Кать, пойди помоги Оксане. Ну, а Арсений замер. Во-первых, из-за неблагоприятной обстановки и необусловленной грубости, пусть наигранной, но в его адрес, и, во-вторых, он наконец вживую увидел покорительницу Диминого сердца, о которой Позов не замолкал ни на секунду позавчерашней ночью. Екатерина — брюнетка с неимение красивыми локонами, которые сейчас были собраны в свободный пучок, скрытый под полупрозрачной белой шапочкой. Стоило Кате повернуться — взгляд тут же пронзил Попова насквозь, но ее миловидное личико не излучало угрозы, а уста расплылись в дружелюбной улыбке. — Хорошо! — Повернулась она. — О, здравствуй, Арсений. — И Вам не хворать! — Подхватил волну официант и проник к ее рабочему месту, точнее целому царству порядка и чистоты. Чашечка к чашечке, тарелка к тарелочке, блюдце к блюдцу, ложка к ложке и вилка к вилке — все стоит по своим местам, скрипит от чистоты, сияет и блестит от попадающего на глазированную поверхность света. У официанта на вряд ли получится поддержать такой порядок хотя бы пять минут. Он уже удостоверился об этом в прошлый раз, когда тарелки стояли где попало, на разных полках для сушения и на поверхностях, а сам уже психовал от того, что не может найти какую-то проклятую соусницу для Сережи и креманку для Димы. Но во всем есть своя хорошая сторона. Арсений принимает, что следующие несколько часов его взгляд будет сосредоточен на бесконечном потоке посуды и количестве моющего средства на губке, поэтому немного приуныв, но не потеряв боевой дух, он тянется к первой тарелке, перед этим надев резиновые рукавички, которые так задорно скрипят, если ладони сцепить между собой.